The first Christmas

Регулус John Lennon, Yoko Ono - Happy Xmas (War Is Over) Taylor Swift - Willow Регулус носился по гостиной вместе с остальными, накрывая праздничный стол белой кружевной скатертью. Марлин расставляла тарелки из семейного сервиза, который можно было считать раритетом, Джеймс доставал из духовки фаршированную индейку, пока Сириус протирал полотенцем столовые приборы. Суета рождественского утра у Регулуса ассоциировалась с холодным поместьем Блэков. Часто родители вовсе отсутствовали во время праздника, будучи занятыми своими делами либо находясь на приеме у других семей. В таких случаях маленький Регулус кушал в одиночестве и выжидающе глядел на камин на кухне, это могло продолжаться очень долго, ведь он верно ждал маму и папу, несмотря на время суток. Вспоминая себя такого, Блэк понимал, что только тогда он мог позволить себе быть наивным и беззащитным, искренне веря в то, что родители любят его, просто их любовь особенная. Сейчас, когда его надежды на хорошие взаимоотношения со своей роднёй разбились в дребезги, парень старался наслаждаться тем домашним тёплом, которые давали ему Поттеры, пытаясь не думать о своём скором отъезде, об окончании сладкой сказки. — Питер, принеси нож, — попросил друга Джеймс, вытирая масляные руки о спортивные штаны. — Сохатый, Мерлин, какая же ты свинья! — вскрикнул Сириус, глядя на то, как Поттер портит недавно постиранную одежду. — Упс, — Джеймс лишь пожал плечами, беря нож из руки Петтигрю. Марлин по-тихому воровала оливки из миски на столе, пока Римус периодически шлепал ее по рукам, глядя на подругу с укором. Юфимия и Флимонт уехали в продуктовый магазин, перед этим оставив детям четкую инструкцию по выключению духовки и список того, что им нужно сделать. Гордые ребята с улыбками на лице приняли такой тяжелый груз на свои плечи, радуясь, тому, что смогут почувствовать себя ответственными хозяевами и хозяйкой, устраивающими праздничный завтрак. Сириус и Римус вели себя, как деловитые родители, следящие за порядком в доме, периодически давая очень полезные наставления, например, Бродяга с чопорным выражением лица рассказывал Джеймсу, как правильно резать индейку, удачно игнорируя закатывания глаз своего ученика. Уперев одну руку в бок, Маккиннон зевнула, глядя на цветок, стоящий у дневного света - на подоконнике. Она все ещё не была уверена до конца в том, что ее бонсай выглядел великолепно на все 100%. С помощью Юфимии Марлин образовала на миниатюрном деревце цветочки цвета фуксии. Регулус поражался тому, как усердно Марлин училась магической ботанике, чтобы обрадовать свою партнерку. Сам он не был знаком с Доркас лично, но слышал, что она часто проносит траву на хогвартские вечеринки, чем заслужила репутацию очень приятного человека. Сириус изредка поглядывал на Регулуса с сожалением, будто пытаясь извиниться за свои слова, но слизеринец предпочитал полноценные разговоры переглядкам. Его старший брат не сможет так легко отвертеться от своих слов, им нужно говорить и чем больше, тем лучше. Сириусу стоило признать, что он подсознательно боится своего младшего брата, видя в нем черты характера и поведения своей матери. Люди, которые имели только отдалённое отношение к Блэкам, не обращали на это внимание, но знающие чувствовали холодок, пробегающий по телу, при виде Регулуса, в котором собирались основные черты Вальбурги: жестокость и холод в тоне, резкие изменения в мимике, по мере наступления и оборонительные жесты, выражающие готовность к атаке. Но парень не мог сделать ничего с этим, поэтому просто старался держать себя в руках и не давать своей «тёмной» стороне выйти наружу, чтобы не разрушать хрупкую иллюзию о нем, как о порядочном молодом человеке. Регулус никогда не был в порыве настоящего гнева, боясь увидеть себя другим, жестоким и неправильным, какими были его родители. Он усердно подавлял в себе злость, выказывая своё недовольство мимикой и жестами, стараясь не устраивать скандалов и не кричать на других людей. Со старшим братом ему было сложно, хотелось повышать тон и бить посуду, гневаясь из-за постоянных сравнений с Вальбургой и Беллатрикс, потому что это пугало его. Один раз Блэк встал перед большим зеркалом в своей комнате, дома, пытаясь понять, когда в него успела просочиться частичка маминой сущности. Если бы от этого можно было избавиться с помощью операции, он бы лёг под нож, и не важно, насколько велик был бы риск. Создавалось впечатление, что Сириусу удалось искоренить в себе блэковские корни, от которых оставалась одна фамилия, но они преследовали его по-другому. От одного только упоминания его семьи, Бродяга напрягался, натягиваясь, как струнка, он опасался людей из высшего общества, потому что те напоминали ему сестёр и родителей, старался вести себя сдержанно во время разговор о Пожирателях, отгоняя мысли о том, что его младший брат, возможно, станет одним из таких людей. Тень постоянного страха преследовала Сириуса, куда бы тот не шёл, заставляя парня видеть то, чего на самом деле нет. У братьев была одна и та же проблема, проявляющаяся по-разному: они боялись самих себя и прятались, вместо того, чтобы дать своей тёмной стороне выйти наружу и сразиться с ней не на жизнь, а на смерть. Да и скрывали свои проблемы братья не одинаково: Регулус вёл себя холодно и отчужденно, не желая привлекать к себе лишнее внимание окружающих, которого и без того было достаточно, а Сириус наоборот громко разговаривал, смеялся, всегда любил быть в центре компании, пытаясь заглушить громкие мысли ещё более громкими голосами друзей. — Гости приедут в 6 вечера и будут до утра, скорее всего. Как и в прошлых разах, — обозначил Джеймс, ставя блюдо с индейкой на середину стола. За ним последовал Римус, поставив на скатерть углубленные ёмкости с салатами. — То есть, приедут Батчеролы, Тонксы, Вейнсы, Боунсы, Уизли, Пруэтты, Медоузы, родители Марлин и родители Питера с его старшей сестрой. Вот, — зачитал список гостей Сириус, заправив простой карандаш за ухо. Все закивали, думая, чем можно занять своих сверстников ночью, чтобы это Рождество запомнилось всем надолго. Регулусу и вовсе было не по себе от количества приглашённых гостей, но в глубине души он был безумно рад тому, что приедет Андромеда и Эдвард с их маленькой дочкой Нимфадорой. Ему ещё не выпадало возможности познакомиться с мужем сестры, так как родители были категорически против их приезда в поместье Блэков. Он видел всю семью Тонксов в сборе только один раз, на фотографии, которую прислала им с Сириусом Меда на Новый год. Было так радостно и непривычно видеть сестру улыбающейся и сияющей. Недавно Регулус задумался над тем, чтобы сменить фамилию, когда станет совершеннолетним, а может и имя, чтобы начать постепенно вычёркивать отголоски своей семьи из своей жизни. Выжидающе глядя на большое количество коробок под нарядной елью, Марлин крутила на пальце светлые пряди. Было не понятно, хотелось ли ей открыть подарки для себя или посмотреть реакцию ее друзей на приготовленные ею сюрпризы. Джеймс почесал затылок и хмыкнул, глядя на полный еды стол. Ребята действительно постарались на славу, подготавливая дом к приезду родителей. Даже, если их отсутствие было не очень-то долгим, им хотелось сделать все, что было в их силах, чтобы Юфимия и Флимонт понимали, что теперь эти дети достаточно взрослые, чтобы выполнять хотя бы 50% праздничных обязанностей. — Регулус, расскажи нам о Пандоре, — попросил Питер, закидывая в рот ириску. Глаза Блэка округлились от удивления, это была такая неожиданная тема для разговора. — Что вам рассказать? — неуверенно уточнил юноша, опираясь о стену. — Ну не знаю. Какие у неё хобби, любит ли она пиццу с ананасами, почему решила общаться с таким придурком, как ты? — Сириус театрально взмахнул рукой, при этом сохраняя невинное лицо, на что Римус просто вздохнул, не будучи удивленным таким поведением. — Она любит гадать и готовить опасные для жизни длинноволосых мальчиков с языком без костей, зелья, ей нравится пицца с ананасами и она дружит со мной, потому что я красавец, — равнодушным тоном ответил Регулус, после чего дополнил все приторной улыбкой. — Да мы и не спорим, остынь, мачо, — усмехнулась Маккиннон — А она?.. — девушка многозначительно посмотрела на Регулуса опуская поднятую ладонь вниз. Парень прищурил глаза, непонимающе глядя на подругу. Он чувствовал себя тупым, когда дело доходило до маггловских шуток. — Она квир? — зашёл с другой стороны Джеймс, перемешивая мёд в своём чае. — А, — Регулус задумался над тем, будет ли правильно говорить эту информацию без разрешения подруги, но потом вспомнил, что она вовсе этого не скрывала, в отличии от некоторых. — Она небинарная. И ей нравятся женщины. Сириус заиграл бровями, глядя на подругу, на что Маккиннон просто рассмеялась. — А ты, малыш Регулус, что насчёт тебя? — продолжила Марлин, прищуривая глаза, — О твоей личной жизни вообще мало-чего известно, даже хогвартские слухи до тебя ещё не добрались. Как-то подозрительно. Панический жар настиг Регулуса, он не знал, что стоит ответить. Его глаза невольно двинулись в сторону Джеймса, крепко державшего горячую чашку в руке. На лице Поттера отображалась та же паника и, слава Мерлину, в ту минуту все взоры были обращены на Блэка-младшего, иначе все стало бы ясно в ту же минуту. Слизеринец нервно потёр шею, стараясь не смотреть на кого-либо из присутствующих. С одной стороны, он сам не до конца принимал и осознавал себя, как человека, немного отличающегося от остальных, а с другой, тут блять вообще нет гетеросексуальных людей, так что, даже если он признаётся, никто не станет осуждать парня. Главное, чтобы его новые друзья не узнали, кто стал причиной резкого осознания Регулусом своей ориентации. Под пристальным взглядом Сохатого, юноша натянул лёгкую улыбку и ответил: — Я гей, — на лице светловолосой отразилось какое-то подобие победы, будто ее догадки подтвердились, Сириус стоял с открытым ртом, Римус лишь улыбнулся, глядя на страницы книги, находящейся у него на коленях, Питер поднял большой палец вверх, а Джеймс и вовсе поперхнулся тем кипятком, который находился у него в кружке. — Ты в порядке? — уточнил встревоженный Питер, выглядывая друга из-под спинки дивана. — Да, просто не в то горло попало, — его слова звучали крайне неправдоподобно, но все предпочли закрыть на это глаза. Поттер выглядел ошеломлённым неожиданным приливом смелости Регулуса, утирая горячий чай с лица рукавом кофты. Да и сам Блэк был немного в шоке от самого себя, чувствуя, как несуществующий груз упал с его плеч. Глупая улыбка наползла на его лицо, а зарождающаяся гордость за себя грела сердце. Это было его первое признание за все года неполного принятия себя, никто раньше не слышал полноценного каминг-аута, даже Пандора, которая уже давно подозревала Регулуса во враньё самому себе. Праздничный завтрак прошёл спокойно, Юфимия и Флимонт спрятали большое количество бутылок с маггловским алкоголем в подвал, подальше от любопытных глаз. Мистер Поттер похвалил Джеймса и Сириуса за то, что они вовремя вытащили индейку из духовки, благодаря чему она получилась достаточно сочной. Марлин уплетала крабовый салат за обе щеки, не будучи готовой отвечать на какие-либо вопросы, ведь все ее мысли были заняты невероятно вкусной едой. Сохатый все ещё бросал нерешительные взгляды в сторону Регулуса, которые второй усердно игнорировал, чтобы не выказать своё волнение. Хоть эта новость никого не удивила, кроме, конечно же, Джеймса, сам юноша смог почувствовать себя окрылённым на какое-то мгновение. Честность с самим собой принесла ему неожиданную радость, новое чувство, облегчившее его бремя, которое парень тащит за собой на протяжении всей жизни. Пришло время открывать многочисленные коробки с подарками, которые были аккуратно сложены под праздничной елкой. В какой-то момент Регулус почувствовал себя ребёнком, вспоминая, с какой завистью смотрел на других детей в Хогвартсе, обменивающихся небольшими коробочками, обёрнутыми в подарочную бумагу. Он тоже хотел дарить и получать, но в то время в его жизни ещё не было солнечной Пандоры, поэтому мальчику оставалось лишь мечтать о своём будущем. А сейчас он нёс многочисленные подарки на чердак, иногда спотыкаясь из-за того, что приступок просто не было видно за руками, обхватывающими коробки. По дороге в свою комнату он столкнулся с Джеймсом, который пошёл наверх, чтобы поменять заляпанную грушевым компотом футболку. — Джеймс, — позвал того Регулус, пытаясь удержать свою ношу с помощью поднятого бедра. — М? — Поттер выглядел удивлённым тем, что спустя сутки молчания Блэк все же окликнул его. — Мой подарок тебе лучше открыть в одиночестве, — не сдержав заговорщической ухмылки сказал он, после чего пошёл дальше наверх. — Счастливого Рождества, Регги! — Сохатый все ещё был в недоумении, но пытался не казаться глупым. — Тебе тоже, Джеймс. Регулус предпочёл открывать подарки в тишине, желая почувствовать новые эмоции наедине с собой. Первой под руку попалась коробка от Римуса, она была небольшой, внутри лежал новенький портсигар с выгравированными на его крышке узорами, коробка конфет и книга. Непонятное тепло разлилось в груди юноши, когда он прочитал записку, положенную на дно емкости. «С Рождеством, друг» - гласили слова на ней, написанные мелким почерком. Марлин подарила ему пластинку группы “Blondie” с запиской внутри самóй упаковки. «Улыбайся чаще! ХО». Открыв коробку от Сириуса, юноша увидел большой мягкий свитер из чёрной шерсти, скромно и просто, то, что подходит на каждый день. Но под элементом гардероба лежала маленькая чёрная матовая коробочка продолговатой формы. Регулус незамедлительно снял крышку и увидел золотую драгоценность: брошь в форме жезла, обвитого двумя змеями с разных сторон, на вершине которой находились крылья. Украшение выглядело аккуратно, на его обратной стороне было выгравировано: «Р. А. Б. от С. О. Б.». Сама форма броши что-то сильно напоминала юноше, но он не мог сказать, что точно. Регулус не собирался уточнять у брата, что значит подобный подарок, оставляя этот вопрос незакрытым у себя в голове. От Питера ему достались серебрянные запонки для рубашек, что было очень даже кстати, учитывая недавнюю потерю одной запонки из пары, которую Регулус приобрёл совсем недавно. Досадно, но могло быть и хуже. Коробку, которую Лили отдала Блэку перед отъездом, он оставил храниться под диваном, чтобы открыть ее вместе со всеми остальными рождественским утром. Внутри лежала завернутая в бумагу книга и записка рядом. Регулус удивился, увидев «Маленьких Женщин», которых подруга упомянула в разговоре о свободе быть собой. В записке было написано следующее: «Из этой книги я смогла вынести несколько полезных истин для себя. Надеюсь, что ты найдёшь в ней толк. Счастливого Рождества, Регулус». Улыбка сама собой наползла на его лицо, было приятно держать в руках тяжелый предмет в обложке изумрудного цвета, на которой золотыми буквами писалось название. Мэри подарила ему фиолетовый вязаный шарф и гигиеническую помаду, из-за чего Регулус невольно вспомнил, то, как Макдональд обратила внимание на его шелушащиеся губы. Трепет, зарождающийся в сердце Регулуса при взгляде на новые подарки, разложенные на полу, был вызван тем, что раньше только Пандора подбирала ему сюрпризы с подобным вниманием, а теперь у него появились друзья и подруги, которые были рады принимать и получать такое удовольствие. Возможно, он вёл себя, как ребёнок, тихо хлопая в ладоши, с надеждой, что неожиданных гостей на чердаке не будет, но сдерживать позитивные эмоции в этот день можно было счесть за преступление. Когда очередь дошла до коробки, на которой было написано «Регулусу от Джеймса», Блэк поджал губы. Их взаимоотношения странно и резко изменились за последние полтора дня, так что ему трудно было понять, какие эмоции у него вызывает Поттер прямо в тот момент. Аккуратно развязав бантик, он откинул ленточку на диван и приподнял крышку. Внутри лежала пара кожаных перчаток, пачка сигарет и зажигалка. На внутренней стороне крышки пачки шариковой синей ручкой было написано: «Береги руки». Регулус нахмурился, чувствуя неприятный ком в горле. Конечно, его красные пальцы не могли остаться незамеченными. Но такое явное указание на пагубную привычку юноши вызвало у него неприятные эмоции. Что-то в этих словах вызывало чувство, что о нем заботятся, но в то же время казалось, что Джеймс роется в его голове, открывая для себя самые постыдные секреты Регулуса. В любом случае, перчатки подошли Блэку по размеру, они хорошо выполняли свою функцию, то есть, грели руки. Но слизеринца все ещё не оставляло ожидание какого-то подвоха, из-за чего он просто снял перчатки и отложил их на разваливающуюся тумбочку у левого бока дивана. *** Первыми приехали Мэдоузы. Марлин вскрикнула, набрасываясь на припорошенную снегом Доркас, на что глаза второй удивленно округлились. Маккиннон светилась от счастья, расцеловывая свою девушку, мимолетные касания губ припадали на лоб, щеки, нос, подбородок, даже на глаз. Она быстро стащила с Мэдоуз пальто и откинула его в сторону, после чего обняла живую и здоровую партнерку. Доркас лишь обняла светловолосую в ответ с тихим: «Я скучала». С девушкой приехал ее отец, достаточно приятный высокий мужчина средних лет. Флимонт и Юфимия по очереди обнялись с Грегори, таково было его имя, и предложили бокал белого сухого вина, на что тот с кивком согласился. Регулус выжидающе глядел на дверь, сидя на диване в гостиной. Почти все гости уже приехали, Римус общался с Эмми Вейнс, дом наполнился детскими и взрослыми голосами, Флимонт наполнял пустые бокалы шипящим шампанским, а Юфимия знакомилась с маленьким Перси Уизли, который сидел у своей матери на руках. Но Блэк был сосредоточен на другом. Он ждал самых главных для него гостей: Тонксов и Пандору. Парень не виделся со старшей сестрой 6 лет и с волнением представлял грядущую встречу. Возможно, она не захочет с ним общаться, будучи наслышанной о его предпочтениях, но даже, если это все обернётся таким образом, Регулус не имеет права ее осуждать. Ему хотелось хотя бы увидеть Андромеду и маленькую Нимфадору. Но не меньше сестры Регулус ждал Пандору, расставание с которой было недолгим, но ощущалось, как вечность. Со стороны ребят можно было назвать влюблённой парой, но их взаимоотношения были на уровень выше любви, Блэк и Батчерол были платоническими соулмейтами, они понимали друг друга с полу-слова и месяцами могли не ругаться, потому что у них просто не было для этого поводов. Заметив на пиджаке брата небольшую брошь, Сириус улыбнулся, пытаясь не отвлекаться от разговора с Римусом. Регулус сомневался, стоит ли надевать украшение, но решил, что ничего такого в этом нет и со стороны такая побрякушка выглядит вполне прилично. Марлин обнимала Доркас за талию, пока они общались с ее отцом, и это, кажется, было знакомство Маккиннон с мистером Мэдоуз. Иногда Джеймс смотрел в сторону Регулуса, будто желая подойди к нему, но почему-то откладывал этот момент, возвращаясь к матери с вопросом, может ли он чем-то помочь. Как только в дом зашли родители Пандоры, Блэк резко вскочил с дивана, удивляясь своей же быстрой реакции. Пандора была румяной, на ее лице расцвела широкая улыбка, оголявшая десна. Быстро сняв с себя обувь и ушанку, Батчерол налетела на Регулуса. Она обнимала его так крепко, что чуть ли не душила, но юноша не был против. В тот момент он будто почувствовал себя целым. Знакомый запах пробивался даже через насморк, Блэк рассмеялся, гладя подругу по белой шевелюре. — У тебя так волосы отросли! — восторженно сказала она, разглядывая кудри друга. — А у тебя новый прокол в носу, — без особого удивления заметил Регулус, глядя на свежий септум. — Ты заметил! Я только два дня назад сделала, было больновато, но мне не привыкать, — Пандора поправила перевёрнутый септум, все ещё завороженно глядя на Блэка. — Мерлин, я так по тебе скучала. Они обнялись ещё раз, еле держась на ногах. Долгожданная близость чувствовалась, как что-то необходимое, хоть Регулус и не был фанатом тактильности. Пандора выглядела как мама, следящая за порядочным внешним видом своего сына. Она заправила непослушные волосы лучшего друга за уши, поправила чёрный галстук и задержала взгляд на броши, подозрительно ухмыльнувшись. — Откуда у тебя эта брошь? — Сириус подарил, — парень невольно посмотрел вниз, на переливающееся украшение, — а что? — Да так, потом поговорим, — Пандора махнула рукой, оглядываясь по сторонам. — Лучше представь мне своих друзей. Регулус будто опомнился, беря подругу под руку. Он быстро начал искать взглядом тех, кто не был занят разговорами с кем-то другим и, к его удивлению, это оказался обычно общительный Джеймс Поттер, стоящий у холодильника со стеклянной чашкой компота в руке. Видя, как к нему приближается пара, вызывающая у многих диссонанс из-за кардинально отличающихся образов, он вжался в столешницу, рядом с которой стоял, и поставил на неё полу-пустую чашку, пытаясь выглядеть солидно. Приподняв подбородок, Регулус начал: — Джеймс, это Пандора, Пандора, это Джеймс. — Привет! — она протянула руку в белой перчатке, улыбаясь в своей тёплой манере. — Добрый вечер, — кивнул Поттер и пожал Пандоре руку, — Регулус много-чего о тебе рассказывал, — Сохатый посмотрел на Блэка с усмешкой в глазах, а юноша лишь покачал головой на такое ребячество. — Уверена, что он говорил о том, какая я обворожительная, а если это не так, то я сверну ему шею, — в том же праздном тоне ответила Пандора, пихая друга в бок. — О, не сомневайся, мы наслышаны о тебе в хорошем ключе, — рассмеялся Джеймс, взъерошивая волосы на затылке, — так что не стоит убивать его, мне нужно сказать несколько слов живому Регги. Батчерол кивнула, с вопросом подглядывая на Блэка. — Ладно, если что, мы наверху, окей? — уточнил Регулус, понимая, что вопросов ему не избежать. — Да, конечно. Пандора с интересом разглядывала чердак, сидя на уродливом диване, пока Блэк неловко стоял у двери, ожидая неминуемого допроса. — Ну чего ты, как неродной, садись, я тебя не укушу. — Мало верится. С прищуром в глазах она встала со своего нагретого сиденья и потащила Регулуса к себе за руку, не принимая его возражений. — У меня достаточно много вопросов, — начала Батчерол. — Кто бы сомневался.. — С каких это пор ты позволяешь кому-то называть тебя «Регги»? На третьем курсе ты какому-то когтевранцу чуть глотку не перегрыз, а теперь Поттер без страха зовёт тебя этим сокращением. Это первое.. — Погоди, задавай вопросы по очереди. Он называет меня Регги, потому что… Потому что. — Ладно, я не хочу углубляться в твои принципы, касательно прозвищ. Вопрос номер два: почему ты живешь на чердаке? И не надо говорить, что тебя сюда изначально поселили, я наслышана о Поттерах, такого гостя, как ты, обязательно поселили бы в гостевую. Решивши не уточнять, почему Пандора сделала акцент на том, каким гостем являлся Регулус, он ответил: — Там долгая история. — Ох, милый, мы ведь никуда не спешим, — она невинно похлопала глазками, после чего более серьёзным тоном добавила: — рассказывай. — Ну.. из-за нехватки свободных комнат мы поселились по двое на одну. Я переехал к Джеймсу, а потом сюда. — Почему? — Слушай, это реально на час затянется. — Не волнуйся, я готова пропустить ужин ради твоего прелестного голоска. — Ты такая гадость. — Продолжай, солнышко, продолжай. Я тебя внимательно слушаю. Тяжело вздохнув, Регулус уселся поудобнее. — Вообщем, у нас завязалась дружба, но эта дружба оказалась слишком близкой. Я вовремя все прекратил, так что теперь это не проблема. На лице Пандоры отобразилось недоумение, она поправила подол своей синей юбки и пристально посмотрела Блэку в глаза. — Погоди, что ты имеешь ввиду? — Будто ты не понимаешь. Джеймс сказал, что я симпатизирую ему не только в дружеском плане. — И ты?.. — И я сказал, что его чувства не могут иметь продолжения в том ключе, о котором он думает. — А ты испытывал к нему то же самое? Регулус помолчал, глупо глядя на свои руки. — Да… — Поздравляю, ты еблан! Потерев переносицу, Пандора с осуждением посмотрела на пальцы Регулуса, но промолчала, зная, что эту тему лучше не поднимать. — С чего это? Ты же сама понимаешь, что это все свело бы нас в яму, я бы все равно разочаровал Джеймса своими словами или поступками, ведь мы совершенно разные люди. Пандора, ты даже не представляешь, насколько глубоко во мне засели мамины слова, иногда я пугаюсь своего отражения в зеркале, узнавая в своей мимике лицо Вальбурги, — он говорил это с жаром в голосе, ведь Пандора была первой, кто мог выслушать Блэка и дать действительно дельный совет. — Я не думаю, что достаточно хорош, чтобы быть с ним, Сириус уже не единожды говорил мне, чтобы я не смел обходиться с Джеймсом жестоко, но разве считается жестокостью то, что я просто-напросто смотрю в будущее и представляю, во что превратились бы наши взаимоотношения, будь мы парой? Мне даже думать об этом страшно! — его щеки стали пунцовыми, воздуха ужасно не хватало и сердцебиение участилось. Серые глаза бегали по разным углам комнаты, в горле стоял ком. Регулус почувствовал лёгкий удар по щеке и айкнул, с непониманием глядя на подругу. — Остынь, Блэк! — она с трудом приоткрыла окошко над пианино и села обратно. — Милый, ты думаешь о себе слишком мало. Раз ты судишь о Джеймсе, как о хорошем человеке, то скажи мне, стал бы ты ему нравиться, будучи неправильным или плохим? Регулус пожал плечами, боясь посмотреть подруге в глаза. — Я не знаю. Вальяжно раскинувшись на диване, Пандора заправила светлые пряди на уши. — Я знаю тебя три года, дорогой, ты не плохой человек. Ты просто запутался. Поэтому попытайся распутаться и посмотреть на себя со стороны. Ты талантливый музыкант, я, кстати, рада, что поблизости есть пианино, довольно-таки умный парень, и давай не врать друг другу, единственное хорошее, что тебе дали твои родители, помимо денег, конечно, это твоя внешность. Так что да, в тебя можно влюбиться. Почему ты так критичен к идее отношений с Поттером? Он милый молодой человек, я слышала, как о нем отзываются другие. — Я не хочу его разочаровать. Мне нравилось проводить с ним время, нам было весело. Вдруг я не оправдаю его ожидания? — С чего ты вообще взял, что он имеет какие-либо ожидания? — фыркнула Батчерол. — Хватит загадывать на будущее, живи настоящим. Это помогает. — Легко сказать. — Эй, щегол, у меня, между прочем, было две партнерки и один партнёр, я тут гуру по отношениям, считай. — Конечно, сенсей! — Регулус взмахнул рукой, поражаясь самодовольствию Пандоры. — Так что не глупи и делай то, что хочется. Я знаю, что ты настолько упёртый, что будешь думать над моими золотыми советами ещё несколько веков, но, мальчик мой, я хуйни не посоветую! — самодовольная ухмылка наползла на ее лицо. Батчерол была очаровательной, с этим просто глупо спорить. Она имела живую мимику и звонкий голос, не стеснялась своих желаний и причуд, чем влекла к себе людей. На фоне неё Регулус казался амебой, проявляющей эмоции только по праздникам. Впрочем, если бы вы поставили рядом Вилли Вонку и Венсдей Аддамс, то динамика у них была бы та же. *** Марлин познакомила Регулуса с со своей девушкой, Пандора активно общалась с Сириусом, обсуждая новый салон, в котором можно сделать пирсинг без паспорта, Римус и Питер пили шампанское, пока на их активное употребление алкоголя никто не обращал внимание. Блэк-младший чувствовал себя на удивление комфортно в доме, полном людей. Ведь скорее всего, проблема была не в количестве, а в качестве. В поместье Блэков чаще всего приходили чопорные аристократы с безжизненными лицами, которые смотрели на него с нескрываемым пренебрежением, но тут, в доме Поттеров, атмосфера была такой дружной и весёлой, что даже стеснительный Регулус смог раскрепоститься. В 7 вечера приехали Тонксы. Андромеда выглядела немного нервной из-за неспокойного поведения своей дочери, но стоило признать, что она оставалась все той же красавицей. Эдвард оказался приятным молодым человеком, активно пытающимся заинтересовать Нимфадору игрушечным жирафом, в которого девочка храбро плюнула. Увидев двух взрослых братьев посередине гостиной, Андромеда открыла рот, не веря своим глазам. — Господи, как же вы выросли, мальчики! — она набросилась на Сириуса и Регулуса с объятиями, даже не успев снять куртку, — Регулус, где тебя черти носили?, — девушка чмокнула кузена в лоб, пораженно глядя на его лицо. — Я тоже рад тебя видеть, Меда, — улыбнувшись ответил юноша, внутри радуясь такому тёплому отношению к себе. К матери подошла пятилетняя Нимфадора, с интересом оценивая своего второго дядю. — Иди сюда, — позвала девочку Тонкс, после чего взяла ту за маленькую ручку. — Это Регулус, твой второй дядя. Будучи удивлённым своим новым-старым статусом, он улыбнулся племяннице, стараясь выглядеть дружелюбно. — Привет, Нимфадора. Девочка с подозрением вздернула бровь. — Мам, сколько дядь ты от меня ещё скрываешь? — О Боже, Дора.. — Андромеда закрыла лицо ладонью, выглядя уставшей от постоянных вопросов ребёнка. Не выдержав долгого молчания, Сириус прыснул от совершенно неглупого вопроса девочки, за что получил подзатыльник от младшего брата. Дора увязалась за Биллом Уизли, не желая находиться в обществе ущербных взрослых, которые явно были ей не по статусу. Мальчик не был в восторге от новой компании, но даже он боялся сказать слово Нимфадоре поперёк, ведь, несмотря на свой небольшой рост и пятилетний возраст, она вела себя, как командирка. Чуть позже Регулус познакомился с Эдвардом, у которого под глазами залегли тени от усталости. Глядя на Андромеду и ее мужа, парень понимал, что, если у него и будут дети, то точно не в ближайшие четыре года, потому что это являлось огромной ответственностью и ударом по нервам, и, по словам его кузины, лучше быть готовыми на все 101% к появлению отпрысков, потому что, даже в таком случае, удар по психическому и физическому здоровью был огромным. Время проходило быстро и незаметно, бутылки из-под шампанского становились пустыми, но Регулус не решался пить, не желая повторять то самое утро после посещения маггловского клуба. Видимо, той же политики придерживался и Джеймс, опустошая ещё одну банку грушевого компота. Он выглядел очень смешно среди веселящихся гостей с бокалами алкоголя в руках, как ответственный родитель, следящий за тем, чтобы дети не спалили дом во время вечеринки. Вспомнив про своё намерение поговорить, Поттер, выглядя жутко неловко, предложил Регулусу покурить на балконе его комнаты, на что Блэк согласился, больше не желая оттягивать момент. Пробравшись сквозь шумную толпу, парни поднялись по лестнице, казавшейся маленькой по сравнению с заполненным людьми первым этажом. Мандраж заполнил Блэка с головы до ног, он метался от одной догадки к другой, пытаясь понять, на какую тему будет разговор в этот раз, потому что беседы по душам два дня назад закончились хуже, чем могли бы. До комнаты они дошли молча, накапливая слова для страшного балконного времени. Ступать на порог комнаты Джеймса спустя недолгое время отсутствие, казавшееся вечностью, вызывало у Регулуса странные ощущения, это казалось чем-то неправильным. Заметив, что на верхней полке стеллажа из светлого дерева стоят новые художественные принадлежности, купленные им накануне праздника, он победно улыбнулся. Достав пачку сигарет и зажигалку из-под матраса, Поттер открыл скрипучую дверь балкона, впуская в помещение морозный воздух. Было странно смотреть на небольшой посёлок, плавно переходящий в город с высоты второго этажа. Где-то далеко запускали разноцветные салюты, люди выходили из своих домов, чтобы посмотреть на рождественское чудо поближе и запомнить это 25 декабря надолго. А два слишком трезвых, для такого дня подростка курили, скрываясь от чужих глаз. — Ты удивил меня своим подарком, Регги, — начал долгожданный разговор Джеймс, выдыхая сигаретный дым. — На это и был расчёт. Я, правда, не разбираюсь в подобном, но надеюсь, что выбрал не самое плохое, — избегая зрительного контакта ответил Блэк, стряхивая пепел вниз, на снежное одеяло. — Не выдумывай, все, что ты подобрал мне понадобиться. Перчатки в пору? — Да. Спасибо большое, Джеймс, — было непривычно стоять в метре друг от друга, боясь сказать или сделать что-то лишнее в рамках их новых взаимоотношений. — Мне жаль. — Что? — Поттер выглядел удивлённым неожиданным признанием, но на всякий случай переспросил, боясь, что ему просто послышалось. — Я сказал слишком много в тот вечер. — Зачем извиняться за правду, Регулус? — понурив голову сказал Джеймс, который, видимо, опасался этой темы. Блэк гадал, питает ли его друг те же чувства, которые испытывал два дня назад, или он стал слишком отвратительным Джеймсу. Но, вспоминая слова Пандоры, юноша решил не загадывать на будущее, пытаясь быть честным, в первую очередь с самим собой. Набравшись смелости, Регулус открыто и практически беззащитно посмотрел в сторону Сохатого, после чего ответил: — Я был неправ не только в формулировке своих эмоций. Знаешь, я.. Я слишком труслив, чтобы смотреть правде в глаза, но стараюсь исправляться. Конечно, я понимаю, что я уже упустил свою возможность, но мне кажется, что ты все равно заслуживаешь этой правды, — нервно сделав затяжку, слизеринец выдохнул дым, чувствуя прилив адреналина от своей откровенности. — Буду ли я наглецом, если скажу, что мои чувства к тебе переходят черту дружеских? Джеймс резко повернул голову в сторону Блэка, выглядя ошеломлённым. Его глаза сильно округлились, сигарета между пальцами была больше похожа на извращённый окурок, ведь она стлела практически полностью. — Скажи прямо то, что ты имеешь ввиду, — закусив губу, Поттер подошёл чуть ближе, желая услышать эти слова четко и внятно. — Я влюблён в тебя, Джеймс Поттер. И как бы я не стыдился этих чувств, ты все ещё вызываешь их у меня, — его брови сдвинулись к переносице, а пальцы свободной руки теребили пуговицы на пиджаке, — я и вправду пытался избавиться от этого, но у меня ничего не получалось, поэтому.. Поэтому я стою тут. Предательский ком второй раз за день настиг его в самый неподходящий момент, Регулус даже не заметил, как его начало трясти, то ли от нервов, то ли от холода. — Регулус. — Что? — испуганным тоном ответил парень, снова отводя глаза в сторону. — Ты замечательный, — тихо сказал ему Джеймс, трепетно заправляя кудри за уши слизеринца. Снег начал валить с новой силой, теперь холодно было всем. На балконную плитку начали падать массивные хлопья, Поттер съежился и, потушивши сигарету, к которой вовсе не прикасался, завёл Регулуса внутрь, в сравнительно тёплую комнату. Никто не решался включить свет и вообще совершить какие-либо движения. Они стояли в нескольких сантиметрах друг от друга, выравнивая дыхание. Регулус никогда не чувствовал себя так волнительно, наконец-то он начинал понимать, что имеют ввиду люди, говоря о бабочках в животе. Он нащупал холодную ладонь Джеймса в темноте и нерешительно сжал ее в своей, боясь отпугнуть молодого человека, стоявшего напротив. Поттер потёр костяшки Блэка большим пальцем, делая рваный вдох. — Джеймс? — Да? — Поцелуй меня, — на этих словах голос Блэка дрогнул, он поражался своей безрассудности и минутной слабости, надеясь, что Джеймс сможет исполнить его просьбу. И Поттер сделал это без замедления, мягко прикасаясь к шершавым губам Регулуса своими, опаляя его лицо горячим дыханием. Поцелуй этот вышел почти что платоническим, но из-за него на бледной коже юноши выступили мурашки. Он поддался вперёд, углубляя действие, игнорируя открытую дверь комнаты, притягивая Джеймса к себе за затылок, позволяя себе вести себя так, как ему того хотелось. Эта близость разливала жар по телу, недавно мёрзнувший на балконе Регулус почувствовал, как на спине выступает пот. Они сталкивались зубами и носами, целовались неумело и неаккуратно, но это было совершенно неважно, ведь важно было то, с кем совершалось это действие. Рука Поттера покоилась на боку Блэка, под чёрным пиджаком. Регулус понимал, что лучше бы они были пьяными, ведь утром подобное поведение можно было бы спихнуть на переизбыток алкоголя в крови, но, на самом деле, их трезвость была очень ценна, ведь оба парня смогли запомнить свой первый общий поцелуй во всех деталях. — Ты на вкус, как компот, — прокомментировал ситуацию Регулус, вытирая рукавом распухшие губы. — Пф, — Джеймс смог только фыркнуть, поправляя взъерошенные волосы ладонью, — А ты, как сигареты. Тихо рассмеявшись, слизеринец опустил голову на плечо Поттера, вдыхая его запах и наслаждаюсь последними секундами близости перед спуском вниз, в мир, где никто кроме них самих не знает, каким останется Рождество 77-го года в юных темноволосых головах. — Пойдём, наше отсутствие скоро заметят, — негромко сказал Джеймс с нотками сожаления в голосе, немного сильнее сжимая ладонь Регулуса в своей. — Да…