Это то, чего я действительно хочу

День тянулся до тошноты долго. Единственным моим спасением бывают поездки – когда мне нужно подать или же забрать документы, то этот день можно приравнять к празднику. Придавать огромную важность любой пустяковой задачке – моя стихия. Мне не стыдно ни капли, потому что как только ты показываешь себя, как самый эффективный сотрудник, тебя эксплуатируют и в хвост и в гриву. Так со мной было всегда, но на этой работе я не хотел упустить шанс просто быть. Вы можете прийти ко мне за советом, можете прийти с вопросом, но если вы хотите от меня не просто слушателя, а конструктивной помощи, то будьте добры подождать денек другой. Но в своем деле я достаточно хорош. Когда Марк говорит мне, что художественная литература лишь вид досуга и пользу приносит минимальную, то хочется кинуть в него его сраную толстенную книжку по психологии. Я знаю прекрасно, что благодаря художественной литературе я научился говорить так красиво и конструктивно, что меня крайне сложно загнать в угол. И это не хвастовство, просто у меня действительно достаточно понятная манера общения. Ну а еще по знаку зодиака я рыба, так что внушить мне чье-то мнение просто невозможно. В общем, когда я все-таки решаю оказать сотруднику посильную помощь, то делаю это всегда максимально доходчиво. Вот есть Серега. Серегу по факту зовут Сергеем, но он настолько в душе реально Серега, что иначе назвать я его не могу. Серега тупой. Фатально. Его ум направлен на удовлетворение базовых потребностей, минимальное общение, а также на выполнение функций исполнительного сотрудника. Вид у него всегда немного обиженно-печальный, потому что проходят сделки гладко очень редко. Но это обычный бизнес, неотъемлемой частью которого являются косяки и человечески фактор, но Серега с этой мыслью свыкнуться за семь лет работы так и не смог. Так вот я могу объяснить некоторые вещи даже Сереге. Он меня понимает и за тот непродолжительный срок, что я здесь работаю, практически сделал из меня своего личного советника, хоть по должности я буду повыше. Ну ничего, он безобидный. Звонит телефон, на экране высвечивается приторно-пафосное лицо Марка, превращенное в гротескную гримасу. Беру трубку сразу, потому что очень хочу слышать этот голос. - Привет, мон амур. – В уши уже дышит его улыбка. - Привет, у тебя что-то срочное? – Не знаю, зачем делаю вид, что чем-то занят. Еще минуту назад я горел желанием занять себя хоть чем-то, но как только на горизонте показалась перспектива скрасить общением пару минут, я решил, что на самом деле сидеть камнем не так плохо. - Да нет, просто хотел узнать, во сколько будешь дома и что мы сегодня планируем поесть. - Я планирую быть дома после работы и просто не умереть с голоду, так что по меню решай сам. – Дурацкий вопрос с едой всегда вгоняет меня в размышления поэтому я тут же забываю, что делал вид сильнейшей занятости. - Конкретики ноль, я так и не получил ответа ни на один вопрос. Но могу предположить, что будешь ты примерно в половине седьмого, а вчерашний рис с курицей в принципе еще жив, поэтому есть мы будем его. - Почему ты каждый раз задаешь не те вопросы, на которые хочешь получить ответ? Спроси ты «будем готовить вечером что-нибудь другое или поедим вчерашнее?» и «тебе после работы куда-нибудь еще нужно?» я бы ответил ровно то, что сейчас сказал мне ты. И это еще я неопределенно отвечаю. – я начинаю раздражаться. У меня на это нет особой причины, просто он сейчас сказал не так, как это хотелось бы услышать мне. Я мог бы ответить нормально, я знаю, но не захотел. Вот просто так. В последнее время я часто стал злиться на все вокруг, потому что злиться на себя уже нет сил. - Я спросил нормально. Если у тебя снова нет настроения, то просто дай знать. Рис с курицей будут ждать тебя на столе. С той стороны был нажат отбой. И мне снова гадко, что я разогнался с нуля до ста за три секунды. В последнее время так действительно было часто. Марк здесь был не при чем. Я просто тону в собственном болоте неопределившихся желаний. Не знаю, со всеми ли людьми так происходит в определенный момент, но со мной однозначно. Злиться я начинаю еще сильнее потому, что осознаю только свою вину. Но винить себя тяжко вообще-то! Особенно когда у твоего партнера все было спокойнее в прошлой жизни. Он желанный осознанный ребенок, у которого не было рвения завоевать внимание всех и вся вокруг тебя. Марк был из тех людей, у которого были возрастные родители, которые обожали его, но с высоты опыта воспитания предыдущих детей ошибок уже практически не допускали. Но несмотря на это признаться в том, что он живет второй год с парнем он не мог. И во мне копится злость. И злость от того больше, что я не имею и сотой доли права на кого-то злиться. Календарь упал со стола под бешенным напором моей коленки, которая третью минуту отбивала такт по внутренней стороне стола. Я снова ушел в эти мысли, от которых так мало толка. В окно залетела муха и долго кружила по кабинету. У мухи нет ничего, кроме говна в жизни. У меня есть стабильная работа, любимый человек, хорошие отношения с родными. Но у мухи есть то, чего нет у меня – удовлетворенность. Курица на столе и вправду была. Только холодная, нарезанная неровными кусками. На столе было просыпано пару рисинок. Настроение, которое и так было ни к черту еще со времени нашего дневного разговора, сейчас улетело за горизонт и возвращаться не планировало. И меня не волнует тот факт, что обо мне в принципе позаботились, оставили ужин и что меня вообще кто-то ждет – я слишком долго жил в мире, где благодарность за то, что человек в принципе делать должен по общепринятым нормам и правилам, была ежедневным ритуалом. Научится ценить себя сложнее, чем кажется, поэтому я часто перебарщиваю и выгляжу аки капризная принцесса, которой на ужин принесли пончик не шоколадный, а шоколадно-ванильный. И нет, меня не раздражает факт неаккуратного ужина, меня задевает небрежность, с которой забота обо мне была выдавлена из себя. Вот с такими мыслями я захожу в гостиную, где уютно полулежал Марк. Наша квартира напоминала сплошное противоречие. Отчасти потому, что основной вклад в интерьер вносил я. Квартира была довольно старой, со взбухшими местами обоями, непонятными дырами с дюбелями в стене, по которым может создастся впечатление, будто до нас тут жил тот самый сосед, что вечно сверлит без причины. В общем местами стены выглядели не хуже маасдама, только цену им это не прибавляло, а в стократ убавляло. Кроме стен были проблемы с проводкой, местами торчащей откуда ей не следовало. В остальном тут было классно – квартира была двухкомнатной, так что гостей прямо к нам в спальню тащить не приходилось. В спальне стояла двуспальная кровать с ахуеть каким цветным вырвиглазным покрывалом, который еще в бородатые времена сшила моя бабушка, а посему оно безумно напоминало мне родной дом, в общем прикипел я к нему знатно, Марк со временем тоже перестал ловить с него эпилептические припадки и проникся всей душой к творческому подходу моей бабушки. На стенах в спальне висели не менее яркие, но все же однотонные, полотна рыжего цвета – на одной гордо восседал Будда, а на второй раскинулись драконы, кусающие друг друга за хвосты и тем самым образующие Инь и Ян. Не спрашивайте, что я курил перед тем, как этим добром обзавестись. Скажу так, первое полотно мне досталось даром от моего близкого друга, который в определенный период жизни решил удариться в буддизм. Стоит ли говорить о том, что долго его увлечение не продлилось? Мне кажется нет, так как полотно с Буддой уже очень долгий срок находится у меня. Ну а приобрести этих драконов меня побудили все те же сраные выцветшие обои. Да и одному полотну как-то было слишком уныло, и я подарил ему собрата на соседней стенке. Дальше к ним присоединились: цветок, благовония, аромасвечи, комнатный фонтанчик, коврик для медитаций и подсветка для кровати. Так наша комната обрела спокойный вид даже при всем ее пестром многообразии. Марк никогда особо в таких вещах инициативу не проявлял, но очень любил отвергать. Но комнату он принял сразу, для меня этот момент был таким необычным и странным – вот он человек, с которым я планирую счастливо жить, и он даже совпал со мной вкусами в этом сумбурном декорировании. Вторая комната гостиная. Ничего выдающегося вы там не найдете, только простенький диван, верхнего освещения нет, лишь огромный напольный светильник, дальше большой шкаф с углублением посередине, в котором покоился новый телевизор, купленный мной на мою первую зарплату на новом месте работы. Люстра в этой комнате установлена не была, но когда хозяйка взялась ее устанавливать мы протестовали до последнего – в комнате было огромное окно, днем даже в самый пасмурный день было очень светло, а работать в вечернее время, да еще и дома, ни у меня ни у Марка привычки не было, поэтому мы остановили свой выбор на огромном напольном светильнике, который редкий раз включался, чтобы окончательно не испортить зрение при просмотре любой из известных трилогий в миллионный раз. Марк должен был сидеть в спальне. Если бы он был там, мое настроение изменилось бы, потому что в том пестром царстве я быстро ухожу в свои воспоминания и забываю за минуту, почему мне что-то не понравилось. Но в гостиной глазу было не за что зацепиться. Кроме Мрака, к которому у меня и так имелась претензия. - Добрый вечер! Как дела на работе? – непринужденная поза, даже взгляд оторвал от книги. Вид полный заинтересованности. Но я точно знаю, что никому и никогда не интересно слушать, что у тебя было на работе, поэтому и вопрос этот я не очень-то люблю. На него не существует никакого вменяемого ответа. Если на работе было что-то экстраординарное, то ты расскажешь об этом сам, без каких-либо предварительных вопросов. - Нормально. Ни хуже, ни лучше, просто, как всегда. Как у тебя на работе? – приличие доведет нас до лишения рассудка. Марк немного младше меня, к тому же мог себе позволить с более состоятельными родителями не работать до самого выпуска из университета, поэтому сейчас, когда его трудовой стаж едва перевалил за полгода, он все еще полон энтузиазма. - Бумаги, менеджеры, директора и злобная Зина из бухгалтерии, которая втайне называет меня Маркушком и сует домашние пирожки. Ну не грымза ли? – отвечает он с улыбкой на лице. - Прозвище и вправду отвратительное, где ты успел ей так насолить? – и вот я снова оттаял. Непринужденная беседа всегда спасает, каким бы ни было сложным совместное проживание, но все-таки умение сгладить острые углы, даже когда твой партнер их себе сам надумал, это истинное искусство, на котором держатся все любовные линии. Видя, что опасность миновала, Марк снова опускает свои ярко-зеленые глаза в книгу. И он прав, сейчас ему уже нет смысла наблюдать за своим тылом, пожар погас, как и мой голод, поэтому кулинарное недоразумение меня вряд ли заставить сегодня расстроиться еще раз. Мы сидим пару минут в тишине, пока я пытаюсь понять, почему этот рассудительный мужчина больше не вызывает во мне прежнего желания. Я люблю его все также сильно, тупее он не стал, а только наоборот, общих тем у нас так и не убавилось, хотя все твердили про совместную жизнь обратное. Быт иногда грызет нас, как, например, меня пару минут назад, но не более. Что для меня еще более пугающее, так это то, что мой партнер также значительно угас в желании. Если бы проблема была только во мне, то я с уверенностью мог бы сказать, что все решаемо, потому что моя голова и процессы в ней мне вполне понятны. - Ты опять пропустил тренировку? – я обратил внимание на время и день недели только сейчас, когда календарь в моем телефоне напомнил мне про полив цветка. - Не пропустил, а намеренно не пошел. – отчего-то мой собеседник решил, что это максимально разные вещи и после этой фразы я должен все понять и отстать от него. - Это вообще не меняет дела. Что не так? Ты же столько на этих выходных затирал мне про важность крепости тела и духа, делая упор на то, что дух у тебя крепче кремля, а вот тело крепостью годится только на нашу девятиэтажку. – ради справедливости стоит отметить, что у Марка с телом все в полном порядке. Но я хочу поддерживать его начиная, особенно если они благие и иногда дают ему сублимировать. Рост моего партнера был чуть выше среднего, а генетика наградила склонностью к полноте, которую тот вполне успешно перенаправил в русло роста мышц, но если пару вечеров наслаждаться пиццей с пеперони, то генетика может ожидаемо взять в этой битве верх. - Сегодня нет настроения. Не только на тренировку, но и на обсуждение этого. – если показалось, что настроение управляет в нашей паре только мной, то это ошибочное мнение. Хотя чаще за такими фразами скрывается что-то более глубокое. - Слушай, ты начнешь мне доверять когда-нибудь уже свои мысли или я тут так, вторая напольная лампа? – я хочу откровенности в отношениях. Нет, не грузности и попытки повесить на меня все свои внутренние сражения, а лишь маленький выдох, чтобы я тоже понимал, что твое поведение рационально, что у тебя меняется мнение не потому, что ты тупой идиот. - Я уже сказал, что не намерен обсуждать это. Если у меня нет настроения, то это не значит, что я должен идти куда-то из-под палки. – если начинать спорить, выяснять первоначальную причину, то в меня точно полетят ответные стрелки. Марк никогда не любил делиться эмоциями и переживаниями, это грызет его изнутри, а я за столько лет отношений уже приучил его и себя к тому, что в такие моменты я вытаскиваю все из него практически силой. Но после этого наблюдается дисбаланс – у него удовлетворенность, что он больше не держит этот груз в себе, а у меня полная моральная истощенность, потому что потери при такой словесной баталии обычно терплю я. - Хорошо. – обычно в этом месте я продолжаю фразу «я устал тянуть все из тебя клещами» после чего начинается та самая баталия, в которой Марк упорно говорит мне, что из меня хуевый психолог и никогда я ничего из него не вытягивал и рассказывал он мне все только по своей воле. А в награду я получаю искомую правду, вроде как по его желанию, ну да, ну да. Но не сегодня, мой дорогой, я слишком измотан лишними мыслями, от которых нет толка. После этого я встаю и ухожу на кухню. Чувствую удивленно-разочарованный взгляд, сверлящий мою спину, и тихий вздох. Вздох чего? Неужели облегчения? Видимо на этот раз я ошибся и сегодня моральных сил реально не было у нас обоих. Что-то происходит, окружает нас и все вокруг нас, не дает просветлеть взгляду. Раньше так всегда было, что ты ждешь окончания чего-то, эта дата греет тебе душу и предвещает начало улучшенной жизни после. Но не теперь, когда учеба позади, а твои единственные каникулы теперь представляют собой месяц в году, которого тебе никогда и ни на что не хватит. Почему в нас скопилось столько усталости? Ради чего мы это делаем?