Больше, чем просто комикс

Казалось, этот день длился вечность. Если сравнивать его с обычной жизнью художника, то произошедших событий хватило бы на пару лет вперёд. Поэтому как только Нечитайло утолил свой голод сосисками, то почувствовал жуткую усталость. За всеми приключениями никто не заметил, как тихонько подкрался вечер. Солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в нежно-розовый, фиолетовый и оранжевый. Цветовой градиент был очень красивым, так что Фёдор ненадолго встал у окна, вглядываясь в даль. «Что же ждёт меня завтра? И как теперь будет выглядеть моя жизнь? В ней появилось столько всего нового: Лина, соседка-ведьма и дети. Да уж, с работой точно возникнут трудности. Нужно уже сейчас искать альтернативные способы заработка на случай, если меня уволят. Да и запасы, которые я откладывал на собственную студию, тоже придётся использовать. Жаль, конечно… Ведь я так долго мечтал об этом. Но тут уж ничего не поделать», — художник горестно вздохнул. Вдруг сзади раздался грохот. На этот раз Нечитайло даже не вздрогнул, настолько он был вымотан. Наотрез отказываясь идти на источник шума, Фёдор подошёл к раковине и стал мыть тарелку. Дети догадались положить все сосиски на одно блюдо и брать оттуда каждый своей вилкой, кладя сразу в рот. Так что они облегчили жизнь художнику, за что тот мысленно поблагодарил их. Закончив, он собрался с духом и отправился в гостиную. «Вроде, ничего не разбилось. Значит, это были либо книги, либо ещё что-то. Что у меня там вообще есть?..» — сонный Нечитайло не очень хорошо мог шевелить мозгами, так что решил не строить теории, а просто встретиться с опасностью лицом к лицу. Тем более, что она не казалась такой глобальной, если верить звуку. Войдя в гостиную, Фёдор внимательно осмотрелся. Всё было на месте. «Похоже, они уже поставили всё на место. Раз разрушений нет, можно забыть об этом и уложить их спать. Надеюсь, они поместятся на диван…» Тут художник заметил, что дети ведут себя на удивление тихо: все забрались кто куда, и сидят, не двигаясь и, кажется, даже не дыша. Зонтик и Пик прижались к спинке дивана, пытаясь не упасть с неё. Куромаку всё так же сидел возле книжного шкафа и читал. Ромео лежал на столе в довольно вызывающей позе, только розы в зубах не хватало для полного счастья. Феликс сидел на подоконнике, смотря в окно на заходящее солнышко. «Так, а где Габриэль, Вару и Данте?!» — всполошился Нечитайло, старательно пытаясь найти их. Он надеялся, что от этого ему станет спокойнее. Но на деле он только сильнее заволновался, завидев красноволосого на книжном шкафу. Чёрт знает, как он туда забрался, с помощью медитации, или чего похуже, но Фёдора больше волновало, как философ собирается слезать оттуда. Он искренне надеялся, что мальчик сможет сделать это более гуманным способом, чем прыжок рыбкой без парашюта. Вдруг кто-то сзади дёрнул его за штанину. Обернувшись, Нечитайло увидел Габриэля. — Мне нельзя оставаться на полу, — умоляюще прошептал он, — Куда мне залезть? — Иди сюда, — малыш смотрел так умоляюще, что Фёдор решил сначала поднять его на руки, а уже после допытываться, зачем ему это потребовалось. Оказавшись над землёй, Габриэль заулыбался и покрепче прижался к своему спасителю. Художник уже хотел задать волновавший его вопрос, как вдруг сзади из угла раздался звонкий голос: — Стоп земля! — Вару прислушался в надежде, что кто-то не успел занять позицию, однако ответом ему послужила безнадёжная тишина. Однако кудрявый не стал падать духом, неудача только раззадорила его. Вытянув вперёд руки, он смело отошёл от стены и стал слепо шарить перед собой ладонями, как слепой котёнок. «Похоже, они решили поиграть в стоп-землю, — понял Нечитайло, — Нужно проследить, чтобы Вару ни обо что не ударился. Мебели здесь, конечно, немного, но всё может случиться». Водящий тем временем приближался к нему. — Может, отойдём? — шёпотом предложил Габриэль. Кивнув, Фёдор сделал шаг в сторону. Кудрявый тут же повернул голову в их сторону, уловив звук. — Стоп земля! — самоуверенно выкрикнул он и, ни секунды не мешкая, открыл глаза, — Эй, это нечестно! — Ну, он ведь не на земле, — заметил Пик, ловко скатываясь со спинки дивана. — Можно забираться только на мебель! — не отступал водящий. — Технически, в общепринятых правилах такого нет, — отозвался Куромаку, отрываясь от книги. — Точно так же, как и запрета набить кому-нибудь морду, — недобро ухмыльнувшись, Вару взглянул на Габриэля. — Эй, это не по-доброму! — возмутился Феликс, ловко спрыгнув с подоконника. — А правила нарушать не по-честному, — парировал кудрявый и стал приближаться к Нечитайло, — Эй, отдай мне Габри по-хорошему, или я заберу его у тебя по-плохому! — увидев, что художник не собирается повиноваться, мальчик без предупреждения замахнулся кулаком. Фёдор попытался уклониться, но успел лишь немного развернуться, вследствие чего удар пришёлся прямо по пятой точке. — Охо-хо, — заинтересованно протянул Ромео, — Никогда бы не подумал, что догонялки могут превратиться в нечто подобное. — Данте, осторожней! — воскликнул художник. Все обернулись в сторону красноволосого. Он пытался слезть со шкафа, подползая к краю всё ближе. Конструкция слегка покачивалась. Нечитайло стремительно, но аккуратно поставил остроухого на пол и побежал к Данте. Однако прежде, чем он достиг места назначения, философ ловко оттолкнулся от края и, как птица, пролетел по воздуху до дивана, грациозно приземлившись на подлокотник. Простояв некоторое время в ступоре, Фёдор подошёл к мальчику и, серьёзно глядя на него, положил руки ему на плечи, — Не делай так, это опасно. Ты можешь пораниться. — Хорошо, — спокойно согласился философ, — Но причин волноваться за меня совсем нет, потому что я хорошо владею своим телом и ловкостью. — И всё же, не стоит так де… — не успел Нечитайло закончить фразу, как вдруг красноволосый бросился в центр комнаты. Обернувшись, художник увидел, что Вару с маниакальной улыбочкой подбирается к Габриэлю. Будущая жертва, как всегда ничего не понимая, заинтересованно и наивно смотрела на кудрявого. И когда между ними оставалось всего несколько сантиметров, Данте подбежал к Вару сзади и, просунув свои руки под его, прижал обидчика спиной к себе. — Эй, какого чёрта?! — возмутился кудрявый. Разумеется, он не стал просто стоять, а замахал кулаками за собой, пытаясь попасть по тому, кто его держал. Однако философ смог ловко уклониться от них, изгибаясь в разные стороны, как змея. Затем, когда Вару на миг остановился, он согнул свою ногу и глубоко, но не сильно надавил коленом на противоположную сторону колена противника. Тот не смог удержаться на ногах и упал на бок. Не теряя ни секунды, Данте скрутил ему руки за спиной и своим привычным спокойным голосом попросил: — Не трогай Габриэля. Он не всегда осознаёт, что происходит, так что не сможет постоять за себя. Это низко с твоей стороны, — завершив свою речь, философ ослабил хватку. Вару, не преминув воспользоваться этим, тут же развернулся, приподнявшись на локтях. По его лицу было видно, что он собирается высказать обидчику много непечатного. Но как только он взглянул в красные глаза, в которых плясали языки адского пламени, то сразу же передумал, сократив свою речь до многозначительного: — Да ну тебя к чёрту! — Данте, а зачем вы подрались? — к ним подошёл Габриэль. — Не волнуйся, мы просто играли, — философ поднялся на ноги и протянул руку Вару. Но тот, резко оттолкнув её, самостоятельно вскочил и, скрестив руки на груди, отошёл от него подальше. Пожав плечами, Данте повернулся к остроухому и потрепал его по голове. — Так, пока вы снова ничего не выдумали, послушайте меня, — воспользовавшись тишиной, объявил Фёдор. Дети без особого интереса повернулись к нему, — Уже поздно, и я очень устал. А, как мы все только что убедились, без моего присмотра вы можете друг друга поубивать. Так что сейчас я разложу диван, и вы все пойдёте спать, — от усталости и сильного желания наконец прилечь его голос прозвучал твёрже и решительнее, чем обычно. Почувствовав это, дети решили не возражать. Тем более, они и сами успели устать за такой насыщенный день. Нечитайло слишком вымотался, чтобы пытаться засунуть клонов в ванну. Решив, что устроит им головомойку завтра, художник принёс из своего шкафа свежую простыню и три одеяла, с горем пополам отодвинул кофейный столик в угол гостиной и принялся воевать с диваном, предварительно выгнав детей из комнаты во избежание дополнительных травм. Он был достаточно старым, а так как Фёдор вёл жизнь отшельника, давно не раскладывался. Так что сонный механизм никак не мог прийти в себя и, как школьник, отчаянно не хотел просыпаться. Ну, точнее, сам диван разложился каким-то чудом, а вот конец никак не хотел опускаться обратно вниз, что явно мешало бы спать. Отчаянно провоевав с непокорной мебелью пять минут, Нечитайло тяжело вздохнул и решил немного подумать, устроив себе перерыв. Сев на этот злосчастный диван, он потряс утомившимися руками. — Тебе помочь? — послышался робкий голос рядом. Повернув голову на звук, художник увидел Зонтика. — Я бы сказал да, но навряд ли ты сможешь что-то сделать, кроме как случайно прищемить пальцы. — Понятно… — малыш ненадолго погрустнел, но вскоре снова заговорил, — А давай я позову Куромаку? Он умный и должен разбираться в механизмах. Может, он скажет, в чём проблема. — Хорошая мысль, — оживился Фёдор. Его голова уже совсем не варила от количества информации, попавшей в неё сегодня, так что он даже не стал спрашивать себя, почему сам не додумался до этого. Зонтик тем временем выбежал в коридор, чтобы позвать на помощь. Через пару минут в комнату вошёл Куромаку. Голубоволосый хвостиком следовал за ним. — Что конкретно случилось? — очкарик сразу перешёл к делу. — Край дивана не опускается. Видимо, там проблемы с механизмом. Я слегка оттяну боковую стенку, закрывающую его, а ты посмотри, что не так, ладно? А потом ещё посмотрим с другой стороны, — устало попросил Фёдор. — Хорошо, — коротко кивнул Куро и подошёл к нужному месту. Присев на корточки, он подождал, когда Нечитайло выполнит свою часть, и, почти полностью просуну свою голову в недра механизма, начал с увлечением его изучать. Зонтик стоял рядом и, старательно вытянув шею, пытался что-то рассмотреть. Взглянув на лицо Куромаку, он улыбнулся. «Он выглядит таким счастливым. Это здорово!» — подумал мальчик. — Ну что? — нетерпеливо уточнил Фёдор, чьи пальцы уже успели порядком устать. — Там загнулась одна железка, и она мешает пройти винту, который отвечает за то, чтобы часть дивана опустилась. Нужно вернуть железке нормальный вид, и тогда всё заработает. Но руками этого сделать не получится, нужны плоскогубцы. — Хорошо. Давай теперь посмотрим с другой стороны? — Ладно, — кивнул очкарик. Обойдя диван, они повторили ту же операцию, — Здесь всё в порядке. — Спасибо, — Нечитайло с облегчением выдохнул, когда Куро наконец вылез из недр механизма, и художник смог отпустить боковую стенку, — Я сейчас схожу за инструментом, и скоро вы наконец ляжете спать. — А как ты собрался чинить, если некому будет держать боковину? — напомнил очкарик. — А ты мне не поможешь? — Нет. Моих физических навыков явно недостаточно для данной миссии, — увидев, как Фёдор устало вздохнул, Куромаку сжалился над художником, — Согласно моим наблюдениям, Пик достаточно силён для этого. Вару, конечно, тоже мог бы сгодиться, но я бы не советовал с ним связываться, если ты не хочешь лишиться пальцев. — Хорошо, — Нечитайло значительно приободрился и вышел в коридор. — Эм… Куромаку, — робко начал Зонтик. — Да? — А ты… Можешь нарисовать, как выглядел тот механизм? Просто мне очень интересно… — Тебе интересно, как он выглядит? — Не только. Ещё как он работает. — Ладно, нарисую. Если вдруг чего-то не поймёшь, я объясню. — Спасибо! — Зонтик просиял от радости. Глядя на его искреннюю радость, Куро смущённо удивился: «Я ведь просто предложил помощь, а он уже так бурно реагирует…» Не теряя времени, ребята отправились на поиски бумаги и ручки. Через пару минут в комнату вошли Фёдор и Пик. Рогатый, будучи серьёзным, не стал тратить время на лишние разговоры. Молча он вслед за художником подошёл к боковине дивана. — Ты сможешь оттянуть эту стенку и держать её, пока я буду выпрямлять деталь? — с надеждой и мольбой спросил художник. Услышав этот голос и увидев его уставшего обладателя, любой бы постарался справиться с заданием, даже рискуя надорваться. — Да, — коротко ответил Пик и, подойдя к боковине, слегка отогнул её, — Так нормально? — Да, — с облегчением ответил Нечитайло и, встав на колени, просунул плоскогубцы внутрь. Когда он стал там копаться, пытаясь поудобнее ухватить железку, по комнате начал разноситься шум. Через несколько секунд после этого дверь тихонько приоткрылась, и в гостиную проскользнул Вару. На цыпочках обойдя диван, он стал наблюдать за Фёдором и Пиком, который злобно зыркнул на незваного гостя. Тот лишь озорно хихикнул и, оценив ситуацию, подошёл ближе. — Уйди, — тихо, но грозно потребовал Пик. Кудрявый замотал головой и приблизился к нему ещё сильнее. Вдруг он резко ткнул тремя пальцами в бок желтоглазому. Тот резко согнулся, однако продолжил отчаянно держаться за боковину, чтобы не подвести Нечитайло. — Ты такой беспомощный, — шёпотом злорадствовал Вару, — Не можешь дать мне сдачи! — Фёдор, здесь Вару, — сообщил Пик прежде, чем пакостник успел бы предпринять что-то ещё. — Что? — художник выпрямился и убрал руки от механизма. Как только он это сделал, желтоглазый отпустил боковину и повернулся к Вару. Тот уже успел сообразить, что к чему, и понёсся к двери. Но по дороге споткнулся и растянулся на полу. Воспользовавшись этим, Пик подошёл к нему и дал воспитательный поджопник. Затем обошёл его и исчез за дверью. Фёдор, не до конца поняв, что происходит, расстроился, решив, что напарник отказался ему помогать. Вздохнув, он попытался в одиночку оттянуть боковину и параллельно с этим выпрямить железку. Вару тем временем очухался и подошёл к Нечитайло. Понаблюдав за его потугами некоторое время, он ехидно уточнил: — Помощь нужна? — Да, — обрадованно обернулся художник, но, осознав, кто стоял возле него, и вспомнив совет Куромаку, поспешил исправиться, — То есть не стоит, я и сам справлюсь. — Как скажешь, — подозрительно быстро согласился пакостник. От этого Фёдору захотелось поскорее отойти и спрятать все инструменты в доме подальше. — Где этот гад?! — в комнату с криком ворвался Феликс. Увидев Вару, он сразу пошёл на него с кулаками, — Раньше ты был просто противным, но теперь ты настоящий мерзавец! Подвергать опасности чужое здоровье совсем не по-доброму! — Феликс, — строго позвал его Пик, положив руку на плечо. Блондин обернулся, — Тебе нужно просто его удерживать, пока мы не закончим. Не бить. Ясно? — Ладно, — разочарованно прошипел Феликс. Подойдя к Вару, он крепко сжал его руки и потащил за собой в коридор. Кудрявый отчаянно сопротивлялся, но решимость блондина была сильнее, — Сейчас тебе повезло, но поверь, в следующий раз ты получишь по заслугам! — Теперь мы можем продолжить, — Пик подошёл к Фёдору и снова оттянул боковину. — Спасибо, — с восхищением пробормотал Нечитайло, — Ты так хорошо всех организовал… — Давай быстрее, мы хотим спать. — Ну, насчёт Вару я сильно сомневаюсь, — хмыкнул художник, приступая к работе. Спустя пять минут злосчастная железка была выпрямлена. Как только это случилось, диван решил сложиться, чуть не убив Фёдора, который, к счастью, успел увернуться. Однако на это он потратил последние запасы энергии. Виновато глядя на Пика, он попросил: — Слушай, у меня уже голова раскалывается от всего, что произошло… Я могу тебе доверить уложить всех спать? — Да, — кивнул желтоглазый. Нечитайло попытался понять, что он в этот момент испытывал, но ни в голосе, ни на лице нельзя было уловить ни одну эмоцию. «Надеюсь, он не обиделся и не стал меня презирать», — подумал художник, а вслух сказал: — Спасибо большое. Ты очень меня выручил. — Лучшей благодарностью будет, если ты наконец сделаешь мне символ власти, — фыркнул мальчик. — Хорошо, постараюсь разобраться с этим завтра. А пока что спокойной ночи, — облегчённо вздохнув, художник отправился в свою комнату. А Пик тяжело вздохнул, предвкушая увлекательное приключение, и пошёл в кухню, где временно собрались остальные. Открыв дверь, он увидел такую картину: Зонтик и Куромаку склонились над чертежом, при этом второй что-то увлечённо объяснял, а собеседник внимательно слушал. Феликс добросовестно держал Вару, прижав его лицом к стене. Габриэль положил голову на стол и, по-видимому, уже спал. Данте сидел на полу по-турецки и медитировал. А Ромео стоя на стуле пытался разделать огурец на столешнице, разумеется, забыв подложить под него доску для резки. — Эй, ты чего творишь? — грозно вопросил Пик, подходя к нему. — Хочу сделать своё лицо ещё красивее, — вдохновенно отозвался мальчик, — Спать с огурцами на нём полезно. — Ты идиот? — Это ещё почему?! — Во-первых, ты порежешься. А во-вторых, сейчас нужно спать. — О, вы уже починили диван? — обрадовался Феликс. — Да. Фёдор сказал нам ложиться. — А где он сам? — уточнил Зонтик. — Пошёл спать. Сказал мне уложить всех. — Значит я не сомкну глаз всю ночь, чтобы тебе влетело! — зловредно заявил Вару, делая рывок и наконец высвобождаясь из хватки временно ослабившего бдительность Феликса. — Данте, ты сможешь обездвижить его? — уточнил Пик. — Боюсь, пока я не овладел этой техникой, — с сожалением ответил философ. — Можно его связать, — оторвавшись от чертежа, предложил Куромаку, — Если не найдём верёвку, то скотч тоже сгодится. — А мы все поместимся на диване? — тихо спросил Зонтик. — Сегодня и выясним. Если что, Вару поспит на полу, — решил Пик. — Эй, так не пойдёт! — возмутился кудрявый. — Ты ведь не собирался спать, — напомнил Ромео, с сожалением откладывая нож под строгим взглядом желтоглазого. — Я передумал, — фыркнул тот, — Теперь я буду оборонять диван от непрошеных гостей. То есть вас! — хихикнув, он убежал в гостиную. — Кажется, я видел скотч в ящике с инструменатми, — вспомнил Феликс. — Отлично. Принеси его, — распорядился Пик, — Надо разбудить Габриэля. — Нет, — возразил Данте, — Пусть отдыхает. Я донесу его до дивана. — Хорошо. Но сначала помоги мне и Феликсу замотать Вару. — Не терпится на это посмотреть, — мечтательно проговорил Ромео, — Кстати, мы ведь будем спать все вместе почти раздетыми в одной кровати. — А что в этом такого?.. — задумчиво уточнил Зонтик. — Ничего. Не думай об этом, — отрывисто попросил Куромаку. Голубоволосый только удивлённо кивнул. — Нашёл, — в кухне появился блондин, победно держа перед собой скотч. — Отлчино. Все оставайтесь здесь, а я с Данте и Феликсом пойду связывать Вару, — решил Пик. — Хорошо, — кивнули все, а Габриэль продолжил мирно посапывать, слегка улыбаясь во сне. Уверенно шагая по коридору, храбрая троица морально готовилась ко встрече с монстром, охранявшим желанный замок. Немного постояв перед прикрытой дверью в гостиную, Пик пихнул её ногой и ворвался в комнату. Вслед за ним проникли и остальные. — Надо же, вы всё-таки осмелились бросить мне вызов, — хмыкнул Вару, — Ну что ж, готовьтесь с позором умереть! — Ты уже забыл, как Данте уложил тебя, а Феликс сдерживал несколько минут? — поинтересовался Пик. — Это были только маленькие битвы. Но сейчас идёт настоящая война, и её я проигрывать не собираюсь! — заявил кудрявый. — Чрезмерная уверенность в себе становится причиной больших бед, — изрёк Данте. — В атаку! — провозгласил Феликс, уставший ждать, и кинулся на Вару. Остальные последовали за ним. И тут на диване развязалась настоящая бойня: казалось, что кудрявый действительно сражается за свою жизнь. Он отчаянно махал кулаками, пихался локтями и дрыгал ногами. Однако как только один противник временно выходил из строя, его место занимали остальные. Данте блокировал практически все атаки, несмотря на поразительную подвижность Вару. Феликс почти не обращал внимание на полученные синяки и ссадины, превратившись в машину для убийств. Пик же не выделялся особыми боевыми навыками, но как будто старался бить слабее, чем мог на самом деле. Неизвестно, сколько бы продлилась битва, если бы не случайность: Вару, слегка запнувшись, поскользнулся на прогибающейся поверхности дивана и полетел вниз. — Ау! — не успев подставить руки, кудрявый упал хоть и на матрас, зато ничком, неслабо стукнувшись затылком. Не теряя времени, Пик схватил скотч, отброшенный Феликсом в начале сражения на подлокотник, и троица принялась заматывать поверженного. Трудились они самоотверженно, с явным наслаждением. — Морды хоть попроще сделайте, — пробурчал Вару. — Я, конечно, тебя осуждаю, но… Ты сильно ударился? - спросил Феликс. — Нет. Я вскрикнул от неожиданности. — Хорошо, что в итоге никто не пострадал, — примирительно подытожил Данте. — Да. И теперь мы наконец можем лечь спать, — закончив заматывать кудрявого, Пик огляделся, — Кто-нибудь знает, где лежат ножницы? — Кажется, в комнате Фёдора, — сообщил Данте, — Я могу попробовать тихо пробраться туда. — Ладно, не нужно, — передумал Пик, — мы просто положим катушку на подлокотник, и она не помешает. — Отлично, — улыбнулся Феликс, — наконец-то все проблемы решены! — Нужно ещё сообщить об этом остальным. И придумать, как нам всем поместиться здесь, — напомнил Пик. — Я пойду скажу всем, а вы пока измерьте диван, — предложил Данте. Остальные кивнули. Добравшись до кухни, философ с порога объявил: — Вару связан. Можно идти спать. — Наконец-то, — немного капризно пробубнил Ромео, — Недостаток сна плохо влияет на организм. — А вы уже решили, кто где ляжет? — уточнил Зонтик. — Пик и Феликс как раз этим занимаются, — сообщил Данте, подходя к Габриэлю и поднимая его на руки. — Почему тебя это так волнует? — поинтересовался Куро. — Ну… Я не хочу оказаться рядом с Вару. Он хоть и связан, но всё равно страшно. — Эй, Зонтик, — мелодично протянул Ромео, — А с кем ты хочешь спать? — С Феликсом или Куромаку, если они не против, — не заметив подвоха, наивно ответил голубоволосый. — Давайте закроем эту тему и разберёмся на месте, — строго отрезал Куромаку, осуждающе зыркнув на Ромео. Данте уже вышел из кухни, и остальные последовали за ним. Когда они оказались в гостиной, Пик сразу ввёл их в курс дела: — Мы поместимся, если шестеро лягут вдоль, а двое — поперёк. Предлагаю этих двоих положить возле спинки, иначе они могут свалиться с края. А остальные будут спать головами к ним. — Чур я лягу поперёк! — заявил Ромео, — Феликс, хочешь лечь со мной? — Давай, — улыбнулся блондин. Данте тем временем пристроил Габриэля с краю, противоположному тому, где лежал Вару. Взглянув на остальных, он объяснился: — Я не мог его больше держать. А если сейчас перекладывать его ещё, он может проснуться. Давайте он будет здесь? — Хорошо. Ты можешь лечь с ним, если хочешь, — предложил Пик. Философ благодарно кивнул и пристроился возле остроухого. — В данном случае, самый рациональный вариант для тебя — лечь возле Данте, — обратился Куро к Зонтику. — Хорошо, спасибо, — кивнул он и занял своё место. — Я, если что, смогу присмотреть за Вару. Так что буду рядом с ним, — решил Пик. Кудрявый с удовольствием возразил бы, что за ним не нужно присматривать, и вообще они все дураки, но он уже крепко спал, вымотавшись в битве. — Тогда я лягу на оставшееся место, — согласился Куромаку. На диване было четыре подушки, больше в доме не было. Однако они оказались достаточно великими для того, чтобы все могли уместиться на них по двое. Ромео и Феликсу досталось одно одеяло на пару, а другие делили остальные два на шестерых. Но все покрывала были масштабными, так что никто не остался обделённым. Прохладная весенняя ночь окончательно окутала мир. Дети спали, прижавшись друг к другу, от чего дополнительное тепло разливалось по их телам. Чувствуя, что клоны не одиноки, кошмары не трогали их. А в соседней комнате посапывал Фёдор, радуясь возможности немного передохнуть. В эту ночь его сны впервые за долгое время стали по-настоящему красочными.