Трупный яд

      — Я ещё раз приношу свои искренние извинения, Катерина-сан, — жалобно бормочет Минору. Я лишь мило улыбаясь, накрываю его руку своей ладонью и легко пожимаю, показывая, что я на него не злюсь.       — Это всего лишь случайность, Иноэ-сан, мне тоже следовало смотреть по сторонам. Давайте забудем это недоразумение и продолжим работать вместе?       — Конечно! Кстати, я совершенно не знаю, кем вы работаете в участке, — медленно говорит он. Я пытаюсь скрыть свое недоумение, ведь пока я не была облита кофе, на мне был медицинский халат.       — Я местный судмедэксперт, работаю на три этажа вниз, — его лицо вытягивается, и на секунду возникает неловкая пауза. Я судорожно придумываю как разрядить обстановку.       — По мне, наверное, и не скажешь, — смеюсь я, отпивая чай. — Здесь отменный чай и кофе. Очень рекомендую, а то в автоматах из участка ничего не выпьешь приличного.       — Это правда, Катерина-сан, —бормочет он, видимо, пребывая в потрясении. Я внутренне прыгаю от радости, что мне попался такой дурачок, которого я могу читать как открытую книгу. — Вы из Европы? У вас очень необычное имя!       — Я из России. Мне повезло, что я оказалась полезна тут, — говорю я, зажав сигарету зубами и хлопаю себя по карманам в поисках зажигалки. Как обычно, я все оставила в халате. Минору подносит огонь к моей сигарете и я нетерпеливо прикуриваю. Сейчас я могу рассмотреть его получше. Он похож на золотого ретривера, такой же «пушистый» и добродушный, только хвостом не машет. Одет как обычный офисный работник: черный галстук, белая рубашка, недорогие часы. Ничего интересного. Такой же, как миллион других детективов. Это то, что мне нужно. Осталось с ним сблизиться, да побыстрее. Неизвестно, сколько времени дал мне Майки на мою предательскую миссию.       — Вы близки с Ито-саном? — этот вопрос прервал мои злобные планы, заставив поперхнуться чаем. Я заливисто смеюсь. Несколько человек на веранде обернулись посмотреть, что там такого смешного.       — Конечно, но не в романтическом ключе. Акио для меня как старший брат. Он мне очень помог освоиться в Японии и в участке. Без него я не знаю, что со мной было бы, — на его лице читается облегчение, как-будто это именно то, что он хотел услышать.       — Вы свободны сегодня вечером? Я бы хотел пригласить Вас в более подходящее место, чтобы отблагодарить, — почти что шепчет мужчина. Я быстро отворачиваюсь и щипаю себя за щеки, чтобы получить румянец. Стараюсь выглядеть максимально мило и, повысив голос, отвечаю:       — Конечно, буду рада с Вами провести ещё время, — отвожу взгляд в сторону, будто я очень смущаюсь. Давай же, я же само очарование! Покажи, что ты купился. Будто Бог услышал мои молитвы, я вижу, как он, краснея, отводит взгляд. Бинго!       — Тогда можно я возьму Ваш телефон, чтобы договориться о месте встречи? — я киваю и диктую ему номер, который он судорожно записывает.       Возвращаемся в участок мы уже ближе к обеду, поэтому нам почти никто не попадается из коллег. Я захожу в прозекторскую в отличном расположении духа, натягивая перчатки, тихо посмеиваясь. Ному, который заталкивал труп в холодильник, остановился, будто перед ним предстал сам Джокер. Я, довольная, собой иду к своему столу, предвкушая ближайший вечер и успешно завершенное дело.

…

            Джо стоит на парковке в позе типичного телохранителя, сверкая своими «Ролексами». Я мысленно бью себя по лбу, думая, за что мне такое наказание. Мне кажется, весь участок столпился посмотреть, какую такую шишку ждёт данный персонаж. Я зажигаю сигарету и иду в его сторону. Он открывает дверь мне на пассажирское сиденье и сев, вижу, как люди перешептываются между собой. Слава Богу, Акио наверняка сидит у себя в кабинете с кучей бумажек и даже не думает бежать к окну вместе с толпой. Джо везёт меня домой, когда мне звонит новый номер:       — Алло?       — Катерина-сан, это Иноэ, мы с вами договаривались о встрече. Вы можете сейчас говорить?       — Да, конечно, Иноэ-сан!       — Вы не согласитесь пойти со мной в « Черную сакуру»? Вы знаете адрес? Или мне лучше за вами заехать? Вам так точно будет удобно? — он просто завалил меня вопросами и я не знала, на какой мне стоит ответить первым. Я кошусь на Джо, который будто не слушает, о чем я говорю.       — Да, давайте вы заедете за мной, часов в восемь, — говорю я, смотря на время на магнитоле. Джо многозначительно хмыкает, из-за чего я уже вижу, как весь этот разговор дословно попадает к Хайтани. Положив трубку, поворачиваюсь к своему «водителю».       — Скажи своим работодателям, что я поеду улаживать дела. Желательно опустить все подробности. Поверь, нам обоим так будет лучше, — поражаюсь, как твердо звучит мой голос.       — Я вас понял, Катерина-сан.       Вот мы уже у моего дома. Вылезаю из машины и бросаю окурок в ближайшую урну. Смотрю, как новенькая «Ауди» отъезжает от тротуара в сторону Роппонги. Оставшиеся полчаса провожу по-военному быстро, собравшись, как называется, «пока спичка горит». Надеваю максимально невинное платье, которое у меня есть, и смотрю на себя в отражение. Такое ощущение, что я иду не на свидание, а на похороны. Чёрное платье с горлом делает меня ещё тоще и бледнее. Курю на балконе, когда к дому подъезжает золотистый «Ниссан». Тушу сигарету о перила и, схватив сумку, направляюсь воплощать свой злобный план.

…

      Скажу, что это заведение выглядело довольно мило. В центре зала стояла большая сакура с неестественно черными цветами, на столах – большие черные восковые свечи. Вся атмосфера была в готическом стиле. Контингент тут тоже был вполне ничего, сразу видно – средний класс. Сделав заказ, мы неловко молчим, и я принимаю решение, что за этот вечер я должна влюбить его в себя. Вспоминая пары по психологии, наклоняюсь вперёд, сокращая между нами расстояние. Надо ему что-то дать, чтобы расположить к себе. Поэтому, когда нам приносят коктейли, предлагаю ему попробовать свой напиток. Он инстинктивно придвигается ближе, говоря, что коктейль весьма вкусный и что это отличный выбор. Остаток вечера мы проводим за беседой, через которую я пытаюсь выудить максимум информации о Минору. Он родился в какой-то деревне, в традиционной семье с кучей братьев и сестер. Самый младший ребенок, учился на отлично, гордость семьи, всегда мечтал стать полицейским, поэтому поехал учиться в университет, а потом оказался в Канто, где в местном участке смог стать полноценным детективом. Я часто кивала и делала такое выражение лица, будто я в жизни ничего интереснее не слышала. Видела, как это ему льстит, а алкоголь постепенно его раскрепощает. О себе я рассказала тоже достаточно подробно, где-то соврав, чтобы выглядеть в его глазах максимально невинно. В итоге, в конце моего пламенного спича он поразился, как такая хрупкая девушка, как я, смогла стать таким специалистом. Пришлось соврать, что я всегда мечтала быть врачом, но потом, поняв, как много несправедливости в нашем обществе, решила помогать полиции. Также я не забыла упомянуть, что я крайне консервативна и мечтаю о домохозяйстве и детях. Если бы рядом со мной стоял доктор Хаус, он, наверное, помер от такого количества ударов по собственному лбу. Я видела, что детектив вообще не понял, как много лапши я ему навешала. Не скажу, что это были худшие два часа в моей жизни, но больше всего меня радовало, что я достигла своей цели. Обратно мы едем в тишине, но я чувствую, что она ему не в тягость. На прощание целомудренно целую его в щеку и вылезаю из машины. Постояв пять минут, анализирую весь вечер на предмет своих проколов, но, насколько мне позволяла память, я ничего подозрительного не заметила. Мимо прошел какой-то человек в капюшоне, как-то подозрительно пошатываясь. Рассудив, что это какой-то наркоман или пьяница, спешу к квартире.

…

      Нахожу ключи под кадкой с цветами и иду в квартиру Юки. Понимаю, что я никогда здесь не была, а она меня никогда не звала, да и я её, собственно, тоже. Нахожу островок рядом с балконом, полностью состоящий из разных цветов. Осматриваю растения на предмет умирания и, удостоверившись, что все в порядке, поливаю их из лейки, которая заботливо стоит рядом. Решив осмотреться, замечаю дорогую технику, мебель и предметы декора, которые как-то несуразно смотрелись в такой маленькой квартире. Наверное, есть свои плюсы жить в такой комнатушке при ее профессии. Рассудив, что больше делать тут нечего, направляюсь к себе.