petrichor

Вакаса Имауши & Кейзо Араши

      Отношения с ними нельзя описать словами, но можно сравнить с течением. Мягким, обволакивающим спокойствием и безмятежностью каждую клеточку тела и разума. Но в то же время непреклонным, диким и таким непредсказуемым.       Кто бы мог вообще подумать, что вы трое начнете встречаться? Но, видимо, такова была чья-то воля, и не то чтобы вы жаловались, нет. Вы наслаждались каждой секундой, проведенной вместе. Вакаса, что с виду казался вообще неприступным, оказался невероятно чувственным, и не только во время секса, когда он стонет на одной ноте с тобой, а даже в те моменты, когда он называет тебя «принцесса», он делает это как-то по-особенному, так, как может только он. А Бенкей, так вообще сначала пугающий своим видом, оказался просто большим плюшевым мишкой, которому не чуждо проявление нежности, даже больше — он сам не отлипнет от тебя, стараясь при любой удобной возможности обнять, сжать, поцеловать.       И даже то, как они обращались с тобой и друг другом во время секса, было пропитано особенной атмосферой. Пока холодные руки Кейзо исследовали твое тело, мяли, трогали, проводили по изгибам, ты слышала, как он порыкивал от удовольствия тебе на ушко, а Вакаса горячими губами проходился по всем твоим слабым местам, вылизывая, покусывая, оставляя следы и метки. И черт, это настолько прекрасно, что однажды вы даже не дошли до секса, остановившись на прелюдии, доводя друг друга до оргазма даже без проникновения.       Момент, когда они кончали, ты без преувеличения назвала бы лучшим, что тебе удавалось запечатлеть в своей жизни. Как дрожали ресницы Имауши, а его руки покрывались вздувшимися венками, как Араши содрогался всем телом, тяжело дыша в твою безжалостно искусанную шею, и как они оба стонали. У Кейзо голос низкий, утробный, глубокий, а когда он разговаривал, то тебе казалось, что иногда слышен звон дрожащей посуды. У Ваки он тягучий, мелодичный, вкрадчивый, и, ох, этот засранец был прекрасно осведомлен об этом и не брезговал пользоваться столь нечестным приемом в вашем отношении, доводя и тебя, и Бенкея до состояния дрожащих колен. Господи, если бы хоть раз после этого ты могла мыслить трезво или хотя бы вспомнить свое имя, то, честное слово, записала бы это на диктофон и переслушивала каждую секунду. Они делали это беззастенчиво, громко, не стесняясь ни себя, ни тебя, во весь голос, откровенно, показывая то, как им хорошо, и это подкупало, только больше подталкивая к краю.       И ты бы в скором времени обязательно поделилась с ними своим желанием и попросила трахнуть довести тебя до предела, используя лишь свои руки и голос. Но вот только на тот момент ты не знала, что в их планы еще входило хорошенько подразнить тебя, не давая кончить несколько раз подряд. И лишь когда ты уже начнешь задыхаться, вцепившись в них руками, твои бедра будут безостановочно трястись, а произносить ты сможешь лишь их имена, они позволят тебе сделать это. А после помогут друг другу снять напряжение, и Кейзо отнесет тебя на своих сильных, крепких и таких приятных руках в ванную комнату, а Вакаса нежными прикосновениями будет помогать тебе вымыться.       К слову о подразнить… О, это вы обожали. Ни одна прелюдия не обходилась без того, чтобы довести тебя или их до края, не давая кончить. В этот момент их лица искривлялись, брови сводились к переносице, волосы Имауши были разбросаны по подушке, и тело его подрагивало. Грудь Бенкея ходила же ходуном от тяжелого дыхания, пальцами он сминал простынь с такой силой, что она иногда рвалась, а ты с вожделением в глазах смотрела на своих мужчин, наслаждаясь их видом и понимая, что тебе было вручено самое ценное, что только существует в этом жестоком мире, — доверие.       Такие моменты наполнены теплом. Внутренним, которое греет и душу, и сердце, дает почувствовать, что ты не одна, что ты нужна и тебя ценят. Когда не нужны слова и хватает лишь имен, когда ты чувствуешь любовь и заботу, которые передаются прикосновениями ладоней к самым незащищенным местам, когда ты отдаешь им всю власть. И ты еще ни разу об этом не пожалела.       «Что ж, это действительно необычно — встречаться сразу с двумя мужчинами», — ты подумала, сидя на кожаном диванчике, наблюдая за тем, как мальчики препирались, и Вакаса кинул в Кейзо подушку. Тихонько посмеялась, чем привлекла их внимание. И практически в ту же секунду ощутила горячие тела, зажимающие с двух сторон, и четыре сильных руки, оглаживающих твое тело. «Но разве кто-то говорил, что это плохо?» — и улыбнулась в поцелуй.