Большие секреты маленького города

— В голове столько мыслей, что я точно нескоро усну, — вздохнул Гарм. — Да и выслушивать от пьяной толпы вопросы и упрёки не хочется. Если готов проскочить, то иди спать, а я подожду до ночи — посмотрю, кто решит в лес наведаться. Мысль вновь встретиться с местными один на один привела Уильяма в ужас; сонливость как рукой сняло. — Нет, я составлю тебе компанию, хотя и сомневаюсь, что кто-то в нашем присутствии будет так глупо подставляться. Мрак по-осеннему быстро сковал город. Порой в окнах мелькали огоньки свечей, но единственным ярким ориентиром был факел в руке стражника. Гарм проследил, как тот пообщался с фермером, прошёл через ворота и скрылся в городе. Если консервативностью маршрутов отличались все стражи порядка, то и в ночь исчезновения легата он должен был пройти тот же путь. Гарм дошёл до реки и посмотрел на Фолкрит с тыла, затем — на север, где нашли тело легата. — Он должен был пройти здесь, если шёл из города, и что мы видим: таверну, ферму, где, как говорят, Скулнар повздорил с Матьесом, а рядом, — он указал пальцем на третий дом, но мысль у Уильяма не зашевелилась. — Там живёт Денгейр, — пояснил Гарм, — потом лесопилка. И о чём это нам говорит? — А сзади нас кладбище — тоже отличное место для разборок, — добавил Уильям и зевнул. — Но я понял, о чём ты: перед смертью Скулнар был где-то здесь. Гарм прошёл вдоль реки, принюхиваясь и приглядываясь к каждому камню. Вампиризм наделял ночным зрением, но Уильям плохо читал местность, поэтому просто плёлся следом. Они нашли каменистый брод, где плавали фрагменты древесины, но не полезли в холодную воду. Для наблюдения Гарм выбрал лесопилку, откуда просматривались и река, и ворота. Уильям устроился в углу, примостившись на поленья, и порадовался, что проклятая кровь не давала замёрзнуть. Вырубился он как солдат на посту, но услышал шёпот Гарма и встрепенулся. Судя по комплекции и нахальной ширине шага, в их сторону точно шёл норд. Проскочив полем, он направился к реке и спокойно прошёл брод по камням, в темноте — значит, часто этой тропой ходил. В лесу норд припустил, точно заяц, словно куда-то опаздывал. — Светлые волосы до плеч, молодой и энергичный, в рабочей одежде, — пробормотал Гарм приметы. — Видел уже такого? Уильям покачал головой и прислушался: Фолкрит словно вымер; даже таверна затихла. В Имперском городе веселье не утихало до рассвета, нервируя пытающихся уснуть соседей — раздолье для энергетического вампира. Лесная тьма навевала скуку, и Уильям снова зевнул. — Наверное, один из этих сектантов. Пойдём за ним? — Завтра во всём разберёмся, — отозвался Гарм. Ночной слежкой он остался недоволен. Уже не таясь, они вышли к дороге и направились в город; окна таверны светили в конце улицы. Фолкрит пугал молчанием и буйным цветом паслёна, словно ждал какой-то беды; с другой стороны, тишина говорила о спокойствии — как на кладбище, в общем-то. Уильям и сам не заметил, как перенял местный юмор. Он вздрогнул, почуяв чьё-то присутствие во тьме; Гарм тоже напрягся и уставился в темноту, где высился длинный дом ярла. У забора, под укрытием кустарника стоял верзила, похожий на какого-нибудь сектанта: с козьим черепом на плече и чёрной полосой на лице, скрывающей глаза — в темноте показалось, словно его голова была разделена надвое. Впрочем, яркие приметы и помогли вспомнить, где Уильям уже видел его: за спиной ярла Сиддгейра. — Вам здесь не место, — прогудел верзила; в голове его было пусто и глухо, как у всех телохранителей. — И вам доброй ночи, — отозвался Уильям и прибавил хода. Они ввалились в таверну, не боясь, что их поймают какие-нибудь зеваки. В центре зала догорал очаг — домашний и уютный, — а из людей осталась только Валга — Уильям тотчас узнал её лицо по воспоминаниям Вальдра. Странно, тогда она казалась ему куда красивей и моложе. — О, вот и наши детективы, проходите! — громко и радушно поприветствовала она. — Комнаты уже приготовлены, ужин я вам оставила. Остыл, правда. Мы вас так вечером ждали, но что уж, ладно. За вервольфом этим, поди, по лесу бегали? Хотела Вальдра расспросить, как у вас дела идут, а он совсем убитый пришёл, бедолага. Рунил даже заходил с ним поговорить. Ну ничего, утро вечера мудренее… Детективы переглянулись, не решаясь перекрыть поток болтовни. — Вервольфом? — почти хором переспросили они, и Валга посмотрела на них с недоверием. — Ну да, у нас все о нём только и говорят. Нарри моя его слышала, да и многие тоже. Я сразу страже сказала, что это Синдинг проклятый вернулся, а они меня на смех подняли! — Это убийца девочки, Лайры? — Валга кивнула, обрадовавшись, что её о чём-то спрашивают. — Когда конкретно о нём снова заговорили? Правда, Уильям почему-то уже знал ответ. — Да вот на следующий день, когда Скулнар исчез, вроде бы. Утром несколько человек заявили, что слышали ужасный вой, тот самый. Его ни с чем не спутать, знаете ли! Какая ужасная ночь была! Зария и Валга определённо помнили её по-разному. — Спасибо, — как всегда, вежливо вклинился Гарм, — где мы можем найти Нарри? — Завтра утром на смену сюда придёт, как и каждый день, в принципе… А вы ужин-то берите, не стесняйтесь! Лишь бы побыстрее этого Синдинга наконец вздёрнули… Гарм, как от него и просили, взял обе порции и поднялся на второй этаж. Несмотря на усталый вид, от него разило возмущением, и Уильям мог понять напарника: за каждым углом новые свидетели пытались развернуть расследование, словно сговорились. За стеной Гарм заедал мрачные думы и постепенно успокаивался, и Уильям снова уснул, оценив мягкость волчьих шкур. Из неясных сновидений его вырвал визг — две женщины словно пытались друг друга перекричать. Хлопнула дверь, и на лестнице раздался топот Гарма. Кряхтя, Уильям успел только ноги свесить, коснуться холодного пола стопами, как в голову ледяными копьями тут же вонзились чужие эмоции — ужас и паника. На первом этаже, под ним, словно пламя под вертелом, разгоралась истерика. Уильям быстро оделся, спустился вниз и увидел двух женщин в зале. Валга рыдала, кричала что-то несвязное, а девушка — видимо, Нарри, — обнимая её за плечи, с ужасом смотрела вглубь комнаты. Широкая спина Гарма в проёме загораживала обзор, но когда появился Уильям, тот отошёл в сторону, демонстрируя труп Вальдра в петле. Он перекинул верёвку через балку, встав на тумбу, и спрыгнул — почему-то Уильяму требовалось выстроить хронологию. Гарм бродил по комнате среди разбросанных вещей и шарил взглядом — быстро, испуганно, со злостью: искал записку, где говорилось бы о причастности имперского детектива? На крики в таверну ворвалась целая толпа нордов, которых Уильям точно не хотел сейчас видеть вместе: Каст, два подходящих под приметы норда, и возглавляли их Денгейр с братом. Испуганный бретон пытался протиснуться вперёд к Валге. Бывший ярл, словно волнорез, прошёл мимо Уильяма в комнату и замер на пороге, уставившись на Вальдра. Кто-то выбежал на улицу и звал стражу. — Имперские убийцы уже принялись за нас! — заорал Денгейр, когда вышел из ступора. За его спиной Гарм метнул в Уильяма суровый взгляд. — Что, кровь за кровь, ублюдки поганые? Мысли нордов зашевелились, точно встревоженный осиный рой; женщины рыдали, и без того подтачивая внутренний контроль Уильяма.