Летописи Империи

24.

Уставая от долгого сражения, бойцы всё чаще бросали оружие, центурии отказывались наступать, и даже стрелки уже не высматривали врага, предпочитая отправить болт куда-то в сторону противника. Солнце, скрывшееся на время битвы за тучами, вновь появилось из-за горизонта, разгоняя облака и заставляя полководцев невольно щуриться, наблюдая за своими солдатами. Перемазанные в крови и грязи, доспехи всё равно нестерпимо блестели, отбрасывая чудные блики, порой очень удачно, прямо в лицо оппоненту. Однако, ни главам объединённых войск, ни Корнелию не было никакого дела до красоты природы. Измотанные длившейся до сих пор мясорубкой, обе стороны уже подумывали об отступлении, чтобы потом собраться с силами, подтянуть резервы и ударить по врагу вновь, на этот раз уничтожив его раньше, чем собственные солдаты не смогут продолжать драться. Однако, пока оставались силы, полководцы продолжали стоять на своём, надеясь, что противник сдастся раньше. Хлебнув из фляги тонизирующего напитка, придуманного в Ордене и ловко повторённого в Культе Смерти, Макс недовольно выругался, наблюдая за тем, как один из санитаров потерял сознание от усталости, падая прямо на землю. Сделавшие втрое больше, чем любой другой человек на поле боя, медики продолжали спасать жизни несмотря на то, что сами они уже не могли стоять на ногах и двигались лишь благодаря алхимии. И хотя поднявшееся солнце придало немного сил врачам, было очевидно, что ещё пару часов мясорубки, и вытаскивать раненных станет просто некому. — Надо что-то делать, — философски заявил Саня, который единственный был таким же бодрым, как и почти сутки назад. — Иначе наши доблестные вояки скоро бросят оружие. — И что ты предлагаешь? — устало бросил Макс, бросая ещё одно тело на операционный стол. — Брать Корнелия и его дочку, — равнодушно ответил агент Гильдии. — А толку? — недовольно спросил парень, помогая Даф спасать ещё одну жизнь. — Как говорил Командор, если нужно парализовать весь организм, достаточно отрубить ему голову, — парировал наёмник. — Если схватим командный состав врага, мы сможем принудить его к признанию поражения. — А кроме того добавим тебе к пенсии пару сотен монет? — усмехнулся Макс. Впрочем, идея товарища его слишком зацепила, чтобы он смог от неё отказаться. — Ну, куда без этого, — улыбнулся Саня. — Всё-таки я хочу после отставки, если доживу, купить себе особняк и разводить в нём собак, скажем, или котов на продажу. — Никогда бы не подумал, что у убийцы и шпиона могут быть такие мечты, — уже не сдерживаясь, рассмеялся парень. Закончив операцию, он поймал Даф за руку и обратился уже к ней. — Собери, пожалуйста, всех, кто может держать оружие. Я бы хотел через пол часа уже закончить сражение и наслаждаться заслуженным отдыхом. Молча кивнув, девушка бросила инструмент и, перешагивая через лежащие то тут, то там тела, направилась в сторону штабных палаток. Именно там, дожидаясь своего часа, располагался ударный отряд Культа, который по совету Сани таки собрали врачи ещё до начала сражения. Ветераны, сражавшиеся на стороне медиков с самого основания организации, они были единственной силой, которая осталась не задействованной до сих пор в битве. Выполнявшие роль охранников и патрульных, все они как один прошли через городские, а потом и полевые бои, защищая санитаров и позволяя им не обращать внимания на врага, занимаясь спасением жизней. Одинаково привычные как к конной сшибке, так и к борьбе за баррикады, эти бойцы были мародёрами, бандитами и перебежчиками, не нашедшими другого покровителя. Получившие свободу и прощение всех прегрешений, они верно служили Даф и Максу, благодаря которым бойцы до сих пор не повисли на ближайшем дереве, а даже могли рассчитывать на честную жизнь после войны. Так что, услышав, что их командир вернулся и, кроме того, просит помочь, все как один, солдаты ударного отряда вскочили на коней и рванули в сторону палаток, на которых алел крест. Давно желавшие расквитаться с врагом, они, наконец, дождались подходящего момента, и теперь не отступили бы, даже если бы поступил приказ. Даже не смотря на то, что бойцы для всей страны были преступниками и маргиналами, они тоже имели родных и близких, а потому прекрасно знали, за что предстоит сражаться. — Ну, что, ребят, пришла пора снова рискнуть жизнью и спасти страну, — принимая от Сани меч, рявкнул Макс. — Один раз мы уже такое делали, так что нам не привыкать. Конный отряд отозвался одобрительным гулом, радостно выхватывая оружие. Однако, подобные крики не остались незамеченными царским адъютантом, пробегавшим мимо, и очень скоро из штабной палатки выскочили все три командира, удивлённо наблюдая, как Культ Смерти готовится к атаке. Рассвирепев, Император немедленно послал одного из своих телохранителей, чтобы тот остановил атаку, однако ни Макс, ни кто бы то ещё из всадников, даже не обратил внимание на гостя. — Слушайте внимательно: мы не будем рубиться с пехотой врага, — запрыгивая в седло, заявил глава медиков. — Наша цель проста — поймать Корнелия и Елену Браушвиц и заставить их отдать приказ об отступлении. — План хороший, ничего не скажешь, — ехидно заявила Даф, забираясь на коня. Поймав удивлённый взгляд парня, она ответила. — Неужто ты думал, что я позволю тебе одному мчаться чёрт знает куда и снова рисковать жизнью? — И не надеялся, — честно признался Макс. Проверив снаряжение, он обратился к агенту Гильдии. — Сань, ты с нами? — Да, конечно, — ответил наёмник, проверяя арбалет. — Причём, как автор идеи, я претендую на тридцать процентов заработанного. — И какую часть пленников тебе подарить? — ехидно бросила парочка. — Очевидно, Корнелия, — невозмутимо парировал воин. — Вот зачем мне, диверсанту, какая-то левая женщина? А сэр Браушвиц мне много интересного поведать сможет. Рассмеявшись, всадники тронулись, увлекая за собой остальной отряд, и с каждой секундой всё быстрее и быстрее приближаясь к цели. У них не было решительно никакой возможности одолеть Бессмертных в равном бою, а потому оставалось надеяться лишь на эффект неожиданности. Впрочем, ни один конный не повернул назад и не замедлился, лишь удобнее перехватывая копьё и готовясь отдать свою жизнь, чтобы спасти другие. А тем временем в командной палатке Император никак не мог принять то, что Культ Смерти, даже не спросив его, пошёл в атаку, предусмотрительно запечатав все ящики с алхимическими снарядами. Бывшая опорой и основным оружием в войне с превосходящим противником, теперь организация отказалась подчиняться монарху, отправив его телохранителя обратно ни с чем. При этом боец, знавший характер правителя, не стал передавать ему послание дословно, прекрасно понимая, что за такие слова глава Революции прикажет выловить и казнить сумасбродную парочку. — И часто у вас, повстанцев, бойцы отказываются выполнять приказы? – ухмыльнувшись, спросил Царь. Удивлённый поступком конного отряда, он обрадовался не только шансу на победу, но и тому, что его противнику утёрли нос. — Официально, Культ Смерти — самостоятельная организация, подписавшая с нашим государством договор о сотрудничестве и содействии в военное время, – постепенно беря себя в руки, ответил Император. — Ага,и именно поэтому они шарились на наших предприятиях, – парировал монарх. Заметив удивлённый взгляд собеседника, он продолжил. — Не только у вас есть возможность узнать, кто же именно проводит диверсии. — Мы поговорили с их руководством и пришли к мнению, что это будет полезно для обеих сторон, – огрызнулся вождь революции. — Я думаю, нам стоит сейчас не обсуждать поведение «независимых» санитаров, а самим готовиться к атаке, – примирительно заявил Командор. - В конце концов, только гвардия до сих пор не вступила в бой, и она сможет нанести противнику ущерб. Даже не давая собеседникам начать возмущаться, глава Гильдии выглянул из палатки и без всяких посыльных начал раздавать приказы. Его голос, натренированный не только переговорами со всякими знатными и не очень заказчиками, но и полевыми сражениями по всему миру, легко перекрывал шум битвы и крики раненных. Не смея перечить властному мужчине, все три отряда телохранителей начали строиться, готовясь к атаке. Солнце, приветливо светившее и согревавшее землю, успело подсушить вездесущую грязь, и теперь тяжёлая кавалерия, наконец, могла принять участие в сражении, одним ударом попытавшись решить исход боя. Взращённые специально для таранных ударов, всадники перехватывали длинные и прочные пики, опускали полумаски на лицо и молились, готовясь отдать своих жизни за правителей. Никогда не стоявшие бок о бок, и гвардейцы Императора, и охрана Царя, одинаково хорошо вымуштрованные, тем мне менее сейчас действовали как единый организм. Разослав посыльных, оба правителя начали снаряжаться, меняя лёгкие и удобные доспехи на прочную броню для лобовых атак. Если раньше они не переживали об опасности, лишь на всякий случай не снимая кольчугу, чтобы в случае предательского нападения спастись от кинжала, то теперь монархам предстояло ворваться в самую гущу сражения. Не имевшие ложных надежд, мужчины тщательно проверяли каждый элемент снаряжения, не понаслышке зная, как губительны порой бывают мелочи. А тем временем ударный отряд Культа Смерти, обойдя позиции врага по широкой дуге уже вовсю приближался к Бессмертным, окружавшим Корнелия и Елену. Однако, они не обращали внимания на крошечную группу всадников, их внимание было приковано к гвардии, которая собиралась возглавить решающее наступление. Не имея собственных резервов, полководец Ордена не напрасно сомневался, выдержат ли уставшие бойцы таранный удар тяжёлой кавалерии. Судорожно перестраивая солдат Гидры, попутно пытаясь удержать на позициях южан и не дать им побросать оружие, Браушвиц словно не замечал кавалерийскую группу, с каждой секундой всё больше заходившей в тыл войскам. Не желавший потерпеть первое в своей жизни поражение, вояка не скупился ни на наказания, ни на поощрения, обещая инженерам несметные богатства, если они отыщут сухой алхимический снаряд. Однако, несмотря на все старания, подготовка к обороне упорно срывалась, и с каждой секундой всё больше людей даже среди телохранителей начинало говорить об отступлении. — Даф, я должен тебе кое-что сказать, — с трудом перекрикивая топот коней, рявкнул Макс. — Потом мне расскажешь про полчища красоток, которые преследовали тебя с самого нашего расставания, – смеясь, ответила девушка. — Это я для Михи оставлю, чтобы он завидовал, – на скаку заряжая арбалет, сказал парень. — Тогда я вся внимание, — бросила Даф, опуская полумаску на лицо и готовясь к сшибке. — Если мы оба выживем и таки сможем добраться до церкви, ты выйдешь за меня? — абсолютно не переживая, что уже через минуту предстояло вступить в бой, спросил Макс. — Ох, гений, ну ты и умеешь подобрать момент, – одними губами упомянув всю родню молодого человека так, что даже матросы пополнили бы свой словарный запас, услышь они ругательство, девушка ответила. – Если выживешь и обещаешь больше никуда не будешь пропадать, то да. — Обещаю, – довольно улыбнувшись, глава Культа Смерти нажал на спусковую скобу. Схватившись за шею, пробитую арбалетным болтом, один из Бессмертных захрипел и, цепляясь за поводья, рухнул на землю. Услышав до боли знакомый звук, Корнелий тут же соскользнул с седла вбок, прячась за лошадь и увлекая телохранителей прочь от самоубийц. Однако, было уже поздно: копья атакующих ломались, и то тут, то там обрывалась жизнь ещё одного слуги Магистра. Не теряя самообладания, Браушвиц рявкнул, отдавая приказы, и попытался вырваться из клещей, в которые зажал его ударный отряд Культа Смерти. Бросив попытки удержать строй на месте, полководец принялся спасать свою собственную жизнь и, что для него было гораздо важнее, жизнь Елены, которая несмотря на все запреты и уговоры всё же решила присутствовать на сражении. Хотевшая лично увидеть торжество собственных изобретений, теперь девушка лишь в панике хваталась за гриву лошади, пытаясь выехать прочь из мясорубки. А тем временем Император, Царь и Командор, наконец, подготовились к атаке, заняв место в конном строю. Их тут же кольцом обступили верные телохранители, без сомнения готовые отдать жизнь за своего владыку. Привычные к подобным атакам, они давно выучили: пусть будут лететь арбалетные болты, прольётся со стен жидкий огонь или даже сам Ом спустится на землю, правитель должен выжить и невредимым вернуться домой. Считая секунды до того момента, как затрубят рога и рванут вперёд кони, Царь поправлял патриарший крест, который до сих пор не был передан новому главе Церкви. Обводя взглядом поле брани, монарх с удовольствием отмечал, что подобная реликвия не только успокаивает его, но и заставляет врагов боязливо хмуриться и щуриться, пытаясь спрятать взор от сверкающего золота. Несмотря на то, что южане верили совсем в других богов, даже они не могли не поёжиться, наблюдая, как против них выступает посланник господа. — Если один из нас сегодня погибнет — его сторона признается капитулировавшей и подпишет мирное соглашение о передаче власти другой, – сказал Император, протягивая руку в латной рукавице. — Согласен, – пожав руку смертельному врагу, Царь опустил забрало и принял пику от верного оруженосца. Досчитав про себя до трёх, он подал знак трубачам и погнал лошадь вперёд, богатырским рёвом увлекая за собой тех, кто присягнул ему на верность. Сверкая на солнце начищенными доспехами и заставляя врага замереть на месте от страха, всадники бросились прямо в центр вражеского построения, где уже расступались союзные пехотинцы. Ловко увлекая за собой противника, бойцы подставляли его прямо под таранный удар тяжёлой кавалерии, готовой смести что угодно на пути к победе. Корнелий же упорно не замечал этого, пытаясь спасти хотя бы жизнь Елены, не говоря уже о бойцах Доминиона, к которым он никогда не питал особо тёплых чувств. Страшный натиск смял так ине успевших подготовиться южан, которые, заметив перед собой закованных в броню кавалеристов, начали бросать оружие и отступать, не обращая внимания на истошные крики командиров. Лишь немногие воины пытались стоять на месте и сражаться с атакующими, но они успевали продержаться лишь несколько мгновений, пока на очередного героя не падал боевой молот. Видя, как их товарищи погибают один за другим, солдаты начали массово сдаваться в плен, даже не пытаясь спастись. А тем временем Макс и его бойцы, словно нож сквозь масло, прорубались через ряды Бессмертных, пытаясь добраться до заветной цели. Враг даже не пытался огрызаться на нападение, надеясь, что броня и скорость позволят протянуть достаточно, чтобы оторваться от назойливого отряда. Однако, Культ Смерти рубил налево и направо, а потому вскоре раздался истошный женский крик, заставивший Корнелия замереть на месте. — Браушвиц, бросай оружие, или твоя дочь умрёт! – крикнула Даф, с трудом перекрывая шум битвы. Прижав к себе пленницу, она, нисколько не смущаясь, держала у её горла кинжал. — Когда это можно было верить речам революционеров? – зло огрызнулся полководец Гидры. Он прекрасно понимал, что битва проиграна, и теперь победители смогут манипулировать им, как захотят. — А когда можно было верить в слова Гидры? – ехидно парировал Макс, подъезжая к мужчине. — Магистр говорил, что я должен был потерять память, но, как видите, я прекрасно узнаю старых друзей. — Нужно было не мелочиться и вздёрнуть тебя, пока была возможность, – прошипел Браушвиц. — Ничего, все совершают ошибки, — великодушно заявил парень. — Мы тоже можем случайно отдать вашу дочь не Гильдии, а Императору, например, или Царю. В отличии от Командора, у них не будет ни малейшего повода любезничать с Еленой, так что нормы приличия останутся далеко позади. — Ладно, я согласен, но в обмен на полную безопасность моей дочери и возможность Бессмертным уйти, – получив утвердительный кивок от Сани, который находился неподалёку, Корнелий вложил меч в ножны и отдал приказ своим воинам уходить. Только двое из них остались, остальные тут же рванули прочь. А тем временем к отряду Культа уже скакали два правителя, готовые принять такое желанное поражение противника и заключить новый мир, ещё более унизительный, чем прежде…