Не последняя игра

В такси было тихо. Музыка играла, но очень негромко и только на передних колонках, водитель был отчасти отделен перегородкой от пассажиров. Дайки смотрел в окно и лишь изредка поворачивался к Агнесс, кидал на нее взгляд и вновь прятал глаза. Её духи, нежные и сладкие, сильно будоражили его рецепторы, поднимали воспоминания, которые были не к месту, и потому он старался не смотреть на нее. Но почти не получалось. Шутка судьбы была в том, что Агнесс ещё и отражалась в стекле у Аомине, и он никак не мог избежать наблюдения за ней. Это его раздражало, он будто маленький мальчик, который сталкерил старшеклассницу просто потому что она однажды дала ему конфетку. Аомине наблюдал за тем, как Агнесс листала ленту, улыбалась шуткам в телефоне, кому-то что-то печатала, затем откладывала телефон, бросала на него взгляд (что на доли секунды пугало его, будто его спалили), затем улыбка исчезала с ее светлого лица, она отворачивалась к окну и смотрела на витрины магазинов, через пару минут опять открывала телефон, и так по кругу. И Дайки не мог не смотреть на это. Это одновременно доставляло ему и определенное наслаждение, и отчасти вводило в грусть. Он мог это прервать, но не знал, что сказать. Агнесс же пыталась себя занять чем-нибудь, пока они едут. Листала ленту, смотрела в окно, на Аомине, что все так же молча пялился в стекло, и вновь в телефон. В определенный момент ей это надоело и она начала осматривать такси. Глаз зацепился за руку Аомине, что лежала примерно между ними. Агнесс убрала телефон и осторожно положила руку рядом с его. После поворота на такси, она как бы невзначай коснулась мизинцем его ладони. Дайки ощутил как краснеет, и он осторожно сцепил свой мизинец с её. Так они поехали оставшуюся дорогу, держась мизинчиками и молча. Такси наконец завернуло в знакомый двор и остановилось у подъезда. Агнесс вышла и отряхнула пальто, Дайки расплатился, забрал зонт, сумку, и тоже вышел из такси. — Ну вот, почти дома. Агни промолчала и пошла за Дайки. Спрашивать, что было в такси, ни один из них не собирался. Дайки вызвал лифт и встал спиной к стене, тыкая что-то в телефоне и слушая как жужжит механизм подъёма железной коробки. Агнесс молча стояла и осматривалась. Подъезда изнутри она не помнила. — Ты какие роллы будешь? — прозвучал вопрос, разрезая звенящую тишину. — Что?.. — Агнесс перевела взгляд на Дайки, который терпеливо ждал ответа. — Роллы, суши? Какие любишь? — Не надо, ты чего. Давай просто мяса пожарим, не знаю… Они ж дорогущие… — Слушай, я вроде предложил, мне и платить. Просто скажи, какие. Агнесс сделала к нему пару шагов и заглянула в телефон. Там было открыто приложение доставки и был широкий выбор разного рода еды, в том числе и большие сеты. — Ты уверен?.. — Да, выбирай что хочешь. — Дайки отдал ей телефон. Агнесс посмотрела список и выбрала лучший сет, по ее мнению и на ее вкус. — Я верну… — Агнесс, перестань, моя инициатива, я и плачу́. — Дайки заглянул в открывшиеся двери лифта, они вместе зашли туда и он нажал нужный этаж. — Пить что будешь? — …Колу наверное… — Не надо мне тут, колу она будет. — Дайки хмыкнул. — Вино, шампанское, виски, пиво, ликёр, что будешь? — Мартини и спрайт. — Окей. Десерт? — Чизкейк клубничный. — Хорошо. Аомине оформил заказ как только вышел из лифта, затем убрал телефон и достал ключи. Агнесс молчала, не веря своему счастью. Последний раз она ела суши на свой день рождения, а это было больше восьми месяцев назад. Дайки открыл квартиру и включил свет. — Заходи, вроде не кусаюсь. Агнесс зашла, разделась и разулась, как и Дайки, и они зашли в основную, и единственную, комнату. Аомине начал делать чай, а Агнесс села на кровать, ещё недавно принадлежавшую Сацуки. — Аомине, я хотела спросить. — Весь внимание. Сахар? — Одну ложку. А Момои разве не вернётся? — С чего ты это взяла? — Ее вещей почти нет, а ты спишь на кровати, хотя это вроде как ее место было. — Сацуки теперь с Кагами встречается, так что, возможно, будет жить с ним. Мы это ещё не обсуждали, она пока что просто остаётся у него «на пару ночей». — Понятно… Я могу сходить в душ? — Конечно, что за вопрос. — Аомине спокойно посмотрел на Агнесс. — Иди, я пока чай сделаю. Агнесс улыбнулась и направилась в душ. — Блин, переодеться не во что… — с чуть наигранным сожалением сказала она из ещё не закрытой ванной. — Могу дать вещи Момои. — предложил Аомине, размешивая сахар в чае. Сдержаться, пока она в душе, будет непросто, но ему кажется, что он справится. — Дай хотя бы футболку просторную и полотенце, мне хватит. — Окей. — Аомине отошёл к шкафу, нашел там самую свободную и нормальную футболку Сацуки, откопал полотенце и зашёл в ванную, забыв, что это Агнесс, а не Сацуки, к которой он так привык за долгие годы вместе. Гнетущая тишина, затем Агнесс прижала к груди свою футболку, прикрываясь, и покраснела. Дайки, по инерции осмотревший её беглым взглядом, закрыл себе рукой глаза и вышел из ванной. — …П-прости… — тихо пробормотал он на выходе. Раньше он ни разу не смущался девушки в душе. Ни Сацуки, что кричала на него за такое, ни та не вызывали внутри него такой ураган эмоций. Агнесс хохотнула. — Все нормально… Это я не закрылась. Да и ты все уже видел, какая разница. — И всё же… — Дайки закрыл дверь ванной и пошел на кухню. Вот косяк, кошмар какой-то… Агнесс вышла в футболке, которую ей дал Аомине. Девушка была меньше в объемах, чем Сацуки, и потому футболка была будто оверсайз, скрывала почти все тело, но оголяла левое плечо. — Аомине, это ведь не футболка Сацуки.? — Эта? Была моя, но Сацуки очень быстро ее заграбастала себе. Так что фактически её. Ты извини что так вышло, Момои обычно запиралась… — Я понимаю все. Ничего страшного не случилось. — Курьер скоро приедет. — Хорошо… Ты хотел поговорить о чем-то. Агнесс села на стул у столика на кухне и взяла в руки чашку чая. — Да, я хотел… Поговорить с тобой о нас. Я просто чувствую, что не могу больше держать это в себе. — Дайки так же сел за стол и теребил этикетку от чая. — Я здесь и слушаю. — Я правда не знаю как сформулировать. — Начни с простого. — Ты мне очень нравишься. Если опускать все метафоры, смысл будет такой. — Тогда в метафорах не вижу смысла. Но, если хочешь, можешь описать подробнее. — Когда ты рядом, мне сложно думать не о тебе. Когда ты рядом, я схожу с ума от твоих духов. Когда ты рядом, мне хочется «выпендриваться», чтобы тебе понравилось. Когда ты рядом, я не ощущаю отчуждённости. Когда ты рядом, я не могу найти себе места. Я влюбился как мальчишка, и меня до одури бесит то, что ты не решаешь, можем мы быть вместе или нет. Хотя разумом я понимаю, что тебе надо дать время. Я хочу тебя присвоить себе, но это противоречит человеческому отношению к тебе. Я десятки раз видел сон-воспоминание, где мы с тобой здесь, и каждый сон сопровождался твоим запахом духов. Я не мог уснуть потому что думал, как адекватнее преподнести тебе эти мысли. И максимум, что я придумал, это пригласить тебя опять в бар, напиться вместе и опять привести тебя сюда, чтобы повторить ту незабываемую ночь. Я знаю, что я не идеален. Я знаю, что у меня много проблем которые надо решать. Ты знаешь, что я могу грубить близким, быть не в настроении, и все равно, я прошу у тебя одолжения. Дай мне шанс показать тебе другую сторону. Которую не знает даже Сацуки. — Дайки не отрываясь смотрел на Агнесс, пытаясь отгадать ее реакцию. Девушка спокойно слушала, глядя ему в глаза и изредка отпивая чай. Такое признание ему дорого стоило, хоть и придумывал он на ходу. — Дайки… Я не боюсь отношений. И не боюсь даже осуждения. Я боюсь, что это была просто ошибка. Исполнение желания на новый год для 16-летней меня. Я фанатела от твоих игр. Я смотрела все интервью, все постеры собирала и клеила на стену, пыталась накопить денег на поездку в Японию, чтобы увидеть тебя, хотя бы издалека. Несколько месяцев я упрашивала Кагами привезти мне твой автограф. Но сейчас, срывая все обложки, я вижу уставшего баскетболиста. Который не видит жизни без баскетбола, но живёт воспоминаниями и одним недобитым соперником. И ты не представляешь, как мне грустно это видеть, как бывшему фанату. У тебя раньше на каждой игре горели глаза. Ты распалял сердца, поднимая кулак после данка. Ты делал меня мокрой просто ухмыльнувшись в камеру. Но теперь камеры потухли и я слабо сопоставляю тебя нынешнего и тебя прошлого. Как с человеком, у нас может что-то получиться, но, как фанатка, я уже вряд ли буду ждать от тебя что либо. Я по уши втрескалась в обложку. А теперь, когда у меня есть шанс действительно начать это… Мне страшно. Страшно, что разочаруюсь… — Я бы сделал всё, чтобы этого не допустить. — вкрадчиво сказал Дайки. Он положил руку на ее ладонь. — Дай мне шанс доказать это… Агнесс опустила глаза на его руку. Большая, почти огромная по сравнению с ее ладошкой. Кожа темнее её, пальцы осторожно гладят ее запястье, вызывая мурашки от щекотки. Девушка улыбается и начинает щекотать в ответ. — Хорошо… Я дам тебе шанс. У всех ведь он должен быть, правда? Но я буду с тобой встречаться не как с бывшим идолом, а как с человеком, в которого влюбилась пару дней назад. — Меня это полностью устраивает. — Дайки встал, обошел стол, не отпуская ее руку, затем подошёл к Агнесс, сидящей на стуле и встал перед ней на одно колено. — Агнесс, ты меня любишь? — Люблю. — с теплом ответила она, и упала на него, обнимая за шею. Ее детская мечта сбывается с лихвой. То, что казалось 16-летней девочке недостижимым, сейчас происходит с ее взрослой версией. Она влюбила в себя своего же идола. Какая ещё девушка сможет такое провернуть, тем более случайно? Никакая. И Агнесс даже немного гордилась своей уникальной историей. Дайки осторожно взял ее за талию и отпустил из объятий. Они оказались на полу, на коленях, счастливые, с горящими глазами и милыми улыбками. Не сдержав порыва, Дайки подался вперёд, целуя девушку. Он гладил ее нежную кожу на шее, придерживал за талию, и даже немного прижимал к себе. Агнесс в свою очередь обхватила его шею и ерошила ему волосы, наслаждаясь поцелуем со вкусом сладкого фруктового чая и явно не собираясь отпускать возлюбленного. Аомине не был против, он активно поддавался на ее провокации, гладил ее по спине, по бёдрам, усадил к себе на согнутые колени и явно ни один из них не собирался останавливаться лишь на поцелуе. Но прерваться пришлось. Звонок от курьера вынудил новообразовавшуюся пару ненадолго отпустить друг друга. Аомине ответил на звонок, все ещё придерживая Агнесс за спинку. — Да?.. ага… 12 этаж. Поднимайтесь. Аомине повесил трубку и вновь поцеловал девушку. Очень уж ему хотелось, и давно, и теперь настало время, когда ему всегда будет ее мало. Агнесс и не была против. Ей нравилось такое активное внимание, и она надеялась, что Дайки говорил серьезно про шанс.