The first Christmas

Регулус Donald Glover - Les Labrinth - When I R.I.P. Теперь ему приходилось прятать свой восторг за маской приличия, отпуская редкие взгляды в сторону Джеймса. Никто даже не догадывался о важности случившегося во время быстрого «перекура» и, слава Мерлину, в гостиной было достаточно темно, так что никто не смог обратить внимание на припухшие губы двух молодых людей. Пандора то и дело хотела словить друга, ходящего из одного конца помещения в другой, но все тщетно, ведь Регулус не желал говорить о произошедшем конкретно в то время. Теперь в его руке находился бокал шампанского, который он взял, дабы успокоить свои нервы и восторги. Музыка фоном разносилась по людному месту, некоторые танцевали, другие, будучи уже достаточно пьяными, сидели на стульях, пытаясь вразумить себя. Марлин и Доркас ворковали у лестницы, наслаждаясь минутами, когда всем было на них наплевать, Сириус и Римус распластались на диване, отдыхая после активных и ломаных движений под музыку, Питер нашёл себе компанию в виде Батчерол, которая увлечённо что-то рассказывала, пока Хвостик слушал. Джеймс, пытаясь найти себе занятие, общипывал высохшие листья на одном из комнатных растений. Поттер не был похож на себя, обычно на вечеринках он выступал в качестве души компании, а не прятался по углам, не желая привлекать к себе лишнее внимание. Хотя, не Блэку судить о том, как Сохатому стоит себя вести, ведь он тоже стоял столбом, глядя в одну точку. — Как тебе вечер, Регулус? — в своей спокойной манере спросил неожиданно появившийся рядом Флимонт. — Замечательно. Я могу чем-то помочь? — Блэк встрепенулся, ставя практически пустой бокал на столешницу. Внимание мистера Поттера было непривычным для него, Регулус не мог припомнить, чтобы Флимонт говорил больше 15 слов за раз. — Нет, отдыхай. Просто, я заметил, что ты выглядишь немного вялым, — уклончиво продолжил мужчина. — Просто немного болит голова, — попытался оправдать своё пассивное поведение юноша, натянуто улыбаясь. — Если что, таблетки в третьем ящике, в красной коробке, — Флимонт указал на шкаф сверху рукой, — хорошей тебе ночи, Регулус. Мистер Поттер отошёл к Фрэнку Лонгботтому с приветливой улыбкой, оставляя Блэка в недоумении. Отец Джеймса сильно отличался от своих родственников, чем вызывал у многих диссонанс, ведь пока Юфимия и ее сын говорили часами, Флимонт просто слушал их, стараясь быть максимально внимательным и открытым, запоминая важные детали, чтобы в будущем использовать их правильно. — Регги, милый! — подплыла к парню уже достаточно пьяная Пандора, не давая ему подумать о своём, — не знала, что Поттер рисует, — шепотом добавила она Резко повернув голову, Регулус спросил: — Откуда ты знаешь? — Джеймс сам мне сказал, а что? — Батчерол казалась растерянной из-за подобного тона. Переведя взгляд в сторону Сохатого, окружённого какими-то людьми, с которыми Регулус был, конечно же, не знаком, он снова посмотрел на Пандору, пытаясь понять, в чем подвох. — Знаешь, что я думаю, Блэк? — рассеяно заправив длинные волосы за уши, спросила она. — Ну? — Творческий человек должен быть богатым, а у вас с Джеймсом на двоих состояние с девятью нулями в конце, — Пандора сёрбнула из своего бокала и, интеллигентно рыгнув в ладошку, продолжила: — у одного только Пушкина было 200 крепостных. Ясен хуй, мороз и солнце, день чудесный. Регулус прыснул, поражаясь пущей разговорчивости подруги, когда та выпьет. — Святые Архонты, вы хорошо смотритесь! — не желая угомоняться, продолжала та, — я, если честно, буду ужасно разочарованна, если вы не обсудите свои взаимоотношения! Регулус радовался тому, что помимо них в кухонной зоне сидели только Билл и Нимфадора, пытающиеся понять технику игры в нарды. В тот момент, после похода на второй этаж, который закончился очень непредсказуемо для обоих молодых людей, Блэк был готов смеяться в голос от слишком серьезно сказанных наставлений подруги. Если бы она только знала.. — Панди, иди танцуй, — пытаясь спровадить Батчерол сказал он, умоляюще глядя ей в глаза. — Ты пытаешься выжить меня с кухни? — с наигранным возмущением на лице спросила Пандора, складывая руки у груди. — Что-то вроде того. Он помолчал, ощупывая пальцами острые концы серебряной броши. — Расскажи мне о ней. — Странно, что ты сам не вспомнил этот символ, — с нотками удивления в голосе начала Пандора. — Это кадуцей. Он обозначает примирение. Согласно мифу, Аполлон подарил этот посох своему брату, в знак примирения. — Ты думаешь о том же, о чем и я? — Да хуй знает, о чем ты там думаешь. Я считаю, что Сириус поборол свою гордость и решил уступить первым. Регулус потёр переносицу, пытаясь переварить всю полученную информацию. Неужели это действительно была уступка со стороны его непреклонного брата? Подобный подарок теперь обретал совсем другое значение и, если честно, даже при самом низшем бюджете на проживания, Регулус бы не посмел заложить эту вещицу в ломбард, так как теперь она значила что-то особенное. На кухонную зону ступила Алиса Лонгботтом, желающая застирать красное пятно от вина на своей рубашке. Увидев подростков, она испуганно вскрикнула. — Мерлин, вы меня испугали. Не заметила вас, ребята, — уже со смешинкой в голосе сказала она, оглядывая стоящих рядом Пандору и Регулуса. — Вы пара? Батчерол посмотрела Блэку в глаза, явно сдерживая подступающий хохот, но, взяв себя в руки, она снова перевела взгляд на Алису и ответила: — Он мой лучший друг. — Да, мы не пара. — Ох, простите! — смущённо ответила Алиса, затирая пятнышко от вина моющим средством, — не взяла с собой палочку, глупость какая. — Не взяли? Очень опрометчиво с вашей стороны, сами ведь знаете, какие времена, — обеспокоено заметил Регулус, нахмурив брови. Пандора ущипнула его за руку и посмотрела очень угрожающе, будто бы намекая на его бестактность. — Знаю, конечно, знаю, — она тяжело вздохнула, явно что-то вспоминая, что-то неприятное, заставляющее блеск в ее глазах поникнуть. — Берегите себя и хорошо проводите время! — натянув улыбку сказала Алиса, выходя в гостиную. — Чего это ты? — с тем же удивлением в голосе спросила Пандора. — Да так. Просто не понравилась мне эта снисходительность к мерам безопасности в такие времена. В глазах Батчерол начало отображаться понимание и принятие ситуации, ей было приятно видеть более окрепшего в своих позициях и мнениях друга, готового говорить о том, как важна защита. Было странно признавать то, что он вроде бы даже вырос за те три недели, во время которых они были в разлуке. — У тебя-то палочка с собой? — Всегда с собой. Регулус отпил остатки шампанского из бокала, пытаясь потушить волну тревоги, нахлынувшую из неоткуда. — Каким образом ты вообще выудила из Джеймса информацию о его хобби, а? — Ну каким.. Спросила, чем он увлекается в свободное время. Не может же человек заниматься только спортом, иначе это, получается, человек в какой-то мере ограниченный, ведь, знаешь, у меня бывший играл в баскетбол, это маггловская игра, и был он очень глупым, потому что рассказать во всех красках мог только о своём спорте. А, так вот, о чем это я, Поттер так мне прямо и ответил, что любит рисовать. Нет, ну хорошо же, что вы, два творческих человека, так поладили, просто замечательно! Я тоже творческая, но это больше выражается в моем внешнем виде, а вы, ребята, скрываете свою натуру, что есть немного романтично даже. — Ты говоришь слишком быстро. — Ты скучал по этому, ну признай. Я, вообще, очень уж по тебе скучала, было так прискорбно то, что я не могла писать тебе. Единственная сова в доме, в котором я жила, и то сдохла, ее даже закопали на заднем дворе, на него у меня вид из окна был. Знаешь, как-то не по себе было, когда я видела надгробие с совиным именем по утрам. Аж какой-то холодок по коже. Ну я и положила на могилку астру, а что, мне ведь то жаль. Тетка моя, украинка, сказала, что нужно четное количество цветов ложить на могилки. А я и не знала, — все это она говорила с пылом в тоне, активно жестикулируя. Иногда Регулуса поражало то, что его подругу совсем не смущает тот бред, о котором она рассказывает с таким серьёзным выражением лица. — Я поцеловал Джеймса. — Причем тут Джеймс к мертвой сове? — Да забудь ты уже про свою сову, ей богу! — всплеснул руками Блэк. — И как? — Что? — Блять, ну не тупи, поцелуй как? — Хорошо. — И все? Регулус провёл рукой по лицу, будто пытаясь стереть с него пунцовый оттенок. — Было приятно. — Ну и хорошо. Совет вам, да любовь. — У тебя все так просто! — чуть ли не возмущённо ответил юноша, не понимая, к чему такая легкомысленность. — А почему должно быть сложно? Жизнь и без того трудная, чтобы отягощать ее лишними раздумьями, — ответила Пандора, будучи вполне довольной своей жизненной позицией. — Ты когда у меня контрольную по чарам списывала, такой же логикой руководствовалась? — Да. Да и что? Будешь осуждать меня? — защищаясь, спросила она. — Пф, делать мне нечего. Уступив кухню взрослым, они ломано тряслись под музыку, давая алкоголю и новому приливу энергии делать свое дело. Пандора уже успела порвать ткань на юбке, позволяя ей свисать лоскутом, будто бы так и было задумано, Регулус снял пиджак и откинул его на диван, нечаянно попав на Питера, и бегал от него по всей гостиной. Джеймс прыгал под музыку, пропевая слова песен только губами. Его замазанные гелем волосы уже давно превратились в подобие кактуса, но это никого не волновало. Галстук на голове Сириуса был повязан в качестве банданы, он активно делал вид, что играет на гитаре, всячески извиваясь и дергая пальцами по воздуху перед Римусом, с чего второй смеялся в голос. Марлин и Доркас валялись на освободившемся диване, из-за чего Питеру пришлось пытаться танцевать. Эммелина плясала, держа левой рукой ладонь Нимфадоры, а правой - ладонь Била. Она была вполне довольна своей новой компанией. Все это было по-детски, даже невинно. Никто не хотел напиваться ещё сильнее, довольствуясь таким времяпрепровождением, в компании друзей и знакомых. Регулус словил себя на мысли, о том, что, даже если бы они сейчас играли в какое-нибудь домино, ему все равно было бы весело. Ведь настрой зависел не от того, чем он был занят, а от компании, которая его окружала. С кухни доносился смех матери Пандоры, которая курила прямо в помещении. Никого это не смущало, праздник - есть праздник, на Рождество можно все. И Блэк даже не сомневался в том, что Юфимия знает о редком курении своего сына, но ей было все равно, пока в доме не воняло. Вспомнив про лежащую в пыльной тумбочке пачку сигарет, Регулус невольно улыбнулся. — You read me my rights and then you said "Let's go" and nothing more! — не попадая в ноты пропела Пандора, притягивая к себе Регулуса. — I thought of my nights, and how they were they were filled with! — Блэк решил не отставать, танцуя под одну из песен “Blondie”. Спустя час дерганья под музыку, все осели на ковёр, даже не пытаясь столкнуть спящих Марлин и Доркас с дивана. Регулус никогда так не веселился на Рождество, это было новым опытом в его жизни, опытом, который ему очень даже понравился. Сидящий немного поодаль Джеймс глотал воздух, пытаясь восстановить нормальную периодичность сердцебиения, на его лице все ещё отображалась улыбка, щеки раскраснелись, а волосы прилипли ко лбу. Блэк понимал, что выглядит примерно так же, будучи вспотевшим и очень весёлым после продолжительных танцев. Внезапно их взгляды встретились, Поттер тихо усмехнулся, а Регулус покачал головой, пытаясь скрыть улыбку. Возможно, они будут жалеть о случившемся на утро, но это будем потом. *** Под утро гости начали уходить по домам, для большей безопасности используя камин в гостиной. Мистер Мэдоуз согласился, чтобы Доркас осталась спать у Поттеров, видя, как хорошо она устроилась на диване вместе с Марлин. Прощание с Пандорой выдалось каким-то печальным, несмотря на атмосферу праздника в доме. Она крепко обняла Регулуса, шатаясь с ним из стороны в сторону. — Увидимся в школе, — сдавленно сказала Пандора в волосы друга. — Хороших тебе каникул, Блэк. — И тебе. И тебе, солнышко, — на последнем слове Регулус смутился, он почувствовал, как краска подступает к его щекам, но пытался не подавать виду, пряча лицо в шейном изгибе Батчерол. Глядя, как Пандора и ее мама исчезают в зелёном пламени, Блэк потёр переносицу, гадая, почему расставаться всегда так сложно, даже если знаешь, что вскоре вы увидитесь. После них пошли Тонксы: Тед и Нимфадора ушли первыми, ведь сразу три человека в камин не поместились бы. Крепко обняв младших братьев, Андромеда отстранилась, желая им быть сильными и осторожными. В ее взгляде промелькнули нотки тревоги, но она быстро сменила настроение на праздное, не желая вызывать подозрение. Поднимаясь по лестнице, Регулус чувствовал, как его пошатывает с большой амплитудой, туда-сюда. Он схватился за перилла покрепче, надеясь добраться до чердака живым и здоровым, хотя перспективы на это были мизерными. Все уже давно легли спать, только он один распивал холодную воду на кухне в течении получаса, считая квадратики на клетчатой скатерти. Быть пьяным хорошо, до какого-то момента, и Блэк благодарил вселенную за то, что этот момент все ещё не настал. Он нёс чёрный пиджак на изгибе локтя, надеясь, что болтающийся на шее галстук не сползёт на пол. На лице сияла непринужденная улыбка, перед глазами висели кудри, которые было лень убирать, праздник ушёл, но приятное послевкусие осталось. Дверь в комнату Джеймса была приоткрыта, не раздумывая долго, Регулус максимально тихо постучался. Лежащий на кровати Поттер быстро встал и открыл дверь нараспашку, держа в свободной руке сигарету. Комната уже наполнилась дымом, но никого это не смущало. — Ночные гости. — Да. Ночные гости. Сохатый лишь усмехнулся, жестом приглашая Регулуса войти внутрь. Он плюхнулся на кровать, выставляя локти назад, в качестве опоры. Джеймс повторил его действие. Голова была пустой и легкой, в тот момент юношу ничего не тревожило, он мог смотреть на профиль друга без угрызений совести, вспоминая, как несколько часов назад они целовались посередине этой же комнаты, не боясь быть замеченными. Поттер втянул в себя дым, откидывая голову назад, а Блэк не знал, действует ли на него так алкоголь или расцветающие чувства к Джеймсу, ведь теперь он казался ещё более пленительным, любое действие гриффиндорца было плавным и расслабленным, заставляющим парня приковать свои глаза к человеку рядом. — Дай, — сказав это, Регулус мягко взял запястье Поттера и потянул его к себе, чтобы сделать затяжку, не желая отставать. Джеймс смотрел на происходящее с интересом, покорно поддаваясь действиям второго. Другой рукой он убрал с лица Блэка темные кудри, заправляя их за уши. То, как свободно, без стеснения он распоряжался движениями Джеймса вызывало новый прилив жара в лице и шее, ведь только Регулус мог так сделать, вызвать такую реакцию, заставить Поттера следить за каждым его шорохом, как за великим творением кинематографа. Выдыхая дым, слизеринец погладил запястье молодого человека большим пальцем, после чего отпустил того. Действие было таким простым, но вызвало у обоих мурашки и дрожь в теле. — Странно, что мы курим не траву, потому что у меня такое ощущение, что я под кайфом, — заметил Регулус. — Мы просто бухие, — Джеймс рассмеялся, кидая окурок в пепельницу. — Знаешь, в чем твоя проблема? — Я внимательно слушаю. Блэк откашлялся, устраиваясь на кровати поудобнее. — Ты слишком сильно запоминаешься. Вот я буду курить, а на ум будешь только ты приходить, понимаешь? — начал объяснять парень, удивляясь нескладности своей речи. — Ну прости, что скурил тебя, малыш, — делая невинное лицо, Джеймс пожал плечами. — Малыш? Иу, — сказав это, Регулус изобразил рвотные позывы, вызывая у друга смех. — Скажи спасибо, что не рыбка. Сириус рассказывал про твою любовь к плаванью. — Блядство. Предатель. — Он вообще плавать не умеет, давай будем думать, что он это из зависти. Они сошлись на этом мнении, радуясь, что рядом с ними нет Бродяги, который бы тут же насупился. — Нужно идти спать. Уже 5 утра, — с нотками разочарования в голосе сказал Регулус, потирая уставшие глаза. — Не хочешь переехать обратно? Сначала Блэк удивился прямолинейности Сохатого, но потом вспомнил, что это же Джеймс Флимонт, мать вашу, Поттер, который говорит все, что думает, не боясь быть застыженным. — Я подумаю над твоим предложением, — уклончиво ответил ему юноша, не в состоянии сдерживать ухмылку. — Ох, наше королевское высочество сжалилось! — драматичным тоном сказал Джеймс. — Не жалуйся, пижон, — встав с кровати, Регулус понял, что забыл на ней пиджак, после чего наклонился, пытаясь дотянуться до него и не упасть. — Вообще-то пижон тут ты, — передавая слизеринцу предмет одежды, он привстал и заключил на его щеке целомудренный поцелуй. Будучи немного удивлённым от такой простой и незаурядной нежности в свою сторону, Регулус застыл в недоумении всего-то на пару секунд, после чего наклонился чуть ниже, чтобы ответить Джеймсу поцелуем, но уже в губы. Вкус алкоголя и табака перемешался, но никто этого не заметил, наслаждаясь подобной близостью перед сном. Поттер поместил свою ладонь Блэку на лицо, потирая острую линию подбородка большим пальцем. Регулус чувствовал себя героем школьных сплетней, которого застали за жаркими поцелуями в узком коридоре, но для него подобные действия были очень необычными и новыми, из-за чего отстраняться от Поттера было почти что болезненно. — Спокойной ночи, Регги, — заключительно сказал Джеймс, поправляя помявшуюся рубашку Блэка. — Да. Тебе тоже, Поттер, — ответил ему Регулус, вытирая влажные уголки губ рукой. Вваливаясь в свою комнату, юноша ощущал себя окрылённым из-за необычных чувств, наполняющих его тело, начиная с пяток и заканчивая макушкой. Ещё никто не прикасался к нему так, не смотрел на него таким образом. Он чувствовал себя особенным впервые за долгое время, пытаясь понять, чем заслужил подобное отношение и взаимность со стороны Джеймса. Пандора часто говорила Блэку, что в глазах окружающих он выглядит великолепно, и что проблема в его голове, но парню все ещё не верилось, что кто-то может им восхищаться. Он недовольно цокнул, замечая отсутствие галстука на своей шее. «Ладно, — подумал Регулус, — завтра найдётся». Будь он трезвым, может и спустился бы, чтобы проверить коридоры, но в тот момент его уверенность в собственной устойчивости резко улетучилась, оставляя молодого человека валяться на тесном диване, постепенно погружаясь в сон. *** Белая рубашка липла к его телу, вызывая дискомфорт и раздражение. Пришлось открыть глаза, в которые настойчиво светило пробирающееся через стекло солнце, решившее вылезти из-под туч в такой неподходящий день. — Дерьмо, — тихо пробурчал Регулус, пытаясь сесть. Все тело болело, как во время гриппа, голова кружилась при любом резком и нерезком движении, хотелось обратно впасть в крепкий сон, в надежде переждать, пока это состояние не уйдёт насовсем. Но шея и спина затекли слишком сильно, ведь несколько ночей проведённых на этом небольшом диване все ещё оставляли за собой последствия. Сказать, что второе похмельное утро было хуже первого - ничего не сказать. Блэк не контролировал скорость поглощения алкоголя прошлым вечером, решив, что это очень даже хороший вариант, чтобы расслабиться и оставить тревожные мысли на утро. Впрочем, так оно и было, рождественский вечер, перетекающий в ночь, был весёлым, но сейчас он чувствовал лишь тяжесть людской жизни во всех ее красках. Раздевшись до нижнего белья, Блэк рассматривал отпечатки скомканной ткани на своей полосчатой коже, пытаясь припомнить, засыпал ли он не переодевшись когда-либо ранее. Ломота во всем теле после очередной ночи, проведённой на диване, намекала Регулусу на то, что переехать обратно в покои Джеймса, это не такая уж и плохая идея, хотя бы из-за полноценной половины кровати у стены. Он не знал, который сейчас час не имея вокруг себя никаких работающих часов, поэтому юноше оставалось только гадать, до скольки он проспал на этот раз. Нужно спуститься вниз, поесть, попить воды, чтобы привести себя в чувство, но Блэк не решался двигаться с места, боясь, что из-за лишних телодвижений он просто развалиться, и взять с него будет нечего. — Вот это я дурень, — продолжал разговор с собой парень, натягивая на ватные ноги спортивные штаны, — надо же было так набухаться, — он протер тыльной стороной ладони закисшие за большое количество проспанных часов глаза. Регулус удивился тому, что угрызения совести после вчерашних поцелуев, которые он помнит слишком хорошо, как для человека с похмельем, отсутствуют. Внутренний голос решил промолчать, видимо, будучи немного пораженным необычной смелостью юноши. Хмыкнув, Блэк начал развешивать помятые брюки и рубашку на тремпеле, пытаясь принести хоть капельку порядка в это утро. Вчера началось что-то новое, то, что ощущалось всеми фибрами его души, как правильное начало неизвестного. Регулус не знал, что приведут за собой неожиданные изменения в его восприятии реальности, но он был готов принять эти последствия.