Взгляд
7 октября 2021 г., 11:56
Ланн впервые пересекается с ней взглядом и ощутимо вздрагивает. С прекрасного светлого лица на него смотрят глаза слепой рыбы из тех, что в изобилии водятся в подземных озерах. Словно какой-то безумный вивисектор в порыве вдохновения пересадил их на лицо аасимарки. Она, видимо, замечает его испуг, между изящными бровями на мгновение появляется морщинка, но тут же разглаживается: по всей видимости, Хель привыкла к таким реакциям на свою внешность.
И тут Ланну становится стыдно: и сам не красавец, да еще и незнакомку, милосердно согласившуюся помочь с поисками ангельского меча, встречает так, словно она принесла не вести с поверхности (и меч помогла найти, кстати!), а какую-то особо вонючую и категорически несъедобную плесень. Незнакомку, которая в это непростое время выбрала довериться ему… Ему, идиоту, который пялится на нее вот уже который час, и при этом ведет себя как последний болван.
Ланн решает как-то развеять неловкость, поселившуюся между ними, но Хель и здесь успевает первой.
— Жаль, что так получилось с твоей подругой. Вендуаг, да?
— Ничего. Она часто вот так сбегает, когда расстраивается. Вот только к чему ей расстраиваться, я не пойму.
Хель сжимает губы, прежде чем начать говорить снова. Теперь ее голос звучит на полтона тише и неувереннее.
— Она… Попросила меня сделать одну вещь. Я сказала, что подумаю, но… Знаешь, как бывает — обещаешь подумать, когда в глубине души давно уже решил?
Ланн кивает. Слова здесь не нужны: он еще не знает, чем все кончится, но подозревает, что Венду опять задумала какую-то глупость.
— В общем, она просила меня утаить Свет. Идея звучала здраво, и я думала даже согласиться, а потом я почувствовала темноту. Тьму, даже. И поняла, что не могу ей верить — что-то нечисто в ее речах. Милостью Абадара я такую грязь распознаю быстро.
Ланн молчит, а потом быстро поворачивается к ней чешуйчатой стороной лица, чтобы скрыть досаду. Женщина по ту сторону костра смотрит своими пустыми глазами, и непонятно — то ли она сочувствует так, то ли ей просто все равно, и она разыгрывает какую-то только ей ведомую партию. Если она и беспокоится, то ни ее речи, ни жесты не выдают ее.
Неожиданно она снова начинает говорить. В тон голоса возвращается уверенность, но теперь она улыбается, будто пытаясь его подбодрить.
— Ничего не случится, так? Она возвращалась раньше, и вернется сейчас. Нам стоит подождать, а пока отдыхай.
***
Ланн с трудом открывает глаза и первое, что он видит — жемчужные глаза Хель. Она смотрит на него со смесью ужаса и нежности: удивительное выражение для той, кто большую часть времени непроницаем, как скала. Ланн пытается что-то сказать, тянет руку, чтобы ободряюще сжать ее ладонь и показать, что все хорошо и он жив, но рука почему-то не слушается. Поэтому он как всегда криво улыбается. Из жемчужных глаз срываются капли, падают куда-то ему на шею, он чувствует, как они скатываются дальше, и только потом с ужасом осознает, что она плачет. Хель, женщина, одним взглядом прибивавшая демонов к земле, ставившая на место королей и даже богов, плачет над телом какого-то подземного дурака. Подземный дурак все-таки собирается с силами и дотягивается до ее руки. Она шумно втягивает носом воздух, злясь на свою минутную слабость, и сжимает его пальцы, аккуратно, боясь сделать больно: он много раз видел, как она исцеляет раны, и всегда, кто бы под ее руками ни оказывался — злобная ли сука Камелия, язвительный ли Дейран или он сам, ее касания всегда были нежны, а движения осторожны. Через несколько секунд он чувствует свет и тепло — исцеление начало действие, оставалось только ждать, наслаждаясь победой и греясь в лучах ее взгляда.
Примечания:
ааааа.
