Летописи Империи

3.

Маленькая рыбацкая лодка нетерпеливо покачивалась на волнах невдалеке от причалов. Как две капли воды похожая на своих сестёр, она не вызывала ни капли подозрения, растворяясь в суете и бардаке портовой жизни. Вокруг носились большие и малые корабли, кричали работники и бродили бездомные, надеясь выпросить сумму, достаточную, чтобы провести ночь под крышей. Впрочем, даже толпа последних меркла по сравнению с количеством солдат, которые, кутаясь в шинели, считали часы до смены патруля. После того, как Царь, обеспокоенный положением дел в стране, открыл ворота Столицы для беженцев, на улицах города воцарился форменный бардак. Бедные кварталы заполонили обиженные судьбой, имперские агенты и иностранные шпионы, и жизнь коренных горожан превратилась в ад. На некогда богатых проспектах и площадях сидели коробейники и нищие, а тавернам и трактирам приходилось платить баснословные суммы бандитам, которые охраняли покой посетителей. Казалось, что былое величие было навсегда утрачено, и даже солнце, обычно яркое, теперь лишь тускло блестело в крестах церквей. С тех пор как революционеры смогли разбить Одиннадцатый и Двенадцатый Легионы, дела с каждым днём становились всё хуже. Армии, сражавшиеся на севере с княжествами, оказались зажаты с двух сторон и теперь думали не о победе, а о том, как сохранить свою жизнь. Войска, оборонявшие колонии, не могли оставить богатые прииски на растерзание врагу, а потому лишь бессильно сидели и получали тревожные новости с родных берегов. Вся забота о безопасности страны легла на плечи Тринадцатого и баронских дружин. Последние, хоть и отличались большим рвением, стараясь выслужиться перед повелителем, часто вели себя необдуманно и почти всегда отступали, опасаясь за свою шкуру. Стараясь удержать разваливающуюся страну хоть в каком-то подобии порядка, государь окончательно сошёл с ума, казня налево и направо. Пользуясь полнотой власти, он сорвался с цепи, казня всех инакомыслящих и подозревая в измене каждого, кто не добивался поставленных результатов. Опасаясь шпионов и вооружённого покушения, он каждый день менял место жительства, пересекая город порой по пять раз в сутки. Выставив вооружённые патрули во всех людных местах, Царь никак не успокаивался, каждый раз всё повышая и повышая требования. А тем временем в порту из одинокой лодочки показалась голова. Едва высунувшись из-за борта, она вцепилась взглядом в берег, пытаясь найти хоть малейшую оплошность, хоть один разрыв в отлаженной системе надзора. Однако, бойцы Легиона честно отрабатывали свой хлеб, каждый день выявляя десятки диверсантов. Впрочем, у этого агента явно было особенное средство, на которое он надеялся. Изготовленное в подземельях Ордена Гидры, оно было ещё толком не опробовано, а потому наймит рисковал, полагаясь на экспериментальную разработку. Впрочем, его абсолютно не пугала смерть, наоборот, он ждал встречи с ней, а потому шпион лишь нетерпеливо стучал по мокрому дереву выжидая удобного момента, чтобы он мог начать действовать. Наконец, один из отрядов врага начал перепалку с беженцами, которые никак не хотели убираться с причала, клянча милостыню. Радостно хмыкнув, послушник одним махом опрокинул в себя содержимое маленького пузырька, который уже давно лежал в руке, и, не издав не звука, скользнул в обжигающе холодную воду. Резко дёрнувшись, шлюпка мирно закачалась на волнах, как и прежде, ничем не выдавая своей тайны. Агент же, не появляясь на поверхности, решил одним махом достичь берега. Он плыл в мутной воде, иногда лишь чудом избегая ударом весла по голове. По пути ему попадались безделушки, останки разбившихся кораблей и оборванных канатов, а порой встречались и трупы. Утонувшие сами, или поплатившиеся за свои действия, они стали кормом для рыб и уже почти утратили первоначальный облик. Через пару минут парень вынырнул и, подтянувшись, одним движением поднялся на камень причала. Не удосуживаясь даже тем, чтобы вытереться, он огляделся и рванул вперёд, ловко растворяясь в толпе. Словно птица пролетев весь порт, он юркнул в одну из узеньких улочек, прячась в трущобах. Лишний раз убедившись, что легионеры не заметили смельчака, наймит усмехнулся и, поправив непромокаемую сумку, что висела на боку, пошёл дальше, ловко перепрыгивая через груды мусора и лужи грязи. Не имея карты, диверсант, тем не менее, отлично знал, куда идти. Ни разу не замедлив движения, он выбирал повороты, а порой проходил и целые кварталы по крышам. Лишь иногда вжимаясь в очередной закуток и давая пройти патрулю, агент нервно нащупывал кинжал, жалея, что нельзя вступить в бой, поставив на уши всю столичную армию. Впрочем, всех новичков курировал лично Магистр, а потому даже малейшее отступление от его плана могло стоить жизни. Через почти час плутания по узким извилистым проходам, которые возникли задолго до восхождения текущей династии на престол, послушник Ордена достиг цели. Увидев на почерневшей от влаги и времени стене еле заметную метку, он удовлетворённо хмыкнул и, не стучась, пнул металлическую дверь. Вся покрытая ржавчиной, она чудом не развалилась и, удивительно легко провернувшись на петлях, открыла путь внутрь одного из сотен жалких домиков. Едва нога шпиона перешагнула за порог, его тут же схватили под руки неизвестные личности. Скрывавшие лицо за масками и капюшонами, они не проявили не капли учтивости и нежности, таща нисколько не сопротивлявшегося парня по коридору. Наконец, один из них схватил гостя за рукав и рванул его, оголяя предплечье. Схватив лампу и поднеся её поближе, он взглянул на кожу незнакомца. Свет огня выхватил из темноты невероятно сложную татуировку, протянувшуюся от локтя до самой кисти. Сделанная самыми разными по составу веществами, она стала надёжным способом понять, является ли человек доверенным лицом Магистра. Достаточно было капли реагента, чтобы фальшивая отметка обратилась против владельца, оставляя ему на память ужасные раны, которые не заживали, оставляя ужасные рубцы. К счастью для посетителя, он был послушником, честно заслужившим право носить подобный знак. Капля неизвестного состава упала на конечность и линии рисунка окрасились в разные цвета, тускло мерцая в темноте. Стража переглянулась и, отпустив несчастного, пропустила его дальше, принося извинения. В связи с участившимися карательными операциями даже за ветеранами своего дела был установлен постоянный контроль, а уж новички и вовсе постоянно проходили подобную процедуру. - Привет, Костян, – поприветствовал товарища по Ордену глава местного отделения, когда новобранец вошёл в кабинет. – А я уже волноваться начал, не случилось ли чего. - Да что со мной может произойти? - ухмыльнулся парень, присаживаясь на одинокий стул, стоявший в каморке. - Я и так уже к Гидре в почитатели записался. - Тоже верно, - смеясь, ответил собеседник. Впрочем, веселье не мешало ему перелопачивать десятки документов, пытаясь отыскать необходимый. - К слову, какими судьбами у нас? Наконец-то тебе доверили что-то сложнее уборки учебного центра? - Начальство послало, будь оно неладно, – не переставая улыбаться, ответил наймит. Порывшись в сумке, он достал из неё конверт, полученный не так давно от Магистра. Протянув его товарищу, он продолжил. – Красивый город, эта ваша Столица, хотя и многолюдный до жути. Жаль даже, что в мирное время не побывал тут. - А откуда у тебя была возможность? Не ври мне, ты всегда предпочитал потратить лишние деньги на девушек и красивые картины. И где они сейчас? – бросил младший магистр Ордена Гидры, сверявший информацию из приказа с данными в своих книгах. - Одни в столице Империи, а вторые были проданы с началом этого бардака. И вообще, Саня, я не припомню, когда это ты стал против женских тепла и ласки. - Как звание получил. Сижу вот теперь сутками, зарывшись в макулатуру, света белого не вижу. Откуда взяться личной жизни в таких условиях? - Ну, говорят, у нашего главы всё в этом плане хорошо. Правда, сомневаюсь я, что от большой любви это всё происходит, - бросил Костя, озираясь по сторонам. - Да не бойся, не сдадут тебя парни, – отмахнувшись, сказал работник Ордена. - Если бы не они, давно бы уже вылетел бы я к чертям за свои похождения. Так что можешь не переживать за свою шкуру. - Ну, тогда ладно. К слову, может ты уже мне расскажешь, зачем я прибыл в Столицу? - Прости, совсем запамятовал, подходи поближе. Одним движением сметя документы и книги, Саня положил на стол карту города, всю испещрённую отметками и руническими обозначениями. Новая, только недавно доставленная в данный пункт, она содержала не только информацию обо всех лазейках и тайниках. Благодаря труду посыльных, которые сутками лежали под открытым небом, выслеживая легионеров, на полотне были выведены все маршруты, по которым перемещались патрули. Рядом был водружён талмуд, представлявший что-то вроде записной книги данного отделения Ордена. Содержавший в себе не одну сотню страниц секретных данных, он был главным сокровищем в этой лачуге. Знай Царь, что зашифрованные послания хранятся так близко, уже через пару часов весь Тринадцатый бы прочёсывал узкие улочки, обыскивая каждый из ветхих домиков. Однако, разведка молчала, а потому диверсанты чувствовали себя в безопасности. Покопавшись в столе, агент достал ещё пару свитков и, придавив их подсвечником, развернул приказ, адресованный товарищу. Пару раз удивлённо хмыкнув, парень бросил взгляд на план, прилагавшийся к письму и выхватил кинжал, намереваясь использовать его как указку. - Итак, наш Магистр решил, что пора народу перейти от ненависти к активным действиям, – тут лицо Сани перекосило, словно вместо сладкого персика он откусил кусок подгнившей хурмы. – Как ты знаешь, официальное правительство страны решило, что террор и показательные казни - отличный ответ на разгул бандитизма и количества протестов. - Вместо того, чтобы решать проблемы, власть догадались заткнуть паникёров, - пробурчал под нос Костя. - В точку, мой друг. Как ты сам понимаешь, жители Белого Города ещё готовы были принять подобные изменения, презрительно относясь к черни, а вот рабочим не очень понравилось страдать. - Дай угадаю, наши командиры хотят, чтобы я спровоцировал столкновение с гарнизоном? - хмуро глядя на товарища, спросил наймит. - Нет, ты что, - отрицательно замахал руками собеседник. - Народ ещё не готов, да и нам ни к чему лишняя кровь, по крайней мере пока. Пара сорванных казней станут отличным началом по мнению главы Ордена. Он считает, что это поможет людям сформировать стойкую уверенность в том, что с этим надо сражаться. - Действительно, плёвое дело, – многозначительно ухмыльнувшись, заметил агент. Рассматривая карту, он старательно запоминал всё, что могло понадобиться при выполнении задания. - Я так и знал, что ты так отреагируешь, - Саня улыбнулся и выложил на стол какую-то коробочку. - Разумеется, у наших очкариков появилась идея под шумок испытать очередную разработку, так что придётся рисковать шкурой. Щёлкнув замками, младший магистр распахнул шкатулку, открывая взору товарища её содержимое. Трепетно запустив руку внутрь, последователь учения Гидры подхватил лежащий внутри браслет и положил его на стол. Кожаный ремешок с искусно сделанной металлической накладкой, покоившейся ровно посередине. Выдержав театральную паузу, парень щёлкнул пальцем по пластине. В ту же секунду казавшийся единым целым кусок метала щёлкнул, разворачиваясь во всю красу. В стороны со свистом выбросились плечи миниатюрного арбалета, тетива заняла нужное положение, а направляющие замерли, готовые указать снаряду путь прямо к цели. Всего за мгновение безобидный аксессуар превратился в смертоносное оружие, заставив Костю лишь удивлённо моргать, рассматривая диковинку. – Впечатлён? Я тоже был поражён, когда первый раз этого красавца увидел, – гордо сказал Саня. – Разумеется, это не автономная модель, а потому его всё ещё надо заряжать вручную. Впрочем, думаю, ты справишься без особых проблем. - Надеюсь, а то наши любимые легионеры устроят мне весёлую жизнь, – хмыкнул шпион, глядя на произведение искусства. - К слову, можно я хоть немного потренируюсь, или мне в полевых условиях привыкать? - Разумеется, мы же не полные идиоты. На твоё имя уже куплена комната в одном из заведений рабочих кварталов, но ещё пару свободных часов у тебя есть. Так что можешь приступать хоть сейчас. С закатом, как только солнце начало падать за горизонт, наймит Ордена постучался в дверь таверны. Хозяин, который ничего не знал о личности клиента, сначала долго ругался, грозясь не пустить опоздавшего, но, после того как увесистый кошель упал на стойку, трактирщик внезапно подобрел и даже выставил на стол бутылку вина, принося извинения. Быстро сметя еду, которая входила в оплаченные начальством расходы, агент скрылся в спальне, приказав никого не пускать до рассвета. Рухнув на кровать, парень одним движением стянул в себя одежду. Подойдя к маленькому зеркалу, притаившемуся в углу, он зажёг свечу и, протерев стекло, принялся вглядываться в отражение. Глаза пробегали по шрамам и следам химических ожогов, но шпион лишь криво улыбался, подсчитывая все травмы. Наконец, пальцами потушив огонь, он тихо зашипел куда-то в пустоту. - Уж не знаю, на что вы надеялись, но быть рабом у меня не получается. Придёт время, я заставлю вас заплатить за каждую из этих ран, и посмотрим, как ваши лживые языки будут умолять о прощении...