Вагнер: безмолвие

      Эль лежал на кровати, листая какую-то религиозную книгу, на диване около камина, где раньше проводил время он сам, теперь спиной к нему сидел д’Эсте и тоже что-то читал. В комнате была тишина, периодически нарушаемая лишь шелестом бумаги. Так продолжалось уже больше часа. Дворянин с момента как зашёл и увидел Моро с книгой не сделал ничего, кроме как взял себе такую же и уселся на диван. Эль ощущал это напряжение в комнате, хотелось вскочить и выпрыгнуть в окно, лишь бы это ужасная тишина развеялась. Парень, продолжая смотреть за книгу на затылок итальянца, выдохнул, чуть громче чем можно было и на несколько секунд отложил книгу себе на колени. Д’Эсте тут же повернулся через плечо, едва услышав шорох со стороны парня.       — Ты закончил? — спросил он, и Моро вздрогнул, мужчина продолжил, не дав парню ответить, — если закончил, то пойдём прогуляемся, — Элим опять не успел ответить, прежде чем дворянин продолжил утвердительно, — я велю, чтобы тебе принесли одежду, собирайся, — поставил он точку, откладывая книгу и вставая с дивана. Он вышел. Эль поймал себя на мысли, что ему видимо тоже не комфортно было в этой тишине, раз он сам пошёл за прислугой, а не позвал кого-нибудь. Через несколько минут малознакомая служанка принесла ему одежду и оставила на диване, где недавно сидел д’Эсте.       Эль неохотно, превозмогая боль, которая в целом почти стихла после мази доктора, оделся. Он отметил для себя, что с каждым новым комплектом, который ему приносили по приказу хозяина дома, одежда становилась все теплее и теплее. Зима вступала в свои права. Эль оделся и присел на край кровати, ожидая, когда за ним придёт д’Эсте. Он просидел так не менее двадцати минут, хотя может и больше, время стало идти совсем по-другому с тех пор как он оказался заперт в четырех стенах. В голове парня мелькнула мысль о побеге. Вот он, сидит в пустой комнате, тепло одетый, цепь, которая сковывала его все эти месяцы лежит в нескольких метрах у камина. Что мешает ему сейчас встать и покинуть этот дом. Вряд ли кто-то из слуг, даже его заметит, осмелится остановить. Никто не знает наверняка, что велел ему дворянин, может он сказал спуститься и ждать внизу, кто осмелится проверить и спросить? Да никто. Если повезёт, то д’Эсте сейчас где-нибудь в своем кабинете или гардеробной, собирается, а может он велит закрыть ворота. Точно! Ворота… как же через них перебраться? В таком состоянии Эль вряд ли сумеет перелезть, а подкоп он не сумеет сделать быстро, но если д’Эсте все же еще не велел закрыть ворота, а только одевается то есть шанс. А если дворянин поймает его, пока Моро будет идти к выходу? Тогда можно сказать, что он решил подождать мужчину у центрального входа, он ведь не сказал, что зайдёт за ним или где точно они встретятся, он сказал только собираться. Это звучит правдоподобно. Но если все же он не поверит?..Тогда конец. Он будет уверен, что Эль пытался сбежать, выйдет из себя и переломает к чертям собачьим руки-ноги парню. Да, точно, так он и сделает. И это еще минимум. Не известно, что будет у него в голове, когда он узнает, что Моро пытался сбежать. Вот она психология жертвы, даже видя перед собой незапертую дверь, Эль сидит на месте сотрясаясь сделать шаг в её сторону.       Неизвестно сколько он провёл времени в своих размышлениях, прежде чем дверь открылась и на пороге появился одетый д’Эсте.       — Пойдём, — кивнул он ему. И парень на слабых ногах поднялся и направился в сторону выхода. Они вместе покинули поместье, оказавшись на улице Эль первым делом глянул в сторону ворот, они были закрыты, ничего удивительного. На улице он почти сразу встретился взглядом с Одет, которая в своих трёх теплых кофтах была похожа на какого-нибудь пингвина, она явно была рада видеть парня, но заметив д’Эсте напряглась и поспешила уйти дальше по своим делам.       — На что ты смотришь? — заметил направленный взгляд Эль д’Эсте.       — Ни на что, — отвёл он глаза от спины удаляющейся Одет.       — Пойдём в сад, — утвердительно предложил мужчина и они направились по очищенной от снега дорожке в сторону сада за домом. Всё, усыпанное в серебряный иней, блистало на солнце, рядом не было не души. Эль шёл впереди, д’Эсте бесшумно крался следом. Моро, даже не слыша мужчину, знал, что он идет следом, и от этого сильнее напрягался, — красиво? — впервые за день поинтересовался он мнением Элима.       — Да, — еле слышно сказал и кивнул Эль.       Повисла пауза, но она быстро была нарушена вторым за день вопросом от д’Эсте.       — Что ты хочешь на ужин? Скажи, я передам повару.       — Мне без разницы, — продолжал говорить тихо парень, сейчас он впервые за все время в поместье действительно стал бояться громко говорить или это все же было от тяжелого уставшего тела — Эль точно не знал.       — Ты хочешь чем-то ещё заняться сегодня? — д’Эсте продолжал быть инициатором диалога.       — Нет.       — Может тебе нужны новые книги?       — Не нужны.       — Я решил больше не садить тебя на цепь. Ты рад?       — Да, — кивнул Эль, боясь показать больше эмоций чем нужно.       — Можешь ходить по дому, если хочешь, только не выходи на улицу без меня.       — Угу, — Эль так и не повернулся, чтобы посмотреть в лицо мужчине, ему показалось, что последнее правило д’Эсте выдумал только что, так оно и было. Парень не успел сделать еще один небольшой шаг вперед, как его плечо стиснула широкая ладонь и оттянула назад, разворачивая на сто восемьдесят градусов, д’Эсте вцепился в плечи Эль и внимательно посмотрел своими темно-серыми глазами на парня пару секунд.       — Опять этот взгляд? — с явным раздражением спросил он, Моро сжался, — что опять тебе не нравится? Что не так? Я же мил с тобой, так почему ты так себя ведёшь? Отвечай, — сжал он его сильнее.       — Я… не знаю о чём ты.       — Нет, ты знаешь. Ты все прекрасно знаешь. Так отвечай, чего ты хочешь? Что тебе ещё нужно, чтобы ты не смотрел на меня так?! — злился д’Эсте и Эль начал одолевать животный страх, он в красках вспомнил вчерашнюю ночь, ноги ослабли, ему казалось, что он до сих пор не упал только из-за того что д’Эсте крепко держит его. Страх застилал все, Эль чувствовал, как начинает трястись всем телом, а глаза застилает пелена, — говори! — встряхнул его дворянин, желая прогнать приступ дрожи, но он никуда не делся.       — Да как «так»?! — не выдержав, воскликнул Эль, — как «так»? — повторил он, из глаза потекли слезы, — со страхом? А как ещё на тебя можно смотреть?! Ты серьёзно не видишь проблемы? Меня от одного твоего вида в дрожь бросает, как я могу быть спокойным, когда ты рядом?!       — Ты меня боишься? — абсолютно серьезно спросил дворянин, продолжая держать рыдающего парня в цепкой хватке.       — Да! Боже, ты действительно этого не понимаешь? Ты всерьёз думал, что я нормально к тебе отношусь? Как можно спокойно находится с человеком, который в любой момент может захотеть избить тебя? Ты же чёртов садист, да меня выворачивает, когда ты рядом, — уже не пытаясь сдерживать современный сленг, продолжал Эль, — я только и могу думать о том, как бы не попасться тебе на глаза, находясь в одной комнате, как посмотреть на тебя, чтобы ты не слетел с катушек…       Д’Эсте смотрел на это заплаканное лицо с выпученными стеклянными глазами, Эль закусывал пересохшие тонкие губы, стараясь сдержать запал, который из него сейчас вырвался. Он, пятнадцати летний ребёнок, дрожал всем телом смотря на дворянина, и не мог никуда деться от него. Д’Эсте напрягся, помолчал немного, прислушиваясь к тихим рыданиям загнанного человека, видимо что-то осмысляя, а после сказал немного неуверенно:       — …Извини, — он виновато улыбнулся, — я постараюсь больше не пугать тебя, — сказал он так, будто случайно наступил на ногу в лифте. Эль продолжал стоять в том же положении с тем же выражением, д’Эсте судорожно сглотнул, — скажи что-нибудь.       — Можно я пойду в дом? — без промедлений спросил парень.       — Иди, — убрал руки дворянин и Эль тут же поспешил в направлении поместья. Д’Эсте вздохнул, глядя ему вслед пока парень не скрылся за углом дома, после он продолжил прогулку по заснеженному саду в одиночестве, он присел на лавочку и поднял взгляд на второй этаж поместья, его спальня. Он дождался, когда очертания силуэта парня промелькнули в окне и только после этого продолжил прогулку.       ****       Д’Эсте вернулся в комнату ближе к двенадцати вечера. Все это время он слонялся по поместью и сидел в своем кабинете. Он не мог точно сказать, почему оттягивает момент встречи с Эль, но весь день он хотел поскорее вернуться в комнату, вопреки страху его реакции. В итоге он дождался полуночи, сидя один на кухне, с догорающими свечами, подперев подбородок рукой. Рядом стояла сонная служанка.       — Который час?       — Полночь, господин, — негромко отозвалась она.       — Туши свечи, — сказал он, встал и вышел из обеденного зала, направившись в свою комнату, он ненадолго остановился прямо около двери, словно перебарывая себя, затем вошёл. В комнате царила кромешная тьма, полоска света из открытой двери показала ему силуэт Элима на диване у остывающих углей камина. Парень тут же поднял голову, едва расширившаяся полоска света упала ему на глаза. Он встретился взглядами с д’Эсте и замер как зверёк перед змеем. Мужчина прошёл в комнату и подошёл к шкафу рядом с кроватью.       — Почему ты спишь на диване? — спросил он, развязывая шнуровку на манжетах дворянской робы, — я же снял с тебя цепь. Спи на кровати.       — Я…       — Просто ляг уже, — повысил голос д’Эсте, не поворачивая голову к парню. Моро спустил ноги на пол и без звука, медленно подошёл к кровати и лег на самый край поверх одеяла. Дворянин повернулся к нему, продолжая развязывать длинную шнуровку, — ляг нормально, — сказал он громче чем следовало. Элим вздрогнул, накрылся одеялом, под пристальным взглядом мужчины, не поворачиваясь к нему, лег обратно на край. Он прикрыл веки, но не до конца, он следил за размытым силуэтом комнаты через пушистые ресницы. Парень слышал, как переоделся в ночную рубашку дворянин, как лег рядом, повернулся лицом к затылку парня и через некоторое время засопел.       В ту ночь Эль не заснул ни на минуту. Он и сам не думал, что страх может перебороть физиологическую потребность, но даже с закрытыми глазами, бешено колотившееся сердце и трясущиеся конечности не дали парню возможности уснуть.       Что было дальше прежний Эль охарактеризовал как «цирк», а Эль нынешний просто не решился бы дать оценку текущей ситуации. На два дня между ним и д’Эсте появилась ощутимая стена, разграничивающая их. Странно, но Эль она пугала еще больше, чем их прежнее общение, потому что теперь, если д’Эсте сорвётся, парень окажется к этому не готов.       Весь последующий день дворянин вел себя неопределенно. Он проснулся, увидел не сдвинувшегося за всю ночь парня на краю кровати. Пролежал так некоторое время, встал, спустился на этаж ниже, велел подать завтрак на двоих. Вернулся к Эль, застукал парня, лежащего на спине с открытыми глазами, велел спустится вниз, они поели в гробовой тишине, за исключением момента в начале, когда, д’Эсте попытался начать разговор, но односторонние ответы Эль быстро привели его попытку в тупик. После мужчина предпринял попытку подкупить парня и спросил, чтобы ему хотелось, Моро как ни странно ответил, то что д’Эсте ожидал услышать — погулять. Он взял парня под руку и вывел на улицу, они прошлись по заснеженному поместью, после дворянин даже согласился вместе с охраной выйти с Эль в лес, за пределы имения и они около полу часа шли пешком по прямой дороге, после развернулись и направились обратно. Д’Эсте искренне удивился и не понял, в чем смысл такой ходьбы, а Элим пока шёл ударился в воспоминания, как он беззаботно гулял вот так по улочкам своего города в будущем, фонари, теплый ветер, музыка в наушниках и совершенная лёгкость на душе, сколько бы он отдал за одну такую прогулку.       Все время на улице парень молчал и старался держать дистанцию с дворянином. Д’Эсте это чувствовал, но не понимал, что именно он должен сделать, чтобы разрушить эту неловкость и не сделать еще хуже. После прогулки дворянин отвёл Эль в конюшню, где парень разумеется уже был и не раз, когда ещё не знал поместье изнутри. Д’Эсте пообещал, что в следующую прогулку они возьмут лошадей. Эль на секунду представил себе картину, как они неспешно едут на лошадях по лесу, потом парень резко бьёт своего коня пятками в бока и тот, резво подскочив, уносит его вдаль, д’Эсте пытается их догнать, но у него не выходит, и он видит спину удаляющегося парня последний раз в жизни. Было бы неплохо, но так не произойдет, дворянин, наверняка, подумает о чем-то подобном и перестрахуется.       После был обед, затем д’Эсте отправился в свой кабинет, вынудив Эль пойти с ним, где парень просидел несколько часов с одной книгой, водя глазами по едва разборчивому почерку. Элим знал, что до внедрения массовой печати книги писали исключительно вручную и стоил один такой экземпляр целое состояние. Исходя по количеству книг в домашней библиотеке д’Эсте парень мог сделать вывод, что он был действительно богат. Но на удивление Моро, большинство книг лежало без дела, дворянин в основном часами рассматривал карты, отмечал на них что-то, записывал, перечерчивал, а читал только одни и те же три-четыре книги по геодезии и географии и больше ничего.       После был ужин. И ещё одна попытка Эль спать на диване, которая тут же была пресечена. Парень опять лег спиной к нему на самый край, накрывшись краем одеяла, в этот раз д’Эсте заострил на этом внимание и приказал Эль лечь на свою половину нормально, но в итоге после нескольких едва заметных сподвижек тела парня сам протянул к нему руку и придвинул к центру кровати. Д’Эсте заметил и то, как вздрогнул и сжался парень, когда к нему прикоснулись.       — Что опять не так?       — Что? — тихо переспросил парень.       — Что опять я делаю не так? Я же извинился, разве тебе не пора прекратить уже трястись?       — Всё хорошо, — постарался заверить его парень и даже предпринял попытку улыбнуться в подтверждение своих слов, но вышло не очень.       — Если все хорошо, то почему ты так себя ведёшь? Молчишь, вздрагиваешь. Что тебя вечно не устраивает?       — Нет… все правда хорошо. Меня все устраивает, — ещё сильнее начал волноваться Эль, видя, как заводится мужчина.       — Не надо, я знаю, как ты себя ведёшь, когда тебя все устраивает, — «да ни черта ты не знаешь» — успел подумать парень, — ты что теперь всю жизнь будешь на меня обижаться?       — А ты будешь держать меня здесь всю жизнь? — ляпнул Эль и в ту же секунду пожалел о своих словах. Он увидел этот удивленно-обиженный взгляд мужчины, парень и сам не понимал, как у него могли вырваться такие слова, в прошлом, когда он ещё не был знаком с этим человеком он бы и осмелился сказать что-то подобное, но сейчас это было действительно неосмотрительно для него.       — А ты против значит? — процедил мужчина, — я кормлю тебя, одеваю, даю крышу над головой, и ты ещё смеешь мне это говорить? Тебе не кажется, что стоит быть хотя бы малость благодарным?       — Я… я не это имел ввиду.       — Замолкни. Да. Я буду держать тебе здесь всю жизнь, — остервенело бросил мужчина, встал с кровати и вышел. Он не думал так всерьёз. Он был не из тех кто загадывает на такой длительный срок. Но ему хотелось увидеть хотя бы на секунду то отчаяние в глазах парня, что было тогда, когда он осознал, что связан с д’Эсте как минимум надолго. Но отчего это отчаяние Моро дворянину не дало ожидаемого удовольствия. Он вышел из комнаты, крикнул ближайшей горничной, чтобы следила за дверью, а сам пошёл вниз, на первый этаж. Он вышел на улицу и прошёлся по двору, выискивая глазами Ральфа. Мужчина, уже закончивший свою работу, убирал инструменты в ящик, сумерки уже давно наступили и на улице оставался лишь Ральф, д’Эсте и еще пара рабочих за домом.       — Вот ты где, — подходя к мужчине, сказал дворянин.       — Здравствуйте, господин, вы что-то хотели? — не отвлекаясь от своей работы, спросил слуга.       — Я не знаю. Ты говорил, что я должен лучше к нему относится, я сделал это, но он опять не доволен, — начал д’Эсте.       — Вы про Эль? — проявил интерес к разговору мужчина.       — А про кого еще? Я уже второй день перед ним на цыпочках прыгаю, цепь снял, обедать вместе стали. А он только сильнее трясётся, не работают твои советы.       — Я слышал, вы прошлым утром звали доктора?       — Берни? Ну да, было дело, — отвёл взгляд д’Эсте.       — То есть, я вам посоветовал, больше заботиться об этом парне, чтобы он прекратил вас бояться, а в итоге вы опять вызывали к нему врача?       — Это была случайность. И я за неё извинился. А он продолжает…!       — Вы извинились? — повернулся к нему Ральф и выпрямился. Брови его немного приподнялись вверх от удивления, но ровно настолько насколько им можно было подняться, чтобы мужчина не потерял самообладание, — господин сколько вам лет?       — Что за вопрос, ты сам знаешь. — Вам двадцать шесть. Вы уже не ребёнок, чтобы думать, что извинениями можно решить любую проблему.       — Но я же искренне…       — Хоть искренне, хоть с фальшью — это не имеет значение, пока ваши слова и действия не начнут совпадать. Хватит уже так себя вести, вам пора наконец повзрослеть и понять, что все вокруг вас тоже имеют чувства.       — Но что мне теперь сделать-то?       — Что делать? Вы опять пришли за советом, после того как проигнорировали первый? Я скажу, что делать: прекратите думать, что вы единственный, кто может страдать и начните наконец хоть немного заботиться о тех, чьи страдания заставляют вас переживать.       — Но он же кри…       — Вам пора делать выбор. Что вам больше дорого, его голос или он целиком. Вы не сможете сохранить с ним хорошие отношения, продолжая терзать его. Как бы сильно вам этого не хотелось, но сейчас вы впервые в такой ситуации, когда не получите всё что хотите одновременно. Нужно решать, что для вас ценнее.       — Но что выбрать…       — Я не знаю. И Эль не знает. Делайте выбор сами. Никто не будет принимать решение за вас.       — Серьезно?! — вспыхнул Д’Эсте, — это всё что ты можешь мне сказать? Я пришёл за советом, а ты говоришь мне принимать решение самому? В чём тогда был смысл был давать мне первый совет, если не собираешься мне помогать?       — Спасение утопающих дело рук самих утопающих…       — Спасение утопающих дело рук того, кто бросил его в воду.       — Вы сами себя топите. У вас был выбор пойти на берег или глубже в воду и вы уже пятнадцать лет упорно плывёте к самому дну, мне уже даже интересно, где оно, это дно? Я всё время думаю, что ниже уже некуда, но вы раз за разом доказываете мне обратное. Вы привыкли плыть на дно, вам это уже даже не в тягость, это ваш стиль жизни, но если вы продолжите, то этот парень никогда не захочет быть рядом. Он продолжит бояться, и его страх с каждым днем будет только сильнее. И однажды он покинет вас. Страх никогда не удержит человека рядом.       — Только страх может давать хоть какие-то гарантии!..       — Нет. Не может. Он уже пытался сбежать от вас один раз, почему вы думаете, что не сбежит второй? Никто не может жить в вечном страхе. Вы потеряете его, если ничего не измените.