Больше, чем просто комикс

Фёдор проснулся от лучей солнышка, приветливо заглядывавшего в окно. Улыбнувшись ему, Нечитайло перевёл взгляд на будильник, который к счастью, не прозвонил сегодня. Ну, может и прозвонил, но художник точно его не слышал. Увидев, что часовая стрелка на двенадцати, он улыбнулся ещё больше. — Неужели я наконец-то выспался? — недоверчиво спросил он свой организм. Ответом ему послужило урчание в желудке, — Так, сделаю кофе и пойду в магазин, — решил шатен и поднялся с кровати. Сделав шаг вперёд, он обо что-то споткнулся и полетел лицом вниз, — Прибраться бы тоже не помешало, — заметил он. Оглянувшись назад, чтобы рассмотреть получше, от чего он потерял равновесие, Фёдор увидел маленького мальчика с рыже-карими волосами, одетого в голубую рубашку, чёрные штаны и такого же цвета ботинки с острыми носиками. Уши мальчика были заострены, как его обувь. Паренёк обнимал ещё одного ребёнка своего возраста. У него были красные волосы, а одет он был в комбинезон цвета своей шевелюры, такие же ботинки, белые носки и того же оттенка футболку. Взглянув на лица незнакомцев художник понял, что перед ним придуманные им персонажи. «Похоже, я ещё не до конца проснулся», — нервно подумал Нечитайло и, решив, что это просто галлюцинация, поспешно поднялся и отправился делать вошлебный пробудительный напиток. Однако по мере приближения к кухне беспокойство внутри художника нарастало. Из-за двери доносились странные звуки: зловещие смешки, испуганный писк и радостные повизгивания. Подкравшись поближе, Фёдор стал вслушиваться и параллельно размышлять, куда лучше звонить: в полицию, или сразу в психушку. Вдруг из-за двери раздался оглушительный грохот, который, однако, всё же не превзошёл тот, что создал шатен пару минут назад. Резко дёрнув ручку, он ворвался в комнату и застыл в изумлении: пол был весь залит чем-то красным, повсюду валялись осколки, а посреди всего этого безобразия лежали трое: блондин в жёлтой кофте со смайликом, белых, но теперь уже не совсем, штанах и синих ботинках, зеленоволосое создание в того же цвета очках, кислотных кроссовках, чёрных штанах и голубой кофте со спиралью на нём и голубоволосый мальчик в бежевом свитере, чёрном шарфе и того же цвета штанах с тёмно-фиолетовыми ботинками. — Ч-что здесь случилось? — ошарашенно спросил Нечитайло, с ужасом глядя на красную лужу под детьми. — Мы не виноваты, что у тебя варенье стоит в недоступном для детей месте, — обиженно заявил очкастый. — Прости, что мы сделали это без спроса, — извинился блондин, — Просто мы проголодались… — Больно… — хныкнул мальчик, приподнимаясь и потирая ушибленный локоть. — Вы… Правда здесь? — не поверил своим органам чувств Фёдор. Вдруг зеленоволосый поднялся, подошёл к нему и резко стукнул его ногой под колено, — Ай! Зачем ты это сделал? — Чтобы до тебя наконец дошло, — нагло отозвался мальчик. — Не плачь, всё будет хорошо, — пока Нечитайло спорил с ребёнком, блондин успокаивал тихо всхлипывающего голубоволосого. — Покажи, где ты ударился, — у Фёдора включился материнский инстинкт. «В конце концов, это мои персонажи. Значит, я их создатель и должен позаботиться о них. Надо будет узнать, как они появились, а затем сбагрить обратно. Не думаю, что смогу справляться и с ними, и с работой». Малыш поднялся на ноги и показал на локоть. Нечитайло осторожно закатал ему рукав, и голубые детские глазки расширились в два раза от ужаса: на руке была видна капелька крови… Оглушительный вопль не заставил себя ждать, — Тише-тише, сейчас я помажу твою ранку перекисью, и всё пройдёт, — художник поспешно поднял хрупкого малыша на руки и прижал к себе, поглаживая по голове. Постепенно рыдания стали затихать, и мальчик обнял шатена в ответ. Затем он осторожно поднял на него взгляд и спросил: — А оно будет щипать? — Конечно нет, — успокоил его Фёдор. — Ещё как! — перебил зеленоволосый, — Она постепенно будет разъедать твою кожу, потом доберётся до костей, а затем уничтожит твой мозг и сердце! — он зловеще захохотал. — Эй, не говори так! Ты же его напугаешь! — возмутился блондин. Очкастый показал ему кулак, и это стало последней каплей. Оптимист взбесился, — ЕСЛИ ТЫ НЕ ХОЧЕШЬ БЫТЬ В МИРЕ, Я ТЕБЯ ЗАСТАЛЮ! — Тихо, вы оба его пугаете! — попытался перекричать ребёнка Нечитайло, но на него никто не обратил внимание. Только малыш у него на руках съёжился, зажав себе уши, — Забудь то, что они сказали. Я обещаю, болеть ничего не будет, — шатен вспомнил, что делала в таких ситуациях его мама, и поцеловал голубовласого в макушку. Ребёнок зажмурился, а губы расползлись в довольную улыбку. Выйдя из кухни, Нечитайло направился в ванную. Но на полпути он замер, заметив свет, идущий из-под двери. «Неужели и там меня ждёт сюрприз?! Точно, я же рисовал восемь персонажей. Получается, там должны быть ещё трое. Очкарик, рогатый и… со странной чёлкой», — рассудил шатен и, глубоко вдохнув, открыл дверь. А затем тут же закрыл. — Что такое? — взволнованно спросил малыш. — Н-ничего… — тряхнул головой Фёдор, переборол себя и снова нажал на ручку. — Не трогай мои волосы, дурак! — агрессивно орал желтоглазый «рогатый», защищая свою фиолетовую растрёпанную шевелюру. Одет он был в тёмно-синюю кофту с символикой пиковой масти, которая, как и штаны с ботинками, была чёрной. — Во всём должен быть порядок! — упрямо возразил ему седой, как дед, очкарик, одетый в серо-коричневый пиджак и брюки, галстук более тёмного оттенка, коричневую рубашку и тёмно-серые ботинки, тыча в лицо сопернику расчёску. — Дурашка! Не порядок, а красота, — мягко поправил «старика» розововолосый мальчик со странной, более светлой, чем остальная шевелюра, чёлкой. Одет он был в бледно-жёлтую рубашку, розовый пиджак, светло-пурпурный галстук-бабочку и брюки того же цвета, а на ногах виднелись фиолетовые ботинки. — Так, ну-ка все успокоились, — строго сказал Фёдор, — Мне нужно продезинфицировать рану… Стой, а как тебя зовут? — он вопросительно посмотрел на голубовласого. — Не знаю, — потупившись, ответил он. — Хоть у кого-то из вас есть имя? — обречённо уточнил Нечитайло, вспомнив, что до этого его фантазия ещё не дошла. — Нет. А также у нас нет свидетельства о рождении, гражданства, полиса… — начал перечислять «дед». — Ладно-ладно, придумаем что-нибудь, — перебил его Создатель, у которого уже голова пухла от обилия новой информации, — А сейчас мне надо обработать рану вашего… Брата. Так что идите пока в другом месте побеситесь. — Надеюсь, у тебя есть еда, — буркнул желтоглазый, с облегчением заметив, что очкарик подчинился и убрал расчёску. — На кухню не ходить и оттуда всех выгнать, — поспешно приказал художник, — Я сам разберусь с завтраком минут через пятнадцать. — Вообще-то, уже время обеда, — стал занудствовать сероволосый, но «рогатый» с братом молча взяли его под руки и выволокли за собой. — Фух, — выдохнул Нечитайло и поставил малыша на пол, — А вы уже успели познакомиться друг с другом? — Да, — робко ответил тот. — Расскажи мне пожалуйста про всех, и поподробнее, — попросил Фёдор, лезя в шкафчик за перекисью. — Ну… — мальчик задумался, и через минуту ответил, — Тот, который с острыми ушами, пока ещё не просыпался. Но он во сне всё время бормотал какие-то вопросы: «Почему? Зачем? Что это?» Сероволосый очень умный. Обычно он ни на кого не обращает внимания. Тот, кто в красном комбинезоне… Ну, я с ним мало пообщался, потому что он почти всё время спал. Когда мы все утром вставали, то он сказал что-то непонятное. Про то, что сон — лучшее лекарство от борд… Бодстр… Бодр-ству-ю-щих бед, — по слогам произнёс сложное для его языка слово малыш и продолжил, — Улыбчивый братик… Он хороший и добрый. Но если его разозлить, то он начинает кричать и я его боюсь. Тот, кто носит зелёные очки… Он страшный. Он меня заставил помочь ему стащить варенье. Сказал, что если я этого не сделаю, то он нашлёт на меня проклятие. Сначала он пытался на меня залезть, но добрый братик предложил помочь, и он от меня отстал. Но потом всё равно упал на меня и не извинился… — Ты много кого боишься, верно? — по-доброму улыбнулся Фёдор, узнав в малыше частичку себя. Правда, и в остальных было что-то, похожее на него, — Не верь зеленоволосому, он обманщик. Говорил, что перекись будет щипать. А ты даже не почувствовал, что я закончил, — Нечитайло потрепал мальчика по голове. — Да? — удивился тот, оглядев руку. Кровь уже остановилась, а ранка немного затянулась, — Спасибо! — Пожалуйста, — кивнул художник и полез убирать пузырёк обратно в аптечку, — А что насчёт остальных двух? — Розововолосый вроде дружелюбный. Но странный. Он зачем-то очень долго рассматривал странный комикс, который брат с серыми волосами не дал мне увидеть, и как-то очень заинтересованно мычал. А мальчик с фиолетовыми волосами… Он злой и резкий. Но если к нему не приставать, то он не обидит, — неуверенно закончил рассказ малыш. — Спасибо. Теперь мне будет проще придумать вам имена. А сейчас иди займись чем-нибудь, а я приготовлю что-нибудь на завтрак, — Нечитайло распахнул дверь в коридор. Но, взглянув на голубоволосого, он понял, что мальчик хочет что-то спросить, но не решается, — Говори, не стесняйся. — Как тебя нужно называть? Ты не похож на папу. Ты, наверное, тоже наш брат? — Ну… — художник решил, что сейчас не лучший момент для того, чтобы рассказывать правду. «Дети всё равно не поймут. По крайней мере, не все. Да и наверняка не поверят. Пусть лучше думают, что они — одна большая семья. Так и подружатся быстрее», — подумал он, — Да. Я ваш старший брат Федя. — Здорово, — малыш улыбнулся и выбежал в коридор, услышав весёлый смех остальных. Нечитайло тем временем отправился на кухню. Обойдя осколки и отметив в голове, что их нужно убрать, он открыл дверцу холодильника. Пустота. Как и в желудках всех обитателей квартиры. «Придётся идти в магазин. Но только выживут ли они тут без меня?.. Может заказать пиццу? Нет, для детей это не полезно. К тому же, она может им не понравится. Или окажется слишком острой», — сквозь поток мыслей Фёдор смог заметить проходящего мимо «деда». — Эй, послушай! — окликнул он мальчика. Тот повернулся к нему и вопросительно приподнял одну бровь, — Мне нужно уйти в магазин за продуктами. Ты можешь последить за остальными? — Это не в моих интересах, — отрезал очкарик. — Но иначе мы умрём с голоду, — заметил шатен. — Ты можешь найти множество способов и без моего участия, — пожал плечами вредина. — Как вы меня задолбали! — из гостиной вышел раздражённый «рогатый» и отправился подальше от этого пристанища нечистых сил. Вспомнив слова голубоволосого, художник решил изменить тактику: — Эй, мне нужно купить продукты. Последи пожалуйста за остальными, — Нечитайло старался звучать как можно твёрже, но получилось скорее умоляюще. — …Ладно, — обречённо рыкнул желтоглазый, — Но с тебя доска. — Что? — не понял Создатель. — Обычная деревянная доска. Потолще, — закатив глаза, пояснил «рогатый». — Ладно, — пожал плечами Фёдор и вышел за дверь. Оказавшись на снаружи, художник остановился и немного подумал. Решившись, он, специально медля в нерешительности, подошёл к квартире ведьмы и постучался. Ответа не последовало. Шатен огляделся в поисках звонка, но его не оказалось. Решив, что видно не судьба, он уже развернулся и направился к лестнице, как вдруг дверь открылась. — Не доволен чем-то? — сразу поняла старушка. — Почему они дети? — задал Фёдор вопрос, который его давно интересовал, — Ведь мои персонажи были уже молодыми. — Дети?! — удивилась собеседница. Помолчав немного, она ответила, — Похоже, я не учла, что ты был слишком ослаблен, чтобы дать им достаточное количество энергии. Никогда ещё не попадалось таких запущенных случаев, — виновато оправдалась она. — Я, конечно, люблю детей, но… С моим графиком я не смогу за ними нормально следить. А зарплата тоже оставляет желать лучшего… Придётся наверное брать из заначки… — вздохнул художник. Он давно откладывал средства на собственную студию и будущий комикс, хотя даже толком ничего не продумал. Но это была его мечта, от которой он ни за что бы не отказался. — Я могу загнать их в карточный мир, — предложила ведьма. — Нет, они же живые! — возразил Нечитайло, но не так твёрдо, как хотелось бы. — Я вижу, внутри тебя крутятся сомнения. Подумай немного, и завтра приходи с ответом, — заключила старушка и собралась закрыть дверь, но шатен попросил: — Ответьте пожалуйста ещё на один, последний вопрос! — собеседница остановилась, и он принял это за согласие, — Откуда у них взялись характеры? Я ведь ничего не продумывал, только внешность. — Их создал ты. Каждый их них — часть твоей души, — объяснила ведьма и поспешно закрыла дверь, не желая, чтобы её отрывали от важных колдовских дел. — Спасибо! — запоздало крикнул Фёдор. Постояв немного в раздумьях, он вспомнил, зачем вышел из квартиры, и поспешил в магазин, по дороге обдумывая новую информацию…