Больше, чем просто комикс

«Я ужасно голоден, как и все здесь. Нужно поскорее приготовить сосиски», — думал Нечитайло. Однако как бы просто это ни звучало, на деле всё было куда сложнее. Во-первых, комната была слишком мала для того, чтобы вместить девять человек. А во-вторых… — Ой! — Зонтик вздрогнул, когда Вару вдруг выхватил у него из руки зелёное яблоко. — Зачем ты обижаешь его?! — возмутился Феликс, — На тарелке полно других фруктов! — Но это было самое зелёное, — кудрявый высунул язык, и вдруг хитро сощурился, — Хотя знаешь, тарелку я, пожалуй, тоже заберу! А-ха-ха! — А НУ СТОЙ! — блондин окончательно вышел из себя и погнался за Вару, исполнившему свою просьбу. Зеленоволосый, однако, достаточно ловко прижимал к себе тарелку, благодаря чему умудрялся на бешеной скорости носиться по кухне. Однако по дороге содержимое ноши время от времени вываливалось. Остальные клоны осторожно отошли к стенке, чтобы их не задело. Данте заметил, что Габриэль всё ещё не понимает, что происходит, и заботливо и осторожно оттащил его поближе к себе, убрав с пути ссорящихся. Зонтик спрятался за спину Куромаку, державшего в руке книгу, которую пришлось закрыть. Ромео попытался вразумить блондина: — Феликс, ты ведь хотел творить добро! — Я этим и занимаюсь! — раздражённо откликнулся тот. — По-моему, это немного жестоко… Может, остановишься? — Ни за что! ЭТОТ ГАД ПОЛУЧИТ ПО ЗАСЛУГАМ! — Так, меня это достало, — Пик тяжело вздохнул и бесстрашно вышел наперерез бегунам. В его кармане что-то блеснуло, но никто не обратил на это внимание. Зонтик от страха зажмурился, крепче сжав руку Куромаку. Тот неодобрительно повернулся в его сторону, но, взглянув в его лицо, только закатил глаза и снова отвернулся, — А ну стоять! — ушастый повернулся лицом к озорникам, слегка согнул ноги для устойчивости и выставил вперёд руки, тоже не совсем прямые. Не успев затормозить, Вару влетел в Пика, а Феликс — в Вару. Было удивительно, что лидер не упал, а устоял, разве что немного отодвинулся назад. Судя по скривившимся лицам бегунов, им было достаточно больно. Зато у тарелки, беззаботно летящей вперёд, которую кудрявый по неосторожности выпустил, пока что всё было просто замечательно. Нечитайло не мог на это спокойно смотреть, так что героически выпрыгнул по направлению к ней, вытянув руку. Но вредные законы физики были настроены против Фёдора ещё со школьных времён. Вот и теперь, посуда упала буквально в миллиметре от его ладони. Зато твёрдое яблочко свалилось ему на голову, слегка хрустнув. Нечитайло подумал, что во избежание проблем с нервной системой не стоит размышлять над тем, что именно издало этот звук: его череп или фрукт. Художник не двигался, пытаясь прийти в себя после самого активного и необдуманного за всю свою спокойную жизнь действия. Включившийся в нём «режим многодетной матери» был в новинку. И тело ему явно радо не было. Вдруг сзади раздался восхищённо-насмешливый возглас: — Круто! Не думал стать циркачом? — Я смотрю, ты клоуном уже стал, — ощетинился Пик, давая подзатыльник Вару. — С тобой… Всё в порядке? — осторожно уточнил Зонтик, вместе с остальными окружив создателя. — Да… Кажется, да, — медленно поднимаясь, сообщил Нечитайло. Однако, увидев разлетевшиеся фрукты вперемешку с осколками, старательно попытался разозлиться, — Но если так и дальше продолжится, то у нас не останется ни посуды, ни еды. Так что… Не делайте так больше, ладно? «Чёрт! — в этот момент Фёдор хотел лично придушить себя, — Я ведь собирался запугать их страшным наказанием, наподобие «запру вас в комнате» или «не дам вам сладкое неделю». Но нет, я не могу так сделать! Да уж, если так и дальше продолжится, то они разнесут всю квартиру… Нужно поработать над своим характером». — Ладно, — отозвались Зонтик, Габриэль и Ромео. — Прости нас, Федя, — расстроенным голосом извинился Феликс, — Мы не хотели… Да, Вару? — Ну не знаю, мне кажется, получилось весело, — насмешливо протянул кудрявый, за что схлопотал подзатыльник от Пика, — Эй, ладно вам! — Надменное извинение — ещё одно оскорбление, — заметил Данте. — Воспитательная беседа здесь бессильна, так что нечто подобное наверняка повторится с вероятностью… Восемьдесят шесть процентов. Но мы всеми силами попробуем её предотвратить, — пообещал Куромаку. — И на том спасибо, — вздохнул Федя, — А теперь идите погуляйте. Окна из кухни как раз выходят во двор, так что я смогу вас видеть. Только никуда оттуда не уходите! — Может, мы тебе поможем? — предложил Феликс. — Нет, вы уже помогли. Теперь идите, — попросил Нечитайло. Но, увидев, что блондин собирается ему возразить, добавил, — Пожалуйста. То ли у него получилось слишком уж жалко, то предложение выйти на тёплую улицу, переполненную свежим воздухом, из душной и немного грязной квартиры было слишком заманчивым. Но детишки понеслись к двери и, открыв её, высыпали на лестничную клетку. «Отлично, теперь можно спокойно прибраться и наконец приготовить поесть», — облегчённо вздохнул Фёдор, сочувственно прислушавшись к завываниям желудка. Осторожно собрав осколки и, на удивление, не порезавшись, он стал разыскивать сбежавшие фрукты, раскатившиеся по всей кухне. К счастью зрительная память у художника была на высоте, и он примерно представлял, сколько продуктов он купил, и сколько, соответственно, оставалось обнаружить. Но опять же, звучало всё намного легче, чем оказалось на деле. Фрукты умудрились разлететься по таким местам, в которые добраться можно было с трудом: под кухонную тумбу, между стеной и холодильником и даже, чёрт возьми, за наргомождение пятилитровых бутылок с водой в углу. В общем, пока Фёдор занимался уборкой, то чувствовал себя легкоатлетом мирового класса. В итоге он собрал почти всё, даже маленькие виноградинки, отделившиеся от общей ветки. Оставался только банан, который, если судить по его собрату, целесообразнее было бы назвать пюре. Направляясь в ту часть комнаты, где ещё не лазал, Нечитайло выглянул в окно, чтобы убедиться, что с ребятами всё в порядке. Вроде бы, всё шло мирно: Феликс качал Зонтика на качелях, Данте лежал на травке, наблюдая за облаками, Габриэль разглядывал что-то, видимо, какого-то жучка, под ногами, Вару лез на дерево, Куромаку читал книгу, прихваченную из дома, а Ромео сидел на лавочке и смотрел на прохожих, улыбаясь при виде женщин и девушек. «Странно, а где Пик?» — заволновался Фёдор. Поводив глазами по окрестностям, он облегчённо вздохнул, обнаружив вначале кусок доски, а после и самого «рогатого». Он делал с ней что-то странное, но что — понять было трудно, ведь он сидел спиной к окну, да ещё и в тени дерева. Но поразмышлять над этим Фёдору не позволила судьба: банан наконец нашёлся. И отвлёкшийся Нечитайло, не смотревший, куда идёт, наступил прямо на него и свалился на пол. К счастью, он почти не ударился, потому что полетел вперёд, а не назад, и смог подставить руки. — Блин, второй раз за день! — возмутился он, — Жизнь, за что ты так со мной?.. Поднявшись, он отправился за тряпкой. Стерев с пола пюре, он выбросил его. Оставалось только помыть оставшиеся целыми фрукты, и можно было приступать к сосискам. Вода из крана обдала руки, немного «горевшие» после двух падений, желанной прохладой. Расслабившись, Фёдор не заметил, как неаккуратно повернул яблоко, и оно направило поток на его футболку. Недовольно зашипев, художник переместил фрукт, и «обстрел» прекратился. «А вдруг на улице будет дождливая погода? — вдруг осенило Нечитайло, — Тогда ребята промокнут и заболеют. Надо бы купить им ещё одежды. Вообще, многое придётся менять и покупать. Интересно только, где мне взять столько денег? Они дети, их содержать недёшево. Рабочего заработка на всё не хватит. А то, что я откладывал на открытие студии, тоже когда-нибудь подойдёт к концу… Ладно, если сам не додумаюсь, поищу что-нибудь в интернете. Главное, чтобы оно не мешало работе. Стоп, я вообще смогу теперь работать? Им ведь столько времени уделять нужно. Это я когда один был, мог пару дней не есть ничего путного. А им так нельзя. Ладно, может, соседка поможет. Надо будет к ней, кстати, зайти и сказать о моём решении», — кое-как успокоив себя, Нечитайло достал сосиски и кастрюлю… …А в это время Вару воображал себя отважным искателем приключений в джунглях, лазая с ветки на ветку. Остальные были заняты и не обращали на него внимания, так что он мог спокойно подвергать свою жизнь опасности сколько влезет. Продираясь сквозь густую листву, кудрявый ловко переставлял конечности, совсем не боясь упасть. «Страх для слабаков, — думал он, — Пусть Тряпка боится. А я, храбрый исследователь неизвестного, не стану трусить!» Вдруг на соседней ветке, за которую Вару собирался ухватиться, обнаружился голубь. Он мирно сидел, тихонько курлыкая себе под нос. — Эй, брысь отсюда! — недовольно проворчал курдявый, легонько замахнувшись в сторону птицы. Но она не шелохнулась, — Ах, ты так? Строишь из себя смельчака, да? Тогда получай! — мальчик сжал два пальца, и зарядил в голубя мощным щелчком. Тот аж подлетел, освободив ветку, чему Вару очень обрадовался и высунул язык. Но пернатый не растерялся, и в следующую секунду спикировал на кудрявого, нацелив клюв ему в руку, которую тот уже успел переместить на освобожившееся местечко. К счастью, мальчик успел среагировать и тем самым сохранить все пальцы. Разочаровавшись в неудачной атаке, голубь обиженно обругал ребёнка по-голубиному и улетел восвояси. Победно вскарабкавшись на ветку, Вару огляделся. Все по-прежнему занимались всякой скучной ерундой. Посмотрев в другую сторону, кудрявый вдруг увидел Пика, который что-то вытворял со своей доской. В руках у него что-то блестело. «Интересненько…» — ухмыльнулся мальчик и стал незаметно подбираться ближе. Со временем он смог понять, чем именно занимался «рогатый»: он агрессивно водил ножом по деревяшке, пытаясь, видимо, выпилить из неё что-то. Неизвестность манила кудрявого, и он поспешно слез вниз. Из-за шума, который сам же и создавал, лидер не услышал этого и продолжал работу. — Чем это ты занят? — резко положив руку ему на плечо, спросил Вару. — Эй! — Пик вздрогнул и яростно развернулся, — Не мешай! — Я не отстану, пока ты всё не расскажешь. — Ну вот и стой здесь, — фыркнул «рогатый» и продолжил заниматься своим делом. Поняв, что Пика так просто не пронять, кудрявый сел рядом и стал канючить: — Пи-ик, ну хоть намекни, что это, а? — Символ моей власти, — бросил тот, не отрываясь. — Скипетр что ли? — Что-то вроде. — Ты что, как принцесса что ли будешь? — захохотал Вару, — Тогда я могу тебе даже корону из бумаги сделать. А платье из штор сошьём! — Заткнись! — разозлился Пик, и его зрачки покраснели. Он отбросил доску и угрожающе поднял нож. — Боже, что здесь творится?! — послышалось сзади. Ребята недоумённо обернулись. Возле них стояла незнакомая женщина. В её глазах было ужаса больше, чем мозгов в голове Куромаку. — Он делает себе девчачий скипетр, а я его бешу, — гордо заявил Вару. — Кто вам дал нож?! Дай мне его сейчас же! — потребовала тётка. — Нет, — сухо отозвался Пик, поднимаясь на ноги. — Ты ведь кого-то зарезать можешь! Вон, чуть друга своего не убил! — собеседница продолжала истошно верещать, что привлекло внимание остальных клонов. Они все устремились к источнику шума, а Феликс от неожиданности слишком резко затормозил качели. Из-за этого Зонтик упал на землю, и доска, на которой он сидел, задела его по спине. — Прости! Тебе не очень больно? — подбежал к нему Феликс, помогая подняться и крепко обнимая. — Всё в порядке, — немного всхлипнув, ответил Зонтик. Ему хотелось узнать, что за шум поднялся на площадке, так что он постарался проявить силу воли. Когда парочка подобралась к месту спора, Пик яро возмущался: — Да не стал бы я его убивать! Просто он по-другому не поймет. — Это ещё почему?! — Потому что он идиот! — Что за словечки! Мне интересно посмотреть на ваших родителей и побеседовать с ними. Где они, кстати? — женщина огляделась и вдруг её взгляд упал на Зонтика, стоявшего немного боком. Он потирал спину, на которой красным пятном ещё утром отпечаталось варенье, — О боже, неужели ты уже одного ранил?! Малыш, что с тобой, ты в порядке?! — она мгновенно подскочила к нему и резко схватила за плечи своими пальцами. От неожиданности мальчик затрясся, — Скажи хоть слово! Тебе больно? Где твои родители? От обилия вопросов Зонтик весь затрясся. Его нижняя губа задрожала, и изо рта вырвались несдерживаемые рыдания. — Отпустите его! Вы не видите, что ему от этого страшно? — возмутился Феликс. — Уж я-то знаю, как с детьми обращаться! Не мешай, мальчик, — фыркнула тётка. В следующую секунду лицо блондина налилось краской: — А НУ-КА БЫСТРО ОТПУСТИ ЕГО, СТАРУХА! — он ринулся к ней со сжатыми кулаками, но Ромео и Данте вовремя подоспели и смогли его удержать. — Я уверяю Вас, что Зонтик на сто процентов здоров. Не нужно беспокоиться, — попытался убедить женщину Куромаку. Она повернулась к нему с твёрдым намерением высказать что-то, но потеряла дар речи, увидев, что малыш сжимает в руках «Преступление и наказание». — Знаете, злость Вам не к лицу. Вы намного прекраснее, когда улыбаетесь. Прошу, подарите мне свою улыбку, о прекрасный ангел, сошедший с небес! — Ромео, пристально вглядывавшийся в лицо тётки, наконец заговорил. Щёки объекта его обожания покрылись румянцем. А затем «ангел» осознал, что с ней флиртует ребёнок, и растерянно заморгал, потрогав свой лоб. — А что происходит? — подал голос Габриэль. — Как что? Я пытаюсь спасти вас! — объявила женщина, взглянув на него. — От чего? — От ненормального поведения! — А как понять, что ненормально, а что нормально? — Ну… Люди так решили, — с женщины постепенно стала сходить спесь. — А почему? И что было бы, если бы они решили по-другому? А Вы для себя что-то решили? Или Вы читаете мысли окружающих и подстраиваетесь под них? — Ну… Я… — А это всё точно реально? Или, может быть, мы в симуляции? Или во сне? А если Вы спите, то как мы оказались в Вашем сне? — Габриэль хотел задать ещё много вопросов, но тётка его перебила: — Прошу, замолчи! У меня голова от тебя раскалывается… — по её виду можно было точно сказать, что она перестала что-либо понимать и, возможно, даже начала верить, что всё вокруг ей снится. — Ребята, быстро домой! Не надо разговаривать с незнакомцами, — всмотревшись в лицо женщины, Фёдор, вышедший на улицу, добавил, — И мучать их тоже нехорошо! — Ура, еда! — воскликнул Вару и ринулся к двери в подъезд. Остальные отправились вслед за ним. «Рогатый» отстал от остальных, таща за собой большую для него доску. — Пик, я не рзрешал брать тебе доску на улицу. И нож тоже. Это не игрушка! — больше испуганно, чем рассерженно, возмутился Нечитайло. Мальчик в ответ лишь фыркнул и протянул деревяшку создателю, решив, что так будет проще передвигаться. Подойдя к женщине, Фёдор стал извиняться, — Простите, я просто не смог уследить за ними. Они мне чуть кухню не разнесли, вот я и выгнал их погулять. И пока собрал осколки и сварил сосиски, чтобы мы с голоду не умерли, они уже к Вам пристали… — Не нужно было детей заводить, если уследить за ними не можете, — фыркнула тётка, и вдруг до неё дошло, - Стоп, это всё ваши?! — А, ну да… Вообще, их не было бы, если бы я был не таким слабохарактерным… И они должны были стать уже взрослыми, но я до поздней ночи рисовал комикс, и очень устал. Так что магия ведьмы не сработала. Я, конечно, мог бы отправить их в карточный мир, но они ведь живые, — вначале Фёдор почувствовал облегчение от того, что поделился с кем-то безумной историей, случившейся с ним. А потом он почувствовал, что ужасно сглупил, сболтнув лишнего. Он уже собрался объяснить, что это он шутит, но женщина поспешно развернулась, держась за голову, и бормоча под нос: «Я, похоже, и вправду сплю…» Пожав плечами, голодный Фёдор направился к не менее голодным детям, — Объясните, что случилось? — Мы хотим есть, — грозно и безапелляционно заявил Пик. Остальные согласно закивали. — Ладно, — согласился Нечитайло, открывая дверь подъезда, — Но после обеда вы… — однако дети уже безудержно умчались вперёд. Улыбнувшись, Фёдор потащил доску наверх.