Книга Оплавленных Страниц

9.

Всё ещё не отпуская пережитую несколько часов назад ссору с давним партнёром, Ворон хмуро шагал через то, что до Судного Дня было пролеском, а теперь представляло собой череду холмов и оврагов, заросшую сухими и тонкими деревцами вперемешку с кустами. Обычно аккуратный, наёмник просто обламывал мешавшие ему ветки, хотя раньше ни за что не позволил бы себе подобной глупости, в первую очередь заботясь о том, чтобы оставить минимум следов. Отлично понимавший, что в одиночку он может справиться почти с кем угодно, парень всё же предпочитал лишний раз не афишировать свою деятельность, чтобы однажды не встретиться с двумя дюжинами не слишком дружелюбных вояк. Однако, сейчас возвышенного не занимали подобные мелочи: он разрывался между желанием всё-таки разобраться с Азимом и пониманием, насколько боком встанет ему сегодняшний конфликт. Чёрные Медведи действительно не были ангелами и часто добивались поставленных задач бесчеловечными методами, считая, что цель всегда оправдывает средства, какое бы мнение на этот счёт не имели моралисты. Кроме того, несмотря на борьбу с наркоторговцами, наследники гвардейского подразделения нашли для себя другой источник дохода, поставляя рабов не только на подконтрольных им территориях, но порой снаряжая караваны даже в Европу. Но, несмотря на подобные пятна на репутации, это была единственная сила в радиусе сотен километров, которая могла точно в срок поставить почти что угодно, если ты готов был заплатить или отработать стоимость оказанных услуг. Обладавшие внушительным парком техники и радикально настроенной рабочей силы, бандиты неторопливо, но неотвратимо подчищали окрестности, месяц за месяцем расхищая военные склады, заброшенные убежища и просто поселения, отказавшиеся признать из главенство. Благодаря этому у свободных и независимых торговцев оставалось всё меньше шансов самостоятельно заполучить и продать необходимый товар, из-за чего волей-неволей многим приходилось сотрудничать с монополистом. Разумеется, коммерсанты вроде Вольферца могли не переживать насчёт подобного передела рынка, потому что никто кроме них не решался работать с некоторыми компонентами и диковинками. Ритуальные амулеты из детских костей, алхимические реагенты, снадобья, мутанты, — даже не любивший упускать прибыль Азим имел определённые принципы и попросту отказывался прикасаться к подобной области. Благодаря этому Ворон, давно уже не заглядывавший в Гнездо, мог быть уверен: ему не придётся прерывать странствия и он всё-таки сможет достать всё необходимое, пусть и гораздо сложнее. Мальц и Майра же не утруждали себя столь сложными размышлениями и просто старались лишний раз не упасть, продираясь через растительность, которая, даже серьёзно пострадавшая, пыталась отомстить людям. Профессор, чьи ноги, непривычные к столь долгим походам, уже начинали напоминать о себе, пытался жаловаться на жизнь, но на него попросту не обращали внимания, а потому учёный быстро заглох, вернувшись к попыткам в уме просчитать сложнейшие математические формулы. Помощница же наёмника просто пыталась вернуть себе хоть какое-то подобие душевного равновесия, а заодно удержать под контролем шипохвоста, который в силу своего возраста активно требовал внимания. Внезапно проводник, всё ещё погружённый в свои мысли, замер, останавливая всю группу и одним взглядом заставляя прижаться к земле даже зверя, недоумённо оглядывающегося и шевелящего ушами в попытках понять, что же это за новая игра такая. Почти полтора десятка минут Ворон провёл в абсолютной неподвижности, раскинув руки в стороны и жадно вдыхая носом воздух, словно пытаясь различить в нём что-то неуловимое, недоступное соратникам. Наконец, он расслабился и позволил всем спутникам подняться на ноги, недовольно почёсывая голову и что-то бурча себе под нос. — Могу ли я полюбопытствовать, почему мы прервали наше путешествие? — недовольно, но всё же достаточно тихо спросил исследователь из Института. — Бензин, — коротко бросил парень, для верности принюхиваясь ещё раз. — Да, он самый, иных вариантов и быть не может. — Если я верно помню карту и не сбилась, то тут как раз недалеко должна быть дорога, в чём проблема? — удивилась Майра, недоумённо почёсывавшая спасённого ей мутанта. — В том, что у нас такой не делают, — проворчал возвышенный, облизываясь и словно пробуя воздух на вкус. — Слабо представляю, где настолько чистое и качественное топливо вообще можно взять, и сколько оно будет стоить. — И у кого хватит денег заплатить за подобное? — присвистнула девушка, не понаслышке знавшая, как порой тяжело достать горючее. — Ну, кроме Медведей, разумеется. — Честно говоря, не думаю, что даже Азим стал бы столь расточительно тратить ресурсы, — протянул Ворон, глядя сквозь собеседницу. — На самом деле, я бы хотел познакомиться с этими богатеям. На этих словах Мальц недовольно скрестил руки на груди и попытался грозно топнуть ногой, но оступился и вместо этого рухнул на землю, скатываясь вниз с небольшого холма, на котором происходил диалог. Подняться на ноги учёный смог только тремя метрами ниже по склону, весь покрытый грязью, пылью и истыканный мелкими колючками и ветками. Даже не удосуживаясь отряхнуться, мужчина взбежал обратно, к товарищам и чуть ли не схватил наёмника за плечи, требуя ответа. — Вы же не думаете поставить под угрозу наше дело из-за какого-то детского любопытства? — забавно хмуря брови, заявил профессор. — Разумеется, нет, — невозмутимо парировал парень. — Я хотя и тот ещё авантюрист, у меня всё же нет привычки так грубо нарушать контракты. — Очень надеюсь на это. Ведь иначе бы мы могли упустить возможность, которая выпадает не так часто, — не унимался исследователь. — А потому придётся отложить визит за хлебом и солью до лучших времён, — подтвердил Ворон. — Впрочем, вам троим лучше будет держать в голове возможность столкнуться с незнакомцами в ближайшие сутки-двое. Поняли? Мальц и Майра хотели было в один голос возмутиться, что они не настолько беспечны и настолько очевидные вещи можно было и не говорить, но, прежде чем оба успели произнести хоть слово, где-то вдалеке раздался взрыв, несмотря на расстояние сохранивший достаточную громкость. Вслед за ним, вперемешку с ещё парой раскатов, но уже гораздо более тихих, зазвучала хаотичная череда выстрелов, еле слышная из-за растений и холмов. Вся команда, включая шипохвоста, от неожиданности замерла, не способная сдвинуться с места, и лишь вслушивалась в отдалённое сражение, пытаясь хотя бы примерно предположить, кто на этот раз что не поделил в никак не собиравшемся успокаиваться мире. Спустя пару минут, когда стрельба начала затихать и почти сошла на нет, наёмник опомнился и, буквально рухнув на землю, распластался среди корней и грязи, прижимаясь ухом к земле. Закрыв глаза, он одними губами произносил целые цепочки каких-то сложных заклинаний, положив ладони на грунт, нисколько не заботясь о чистоте своих рук или том, как это выглядит со стороны. Полностью восстановившийся после инцидента при побеге из города, он не стеснялся пустить в ход по-настоящему серьёзные заклинания, которые позволяли заглянуть ему за несколько километров, а при должной подготовке и вовсе увидеть, что происходит на том конце материка. Остальные авантюристы лишь недовольно водили оружием из стороны в сторону, надеясь на то, что уже почти окончившийся где-то вдали бой не начнётся с новой силой уже гораздо ближе. Ни спутница Ворона, хотя бы примерно представлявшая, что сейчас делает её товарищ, ни профессор, обладавший огромным багажом теоретических знаний, не решались отвлечь проводника, который, не боясь быть обнаруженным, пытался получить максимум информации. В любом случае, засечь использование силы могло не так много людей, а уж оперативно найти возвышенного и нейтрализовать его прежде, чем он придёт в себя, даже с такой охраной было крайне проблематично. Наконец, парень вскочил на ноги и, не говоря ни слова, рванул через бывшую лесную чащу так быстро, что его наниматель и помощница едва успевали следовать за ним, недоумевающе обмениваясь красноречивыми взглядами. Несмотря на спешку, теперь наёмник двигался почти бесшумно, не оставляя за собой никаких следов и прямо на ходу продолжая уточнять обстановку на небольшом удалении от себя, не решаясь тратить время на полноценную разведку. Лишь спустя час он остановился в небольшом овражке, густо утыканном непривычно пышными кустарниками, сохранившими при внешней красоте более чем острые и прочные иголки, и замер среди растений, вслушиваясь в окрестности. — Простите меня за выражения, конечно, — пытаясь отдышаться, тяжело пробормотал Мальц. — Но что за чертовщина происходит? — Рейдеры, — зло, словно сам профессор был виноват в факте их существования, ответил Ворон. — Напали на группу мирных беженцев примерно в двадцати минутах отсюда. — И мы будем ради каких-то несчастных бросать всё? — забывая про все принципы собственной организации, возмутился учёный. — У Майры можешь узнать, что ждёт несчастных, попавших в руки подобных головорезов, — отмахнулся наёмник. — Особенно девушек и женщин. — При всём уважении, какое нам до них дело... — начал было мужик, но, заметив взгляд девушки, вцепившейся в загривок шипохвоста, быстро замолчал. — Хорошо, допустим нам не всё равно, но что мы можем сделать? — Осмотреть место нападения и понять, какой был по размерам отряд, — отозвался парень словно о каждодневной рутине. — Если бандитов было не слишком много, у нас есть шансы договориться. — Решать проблемы с рейдерами мирным путём? — удивился Мальц, но всё же достаточно сдержанно, помня о близости врага. — Не уверен, что они захотят нас слушать. — Обычных путников точно бы не стали, а вот у возвышенного есть шанс блеснуть авторитетом, — всем видом показывая, что разговор окончен, буркнул Ворон. — Так, ладно, идите за мной и держите оружие наготове. Судя по всему, нападавшие уже смотали удочки, но это значит лишь одно: у них явно неподалёку логово. Получив в ответ два сдержанных кивка, проводник двинулся дальше, в отличие от своих спутников предпочитая оставить руки свободными, чтобы дать себе возможность в случае чего оперативно накладывать достаточно сильные заклинания. Не веривший в то, что товарищи смогут продемонстрировать достаточно результативную стрельбу, наёмник был вынужден взять на себя вопрос по сохранению их жизней, если вдруг отряд попадёт в засаду. Разумеется, в подобной ситуации и речи не могло идти о быстром уничтожении противника, но, по крайней мере, заказчик точно должен быть дожить до рассвета, даже если на охоту за троицей людей и мутантом будут пущены те Чёрные Медведи, которыми они были до Судного Дня. По воле случая, судьба оказалась щедра к странникам, и группа добралась до дороги, так и не встретив ни одной души, несмотря на то, что со времени нападения прошло ещё мало времени и разбойники могли до сих пор собирать награбленное или добивать выживших. Ненадолго спрятавшись в очередном овраге, возвышенный ещё раз вынужден был провести магический ритуал, занявший почти пол часа, чтобы убедиться в безопасности выхода на открытое пространство. Как бы он не презирал рейдеров за самые разные вещи, в одном им отказать было никак нельзя: опытом перестрелок они компенсировали свои разношёрстность и отсутствие теоретических знаний, при должном перевесе оставаясь серьёзной угрозой даже для вымуштрованных подразделений Азима. Однако, то ли бандиты действительно намеревались вернуться сюда ещё несколько раз, то ли их что-то спугнуло, но почти на час пути в округе не было никого разумного, за исключением различных диких тварей, недовольно скалившихся друг на друга в попытках найти себе пропитание. Разумеется, по-настоящему опытный мастер смог бы избежать воздействия заклинания и остаться незамеченным даже для Ворона, но в таком случае последнему не помогли бы уже никакие меры предосторожности, а потому дольше сидеть в кустах не было смысла. Расслабленно, словно возвращаясь домой после долгой прогулки, наёмник вышел на почти полностью уничтоженное временем, непогодой и постоянными налётами покрытие некогда достаточно оживлённой трассы, соединявшей крупные города. Перед взглядом троицы предстала ужасная картина, остававшаяся, тем не менее, донельзя привычной для проводника, которому в своих странствиях часто приходилось встречать плоды труда тех, кто предпочитал не зарабатывать на жизнь, а отбирать у других всё необходимое. Ещё тлеющие остовы пары дряхлых, разваливающихся буквально на глазах машин, осколки взрывных устройств и обезображенные трупы тех, кто попытался отстоять собственные имущество и жизни. К сожалению, обороняющимся не помогли купленные за последние деньги ружья, некоторые и вовсе не успели взять их в руки, встретив смерть в то же мгновение, когда колонна попала в грамотно организованную засаду. — Опоздали, — изощрённо выругалась под нос Майра так, что даже её старый друг удивлённо присвистнул. — Я тебя разочарую, наверное, но я и не собирался спасать их жизни, — равнодушно заявил парень, присаживаясь на корточки перед одной из жертв, чтобы осмотреть тело. — Я думала, ты так рванул вперёд, потому что была надежда, — тяжело буркнула помощница, без всякой надежды пытаясь отыскать выживших. — Она-то, конечно, была, но я не хотел рисковать вами, — по-хозяйски обшаривая погибшего, ответил возвышенный. — Всё-таки копать лишние две могилы — занятие утомительное. — Скотина ты, Ворон, — не выдержав, заявила девушка, бросая глупую затею и переставая бегать от тела к телу. — А ты что думала, профессионализм на работе редко граничит с человечностью, — нисколько не обижаясь, парировал наёмник, убирая в карманы награбленное. — Впрочем, есть одна вещь, которая удивляет даже меня, а такого быть не должно. — И что именно вас заботит? — неугомонно спросил Мальц, явно не ощущавший дискомфорта от трупов вокруг. — Нападавшие не обыскали тела, не стали резать транспорт на металлолом или забирать его с собой, — подойдя к чудом уцелевшей цистерне, говоривший дёрнул вентиль и припал губами к мощному потоку воды, проверяя её на качество. — Воду питьевую не забирали, что является кощунством даже в наше относительно сытое время. — Может, их просто спугнуло что-то? — заметил учёный, недвусмысленно поглядывая на шипохвоста, который уже не первый раз порывался откусить кусок от очередного умершего. — Я бы почувствовал присутствие настолько большой стаи мутантов, — покачал головой Ворон. — Ладно, придётся с этими бедолагами поговорить, может что путное расскажут. — Только, умоляю тебя, давай при мне ты обойдёшься без некромантии, — сурово бросила Майра, сверля взглядом собеседника. — Не хочешь уважать их покой, сделай это ради моих нервов. — Вот почему я не беру с собой никого на задания, — недовольно прошептал себе под нос наёмник. Впрочем, продолжил он уже громче. — Тогда встаньте с нашим многоуважаемым профессором и прочим зоопарком на охрану. Я бы не хотел сегодня ещё и похороны устраивать. Девушка в ответ разразилась не слишком цензурной тирадой на тему того, что если кого-то и придётся закапывать сегодня, то это будет сам возвышенный, но всё же перехватила винтовку поудобнее и, аккуратно спрятавшись за одним из остовов, принялась сверлить окрестности тяжёлым взглядом. Не принимавшая некоторых методов работы своего товарища, она порой очень хотела огреть его чем-нибудь тяжёлым, но всё же прекрасно понимала, что порой эффективность и взаправду важнее любых нравственных устоев. Кто бы что не говорил, а пока обычный следователь будет расхаживать между уликами, снимать отпечатки пальцев и допрашивать свидетелей, возвышенный просто заставит труп рассказать всё в малейших деталях, сэкономив немало времени. Профессор же, неисправимый идеалист науки и прагматик реальности, всегда считал, что главное — двигать прогресс и эффективность вперёд, а если при этом погибло пару сотен человек, такова цена достижений. Кроме того, в том числе и на его руках лично было немало крови, про которую сотрудник Института крайне не любил говорить, ведь рассказывать про достижения и спасённые жизни гораздо приятнее, чем с сожалением признавать, что очередной эксперимент провалился и погрузил в хаос поселение на несколько тысяч жителей. Именно поэтому хватило лишь одного уставшего взгляда наёмника, чтобы исследователь молча кивнул и, не говоря ни слова, уселся прямо на землю, параллельно с наблюдением не переставая чертить что-то в толстом слое пыли и песка, покрывавшем дорогу. Убедившись, что, пускай и спустя рукава, его спутники всё же занялись тем, чем он их попросил, а шипохвост, утомившийся за долгие часы пути, лёг спать под нагретой на солнце цистерной, Ворон тяжело вздохнул и принялся выкладывать перед собой целую гору различных инструментов. Мисочки, свечки, разноцветные камушки, маленькие ампулы с играющими на свету жидкостями, — за такую коллекцию даже внешне всегда отрешённый и ленивый Вольферц не постеснялся бы выложить часть своего состояния. Этот набор странник создавал сам, порой долгие месяцы просиживая в лаборатории или пересекая половину материка в поисках редких и оттого крайне ценных материалов, которые было попросту не достать ни на одном рынке. Разумеется, если бы на кону стояла его собственная жизнь, возвышенный не стал бы тратить время на подобные изощрения и наложил все необходимые заклятья голыми руками, пускай и тратя на это значительно больше сил, но зато добиваясь поставленного результата. Однако, подобный всплеск энергии не остался бы незамеченным для множества тварей, рыскавших по окрестностям в поисках пропитания, и тогда всей группе пришлось бы с боем пробиваться к ближайшему поселению, до которого оставалось полторы-две дюжины часов пути. И если один парень ещё бы смог совершить подобное, попросту выжигая себя постоянным применением магии, за которое пришлось бы потом расплачиваться кровью, слабостью и болью во всём теле, то с нанимателем и помощницей на шее он и подумать не мог о подобном. Именно поэтому наёмник продолжал создавать сложный рисунок из предметов, рун и линий вокруг одного из трупов, сосредоточенно отсчитывая граммы и стараясь не нарушить тот хрупкий баланс, который приходилось возводить ему буквально на глаз. Гораздо проще было бы вернуть умершего в мир живых и, пускай и причиняя ему ужасные мучения, заставить выложить всё, но парень слишком дорожил хорошими отношениями с Майрой, а потому приходилось прибегать к более тонким и сложным методам. Если нельзя было поговорить с покойником напрямую, пока тело оставалось хотя бы относительно целым, сохранялась возможность прочитать его память и попробовать уловить в череде чувств, эмоций и ощущений то, что происходило вокруг. Наконец, композиция была завершена и, опустившись на колени перед жертвой, Ворон закрыл глаза, отсекая себя от внешнего мира, так что даже если Судный День случился бы снова, это не потревожило бы заклинателя, который продолжал свою работу несмотря ни на что. Руки на мгновение аккуратно замерли в миллиметре от мертвеца, и синхронно с губами начали накладывать одно заклинание за другим, стараясь добраться до утекавшей с каждой секундой информации. Создавая сложный рисунок, словно паук окутывая добычу паутиной, пальцы быстро мелькали, всё же не прикасаясь к телу, словно боясь совместить мир грёз и воспоминаний с реальностью, где рейдеры не так давно оборвали ещё одну жизнь. Проходила минута за минутой, и вот Майра стала обеспокоенно оглядываться за спину, где уже почти целый час неподвижным истуканом восседал её товарищ, не обращавший внимания даже на собственное состояние. По его ручью потоками струился пот, а из носа тонким ручейком струилась кровь, хлынувшая после одной неверно подобранной комбинации, из-за которой всю работу чуть не пришлось начинать сначала. Но парень лишь глубже погружался в чужую шкуру, пытаясь не просто понять, как умер человек, а буквально посекундно восстановить все события последних часов до мельчайшей детали. Наконец, когда жаркое солнце уже начало клониться к закату, а оба надзирателя бросили своё занятие и просто маялись, пытаясь заглушить голод и жажду теми немногочисленными запасами, что они несли с собой, не полагаясь лишь на товарища, возвышенный резко выдохнул, приходя в себя и поднялся на ноги, лишь чудом не рухнув обратно. Его помощница тут же оказалась рядом, услужливо подставляя плечо и помогая дойти по цистерны с водой, которую по счастливой случайности миновали осколки во время боя, сохранив в безопасности столь ценную влагу. Рванув на себя вентиль, наёмник опустил голову под поток, расточительно проливая на землю жидкость и пытаясь хоть немного прийти в себя, отделив собственные мысли и воспоминания чужого тела друг от друга. — Вот скотина, — проворчал, наконец, Ворон, устало облокачиваясь на раскалённый бак. — А мне многие говорили, что моя добросердечность меня погубит. — Что случилось-то? — совершенно не обращая внимания на осунувшееся лицо собеседника, спросил профессор, который уже пожалел о том, что вписался в подобную авантюру. — Да был один гад, Патрик Сальмс, — сплёвывая сгусток крови, буркнул возвышенный. — Мне на него как-то заказ пришёл, дескать он достал даже собственных коллег по цеху, настолько экстраординарный мужчина был. — Этот тот самый хрен, на чьей совести было две трети всех смертей от налётов? — влезла в разговор Майра. — Ага, а заодно почти дюжина разграбленных поселений, изуродованные тела чьих жителей находили по всей округе, — подытожил парень. — Так вот, я к нему в гости когда нагрянул, у него жена сутки назад родила, и он утверждал, что ради ребёнка готов бросить всё, лишь бы я не оставил малыша без отца. — И ты ему поверил? — невольно ухмыльнулась девушка. — Да сам понимаю, что дурак, но мне стало жалко женщину эту несчастную, она так умоляла его пощадить, — зло бросил наёмник, не замечая, как под его взглядом песок спекается в стекло. — Ну, я и отпустил их троих, поручившись перед заказчиком, что проблем больше не будет. А эта сволочь просто на дно залегла, оказывается, и теперь вот вернулась. — Ну, я думаю, профессор не будет против, если мы зайдём к твоему знакомому в гости, — более чем красноречиво посмотрев на Мальца, сказала помощница. — И репутацию твою подлатаем, и доброе дело сделаем, спасём тех, кого он в плен взял. — Как бы я не хотел вам отказать, в данном случае подобное путешествие будет более чем оправданным, — наблюдая за тем, как ненавязчиво рука девушки скользит по кобуре с пистолетом, подтвердил учёный. — Тем более, что долг интеллигенции — помогать обездоленным. — Ну, вот и славно, — довольно улыбнулась Майра, поворачивая голову к Ворону. — Я понимаю, что ты сегодня много сил потратил, но я всё-таки попросила бы тебя позаботиться о ночлеге. — Разумеется, — устало ответил наёмник, одним движением материализуя в руке походный посох. — Знаю я тут неподалёку одну заброшенную деревеньку, в ней крогсы долгое время обитали, пока я их в зимой не выгнал. Народ туда не заходит из-за страха, что твари вернутся, так что нам вряд ли кто-то помешает. — А если они всё же обосновались там ещё раз? — неуверенно вякнул Мальц, теребивший в руках ружьё. — Значит, у нас на ужин будет свежее мясо, — отмахнулся парень. — Я хоть и вымотан, но оружие у меня по-прежнему исправно, так что это будут не наши проблемы. Криво усмехнувшись, Ворон всё же не двинулся в путь сразу, предпочтя потратить ещё почти почти пол часа на то, чтобы убрать следы своего ритуала и сжечь все трупы до единого, не оставив от них даже следа. Однако, делал это заклинатель вовсе не по доброте душевной или из-за страха перед трупоедами, — он не хотел давать кому-либо столь явный знак, что здесь был возвышенный и творил сложную магию. Опытному заклинателю подобного следа хватило бы с лихвой, чтобы не просто обнаружить группу, но и сильно навредить ей ещё задолго до личного визита, который бы обернулся неприятными последствиями для троицы. Наконец, когда солнце уже скрылось за горизонтом и всем, кроме парня, приходилось идти больше по наитию, чем доверяя собственным глазам, путники неожиданно уткнулись в парочку потрёпанных временем, но всё ещё достаточно крепких домиков. Сбитые, как и большинство зданий в окрестностях, из проржавевших металлических конструкций, они были усеяны странными отметинами, следами от пуль, а кое-где — оплавленными каплями стали, застывшими в причудливых формах. Всё говорило о том, что проводник явно не слишком заботился о сохранении интерьера, когда в одиночку, утопая в белом покрывале, окутавшем окрестности, пытался выкурить из гнезда почти дюжину тварей, не считая молодняка. Впрочем, все были настолько вымотаны, что и не подумали возмущаться или размышлять, а просто рухнули на пол, мечтая поскорее устроиться в спальнике и уснуть, навёрстывая упущенное и пытаясь хоть немного восстановиться перед завтрашними приключениями. Лишь Ворон, несмотря на всю свою усталость, по привычке установил все полагавшиеся охранные заклинания и руны, не доверяя чуткости шипохвоста, который хотя и был достаточно опасен, в силу возраста просто не знал, как нужно реагировать на незнакомцев. Однако, даже он, едва закончив обеспечивать безопасность, моментально вырубился, облокотившись на стену, которая, благодаря жаркому дню, всё ещё приятно грела спину...