Другие миры

Чумная Лера Сереж, ты ебанулся? 03.09.21 06:23

Сережа Суицидник Он взбесил меня, Лер, ну я и не сдержался. 03.09.21 06:24

Чумная Лера Разумовский, ты с головой вообще не дружишь? Это ведь только первый семестр, а ты уже решил пойти к ректору на ковер? Забыл, сколько ночей ты парился из-за поступления? 03.09.21 06:26

Сережа Суицидник Да все, Лер, обещаю, больше я с ним пересекаться не стану. Клянусь. 03.09.21 06:27

Чумная Лера Ты никогда не держишь свои обещания, Сереж. Ты про них благополучно забываешь 04.09.21 15:29

       На это сообщения Сережа отвечать не стал, лишь отправил улыбающийся смайлик и, убрав телефон, бестолково пялился в потолок комнаты. Хоть он закончил школу и уже учился в университете, но парень решил остаться в приюте и подрабатывать учителем дополнительных занятий по информатике и рисованию. Разумеется, радостный директор закрыл глаза на отсутствие необходимого образования - если хотя бы половина детей заняты хоть каким-то делом, значит, меньше хлопот. Комната его была все та же, в которой он рос еще с восьми лет. Зеленые обои с лилиями, две кровати в углу у стенок, между ними стол, на котором стоит органайзер для канцтоваров, часы, две стопки учебников и тетрадей, последнее принадлежало только его соседу - Леше Макарову. Серега не особо любил таскаться с тетрадями, поэтому купил блок на все предметы. Так проще и экономнее. На стуле висела фиолетовая потрепанная толстовка. Над кроватями висели полки, рядом с изголовьем стояли старые тумбочки. Дальше стоял стол, на котором были разбросаны приправы из-под доширака и прочих лапшичек быстрого приготовления. У входа в комнату расположился огромный шкаф. Три полки сверху и три отдела в целом. Один занимали вещи Сережи и его чемодан, второй принадлежал Лёше, который уже ушёл на дополнительный урок по химии, а посередине был их общий. Но ничего важного там не было, туалетная бумаги, две корзинки с принадлежностями для ванны и ведро с грязной одеждой.        Встав с кровати, Сережа накинул на плечи ветровку, уложил в портфель тетрадь на кольцах, скетчбук, пенал и пачку фиолетового LD. Выйдя в коридор, он достал из кармана солнцезащитные очки и спрятал под ними синяк. Медленно идя к выходу из приюта, Разумовский насладился утренней тишиной - дети еще спали. На улице было невероятно приятно, солнце светило ярко, а воздух по-утреннему прохладный. До станции метро было идти пятнадцать минут, поэтому насладиться этой погодой вдоволь, пока он не спустился в метро, где снова были хмурые и занятые люди. Разумовский вообще не любил поезда - они его утомляли или нервировали. И сейчас был второй вариант. Чертова толкушка и постоянная духота раздражала до невозможности, в общем типиный час-пик ,который практически не прекращался, ничего удивительного. Двадцать минуть езды в этой давке и он наконец-то оказывается на необходимой ему станции «Спортивной». Естественное, что радовало, так это то, что Разумовскому еще как минимум километр придется наслаждаться хорошей погодой.        Зайдя в здание института и оставив в гардеробе ветровку, Сережа побежал вверх по лестнице, перешагивая через одну ступеньку, он быстро оказался на нужном, третьем, этаже. В пятницу у его группы, как и еще у четырех других, стояла физическая культура. Здоровый глаз Разумовского дернулся, зная расписание он ведь мог и не приходить, но деваться особо некуда. Тяжело вздохнув и смирившись с неизбежной скукой на ближайшие полтора часа, Сережа зашел в зал. На скамейках, уткнувшись в телефон, сидела Лера ,мило улыбаясь и быстро набирая в нем что-то. Сев рядом, за спиной девушки, Разумовский потер ладони и облизнувшись, резко схватил девушку за плечи, заставив сердце той пропустить ударчик. Девушка хотела было дать хорошую затрещину смельчаку, но вовремя остановилась и лишь ударила парня по плечу. –Разумовский, тебя что, жизнь совсем ничему не учит? – вскрикнула девушка, смотря на ехидно ухмыляющегося парня, который явно был горд своей выходкой. – Вроде занимаешься кендо, а главное правило спорта не усвоила: всегда следи за тем, что происходит за спиной, – продолжал издеваться Сережа, напрочь забывая о необходимом чувстве самосохранения. –Ты давай мне тут еще за спорт поговори. Не сравнивай кендо и дворовые потасовки, – ответила девушка и убрала телефон в карман. –С кем ты там переписывалась? Ты вся светилась от счастья, – решил сменить тему Разумовский. –А вот не скажу, меньше знаешь – крепче спишь, в твоем случае тебе вообще ничего знать не стоит, а то мешочек из-под глаза совсем не пропадет, только плотнее станет.        На язвительный комментарий про свое любопытство, Сережа демонстративно цокнул языком, запрокинул голову назад и отвернулся в сторону входа. Лера же только посмеялась – ребячество друга её веселило, в какие-то моменты даже не верилось, что у этого несерьезного парня есть грандиозные планы на будущее, которые он вполне может реализовать. Резко голова Разумовского повернулась на сто восемьдесят градусов и причиной тому стал уже знакомый им высокий шатен, с бесконтрольной агрессией, со своей компашкой из неадекватного блондина, богатого бурята со взрывным характером и единственного здравомыслящего, но алкаша. Компания, конечно, восхитительная, ничего не скажешь. Осматривая зал, Волков задержал свой взгляд на рыжей макушке и нахмурился. Разумовского передернуло, он как будто почувствовал тяжесть пронизывающего насквозь взгляда темных глаз, не нужно было поворачивать голову обратно что бы понять, кто именно на него смотрит.              Когда Лера узнала, что Разумовский кинул бутылку воды в Волкова, то тут же чуть не потеряла сознание. Бросить в сына влиятельного человека бутылку воды, –Разумовский, о чем ты только думал?!,– это сразу можно собирать вещи в места не столь отдаленные. Тяжело вздохнув, Лера потрепала его по рыжей голове и направилась к ребятам, что уже были построены в ряд. Достав из портфеля скетчбук и карандаш, Сережа начал делать наброски давно нарисованной улочки в Петергофе, в котором он не так давно был на прогулке с Лёшей и его сестрой Лизой, когда у неё был день рождения неделю назад. Пытаясь игнорировать леденящий взгляд карих глаз, Сережа выводит детали фонтанов, скамеек и заборов, добавляет тени, силуэты людей. В голове Разумовский уже представлял, как он воссоздаст этот рисунок, нарисует на холсте масляными красками, которых не хватает, но совсем немного и он сможет себе их позволить. Из розового мира Сережу вырвал волейбольный мяч, который пролетел рядом с его головой, врезаясь в стену и отпрыгивая от нее. Подняв шокированный взгляд, он увидел довольную усмешку на лице Волкова. –Ты что, совсем что ли ебанулся? – вскрикнул Разумовский и подорвался со скамьи –А что, испугался? Скажи спасибо, что я решил не в лицо кидать, – усмехнулся парень в ответ. –Божья доброта, блять, – разозлился Сережа и подошел к Волкову вплотную –Ну давай, глист, что ты мне сделаешь? Ущипнешь? – Олег откровенно насмехался над ним и смотрел сверху вниз.       Здесь силы явно были не равны: Олег был выше на голову и по мускулатуре тоже был сильнее, но Сережа не был в числе кисейных барышень – в детском доме он отхватывал от противников и побольше, поэтому в глазах не было и доли страха, которого хотел добиться Олег. В горле у Волкова даже появился ком, он не ожидал, что Разумовский будет настолько крепким орешком. Возле них уже столпились ребята и Лера, которая знала, что Разумовский сейчас может устроить, уже хотела его оттащить, но ей не позволил преподаватель. –Разумовский, Волков, вы совсем страх потеряли? Пошли прочь из зала. –А я-то здесь причем? – взвыл Сережа –Даже слушать ничего не желаю, немедленно на выход, – преподаватель был непреклонен.        Парням ничего не оставалось, кроме как взять свои вещи и покинуть спортзал. Сначала Сережа хотел возобновить спор, но потом понял, что дело это бесполезное. Слишком долго он строит из себя недовольную и обидчивою барышню. Да и Олега можно понять, он пришел вчера извиняться, а в ответ получил буквально пощечину бутылкой, на его месте Разумовский бы тоже вспылил. Подойдя к раздевалке, Сережа открыл дверь и, заглянув в помещение, смущенно опустил глаза, когда увидел полуголого парня, стоящего к нему спиной, на которой красовалась большая татуировка. – Крутая татуировка, – подал голос Сережа стоя в дверном проеме, смотря на Волкова –Ага, два дня бил, – ответил Олег, натягивая черную водолазку. – Чего приперся-то, опять решил лишней водой поделиться? –Нет, просто у меня другой глаз видит, вот решил изменить данную ситуацию, – тяжело вздохнул Сережа закрыв дверь. – Отбросим эти детские придирки, я пришел с предложением заключить перемирие. Мы оба в чем-то правы и в чем-то виноваты, а эти взбучки ни тебе, ни мне особой пользы не дают. –Логично мыслишь, только что тебе вчера мешало заключить перемирие? – Сложив руки на груди спросил Олег. –Ярость и обида, бушевавшая внутри меня, потрепанный внешний вид и пострадавшая самооценка, – перечислил Разумовский и скопировал позу Волкова, заставив того прыснуть от смеха. Это правда выглядело забавно. –Ладно, ты прав, мы оба в чем то и правы, и виноваты, как насчет пропустить по примирительному стаканчику эспрессо? –К сожалению мне денег не хватит, если только по стаканчику кипяченной воды, – посмеявшись над словами парня, Олег лишь закатил глаза. –Не парься, я плачу, компенсация за синяк...