Дневники Империи

21.

Быстро пролетали длинные зимние дни, и вот, наконец, в городе показались первые птицы, которые, сбиваясь в группы и распушаясь от холода, неуверенно оглядывали пока ещё заснеженный город. Появляясь всего на мгновение, они отступали, намереваясь вернуться с первым потеплением. Ну а пока революционеры и мирные жители наслаждались недовольными разговорами пернатых соседей, которые, не найдя, чем поживиться, улетали, ругая людей. И хотя лёд всё ещё сковывал море и метели бушевали необычайно сильно, каждый соглашался с тем, что зима постепенно сдаёт позиции, и спустя пару месяцев грянет весна. Легионеры Царя угрюмо шмыгали носом, рассматривая поднимающееся всё выше солнце, надеясь скоро скинуть зимние плащи и перестать ютиться у костров. Несмотря на то, что после спасения Магистра Ордена Гидры осаждающие войска, перейдя под контроль другого легата, предприняли целую серию атак разной степени успешности, Макс вместе со своими товарищами сидел без дела в здании главного штаба. Маясь от безделья, революционеры писали рапорты, прося отправить их на фронт. К сожалению, у командования восстания были иные взгляды на ведение войны, а потому диверсионные отряды лишь отдыхали да обучали новых солдат, которых с каждым днём становилось всё больше. После того, как царские воины не смогли задавить сопротивление и вынуждены были вернуться на изначальные рубежи, много молодых и горячих сердцем людей захотели вступить в ряды повстанцев. Орден Гидры же, не скупясь на кредиты и займы, поставлял в город вооружение и броню, получая в оплату картины, драгоценные камни и остатки казны. Даф же, по-прежнему занятая помощью раненным и обездоленным, редко ночевала в штабе. Появляясь раз в несколько дней и устало падая на постель, она почти не разговаривала с Максом, обмениваясь с парнем лишь парой дежурных фраз. Страдавший же от отсутствия работы имперец осаждал приёмную Императора, надеясь лично поговорить с ним и изменить положение вещей. Вот и сейчас революционер неторопливо подходил к заветным дверям, у которых в полном облачении стояли Гвардейцы. Заметив ставшего постоянным гостем визитёра, один из них помахал рукой, готовясь выдать дежурную фразу, которая уже успела набить оскомину на языке всех охранников. – Император сейчас не может вас принять, так как занят переговорами с одним из представителей иностранных держав, – закричал воин. Заметив разочарование на лице парня, он улыбнулся. – И вам привет, мужики, – ещё больше замедляя свой шаг, ответил воин диверсионного отряда. – А на что ты надеялся, Макс? Мог бы уже привыкнуть, что наш правитель либо спит, либо занят, – усмехнувшись, продолжил Гвардеец. – И вообще, я же тебе обещал, что лично позову, когда появится свободное окно, что ты сюда как на работу приходишь? – Ну так что мне ещё делать? Новичков готовить Михалыч после обеда меня заставляет, девушка постоянно в разъездах, а сидеть с Саней и пить – не вариант. – Да ну, место же у него просто огонь, что не так? – удивлённо спросил солдат. – Печень у меня не железная, вот что, – смеясь, сказал парень. – А в одиночку хлестать компот в одиночестве – не мой профиль. Полезно, конечно, не спорю, но грустно до жути. – Ладно, так уж и быть, можешь здесь заливать в себя эту ягодную гадость, – не переставая улыбаться, Гвардеец показал на одинокую табуретку, стоявшую неподалёку от двери. Она появилась тут сравнительно недавно и ещё не была замечена Императором. Когда парня в очередной раз не пустили на аудиенцию, он, недолго думая, принёс её, чтобы проводить долгие часы ожидания с комфортом. С того дня на сколоченном из подручных материалов шедевре искусства успели посидеть как высокопоставленные чиновники, так и простые гонцы, которые должны были получить очередной пакет секретных документов. Однако, больше всего времени на табурете проводил именно Макс. Опускаясь на шершавую деревяшку, он замирал, пустым взглядом сопровождая каждого, кто приходил к вождю революции, надеясь, что именно этот гость окажется последним. К несчастью, раз за разом появлялись новые просители, и дело простого солдата откладывалось в долгий ящик. Однако, на этот раз всё пошло не по плану. Как только парень сел, двери распахнулись и из них выскочил одетый в чёрное человек. Прокричав проклятия в адрес Империи, он поспешно сбежал вниз по лестнице, чуть было не обронив золотой крест, который ему приходилось держать в одной руке. Спустя мгновение вслед за беглецом полетел молитвенник. Радостно развернувшись и перевернувшись пару раз, книга угодила приямком в Макса, который, не ожидая подобного, не успел увернуться и рухнул с табуретки, оглашая дворец громким грохотом. Ещё через секунду в дверном проёме показался сам Император с мечом наголо. Яростно смотревший вслед собеседнику, красный от злости, он нервно сжимал рукоятку оружия, готовый убить несогласного. Увидев главу восстания, Гвардейцы мгновенно вытянулись по струнке, вспоминая о субординации. Одновременно с этим Макс, всё ещё не знавший о присутствии вождя революции, со стоном поднялся, витиевато ругаясь. Впрочем, заметив начальство, он мгновенно замолчал, подавившись собственными словами, и вкинул руку в приветствии. Повисло неловкое молчание. Солдаты всячески делали вид, что случившееся для них – обычное дело, а Император бормотал под нос нелицеприятные высказывания в адрес служителя церкви Ома. Наконец, он обратив внимание на подчинённых, которые, боясь лишний раз вздохнуть, с трудом подавляли усмешки и улыбки. – И вот как такая скотина может утверждать, что она избрана богом? – пытаясь отдышаться, сказал вождь восстания. – Понятия не имеем, – хором ответили ему воины. – Вот и я не могу никак сообразить, – заметив среди Гвардии постороннего человека, глава революции обратился к парню. – А ты что тут делаешь? – Максим Орлов, диверсионный отряд, – бодро отрапортовал воин. – У меня коллективная просьба от всего нашего подразделения. Разрешите? – Ну, у меня как раз время освободилось, так что почему бы армии не помочь, – сказав это, Император ткнул пальцем в ближайшего охранника, как будто не было между ними той гигантской социальной лестницы званий и должностей. – А вы – не слова о произошедшем. А то насочиняет потом народ анекдотов, как сражаться будем? Получив в ответ кивок, вождь революции, поманив за собой Макса, вошёл в кабинет. Парень последовал за начальством, попутно подхватив священное писание и спрятав его под плащ. Не то, чтобы ему очень нужна была эта книга, но мало кто способен отказать себе в обладании таким сувениром. Зайдя в комнату, Макс удивлённо застыл, рассматривая непохожий на остальные помещения дворца зал. Некогда предназначавшийся для написания картин и иных культурных развлечений царской семьи, он был разделён на две неравные половины обычной ширмой. За ней притаилась маленькая скрипучая кровать, комод с личными вещами и совсем уж крохотная тумбочка, на которой одиноко стоял цветок Не перенёсший суровой погоды, он погиб и теперь осыпался пожухлыми лепестками прямо на пол. Остальная часть комнаты также поражала. Вместо богатых украшений, статуй и гобеленов взгляд парня встретил голые стены. От прежнего убранства остался лишь большой стол, на котором лежала подробная карта города, вся усеянная какими-то миниатюрами и значками. В углу, одиноко блистая своей красотой посреди разрухи и нищеты, стояла парадная броня вождя революции. – Ну что, товарищ, удивлён? – не скрывая удовольствия спросил Император. – Думал, что я тут как и все правители, в золоте купаюсь и ем только с серебряных приборов? – Нет, что вы, – поспешно ответил Макс. – Но, простите меня, даже я, простой солдат, живу лучше, чем вы. – В а этом и заключается моя идея, – улыбаясь, ответил мужчина. Не обращая внимания на собеседника, он достал с полки книжного шкафа один из множества фолиантов. Мелькнули пожелтевшие страницы, все испещрённые заметками, и письма, заложенные вместо закладок. Наконец, вождь революции нашёл нужный отрывок и, наставительно задрав палец кверху, процитировал его. – В современном обществе укрепился стереотип, что глава государства не имеет права быть бедным. В действительность, кто как не нищий может понять истинные нужды и проблемы самых уязвимых слоёв населения? – закончив чтение, Император важно хлопнул пыльной книгой и вернул её на место. – Я, может, ошибаюсь, но это же Вильгельм из Марнбурга, – неуверенно произнёс парень. – Нам его не преподавали, но любой уважающий себя человек должен знать мастера публицистики. – Полностью с тобой согласен, мой друг, – радостно и даже несколько удивлённо ответил правитель. – Однако, что тебя привело ко мне? Я сомневаюсь, что желание обсудить со мной политическую прозу и историю искусства. – Никак нет, я по поводу бездействия диверсионных отрядом. Солдаты деградируют от безделья и скоро и вовсе забудут, за что мы сражаемся. – А, ты по поводу той пачки писем, которую я получаю каждый день, – усмехнувшись, ответил Император. – Ну что же, давай я тебе объясню, что же происходит, и почему мы не можем пока бросить вас в бой. – Если вам не сложно, – тихо согласился Макс. – Для начала я, с твоего позволения, загляну в прошлое. Родился я в семье простого рыбака с Островов. Холодное, продуваемые всеми ветрами жилища, постоянное недоедание и общая бедность забрали в первые пару лет почти всех моих сверстников, – садясь на скрипучий стул, правитель закинул руки за голову и мечтательно закрыл глаза. – В крупных городах люди пировали, тратили время и деньги на театры и образование, а у нас не было средств даже не самое простое лекарство. Так бы и умер я в безвестности, как сотни знакомых, но, слава богу, подвернулся шанс оказаться в столице. – И какой же? – неуверенно спросил парень, присаживаясь на одиноко стоящий табурет. – Я с трудом поступил в Высшее Техническое, и это несмотря на то, что моя мать – достаточно влиятельная на Островах женщина. – А всё просто, мой дядя скопил достаточно денег, чтобы переехать туда жить, бросив всё дома, – отмахнулся Император, всё также не открывая глаз. – Я чудом смог уговорить его взять меня с собой, и спустя две недели, зелёный, но вполне готовый к свершениям, оказался в сердце нашей с тобой Родины. Однако, как оказалось, поступить там в университет для чужака было невозможно. Все престижные места были куплены детьми легионеров и чиновников, а среди обычных горожан была такая конкуренция, что у меня не было ни малейшего шанса. Поэтому пришлось мне, работая то тут, то там, перебраться в Город Героев, как зовут в народе место, где мы с тобой находимся. – Но как в вашей жизни появился Магистр Ордена? – прозорливый Макс явно понял, что его собеседник рассказывает далеко не всю историю. – Так вот, когда я добрался в будущую колыбель революции, оказалось, что и здесь ситуация не лучше. Отчаявшегося, почти что спившегося студента, заметил один из послушников и представил на общем совете своему главе. Не знаю, что они во мне увидели, но спустя дюжину дней я уже стал одним из них, получив место в Высшем Техническом, там же, где учился, по видимому, и ты. – Но как и почему началась революция? – Всё просто – протестующим нужен лидер. Людям нужен тот, кто не побоится повести их за собой. Ну а я, на тот момент, был отличной кандидатурой: выходец из глубинки, имеющий влиятельных союзников, способный вооружить толпу в сотню человек, – откинувшись на спинку, вождь революции не замолкал, полностью отдавшись во власть воспоминаний. – Во время очередной забастовки я вышел на трибуну, сменив предыдущего смельчака. Но, в отличие от других, я не призывал к упорству и стойкости, я призывал к борьбе. Люди Ордена раздавали мечи и копья, а тем временем я всё больше разжигал огонь ненависти в обездоленных. И когда настал момент, мы вышли на улицы, и доказали, что с нами стоит считаться... Император, немного задумавшись, хотел было продолжить свой рассказ, но тут тут в кабинет ворвался начальник охраны дворца. Истощённый бегом, он тяжело дышал, то и дело отхаркивая кровь. В его ноге глубоко засела стрела, а прямо через нос шла свежая рана. Отсалютовав повелителю, солдат сбивчиво начал доклад. – Товарищ Император, войска Царя совершили дерзкую вылазку и напали на караул прямо напротив дворца, – хрипя и цепляясь рукой за стену, вояка с каждой секундой терял всё больше и больше крови. – Какие будут приказы? – Единственно возможные в такой ситуации, – сказал Император, хватаясь за оружие. Заметив непонимающий взгляд Макса, он обратился к нему. – Давай парень, за мной. Меч, слава богу, у тебя с собой, так что поможешь нам отбить эту атаку. Раздался звук боевого рога и через двери дворца хлынул поток солдат. В спешке надевая шлемы и поправляя снаряжение, воины прямо на ходу строились, готовясь уничтожить врага. Там, на другом конце казавшейся бесконечно большой площади, смелые бойцы отчаянно пытались сдержать наступление врага, дорого продавая свои жизни. А Макс, не дожидаясь дальнейших приказов и помощи Гвардии, вёл за собой простых легионеров, которым не нужна была команда Императора, чтобы спасти своих братьев. Высоко держа знамя, выхваченное резким движением у одного из телохранителей правителя, он уверенно шёл вперёд, громко, вместе со всеми, читая одну из молитв, что была написана в Священном Писании...