Пока никто не видит

Скелеты лежали в обнимку. Голые, уставшие, но такие счастливые. Они закончили еще час назад и сейчас просто болтали. Кросса так и тянуло что-то рассказать, и потому он говорил о том, как провел эту неделю. Было много слов об Эпике. Но Киллеру было все равно. Он больше не ревновал. Ему больше не было плохо. Это же всего лишь лучший друг монохромного, которого тот не видел уже как год. Да и пустоглазый не особо-то и слушал. Просто наслаждался голосом любимого. Но чтобы поддержать диалог, он рассказал о признании Найтмеру. Вдруг хлопнула входная дверь, после чего раздался голос Эпика: — Братаны, вы помирились?! Кросс моментально откинул одеяло и вскочил с кровати: — Да, иди пока на кухню, мы сейчас придем! Киллер, глядя на панику монохромного, тихо посмеялся: — Да ладно, мы же все равно собирались рассказать. — Но не так же! — воскликнул Кросс, вприпрыжку натягивая шорты и едва не падая. Вдруг снова раздался голос Эпика: — Погодь, а что вы делаете в спальне?! Неужто трахаетесь?! Тот звучал весело, явно несерьезно. И скелет пошел к ним. — Одевайся! — Кросс кинул вещи пустоглазому. Но тот не успел ничего ни сделать, ни сказать. Эпик открыл дверь. Ему потребовалась десять секунд на осознание. Монохромный замер посреди комнаты в одних шортах. А Киллер, рядом с которым лежат вещи того, наверняка сейчас голый — этого не видно из-за одеяла. И, предположительно, до этого Кросс тоже был нагишом. А раз те явно не играли в карты на раздевание, то... Есть только одна причина, по которой они могли быть голыми. — Ебать! Так вы реально потрахались?! Братаны, какого хуя?! — Чувак, выйди, пожалуйста, и иди на кухню. Мы оденемся и все расскажем. — Мы очень классно потрахались! — громко сообщил Киллер и тихо засмеялся. — Господи, Кил, помолчи! — вспыхнул смущением Кросс. — А час назад ты меня просил совсем о другом. — Не было такого! — Ладно, братаны, я жду вас на кухне, — вмешался белоглазый и покинул комнату, не забыв закрыть дверь. Через минуту Кросс и Киллер подошли на кухню. Эпик не улыбался, а над чем-то серьезно задумался. Как только те сели, белоглазый спросил: — Так вы типо... Любовь, все дела? Или чисто секс? — Мы встречаемся, — сказал Кросс. — То есть вы любите друг друга? — не унимался Эпик. — Да, мы любим друг друга. А ты, кстати, чего так рано вернулся? — Там холодно стало. Но это не главное! Братаны, вы встречаетесь! Это же.... Да у меня мозги взрываются! — Вообще... — начал Кросс, — это не единственное, что я хочу тебе сказать. Кил сегодня ходил и рассказал своему лучшему другу о том, что у него когда-то были чувства к тому. Я долго думал и... — И? — не понял Эпик. — И я думаю, это правильно. И я тоже хочу быть с тобой до конца честным. Я... Когда-то был влюблен в тебя. Прости, за то, что иногда пользовался ситуацией и целовал тебя. — Во первых, пиздец. Во вторых, чего?! Когда такое было?! — Ты не помнишь, но мы целовались, когда напивались. Ты тогда был совсем в хламину. И ты, кстати, лез первый. А я... А мне это нравилось... — Да ну... Ты же заливаешь? Да?.. — но Кросс выглядел серьезно. — Блять... Да ну! Не может быть такого! Мне нравятся сиськи, а не лучший друг! — Заметь, не Кросс это сказал, — вмешался Киллер. — Пиздец... — прокомментировал Эпик. — Я, пожалуй, еще пойду погуляю. Мне нужно подышать свежим воздухом после таких открытий. — Удачки! — помахал на прощание пустоглазый. Кросс же просто тяжко вздохнул.