Летописи Империи

4.

- Ну что, голубая кровь, как тебе среди простых смертных? - ехидно спросил Михалыча мужичок, сидевший рядом с ним в телеге. - Ничего особенного, поверь мне, - отмахнулся ветеран, покусывая щепку, которую минуту назад отковырял от транспортного средства. - У нас, на севере, считается, что плох тот дворянин, который сам руками не работал. Диверсант и его товарищи передвигались в составе группы беженцев, неторопливо приближавшейся к Столице. Пару возов, несколько десятков людей и лишь тройка всадников, которые должны были защитить путников от неожиданного нападения бандитов. К сожалению, снаряжение конных воинов оставляло желать лучшего, да и сами они были обычными ополченцами, которым не повезло вытянуть короткую палочку. Несмотря на то, что до города оставалось чуть больше четырёх часов пути, несчастные каждый раз вздрагивали, стоило беспечному зверю хрустнуть веткой. Потерявшие всё из-за вспыхнувших восстаний и войн, они оставили родные земли и прошли через половину страны, надеясь обрести покой. Уже привыкшие ночевать под открытым небом и жить в страхе, представители разных сословий и профессий сдружились за считанные ночи, объединённые общей бедой. Даже Даф и её друзья, присоединившиеся к процессии лишь пару дней назад, успели влиться в коллектив и теперь отвечали на всевозможные расспросы. Крестьяне и рабочие, которые бежали с насиженных мест из-за страха оказаться на поле боя, были удивлены тем, что среди них оказались представители дворянства. И хотя люд уже привык видеть в высшем сословии лишь врагов и эксплуататоров, на вторые же сутки Миха, отлично игравший на гитаре, стал настоящим спасением для израненных сердец попутчиков. - Ага, заливай больше. Небось, пока имперцы к вам не пришли, ничем тяжелее фехтования и не занимался, - не унимался мужик, пытаясь подловить собеседника. - Не переживай, прежде чем позволить мне управлять подчинёнными, отец заставил меня почти пять лет прожить с самыми простыми жителями усадьбы, - ухмыльнулся человек, прошедший южную кампанию. Несмотря на свой скепсис и не особо большую любовь к театру, он отлично отыгрывал роль, вводя в заблуждение даже знакомых. - Ничего себе у вас нравы, - задумчиво протянул беженец. Почесав бороду, он глянул вдаль и продолжил. - А вот скажи, правда ли у вас крестьянин спокойно может сменить хозяина? - Конечно, почему нет. Мы, в Княжествах, оцениваем друг друга не по происхождению, а по заслугам и труду, наставительно поднимая палец вверх, заявил Михалыч. Он хотел было сказать ещё что-то, но тут его внимание привлекло какое-то движение вдали. Схватившись за рукоять меча, висевшего на поясе, воин встал в телеге, рассматривая приближавшихся людей. Вдалеке, пришпоривая коней, скакали всадники. Не имевшие ни знамени, ни каких либо отличительных знаков, они все как один скрывали внешность под масками и капюшонами. Оружие, уже вынутое из ножен, и улюлюканье, с которым приближалась группа, не оставляли никаких сомнений в роде деятельности этих людей. Бандиты, не замедляясь ни на секунду, мчались к беженцам. В последних рядах, в окружении самых преданных бойцов, ехал главарь, единственный из всех воинов не прятавший лица. Стараясь заставить противника бросить оружие ещё до начала стычки, он специально запрещал нападать из засады, давая жертвам время осознать, что же с ними происходит. И раз за разом тактика работала и вооружённые грабители разоряли караван за караваном, не встречая никакого сопротивления. Вот и теперь конные, которые сопровождали несчастных, нерешительно замерли на месте. Враг превосходил их по количеству почти в пять раз, а уж про подготовку и опыт и говорить было нечего. Женщины, заметив, наконец, приближавшихся преступников, лишь бессильно упали в телеги, глотая слёзы. Всё то, что не отняли война и долгие дни пути, всё что удалось сохранить от глаз мздоимцев и патрулей должно было достаться ненасытным мародёрам, которые уже не одну неделю терроризировали окрестности. Однако, в этот раз помимо неспособных справиться с врагом рабочих и крестьян, в обозе находились ещё и двое имперских диверсантов. Перешагнувшие через десятки чужих жизней, двое мужчин лишь ухмыльнулись и кинулись к их скромному скарбу. Спустя мгновение на свет были вызволены арбалеты, припрятанные специально на случай встречи с опасностью. Переглянувшись, ветераны революции взвели оружие и замерли, выцеливая противника. Предводитель разбойников, кровожадно улыбаясь, разглядывал приближавшиеся телеги. Осталось всего сотня метров и золото с серебром, на которые так надеялись несчастные, достанется хитрым воинам, не так давно дезертировавшим из ополчения и теперь разорявшим родные края. Предвкушая звон монет и украшений, главарь поднял меч, готовый без боя одолеть защитников. Внезапно, двое из беженцев встали в полный рост, вызвав неподдельное удивление у всадников. Безумцы не могли тягаться с дюжиной бойцов, которые, хоть и почти не участвовали в настоящих сражениях, тем не менее являлись грозной силой по сравнению с парой героев. Через пару секунд просвистели болты и двое бандитов, двигавшиеся в первом ряду, закричали от боли и рухнули на землю, отпуская поводья. Животные, почувствовав свободу, рванули в сторону, заставляя нападавших почти остановиться, давая время на перезарядку оборонявшимся. - Пошёл, родимый! - крякнул Михалыч, уже второй раз спуская тетиву и отправляя смертоносный снаряд в цель. Ещё один бандит, хватаясь за древко, упал с лошади прямо под ноги товарищей. - Ну что, батенька, покажем этим ренегатам, как нападать на беззащитных граждан? - не забывая о конспирации даже в пылу битвы, спросил Миха, вскидывавший арбалет, надеясь успеть выстрелить. - А заодно расскажем, почём северная сталь нынче для предателей отечества, - ухмыльнувшись, ответил ветеран, отбрасывая в сторону оружие и доставая верный меч. - Ну что, развлечёмся? Получив в ответ утвердительный кивок, мужчина прокрутил лезвие в руке, собираясь с мыслями. Из-за ставших неожиданностью арбалетов численность врага сократилась в полтора раза, а оставшиеся в живых потеряли всякую уверенность. На их глазах из лёгкой наживы караван превратился в опасного противника, который не собирался сдаваться просто так. Главарь банды, взглянув на противника, хмыкнул, пытаясь собраться с мыслями. Уже через пару секунд он рявкнул, поднимая кулак над головой и группа всадников, которая почти ворвалась в стан беженцев, начала спешно разворачиваться, стараясь как можно быстрее покинуть место сражения. Потеряв треть отряда, предводитель налётчиков не хотел рисковать дальше а потому отдал приказ об отступлении. Михалыч, лениво вкладывая меч в ножны, тяжело выдохнул и рухнул обратно в телегу. Вытирая вспотевший лоб, он тихо благодарил Богов о том, что у нападавших сдали нервы, и грабители сбежали, оставляя раненых на поле боя. Прошедший через десятки сражений, воин прекрасно понимал, что вдвоём эту битву было не выиграть. - Ну, вроде, пронесло, - устало проговорил Миха, рухнув рядом. Достав из тюков с пожитками трубку, он принялся набивать её, не глядя по сторонам. - Интересно, кто это такими глупостями занимается? - спросил ветеран, вытаскивая свои курительные принадлежности. - Не имперцы ли? - А зачем им подобное устраивать? - удивился парень, затягиваясь горьким дымом. На его лице напряжение сменилось наслаждением и даже некоторым блаженством. - Скорее всего местные ополченцы отчаялись или решили заработать танцем на костях умирающей страны, кто знает. - Может быть, - бросил бывший глава революционной армии. Оглядевшись, он повысил голос так, чтобы его слышали все, и продолжил. - Ладно, пора продолжать путь. Эти обалдуи вряд ли захотят снова нападать на нас, а ближе к Столице уже появятся патрули. Ободрив всех, двое диверсантов помогли привести в чувство женщин и детей и уже через десять минут караван снова двинулся вперёд, медленно но верно съедая километры до цели. Леса, которые ещё недавно нависали с обеих сторон, вскоре сменились на поля, на которых крестьяне гнули спину, не жалея себя. Война войной, но скоро должен был начаться посевной сезон, а потому следовало подготовить землю к работе. Через ещё несколько часов, когда до города оставалось чуть больше километра, на горизонте появились высокие и величественные укрепления главного поселения страны. Однако, даже не крепкие башни, широкие рвы или сверкавшие доспехами солдаты Тринадцатого Легиона восхитили путников. От самых ворот, петляя и занимая весь тракт, протянулась гигантская очередь. Длиной в несколько сот метров, она начиналась у моста и заканчивалась за деревушками, раскинувшихся вокруг стен. Старики и женщины, мужчины и инвалиды, все стояли в одной живой реке, которая неторопливо струилась, подпитываемая потоками всё прибывавших и прибывавших беженцев. Кто-то не принимал власть революционеров, кто-то просто бежал от ужасов войны, а кто-то просто пользовался общей паникой для того, чтобы перебраться поближе к деньгам и славе. Диверсанты, заняв своё место, замерли, тревожно вглядываясь в ряды солдат, стоявшие у ворот. Проверявшие документы, личные вещи и даже транспорт, они должны были обеспечить безопасность Царя и задержать всех агентов вражеских держав а также просто агрессивно настроенных активистов. Однако, вместо этого солдаты активно мздоимствовали и всячески развлекались, отправляя порой ни в чём не повинных людей прочь только потому что у них не оказалось достаточно денег, чтобы оплатить проход. - И как мы сможет пробраться внутрь? - возмущённо прошипела Даф, наклоняясь к уху Михалыча. - А что тебя не устраивает? - стряхнув с бороды пепел, спросил ветеран. - Народу много, половина в документы даже не попадает, так что прорвёмся. - Вот только меня смущает то, что они буквально всё досматривают, - не унималась девушка. - А у нас контрабанды хватит, чтобы купить парочку деревушек где-нибудь на окраине страны. - Не переживай, за годы службы в Первом Легионе я научился в том числе и прятать документы, - ухмыльнулся воин. - В конце концов, у нас достаточно денег, чтобы просто заплатить этим джентльменам. - Вот не дай Ом нас схватят из-за твоей безалаберности, - тут Даша на секунду потеряла мысль, но беглянка была быстро доставлена на место. - Я тогда сделаю всё, что чтобы ты пожалел, что остался жив. Михалыч хотел было возмутиться, но тут, на счастье Сони и всех остальных, ехавших на телеге, беженцы достигли ворот и перед ними встал стражник, останавливая лошадей. Дежурно представившись, солдат отдал приказ товарищам, которые ринулись проверять транспорт и личные вещи, а сам принялся осматривать каждого, кто хотел пройти в город. Несмотря на то, что ни разу не прозвучала просьба дать денег, каждый без слов понимал намёки охраны, отвешивая кто по десять монет, а то и радостно звеневший мешочек. Наконец, очередь дошла и до агентов Империи. В который раз поздоровавшись, солдат принялся ощупывать гостей, не забывая при этом вчитываться в документы. Надеясь найти хоть малейшую оплошность, боец вычитывал текст бумаг лучше, чем это сделала разведка противника. - Северные Княжества, да? - протянул легионер, лениво обходя по кругу Михалыча. - И что же заставило вас проделать стой долгий путь? - Да я бы сидел в своём имении спокойно, если бы не имперцы, - зло ответил ветеран. - А что с ними не так? - хитро спросил солдат, надеясь выудить из собеседника крамольную фразу. - Да пока царские войска рядом были, у меня хоть какая-то надежда на хорошую жизнь была. Часть имущества конфискуют, но хоть жизнь оставят, - пожал плечами бывший центурион. - А эти фанатики как ввели войска, как начали требовать освобождения народа от власти высшего сословия. - И вы, разумеется, рванули не к своему правительству, а к нам? - удивлённо и чуть ехидно бросил воин. Несмотря на все его старания, у группы не было ни одной проблемы, а потому стрясти денег с ни было физически невозможно. - Ну, а почему нет? Всё равно на Родине меня никто не ждал, а так хоть получится выслужиться, возможно. - Тоже верно, - наконец, жажда наживы победила в легионере и он наклонился к уху мужчины и тихо зашептал. - В наше неспокойное время мы хотим получить гарантию, что вы не пополните армию попрошаек и нищих, заполонивших улицы нашего города. Есть ли у вас то, чем вы можете подтвердить своё положение? - Конечно, дорогой мой друг, - натянуто улыбнувшись, Михалыч достал кошелёк и опустил его в руку собеседника. Тот довольно хмыкнул, оценивая вес содержимого и, сунув мзду прямо за броню, церемониально поклонился и освободил дорогу. - Добро пожаловать в Столицу, господа. Как только диверсанты прошли сквозь двойные ворота, из их уст синхронно вырвался полный грусти и боли вздох. Репрессии, которые были призваны защитить правителя и удержать страну в порядке, превратили самый богатый её город в пародию на собственное прошлое. Однообразные соломенные крыши, серые столбы дыма, подпирающие небосвод, и одинаково безразличные лица людей, идущих либо с работы, либо с казни. Переглянувшись, агенты Империи пожали плечами и дружно зашагали вперёд, по щиколотку утопая в грязи, появившейся после недавних дождей. Не имевшие никаких других указаний, кроме как посетить местную ячейку революционеров, они старались как можно скорее достичь цели, чтобы оказаться под крышей и растянуться даже на самой плохой кровати. Впрочем, подобные удовольствия покинули их как только четверо смельчаков согласились на предложение своего монарха. А потому не оставалось ничего другого, кроме как уныло топать вперёд, вглядываясь в высокое весеннее небо...