Дневники Империи

35.

Неторопливо поднимаясь, солнце отражалась в уцелевших окнах и блестящих доспехах солдат. Окутанная утренней ленцой, природа медленно просыпалась, приветствуя новый день. То тут, то там пролетали ранние пташки, в лесу, нетерпеливо разрывая копытами снег, бродили звери, и даже море, казалось, ожило, хмуро сияя грязно-голубым льдом. Несмотря на то, что с каждым днём становилось теплее, холодный панцирь всё ещё сковывал воду, самодовольно искрясь на свету. Впрочем, царских легионеров не занимала красота окружающего мира. Суетясь и ругаясь, они в спешке хватали оружие и строились, готовясь к бою. Долго выжидавшие революционеры, наконец, собрали силы в один кулак и ударили по кольцу осады, намереваясь вырваться из окружения. Снаряжённые с помощью заморских коллег, они решительно наступали сразу в десятке мест, не давая врагу времени на раздумья. На ходу надевая доспехи, легат выбежал на стену, всматриваясь в туман, некстати затянувший улицы города. Над головой свистели арбалетные болты, стрелы и даже алхимические снаряды, однако повстанцы, словно призраки, постоянно ускользали от ответных залпов, не давая себя обнаружить. Еле слышно пробурчав молитву, командир принялся носиться по укреплениям, раздавая приказы и затрещины. А тем временем по другу сторону баррикад, держась на почтительном расстоянии от противника, Император строил войска. Руководимый невидимой рукой судьбы, он собирал основные силы именно на том участке, где сейчас звучал громкий голос Царя. Случайно, или благодаря провидению, два монарха должны были лично встретиться в бою, чтобы навсегда решить, кто же из них будет править страной. - Ну что, как дела у лёгкой пехоты? - спрыгивая с коня, спросил у Михалыча глава восстания. - По правде говоря, я ожидал подобного результата, - вытягиваясь по струнке, отрапортовал ветеран. - Благодаря эффекту неожиданности мы смогли посеять панику и страх в рядах противника. - Отлично, просто замечательно. Такими темпами уже через пару часов мы обезглавим эту гидру, - потирая руки, сказал правитель. - Какова ситуация у других отрядов? - Если верить последним донесениям, то бои перестали быть локальными стычками и теперь идут по всей линии фронта. - Видимо, сам Ом нам помочь решил, раз одна новость лучше другой, - довольно улыбаясь, ответил Император. Несмотря на то, что он почти не верил в существование богов и магии, иногда подобные фразы проскакивали и в его речи. Окинув взглядом строй, нетерпеливо переминавшийся с ноги на ногу, молодой монарх уважительно хмыкнул. Перед ним находилось не сборище горожан, готовое за свои идеалы уничтожить любого, не считаясь с потерями. Перед вождём революции, поблёскивая доспехами, стояла профессиональная армия, в кратчайшие сроки подготовленная и вымуштрованная в осаждённом городе. И пускай солдатам не хватало опыта, каждый из них горел идеей нового государства, и только строгие оклики командиров не давали горячим головам уже сейчас рвануть вперёд. Самодовольно двигаясь вдоль построения, государь почти не отрывал свой взор от укреплений противника. Невысокие но крепкие стены были возведены за те недели и месяцы, пока шли за улицы и кварталы, и теперь именно на них возлагал надежду Царь. Справедливо полагая, что у восставших не может быть серьёзных осадных орудий, он почитал своё творение неразрушимым. По всем законам военного дела имперские войска должны были разбиться о камень, словно волна, и, потеряв большую часть солдат, отхлынуть обратно вглубь поселения. Однако командование революционного движения лишь усмехалось, глядя на оборонительную линию, над которой развевалось алое знамя. Культ Смерти, заполучив рецепты алхимического оружия, чудом не перехваченные ищейками Ордена Гидры, развернул в подземельях целую сеть лабораторий по производству разрушительных смесей. Почти дюжину раз переносилась дата атаки, пока, наконец, не было подготовлено достаточно боеприпасов, чтобы раз и навсегда уничтожить Легионы врага. Теперь же эксперты сражающихся с Костлявой бегали туда-сюда, в последний раз проверяя готовность всех осадных орудий, баночек и амфор. В случае малейшей оплошности труд почти сотни алхимиков и медиков пошёл бы коту под хвост, сорвав всё наступление. А потому Даф, отвечавшая за проект, лично ходила между рядами лёгких баллист и стреломётов, осматривая каждый из них тщательнее, чем мародёр обыскивает труп. - Думаешь, мы сможем проделать брешь в стене? - скептически разглядывая царские позиции, спросил Макс. Несмотря на то, что его люди не должны были принимать непосредственного участия в сражении, он, на всякий случай, надел доспех. - Если верить расчётам и лабораторным испытаниям, то должны, - бросила через плечо девушка, поправляя фитиль одного из снарядов. - Ну, если верить математике какого-то безумца с востока, то человек может как птица летать, - усмехнувшись, ответил парень, помогая снарядить скорпион стоявшим неподалёку артиллеристам. - Однако, что-то я не слышал, чтобы он хоть одну из своих машин сделал. - Да ладно тебе, всё хорошо будет, - впервые за долгое время улыбаясь, сказала Даша, обнимая революционера. - В конце концов, даже Саня готов был ставить что угодно на успех наработок моего отца, а, как ты знаешь, этот жук никогда не проигрывает в спорах. Это точно. Помню, как мы с друзьями решили развести его на бутылку восточного алкоголя, - мечтательно закрывая глаза, проговорил Максим. - Так мы потом месяц посуду мыли, отрабатывая долг. - Ну вот, а ты переживаешь, - не отпуская главу Культа, промурчала девушка. Так и стояли бы двое, наслаждаясь обществом друг друга. Однако, зазвучал сигнальный рожок, засуетились командиры, и сам Император подошёл к группе осадных орудий, желая насладиться ещё одним шагом к победе. Важно кивнув соратникам, он привстал на стременах, считая секунды до залпа. Артиллеристы, суетясь и зло шипя, заняли позиции и замерли в ожидании команды. Снайперы повстанцев, до этого терроризировавшие позиции врага точными выстрелами, затихли, и повисла зловещая тишина. Ещё пару раз огрызнувшись залпами вникуда, царские легионеры удивлённо затихли и, высунувшись из-за зубцов стены, принялись вглядываться во всё ещё висевший туман. Все понимали, что наступление революционеров не могло захлебнуться, и теперь недоумённо переглядывались, пытаясь понять, что происходит. Легат, не снимая шлема, выпрямился и уставился в глубину проспекта. Недоверчиво щуря глаза, он пытался высмотреть флаги повстанцев или хотя бы блеск доспехов, но белая мгла надёжно скрывала врага. Наконец, командующий не выдержал и, развернувшись к отрядам резерва, отдал команду. Заскрипели ворота и, стуча копытами по плитам, конница медленно двинулась вперёд, надеясь на то, что противник просто сбежал. Выцеливая невидимых имперцев, стрелки прильнули к бойницам сопровождая более храбрых товарищей взглядом. Спустя почти минуту томительного ожидания, один из всадников радостно вскрикнул и спрыгнул на землю. Через пару секунд оборонявшиеся увидели бело-синее знамя революционеров, бессильно повисшее на обломанном древке. Радостно выругавшись, глава Легиона приказал отряду возвращаться, а сам устало сел на парапет стены, положив рядом оружие. И тут, надрываясь изо всех сил, закричал сигнальный рог наступавших. Крякнув, артиллеристы выстрели из всех орудий разом, мгновенно опуская взгляд, чтобы не быть ослеплёнными. Прорезая дымными дорожками туман, снаряды самого разного размера рванули вперёд, метя в ворота. В последний момент заметив опасность, царские солдаты бросились вниз, спасая свои жизни, но было уже поздно. Прогремел взрыв, оглушивший не только легионеров, но даже имперцев, поражённых силой алхимии. Толстые дубовые створки разлетелись в щепки, и даже камень раскололся, не способный справиться с новым оружием. Пару секунд простояв, словно собираясь с силами, стена рухнула, увлекая за собой несчастных воинов и погребая их под обломками. Закричав, революционеры подхватили знамёна, до сих пор лежавшие на земле, и рванули вперёд, стремясь ворваться в лагерь врага. Ревели трубы, орали командиры, стрелки вновь открыли огонь, засыпая ошеломлённого врага сотнями стрел и болтов. Император, словно маленький ребёнок, подпрыгнул в седле, радостно глядя на то, как его бойцы преодолевали десятки метров, не встречая не то, что сопротивления, но даже ответного огня. Макс и Даф же, прикрыв рты, с ужасом наблюдали за эффектом, произведённым их детищем. Сами не ожидавшие такого исхода, они удивлённо смотрели на позиции врага, боясь представить, сколько калек и инвалидов появится на улицах городов после этого сражения. Несмотря на то, что двое знали о разрушительной силе нового оружия, никто до них не проводил настолько масштабных испытаний, приберегая дорогостоящие порошки и смеси на чёрный день. Теперь же стало понятно, насколько чудовищное изобретение оказалось в руках повстанцев. Царь, ещё пару секунд назад уверенный в своей победе, теперь лишь зажимал уши, с изумлением наблюдая, как казавшиеся неприступными укрепления разлетаются на куски. Впрочем, даже теперь он всё ещё верил в возможность одолеть врага. Несмотря на то, что ворота рухнули, открывая доступ в лагерь, оборону держали солдаты Одиннадцатого и Двенадцатого Легионов, которые хоть и потеряли много бойцов за месяцы осады, всё ещё представляли грозную силу. Прошедшие вместе через десятки сражений, солдаты уже спустя пару секунд бросились перестраиваться, занимая новые позиции. Всё ещё ошарашенные мощью алхимии, они, тем не менее, становились плечо к плечу, собственными телами готовые закрыть брешь в стене. Стрелки, поднимая оружие, выбитое из рук взрывом, стремительно заряжали арбалеты, а всадники соскакивали с коней, становясь в общий строй, для того, чтобы задержать противника. Первые болты врезались в ряды имперцев спустя всего пятнадцать секунд после начала атаки. Пробивая не самые добротные доспехи повстанцев, снаряды безжалостно убивали, забирая одну жизнь за другой. Захваченные врасплох взрывом, царские воины стремительно приходили в себя, с каждой секундой становясь всё увереннее. Вот, под радостный рёв солдат, рухнуло первое бело-синее знамя, а чуть дальше встретился со смертью один из командиров восставших. - Давайте, родные, перезаряжайте быстрее! - прокричал Макс, заглушая даже рёв армии. - Так нечем же, - возразил один из послушников, виновато вжимая голову в плечи. - У нас только на один залп было снарядов. - Как на один? - удивлённо рявкнул повстанец, поворачиваясь к говорившему. - Я же лично при погрузке присутствовал, и чётко помню, что мы с запасом брали. - Так точно, - бледнея на глазах, ответил бедный парнишка. - Но уже после того, как мы выдвинулись сюда, Император лично потребовал, чтобы часть груза отправилась на помощь другим группам. - И вы, разумеется, не удосужились спросить моего мнения об этом? - Ну, вы сами говорили, чтобы мы содействовали революционному движению, - промямлил специалист Культа. - К тому же, нас обещали убить, если мы не подчинимся. - Но это не отменяет того, что все действия должны совершаться только после того, как я лично подтвержу их выполнение, - хватаясь за меч, прошипел Макс. Он хотел было одним движением прервать жизненный путь провинившегося, но его успела остановить Даф, которая стояла неподалёку. Еле остудив горячую голову главы борцов со смертью, девушка спасла несчастного, приберегая его для дальнейших подвигов. Несмотря на небольшое количество солдат, участвовавших в битве, было ясно, что работы будет много. А тем временем, войска восставших почти достигли стены. На секунду остановившись, ожидая залпа осадных орудий, воины замешкались, становясь отличной мишенью для вражеских стрелков. Засвистели болты, и новые жертвы упали на плиты проспекта, оглашая кварталы города пронзительным криком. Так и не дождавшись поддержки, имперцы заревели, собираясь с силами, и бросились на позиции оборонявшихся. Засвистели крюки, застучали осадные лестницы, в пролом в стене влетели дротики и прочее метательное оружие, подготавливая почву для штурма. В следующий миг бойцы столкнулись друг с другом, рубя, коля и уничтожая друг друга. Закипело сражение, которых ещё не видела эта земля, и воздух, разогретый до предела, наполнился парами крови. Падало и снова поднималось бело-синее знамя, один участок переходил из рук в руки, а на месте бывших ворот кровь текла ручьями, растапливая выпавший ночью снег. Несмотря на ярость наступавших, легионеры мужественно оборонялись, не отдавая ни сантиметра оборонительного рубежа без боя. В бой шли всё новые и новые резервы, стрелки не успевали перезаряжать арбалеты, а баллисты и скорпионы били почти в упор, не жалея ни своих, ни чужих. Царь и Император, схватившись за голову, наблюдали за бойней со своих командных позиций. Оба монарха готовы были рвать на себе волосы, видя, как, казалось бы, скоротечная стычка двух групп перерастала в тяжёлое и утомительное действо. Ни одна из сторон не смогла сходу взять вверх, и теперь потом и болью прокладывала себе путь к победе. Неприступные, как думали полководцы, стены не остановили противника и были частично захвачены повстанцами, которые всё продолжали наступать. Алхимическое оружие, которое должно было уничтожить врага ещё до того, как армии встретятся в ближнем бою, оказалось потрачено в первые минуты, убив чуть больше полусотни солдат. И революционеры, и их оппоненты сделали ставку на самое очевидное и проиграли, вынужденные теперь сражаться на равных правах. А тем временем Макс, как и все прочие члены Культа Смерти, не обращал внимания на баланс сил и возможные исходы противостояния. Он, наравне с остальными послушниками, бегал под пролетавшими болтами, вытаскивая раненых бойцов из самой гущи сражения. Безразличные к политической позиции несчастного, медики спасали всех, кого могли, надеясь на то, что сражение скоро закончится и в городе больше не будет проливаться кровь...