Копилка неудачников

Другие дни не отличались от предыдущего почти ничем: рабочие сутки длиной в двенадцать часов заканчивались пытками, хоть и не такими сильными. Так пролетела почти целая неделя, и наступили выходные, в которые Люси не ходила в кафе. В такие дни ей приходилось уходить из дома и гулять по улицам маленького городка до темноты. Но к счастью, в эти выходные ее мать вместе с отчимом и Джимми уезжали в другой город в гости к подруге их детства, а это значило, что Люси остается одна на целых два дня. Ее радости не было придела. Дождавшись, когда все покинут дом, она позвонила своей подруге, с которой была знакома, кажется, всю свою жизнь; та с радостью поддержала идею с ночевкой и почти сразу же пришла к ней. Накупив уйму еды, они принялись выбирать фильм, которым хотели занять свой вечер. Выбор остановился на ужастике автора, который все больше набирал популярность. Подруга Люси, Кэролин, была ярой фанаткой этого режиссера, поэтому, недолго думая, они выбрали его самую известную работу, просмотренную ими тысячу раз, не меньше. Вечер проходил на «отлично»: пицца, теплое одеяло, подушки, фильм и газировка, но вскоре девушкам наскучила данная идиллия. Подруга детства Люси всегда была сильной духом девушкой, которая любила зависать в клубах и на всяких вписках ее знакомых и не только. Взглянув на нее, все это можно было понять без особого затруднения: сильный макияж, выделявший ее из толпы, всегда привлекал противоположный пол, что безусловно ей нравилось, а также, слегка отросшие от недавнего бритья, волосы были окрашены в темно-зеленый цвет и многие другие тонкости, восхищавшие Люси. - Солнце, ты даже не представляешь себе, как сладок запретный плод. – Начала Кэролин Романс. – Твоих предков нет дома, а это значит надо зависать, детка! Не тупи, лучше вали собираться, только возьми шмотки по прикольнее. - Договорив своим прокуренным голосом, она начала толкать свою подругу по лестнице вверх. - Кэр... - было начала Люси, но тут же умолкла. Она давно думала, что та жизнь, которая у нее сейчас, скоро закончится, но возможность, ускорить это, пронеслась теплом по всему телу с такой силой и скоростью, что у нее закружилась голова. Ей хотелось попробовать что-то новое, что-то необычное и увлекательное. Немного помолчав, ожидая скорого прекращения головокружения, она выдохнула и произнесла: - Ладно, жди. Я сейчас спущусь. После того, как Люси скрылась в комнате, Кэр, прибывая в неописуемой радости, сразу же начала прибирать мусор с журнального столика, на котором также находились остатки их ужина, а после осталась дожидаться ее на диване в гостиной. Через пару минут Люси, готовая к выходу, перепроверила дом на наличие открытых окон и включенного света, а позже, взяв свой телефон и ключи от входной двери, вышла на улицу вместе со своей подругой. Через мгновение к калитке подъехала машина, и хоть Люси не разбиралась в них, она сразу же заприметила ее дорогостоимость. Ошарашенная тем, что у ее подруги есть такие знакомые, она кое-как заставила себя сдвинуться с места и сесть на заднее сиденье семиместного авто. - Малышка, это будет лучшая ночь в твоей жизни! – Проговорила Кэролин с энтузиазмом, а позже прокричала какие-то непонятные звуки, которые сразу же подхватили все пассажиры. - Эй, тебя зовут Люси? – спросила девушка и, дождавшись кивка, подтверждающего это, продолжила: - Приятно познакомиться, я – Натали, а там – новая знакомая показала на водительское и пассажирское рядом с ним сиденья, - мой брат – Натаниэль, а это его лучший друг - Томас. Да, наш отец еще то уебан, который не придумал ничего больше, как назвать нас схожими именами. Ладно, не будем о плохом. Смотри, позади них сидит Кэролин, ее ты знаешь, а вот справа от нее Дэвид и Макс. Они, кстати, спят друг с другом, – расхохоталась она и произнесла последующую фразу, показывая пальцами подобие скобочек: - но если что, «мы этого не знаем». - Очень приятно. – Улыбнулась Люси в знак приличия. На деле, ей показалось, что знакомство как-то не задалось, ведь остальные друзья Кэролин не удосужились даже с ней поздороваться, но на деле, ее это даже не волновало. Подъехав к клубу, в котором днем работала Люси, Натаниэль притормозил у входа и, дождавшись пока все выйдут, отъехал подальше, чтобы припарковаться. Никто не стал его дожидаться, поэтому Люси покорно двинулась за толпой ее новоиспеченных знакомых. Кафе ночью казалось совсем другим: людей было настолько много, что они еле нашли свободный столик, учитывая, что Люси знала каждый уголок этого зала. Стульев было значительно меньше, чем им было нужно, поэтому долго не колебавшись Томас принес еще два, позабыв о том, что с ними приехала Люси. Натали предложила ей сесть, и все вместе стали дожидаться Натаниэля, который уже подошел и, кажись, был зол. Люси сразу поняла, что это из-за нее, поэтому она было хотела уступить ему свой стул, ведь как-никак именно она вторглась в их компанию и, фактически, заняла его место. Но, как не странно, никто этого даже не заметил, а через пару минут все разбрелись, оставив Люси одну. Стоя, в полном одиночестве в огромной толпе, она вспомнила, как точно также стояла на похоронах отца; как люди, словно не замечали ее, а если все же и уделяли ей свое внимание, то только произносили слова соболезнований с некой опаской и отторжение. Все свое детство, начиная с пяти лет, она жила с отцом в старой, двухкомнатной квартирке на окраине городка, в самом бедном районе. Ее отец любил выпить, поэтому она часто слышала его гулянки, которые, естественно, ей не нравилась. «Если бы не эта сука, Карен, то все было бы хорошо. У вас была бы семья, а не это подобие. Ебанная шлюха, научилась только раздвигать ноги, а ведь твой отец ее любил» - как-то произнес один из друзей ее отца. Она любила свою мать не меньше отца, поэтому эти слова тогда вывели ее из себя, и она выгнала этого дружка из дома. Тогда эта фраза ранила ее не только потому, что это было сказано в сторону ее биологической матери, а просто потому, что это было сказано в сторону женщины. Отец никогда не говорил плохо о ней, даже после того, как на один из его дней рождений, она прислала ему похоронный венок. (Он только улыбнулся со словами: «Ничего себе, а помнит, когда же я родился. Ну, надо тогда выпить за это, да, Люси, солнышко мое?»); и даже после того, как она ни раз забывала о существовании дочери. Отец Люси, хоть и был заядлым алкоголиком, но всегда помнил о своей дочери; в их доме было чисто, и был готов обед. Но после его смерти мать все же удосужилась забрать ребенка к себе. Тринадцатилетняя девочка не с охоткой вернулась в дом, в котором жила еще до развода родителей. Скучая по той жизни, которая была у нее на протяжение восьми лет, она понимала, что лишняя в новой семье... Люси не заметила, как подошла к барной стойке и выпила первый попавшийся коктейль. Не ища своих товарищей, она вышла на улицу. Время перевалило за полночь уже как час назад, но вокруг все также было много машин и людей, гулявших по дорожкам парков и набережной. Сев на ближайшую к ней лавочку, она подтянула ноги к груди и подняла глаза в темно-синее, звездное небо. Июльские теплые ночи казались ей холодными, поэтому она непроизвольно передернулась. Здесь в уединении ей было гораздо легче и спокойнее, нежели там, внутри. Думая обо всем, что придет в голову, она вспомнила о своей гитаре, которую уже дня три назад вывезли коммунальные работники и, наверняка, сожгли вместе с другим мусором. Она покосилась на свои шершавые подушечки пальцев, которыми еще недавно зажимала аккорды. В это время ее мысли были заняты отбиванием боя и представлением себя на сцене, играющей какую-то незаурядную песню, наблюдая за первым рядом зрителей, в котором сидела ее мать и, возможно, даже гордилась ею и стыдила себя за то, что так долго запрещала ей покорить свою мечту. Вероятнее всего, это происходило из-за того, что когда-то давно ее отец тоже играл на гитаре, у него даже была своя маленькая группа, покорившая сердца многих девчонок его школы, в том числе и сердце ее матери. Люси хотела бы также, она хотела играть в группе вместе с крутыми ребятами. Но не могла этого сделать. Ее размышления были прерваны. - Свободно? – Монотонно поинтересовалась девушка и, дождавшись кивка, присела рядом. Покосившись на Люси, она оценила ее вид и слегка прищурилась, присматриваясь к кулону на ее шеи. Отвернувшись от нее, она больше не произнесла ни слова, а только пила свой ликер прямо из бутылки, моментами посматривая на Люси, а моментами вдаль. По ее лицу нельзя было понять, от чего она пьет: от горя, от радости или может от боли, поэтому Люси решила просто не обращать на нее внимание. Но совсем скоро она все-таки промолвила коротенькую фразочку: - Прикурить не найдется? – И получив то, что нужно, вновь оценила свою «собеседницу», но на этот раз доскональнее. - Могу чем-то помочь еще? – Вырвалось у Люси. Перед этой девушкой ей не хотелось улыбаться и, в целом, врать, ведь они больше никогда не встретятся. Ее глаза сверкнули только от того, что у неизвестной ей девушки от такой наглости и дерзости мелькнула ухмылка. Люси, разозлившаяся не на шутку, хотела уже встать со скамейки, чтобы отправиться на поиски Кэролин, но незнакомка взяла ее за рукав и повернула к себе. – Что ты делаешь? Не трогай меня. – Злость на ее лице переменилась на негодование. - У тебя голубые глаза – не то с вопросом, не то с утверждением произнесла она. – Они такие холодные и ничего не выражают. Мерзость. – Оторвав руку от подбородка, за который схватила ее, чтобы разглядеть цвет глаз, она обтерла ее о свой красный свитер, словно дотронулась до чего-то и впрямь отвратительного. На лице Люси она прочитала непонимание с нотками ярости, и это ее значительно развеселило. – Мерзость, - повторила она – это такая мерзость. Почему ты тоже так выглядишь? – осознав, что Люси ничего не понимает, она попыталась себя успокоить. - Кто ты, блять, такая? – Гневу Люси не было предела, она готова была ударить девушку о скамейку или просто начать бить ее бутылкой, которая валялась неподалеку. Не дождавшись ответа, она было хотела послать ее и уйти домой, но воздержалась. Люси не понимала, как совершенно незнакомому человеку можно говорить такое прямо в лицо? А главное – для чего? Чтобы позлить или, может, самоутвердиться? Люси взглянула ей в глаза и еще больше запуталась. Цвета их глаз были почти идентичны. Испугавшись, она вскочила с лавочки и, резко развернувшись, побежала обратно в клуб. Не оглянувшись ни разу, она подошла к двери кафе-бара и заметила, как оттуда выходит целая компания, с которой она и прибыла сюда. Кэролин судорожно звонила кому-то по телефону, а Натали пыталась ее успокоить, но завидев Люси, сразу же побежала к ней. - Мать твою, где ты была? Ты знаешь сколько времени? Третий час ночи! Знаешь, как долго мы тебя искали? – Затараторила она с такой скорость, что Люси еле успевала улавливать вообще смысл фраз. – Что ты смотришь на меня? Иди быстрее в машину. Люси кивнула и подошла к Кэролин, которая не произнесла ни слова, а только дала ей подзатыльник. Залезая в машину, она извинилась перед всеми. Подъезжая к дому, Лючия попросила Кэролин остаться с ней на ночь, ведь ей хотелось рассказать про ту странную ситуацию на скамейке, но та отказалась, ссылаясь на то, что ее мать уже звонила и просила вернуться. Когда Люси зашла в дом, то сразу же бросила всю одежду в стирку и повалилась спать, не обдумывая ничего. Не успела она полностью укрыться одеялом, как тут же заснула, и проспала так до обеда следующего дня.