Большие секреты маленького города

Рунил успел вымыть тело и подготовить его к погребению. Вокруг шеи ещё поблескивали растворённые кристаллы серебра. Как детективы и думали, следов некротики он так и не нашёл, хотя это ни о чём не говорило: вампир мог намеренно сбить преследователей с толку и только залезть в голову жертвы. Уильяма пугала мысль, что легат последнее время танцевал под его дудку — поэтому Зария и заметила изменения. Что же произошло? Они пересказали разговор с Денгейром и упомянули некроманта, внимательно изучая реакцию Рунила. Тот вздохнул, прошептал молитву Аркею и отпираться не стал. — Я и сам над этим думал, но не могу обвинить кого-то конкретного. У нас здесь много некромантов разгуливает, а ещё они обожают устраивать что-то вроде паломничества к старому кладбищу каждый год третьего Огня Очага. Но Горацио живёт рядом много лет и пока доставлял хлопоты только мне. Некоторые жители даже считают, что соседство с некромантом, так сказать, полезным бывает. Наше отношение к смерти несколько разнится с общепринятым. Это мягко сказано. Уильям и Гарм переглянулись: значит, некромант предоставляет какие-то услуги местным? — Но вы не отрицаете, что он уже был замешан в разграблении могил? — Да, не отрицаю — и не одобряю. Я долго боролся с ним, но в итоге немного смягчил свои взгляды. Знаете, пообщайтесь сами и всё поймёте. Думаю, Горацио про своих коллег больше расскажет, нежели я. Ненья не хочет об этом говорить, но где-то в лесу есть их логово. Рунил подсказал, в какой стороне находилась хижина Горацио, и предупредил, что утром легат Скулнар будет похоронен. Гарм указал на тела в мешках и спросил: — Кто это, и когда они погибли? — Это и есть трэллы, на которых я извёл весь адский камень, — вздохнул Рунил. — Неместные — лиц я не узнал. Бандиты, судя по всему. Но лучше Горацио спросите — это его творения. Заодно передадите, чтоб за продуктами в следующий раз своими ногами шёл. Детективы вновь покинули Зал Мёртвых в недоумении. Уильям не возражал против прогулки, чтобы как следует обмозговать все показания и обсудить их с Гармом. — Третье Огня Очага через четыре дня — думаешь, совпадение? — спросил тот, когда город остался позади. — Технически это ночь со второго на третье, — поправил Уильям, — но да, подозрительно. Ночь, когда мёртвые восстают из могил и ходят среди живых. Наверное, Фолкрит встречает её по-особенному? — И что, они весь день ходят, и никто не мешает? Уильям фыркнул. — Это же сказка. Конечно, некромантия запрещена круглый год. — Но я бы уже не отказался послушать версию событий самого Скулнара, — вздохнул Гарм. Уильям же надеялся, что в Фолкрите они не задержатся настолько долго. На дорогу ушёл примерно час. Лес расступился, и детективы вышли на открытый участок земли, где стояла небольшая хижина. Для отшельника место выглядело идеальным: Уильям и сам порой думал сбежать от людского моря эмоций, но со временем понял, что и в шумной столице можно остаться в одиночестве. Гарм первым заметил несколько фигур за низким забором из палок и прибавил шаг. Четверо мужчин в кожаной броне склонились над чем-то — или кем-то, — а затем один из них занёс над головой оружие с железным наконечником, вроде копья. — Ни с места! — заорал Гарм, переходя на бег. Уильяму было, конечно, не угнаться. — Погоди! — только и успел крикнуть он, когда Гарм, словно взбешённый мамонт, ворвался в толпу. — У них нет эмоций! — добавил Уильям уже тише, когда трэллы вцепились в Гарма со всех сторон. Он выхватил меч и успел ударить одного эфесом в лоб, когда дверь хижины резко распахнулась, отскочив от стены, и орочий вопль, как клич берсерка, заставил всех замереть: — Не топчите капусту! — Уильям опустил взгляд и увидел под ногами трэллов раскиданные тяпки, которые он принял за оружие. Ворча, Горацио запахнул белый халат, сделал пасс рукой, и трэллы, отпустив Гарма, строем отправились в сторону сарая. — Вы ещё кто? Я вас не звал. Где мои посыльные с дичью? В голове Уильяма словно что-то щёлкнуло. — Рунил сказал, чтоб в следующий раз вы сами пошли. — Горацио недовольно причмокнул и оглядел их с Гармом с ног до головы. — Мы прибыли из Сиродила для расследования смерти легата Скулнара, — продолжил Уильям. — Рунил прислал к вам за ответами. Есть подозрения, что некроманты выпустили с кладбища древнего вампира. — Должно быть, они сильно удивились, — буркнул Горацио. Видимо, решив, что от допроса не отделается, он вышел на улицу и прикрыл за собой дверь. — Но я как раз размышлял, почему соседи мои притихли. Думал, как обычно, разбежались или передохли, а может, и помогли им? — Что за соседи? — после стычки с нежитью Гарм не растрачивал силы на любезности и вошёл в роль «злого детектива». — Да подростки дурные — нравится им ореол таинственности, запреты нарушать. Кто-то ворует, кто-то волосы красит, а кто-то в культы бежит. — Личный опыт? — не удержался Уильям, но Горацио его проигнорировал. — Вы туда наведывались? Он вдруг засмущался и запустил пальцы в неухоженную седую бороду. — Они меня пускать перестали уже давно: сею, мол, семена сомнений! Дети глупые, а некромантия требует контроля. Кого в городе видел, конечно, отводил поговорить. Иногда даже получалось вразумить — но редко. — Мы хотим туда наведаться, — решил Гарм, когда получил сигнал от Уильяма, что Горацио не врал. — Но сначала здесь всё проверим. Я так понимаю, что трэллы у вас как рабы работают? — Мне уже под сотню лет — как думаешь, легко ли мне по несколько миль туда-сюда ходить? Вот доживёт Рунил до моих лет… ну, соразмерно альтмеру… а ему и стакан с водой никто не принесёт. Гарм такие взгляды не разделял — как норд, он чтил покой предков, — но Уильям остался в восторге от идеи. Вампиры всё-таки неравнодушны к некромантии. Впрочем, симпатию к Горацио лучше держать при себе. — Откуда вы взяли тела? И когда последний раз были на кладбище Фолкрита? — Давно уже, не припомню даже. Скучно там, зато в лесу полно мусора. — Уильям подумал, что ослышался, но Горацио с раздражением пояснил: — Бандитов, мародёров, чокнутых некромантов, ворожей, проклятых всяких — им тут кровью намазано, земля особая. Гарм медленно кивнул, видимо, тоже припомнив слова Вальдра. Фолкрит за века повидал сотни битв, пережил разделение территорий — и сейчас ничего не изменилось. Умиротворённость здешних мест — иллюзия. И всё же они решили зайти в дровяной сарай, где аккуратными рядами лежали тела — в основном мужчин нордов в сыромятной или кожаной броне, на которую у любого денег хватит, с потёкшим боевым раскрасом на лицах. Если бы Уильям не знал, что они не дышат, то принял бы за спящих. Правда, один паренёк был одет в чёрный балахон и лежал в дальнем углу, немного присыпанный разбросанным по земле сеном. — Один из культистов? — указал Уильям, и Горацио отреагировал впервые по-настоящему бурно: с гневом, стыдом и печалью. — Это единственный из горожан, Гримствор — кузен Лода. Его выкинули в лес уже мёртвым, а я привёл сюда. Вот он лежал и лежал, а я всё думал, как поступить правильно. В итоге отправил записку без подписи, чтобы Лод не мучился — и всё. Струсил, в общем. — Вы знаете, какова причина смерти? Горацио помотал головой, словно касаться Гримствора было кощунством.