Похождения Павлика

Вы мне не поверите, но мне было стыдно... Уже прошли последние четыре урока, а уши до сих пор горели пунцовым цветом. Слава Богу, за длинными чёрными волосами не видно, а то совсем позор. Толик, скотина, не давал мне забыть о случившемся ни на минуту и, чтоб продлить себе удовольствие поиздеваться надо мной побольше, затащил ещё и на факультативные занятия. - Давай шевелись, - усмехнулся Толик, когда мы выходили из класса после факультатива. - Тебя чёрный якудза ждёт! - Толик, ты кАзюлька! Большая и толстая! - ответил я, смотря на друга. - Ага, - хихикнул Толя. - Который час? - спросил я, питая лень к поискам мобильника по сумке. - Уже четыре, - ответил друг, взглянув на ручные часы. - Блядь, - вскрикнул я, опомнившись. - Нужно поскорее валить со школы. У меня свидание... - А репетиция? - озадаченно спросил Толик. - Тебе же больше Юльку нужно бояться, чем Владислава Константиновича. Классный выговор сделает, а Скворцова убьёт и морально, и физически. - К чёрту их всех. Изюм ночью при спичке садить, - вскрикнул я. - Толик, ты же умница, вот меня и отмажешь. Убегая к выходу, я ухмыльнулся, видя, как с лица друга сползает довольная улыбка, а глаза становятся по блюдцу. Видимо представил, как будет объясняться Юлечке о моём отсутствии. Какой я злобный гений. Вот она дверь на волю, к прекрасному вечеру, к красивой девушке... Ааааааааааа, я аж прослезился. Резкий рывок за шиворот назад, вернул меня в жестокий мир реальности, да так, что я свалился на пол. - Что за бля... - вскрикнул я, вскакивая на ноги, разворачиваясь в сторону нахала и не глядя, выбрасывая вперёд кулак. - Уже руку на учителя поднимаем? - ухмыльнулся Влад, перехватывая моё запястье и крепко сжимая его. - Я тебе говорил о репетиции. Неужели опять хотел сбежать? - Владислав Константинович, вы сволочь, - в сердцах бросил я, оглядываясь, как назло никого не было, даже охранник куда-то свалил. Меня подтянули ближе и обняли за талию. - Ты специально нарываешься, Паша, - прошептал на ухо учитель. - Грубишь, а вчера так подло удар нанёс, сегодня в моих вещах рылся. Не боишься, что накажу? Мама...Это он о чём?! Будь мужчиной Чертов, испорти маникюр - расцарапай нахалу рожу. - А не пошли бы Вы, - коротко ответил я. - Отличная идея, как раз репетиция начинается скоро, - улыбнулся Влад, тряхнув своей белой шевелюрой. - Пошли. - Я никуда не пойду! - вскрикнув, я попытался освободить руку. - Как пожелаешь, моя капризная принцесса, - рассмеялся Влад, подхватил меня на руки и закинул на плечо. - Отпусти, придурок! - кричал я, болтаясь на плече и молотя руками по спине мужчины. - Счас, - хмыкнул Влад и звонко шлёпнул меня по попе. - Мне и так хорошо. Учитель потащил меня к актовому залу, невзирая на мои ругательства и брыкания. Из-за двери зала слышались крики и ругань, даже наше грандиозное появление ничего не изменило, хотя зрелище то ещё : "Владислав Константинович и жопа". Ребята, в отличие от нас, развлекались вовсю и на нас абсолютно внимания не обращали. Юля, крича, навёрстывала очередной круг за Толиком, возле барабанной установки, за которой, набивая быстрый ритм, играл Илья Костриков, хороший парень и талантливый ударник. Наблюдавшая за этим всем, Василиса Руквина, она, кстати, девушка Ильи, широко улыбалась и наигрывала на синтезаторе собачий вальс. - Гитариста заказывали? - громко и весело крикнул Влад. - Вам как, целиком или можно частями. - Ооооооооо...Чертов! - воскликнула Юля и ринулась ко мне. - Аааааааааа...Спасите! - закричал я, сам цепляясь за Влада. - Смелее, Паша, - хихикнул Влад, отцепляя меня от себя и ставя на пол, где меня тут же схватила за шкирку Скворцова и поволокла на сцену. - Так... Вот гитара, - Юлька впихнула мне в руки электруху из школьного инвентаря, бяка, но играть можно. - И не говори, что я о тебе не забочусь. Играем твою любимую из Металлики, Nothing else matters. Ну, хоть какая-то радость в этот вечер, главное гитару на вечеринку свою принести. Свидание, жаль, провалилось, хотя...Сейчас ещё четыре двадцать. Быстро отыграю и к Нике. Главное по пути, из ближайшего цветного горшка на подоконнике георгинов натырить, ради приличия. На скорую руку настроив гитару, прокручивая в голове ноты, я кивнул ребятам за инструментами, что сейчас начнём. Юлька вместе с Владом сели на зрительские места рядом со сценой, Толик пристроился на пару рядов дальше. Я начал играть, немного прикрыв глаза, вслушиваясь в любимую мелодию. Сольное вступление закончилось и к моей игре подключились барабаны и клавиши, а я начал петь... Вы не подумайте, пою я нормально, но именно из-за этого у Юленьки и Толички отпала челюсть, а Влад удивлённо посмотрел на меня. А что они думали?! Что я только на нервах учителей мастерски играю? Ха! Больше я на них никакого внимания не обращал, просто пел в своё удовольствие... Вот моё заключительное соло и конец песни. - Браво, Чертов, ты можешь приятно удивлять, - произнёс Влад, хлопая в ладоши. - Вот-вот, Чертов, - поддакнула Скворцова и обратилась к классному. - Владислав Константинович, нам нужно ещё плакаты рисовать к Хэллоуину, и мы украшаем спортивный зал, где будет дискотека. - Знаю, Юленька. Ребята, давайте ещё раз, - произнёс Влад. - Зачем? - возмутился я. - Мы ведь хорошо всё сыграли! - Чертов, не спорьте, я имею права вас задержать до пяти часов. А у тебя лично, ещё и беседа со мной по поводу случившегося, - ответил Влад, улыбаясь, видимо, вспомнил ту перемену после третьего урока. Сволочь... Ведь он это специально! - Как скажете... - дружелюбно прошипел я. *** Помните, я говорил, что эта песня моя любимая... Забудьте! Мы играем её уже раз седьмой или восьмой. Пальцы ужасно болят, а горло саднит. Влад даже не слушал, просто поглядывал на часы. Когда на них показалось ровно пять часов, он всё-таки произнёс: - Хватит, молодцы, все свободны... Кроме Чертова. Он перенесёт инструменты в кладовку. Илья, вместе с Василькой, быстро ушли, держась за ручку, чем вызвали мою большую зависть, ведь я мог сейчас так гулять с Никой по парку. Юлька потащила куда-то Толика, в общем в зале остались только я и мой ночной кошмар. - Приступайте, Чертов, - задорно произнёс Владислав Константинович, указывая в сторону кладовки. Я поволочил гитару к кладовке. Распахнув дверь, ввалился внутрь, попутно рассматривая содержимое этого небольшого помещения. Небольшой старый диванчик, шкафы со всяким хламом, книги по пению, небольшие декорации от всяких детских спектаклей... Вот не понимаю, почему я сюда мечтал в младших классах влезть. - Чего застыл? - произнёс Влад на ухо, от чего я поёжился. - Хочешь, чтоб я тебе помог? - Да не пошли бы вы, Владислав Константинович, - в сердцах бросил я. - Ну вот зачем вы заставляли нас столько проигрывать эту мелодию? - Может, я не хочу, что бы ты ходил с кем-то на свидания, - ответил учитель, легонечко прикусывая мочку моего уха. Аааааааа... Атака пидорасов! Я отлетел к противоположной от двери стене, разворачиваясь к учителю лицом, и схватил гитару за гриф, как дубину. Кто сказал, что гитара не ударный инструмент? Влад расхохотался, глядя на меня, и мигом преодолев расстояние в четыре метра, которые разделяли нас, прижал мою тушку к стене. Гитара с глухим звоном свалилась на пол. - Отойди от меня! - я закричал, дергаясь в сторону. Мой рот закрыли поцелуем, а руки Влада бродили по моей груди, задевая соски и спускаясь ниже. Бляяяяяяя... Да если так пойдёт, меня прямо здесь изнасилуют, а я особо против не буду. Нет, фигушки вам! Я, как Чип и Дейл, поспешил на помощь своей жопе и пихнул что-то стоящее рядом. Это оказалась стопка старых, потрепанных и уже не пригодных для библиотеки книг, которая упиралась чуть ли не в потолок. Я говорил, что Пушкин мой любимый поэт?.. Нет?.. Так знайте, что теперь его портрет будет висеть в моей комнате, рядом с красными труселями. Именно его собрание произведений оказалось последним из того списка, свалившегося на голову классного и отправило его в нокаут. - Паша... - в актовом зале раздался крик Толика. - Ты скоро? Я посмотрел на гору книг, под которыми покоился Владислав Константинович, но когда она зашевелилась, я понял, что рано схоронил своего маньяка. - Владислав Константинович, я свободен? - оооооооо, и когда ж я таким смелым стал... Из-под книг раздался звериный рык. - Спасибо, - хихикнул я, выбегая из кладовки навстречу к Толику. - Ты чё так долго? - возмутился друг, когда мы вышли из зала. - Просвещал Владислава Константиновича Пушкиным, - хихикнул я. - Он до сих пор пребывает в блаженном офиге от величины таланта поэта!