Трупный яд

      — Кэтти, а ты соображаешь! Я в тебе не сомневался, — произносит Риндо, отпив из стакана. — Как ты и сама догадалась, мне нужно от тебя кое-что и это касается твоей работы.       — Я должна Вам сливать информацию, которая касается вашей группировки?       — Умница. Мы дадим тебе список всех наших точек и будем тебя информировать, по поводу чего нам нужна информация.       — А вы не боитесь, что я вас сдам? Просто расскажу все начальству, — говорю я, поднимая бровь.       — Хороший вопрос, Кэтти, — поворачиваясь ко мне, говорит молодой юноша. — Во-первых, с тобой везде будет ходить Джо, который встречал тебя на входе. Во-вторых, мы будем постоянно мониторить всех твоих друзей. Наши люди уже работают над этим. Так что если ты будешь слишком много открывать свой ебальник, помрешь не только ты, но и Акио, к примеру. — устало произносит парень.       Услышав имя друга, понимаю, что попала. А ещё, если поймут, что я работаю на «Бонтен», то получу пожизненное. Тогда придется самой пустить себе пулю в висок.       — Не будет ли слишком подозрительно, что за мной будет таскаться так называемый «Джо»? — спрашиваю я, со скептицизмом глядя на парня.       — А она шарит! — произносит мужчина со шрамом на лице. Он один из немногих, кто курил в комнате. Девушки морщили носы и старались отодвинуться от меня, но были также зажаты между мной и Раном, который зажигал уже третью сигарету.       — Считай, что он теперь твой новый водитель. Будет тебя везде забирать. Прикинь, какой я дохуя умный! — говорит «лицо со шрамом».       Прикинув, насколько мой бюджет может потянуть частного водителя, со вздохом понимаю, что вполне прокатит.       — Хорошо, я согласна, — говорю я больше для проформы, чем для окружающих.       — Умница, — прошептал мне в шею Хайтани-младший, отчего я почувствовала себя некомфортно.       Было в этом что-то интимное, что не хотелось делать, когда вокруг полно народу. Дальше вечер прошел вполне обыденно. Со мной больше никто не заговаривал, так что я сидела и откровенно напивалась, уставясь в телефон. Решив, что раз все равно заняться нечем, написала Юки. Как оказалось, её мужчина отвозит её в Европу на месяц, и она попросила меня поливать ее цветы. Ключи она обещала занести в ближайшие дни, но наличие цветов в ее квартире меня повергло в такой шок, что я поперхнулась своим коктейлем.       — Тебе уже хватит, — с нажимом говорит Риндо, забирая у меня стакан. Я уже готова была возразить, но взгляд моего нового (кого?) мужчины сказал, чтобы я заткнулась и не возникала.       Через секунду Ран встаёт и вместе с ним все присутствующие, кроме верхушки. Риндо подталкивает меня к выходу. Я иду почти вплотную к какой-то девчонке, что сидела рядом с Хайтани-старшим. Выйдя на улицу, вдыхаю морозный ночной воздух. Чувствую, что меня слегка покачивает на ветру и улыбаюсь, думая, что сегодня чертова суббота и мне никуда завтра не вставать. Я уже собиралась идти в сторону станции, как меня хватают за руку.       — Куда ты пошла? — спрашивает недовольно мужчина, притягивая меня к себе.       — На станцию, — шепчу я, уткнувшись носом в его галстук.       — Ты явно слишком много выпила. Время второй час, станция уже закрыта.       — Тогда я вызову такси, — упрямо мычу. Тут я только заметила, что стою уже вплотную к «Ягуару».       — Садись, — бросает Риндо, идя к водительскому сидению.       «И опять не открыл мне дверь», — думаю я, обиженно надув губы.

…

      Заходим в уже знакомый мне подъезд. Теперь я могу рассмотреть его получше. Вокруг стоят кадки с пальмами, уютные диванчики и пуфики расставлены по всему огромному помещению. Хрустальная люстра, похожая на водопад, поражала своей массивностью и красотой. Наверное, я бы так и стояла, открыв рот, если бы Риндо не крикнул мне, поторапливая. В лифте атмосфера накалилась. То ли я была слишком пьяная, либо Риндо был слишком добрый, но в моей голове возникла мысль, что возможно, он не так плох, как мужчина. Видимо, он думал о чем-то похожем, потому что его взгляд остановился где-то в районе выреза костюма.       Из лифта мы выходим синхронно, чуть ли не бегом. Преодолеваем коридор, и я смотрю, как Хайтани-младший пытается попасть ключом в замок. Когда ему это удается, дверь открывается, и перед нашими глазами предстает Ран, зажавший свою девчушку собственным телом у стенки. Отмечаю, что его штаны держались явно на честном слове, и мигом забегаю в квартиру. Слышится смех братьев.

…

      — Пей, — не успела я снять кроссовки, говорит мне Риндо, протягивая стакан. Я принюхавшись делаю глоток. С удивлением отмечаю, что это джин-тоник. Неужели он запомнил, или это чистое совпадение?       — Ты же говорил, что мне хватит, — смеюсь я, ложась на огромный ковер в гостиной, на котором меня он имел в прошлый раз.       — Не еби мне мозг, пока я добрый, — огрызается мужчина, садясь в кресло напротив меня. Отсюда вижу, что он пьет виски. Тут в моей голове возникает шальная мысль, поэтому я быстро переворачиваюсь и встаю на четвереньки. Вижу, как его лицо вытягивается в недоумении, но продолжаю медленно, как кошка, красться к нему. Останавливаюсь только у его широко расставленных коленей и забираюсь на кресло. Он молчит, я тоже ничего не говорю, только кладу руку на подушку кресла, как раз между его бедер, а второй держусь за спинку кресла. Между нашими губами несколько сантиметров, но никто из нас не спешит сделать первый шаг. Я пододвигаю руку ещё ближе к его паху, чувствуя предплечьем его стояк.       — Харе, — шепчет мне в губы Хайтани.       — Неа, — смеюсь я, садясь ему на колени и нетерпеливо ёрзая. В следующую минуту я чувствую спиной мягкую шероховатость ковра. Риндо навис надо мной, шумно дыша мне в ухо. Обе мои руки были зажаты, и я не могла пошевелиться. Не скажу, что мне хотелось как-то вырываться.       — Ты передумала меня не целовать? —тихо спрашивает мужчина, смотря мне в глаза.       — Да, но это только сегодня, Хайтани-сан, — шепчу я ему в губы, прежде, чем он меня целует.       Это было не так, как я себе представляла. Намного приятнее, если учесть, что в прошлый раз на этом ковре я была недоизносилована. Поцелуй был такой глубокий и страстный, что мы бились зубами друг об друга, кусая до крови чужие губы. Мне пришлось прекратить эту сладкую пытку, чтобы вдохнуть немного кислорода.       — У тебя опять под пиджаком ничего нет, — протянул Риндо, хитро улыбаясь. —Ты специально подготовилась?       — Не льстите себе, — шепчу я, касаясь губами шеи Хайтани-младшего.       Сделав небольшой укус, зализываю ранку. Слышу, как шумно он вздыхает, сильнее сжимая руки над моей головой. Чувствую его поцелуи на своих ключицах, плавно перетекающие на грудь. Я уже начинала отвлекаться от секса на мысли об очередном расследовании. Мужчина, видимо, интуитивно уловил, что ход моих мыслей свернул не туда, и принялся к активным действиям. Его правая рука резко расстегнула ширинку на моих брюках, забираясь ко мне в трусы. В отличие от прошлого раза, я была настолько до неприличия мокрая, что о моем нежелании не могло идти и речи.       — Кэтти, да ты вся течешь. Какая послушная сучка, — прошептал он мне на ухо. — Моя сучка.       На этих словах я еле сдерживаю стон. Не могу с собой ничего сделать. Нравится, когда мужчины грязно разговаривают во время сношений. Его пальцы скользили сверху вниз, массируя клитор. Я уже не сдерживаю стонов, сильнее притягивая к себе Риндо. Почти синхронно мы отлипаем друг от друга, чтобы снять с друг друга штаны. Вспомнив, что медик должен всегда быть с непоколебимой рукой, одним движением умудряюсь снять ремень и расстегнуть ширинку. После пары неловких движений я чувствую, как он упирается в мое бедро членом, размазывая смазку. Хищно улыбнувшись, Хайтани входит в меня на всю длину и мы оба издаем стон. Не успеваю под него подстроиться, как он уже переходит на дикий темп, за которым я не могу угнаться. Моя нога оказывается на его плече, увеличивая угол проникновения.       В какой-то момент меня переворачивают, и я оказываюсь на четвереньках, уперевшись лицом в ковер. Меня грубо держат за талию, глубже насаживая на член. Скорость растет в геометрической прогрессии и мой мозг перестает функционировать, и обрабатывать внешнюю информацию. Риндо поднимает меня за шею, плотно прижав к себе.       Наконец я подхожу к своему оргазму. Комната полностью окрасилась нашими стонами. Он кончает внутрь, падая на меня сверху. Риндо, тяжело дыша, выходит из меня и, не оборачиваясь, идёт в ванну. Я подбираю его рубашку, пахнущую дорогим одеколоном с нотками кофе и инжира. Надеваю её, подойдя к огромному панорамному окну. Токио, как всегда красив с такой высоты, на которую я даже не мечтала забраться.