Монахопсис

      Вэй Усянь в предвкушении совместного ужина, хотя одновременно с этим он опасается его.       Вэнь Сюй пока находится под опекой главного целителя- Вэнь Шуанци. Сам Вэй Усянь никогда не видел этого человека и даже имени его не знает, но в этом новом мире оказалось, что знал. Оказалось, что Вэнь Чжулю и остальные заклинатели под его началом,что устраняли последствия взрыва того самого амулета, наткнулись на ожесточенных призраков.       Заключенная в артефакт тёмная энергия напитала и значительно усилила духов. Все, из отправленных адептов, выжили, но не обошлось без ранений, требующих срочного вмешательства. Этих бойцов, глава клана и обнаружил в лазарете.       Вэй Усяню не нравится, когда он находится рядом с Вэнь Чжулю. Сразу вспоминается, как этот человек убил половину жителей Пристани Лотоса, из-за которого Цзян Чэн лишился ядра, ах да, еще Чжулю и Вэнь Чао сбросили его в Могильные курганы, ненавистное место. Но если ему дать выбор, с кем находиться бок о бок, между старым заклятым врагом и чужим ребенком, который так сильно похож на А-Юаня, то он выберет компанию Вэнь Чжулю.       Проще запереть ненависть в сердце и делать вид что все в порядке, чем притворяться бессердечным. С обидами Вэй Ин справится, это заставляет собраться. Но ситуация с ребенком близка к катастрофе. Он знает Вэнь Сюя всего несколько сичэней? И все же, любой, кто посмеет обидеть мальчишку будет наказан с помощью Темного пути. С особой жестокостью, такой, что даже многое повидавшие в жизни бойцы содрогнутся.       Вспоминается, что в предыдущей жизни Чифэн-цзюнь поспособствовал погибели главы Вэнь, что не радует. И ради памяти его забавного братца, его друга- Не Хуайсана, он должен притормозить с возмездием. Нельзя превратиться в того самого кровавого Жоханя.       А еще, должно быть, следовало отправить Вэнь Сюя в лазарет самостоятельно, а не сопровождать самому. И правда, он мог бы просто приказать слугам сопроводить А-Сюя в лазарет. А так, он шокировал всех попавшихся на пути адептов и слуг, что обомлели от изумления. Хм, еще нет и двух дней с момента перерождения, а он уже столько сделал по-другому. К чему все это приведет?       И снова в голове голос из прошлого: “Бесполезный, бесполезный, бесполезный, бесполезный, бесполезный мальчишка, ты все равно ничего не сможешь изменить, ты никчемный, тупой идиот”. И внутренний голос вторит: “Ты уничтожаешь всё, что ценишь, разрушаешь как Пристань Лотоса. Ведь поэтому там- в прошлом, найдя путь как прекратить все, ты как трус им воспользовался”. *******       К своей досаде, Вэй Ин обнаружил, что Вэнь Чжулю - человек, с которым он не против поговорить. В отличие от того вэньского пса, которым он его запомнил, иррационально преданного хозяину и произнесшего всего несколько слов на его памяти, здешний был весьма дружелюбен. Это что параллельный мир? Вэй Ину стыдно признаться, но ему нравилось обсуждать содержание документов и способы решения имеющихся в них проблем с Чжулю: какие бумаги важнее, как происходит обучение адептов, в соответствии с дурацкой программой.       Недавно, старейшины обратились к нему с запросами. В тот раз Вэй Ин не хотел общаться с этими замшелыми пнями, особенно не хотелось наткнуться на ещё одного знакомца, он передал им через Чжулю информацию о переносе встречи на следующий день. Вэнь Чжулю исполнил все без вопросов.       Вэнь Чжулю оказался лучшим советником и замечательным помощником, он не был просто сторожевым псом клана.       Вэй Ин опасался задаваться вопросом: 'Что если бы Вэнь Чжулю из прошлого остался бы советником Вэнь Жоханя, а не был бы назначен телохранителем Вэнь Чао?'       Он рассуждал, что с одной стороны, смерть Вэнь Чао могла бы случиться гораздо раньше. Цзян Чэну тогда бы не лишился бы своего Золотого ядра. Вэй Ин, следовательно, не предложил бы свое. Он мог бы использовать Суйбянь, его не бросили бы в Могильные курганы. И не пришлось бы идти по кривой дорожке. А старейшина Илина не появился бы.       С другой стороны, он никогда бы не сблизился с Вэнь Нином и Вэнь Цин, не узнал бы об А-Юане. Без тёмного искусства ему не получилось бы переломить ход войны. Сами сражения длились бы дольше. Возможно, они проиграли бы, а Вэни победили бы. Вэнь Чжулю- очень хороший советник, определённо.       Он не знает- хорошо это или плохо. Не знает и не хочет знать.       Неплохо бы заполучить такого союзника, но не испортит ли он всю актерскую игру? Вэй Ин обнаружил, что глубоко ушел в свои мысли. Он в очередной раз изучал свитки и сделал ещё несколько пометок в своем плане. Слишком погрузившись в работу, уже пропустил обед, а мог бы пропустить и ужин, если бы Вэнь Чжулю не напомнил ему об этом.       Но...       Ужин…       М-да...       Ужин, значит ему придется провести ещё больше времени с Вэнь Сюем, который быстро занял место в его сердце точно так же, как А-Юань. Усянь оборвал мысль о том, что эти двое стали для него самыми дорогими людьми, даже не осознавая этого. А ещё, за ужином придется страдать над безвкусными блюдами и холодным питьём.       Но ужин пропускать было нельзя. Не тогда, когда в животе громко урчало, а тело требовало пищи. Было странно, что такой заклинатель как Вэнь Жохань не может выдержать около суток без еды.       Разве прежний владелец не практиковал иннедию ? Или же тело ослабло, что теперь не получится практиковать иннедию? Слабоватое тело.       Однако, это не так. На самом деле с телом Жоханя всё было в порядке. Просто сам Вэй Усянь привык не есть сутками. В далеком прошлом, когда он и Вэни спасались на Могильных курганах после войны, денег было мало, а еды - еще меньше. Рядом были старики и ребенок, Вэй Ин отказывался от своих порций. Считал, что лучше он умрет от голода, чем эти люди. Если везло, то получалось поесть раз в день. Даже если порция была маленькая, пища была в основном съедобной, из того, что они смогли достать. Если же это были 'плохие' дни, то случалось и обходиться без еды несколько дней.       В прежнем теле не было другого способа выжить, кроме как приспособиться. Да, он уже давненько привык есть либо очень малые порции, либо не есть несколько дней подряд.       В конце концов, когда его впервые      сбросили на курганы, питаться было нечем.       Когда в последний раз он полноценно ел три раза в день? Ах да, забыл…       Поэтому неправильно было называть тело Вэнь Жоханя слабым. Его тело функционировало идеально, как и должно быть. Это сам Усянь отвык полноценно наедаться. *****       Ожидаемо, ужин прошел с привкусом неловкости.       Вэнь Сюй занял место справа от него, с некоторым трудом взобравшись туда. Вэй Ин не успел смутить публику, сделав что-то не характерное для прежнего главы Вэнь. Служанка успела помочь маленькому Вэнь Сюю сесть. Затем слуги подали им блюда. Было слишком много еды, учитывая, что за столом сидели всего двое. Все блюда казались жирными. У Вэй Ина не бывало огромного аппетита, поскольку, после длительных голодовок, его желудок начал отказываться переваривать тяжёлую еду. И, вероятно, если Вэнь Сюй съест слишком много жирного, то у него разболится живот.       Усянь вздохнул, подумав, что надо бы поговорить с поварами позже.       И все же, все же еда была не острой. Вэй Усянь не был избалованным, однако ему хотелось почувствовать пожар во рту. Еда, приготовленная Вэнями на курганах имела более выраженный вкус, чем местные пресные блюда. Тем не менее, он был уверен, что повара старались изо всех сил, так что оставалось смириться и молча есть. В прошлом ему говорили:"Ты должен быть благодарен, что тебя, вообще, кормят!" Тут маленький ребенок, который может взять с него пример, если он начнет ковыряться в тарелке, подавая плохой пример.       Кстати говоря, о ребенке, Вэнь Сюй постоянно бросает на него странные взгляды, когда думает, что отец не смотрит на него. Мальчик словно котенок, ждущий что его ударят. Это было забавное зрелище, поэтому Вэй Ин стал просто смотреть на А-Сюя. Когда Вэнь Сюй заметил, что его поймали с поличным, он смешно пискнул. Вэй Усяню потребовалась вся сила воли, чтобы не заворковать и не начать щипать его за щечки, представляете? Пухлые щеки Вэнь Сюя похожи на пельмешки, хотелось потискать за них. Было интересно, а такие же они мягкие, как у А-Юаня?       Вспомнилось: "Ай, А-Юань! У тебя такие пухлые щечки. Они мягкие, как пельмешки! Дай Сянь-геге их укусить!" -Не-е-е-т, не надо! Плохой геге! Цин-цзе, помоги А-Юаню! -ВЭЙ ИН! ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ С А-ЮАНЕМ! -Ай-я! Это была шутка Вэнь Цин! Просто шутка! Опусти эти иглы! Г-агх!       Вэй Усянь выскользнул из своих воспоминаний, когда его глаза стали щипать и слезиться.       У Вэнь Жоханя не может быть причины внезапно довести себя до слёз посреди ужина. Даже самая отвратительная пища не смогла довести его до такого. Вэй Усянь не мог прямо сейчас проявить такие эмоции. Не здесь и не перед ребенком. Нужно спрятать свой эмоций под замком, не демонстрировать их. Нужно подождать пока все уйдут, а уже потом выпустить их наружу. Нужно просто подождать. -Фуцин.       Вэй Ин думает: "Он действительно неудачник, не так ли?" -Да? -Может ли Сю-эр завтра снова провести день с отцом?       Да, он действительно неудачник. Отлично, просто великолепно.       Вздохнув, он посмотрел на мальчика.Это была большая ошибка.       Вэнь Сюй смотрел на него с такой надеждой в глазах, взгляд проникал прямо в сердце. Как в тот раз, когда А-Юань спросил, а может ли Лань Чжань остаться на ужин. ЧЁРТ ВОЗЬМИ! ПОЧЕМУ ОН ОН ТАК ПОХОЖ НА А-ЮАНЯ?! Как он может сказать "нет" этому ребенку?!       Но он не может просто сказать да. Это вне роли. Может быть, если Вэнь Сюй хорошо покажет себя на занятиях, тогда он его тогда вознаградит. Определённо, А-Сюй-хороший мальчик и хороший ученик, что уже достойно похвалы, но Вэй Ин - предвзятый судья. Но, не имеет значение, что он думает. Так что, хм... -Завтра у фуцина встреча, возможно в другой день. Спроси у своего наставника сначала. - О, хорошо.       Вэй Ин чуть не сломал палочки пополам, пытаясь сдержаться, чтобы не наброситься с объятиями на ребенка и начать уверять в том, как он обожает его, что это не его вина, в том что Вэнь Сюй такой очаровательный. На сам деле он сам виноват, что в одно мгновение ведет себя как любящий отец, а другое время бесчувственный властитель.       Ужин продолжался, приправленный неловкостью.Вэй Усяня удивляло, что слуги,похоже, привыкли к такой атмосфере.       А может, так проходят все ужины. Кто знает? Точно не он.       Он вернулся в свой кабинет, планируя еще немного поработать с бумагами, прежде чем пойти отдыхать. Усянь не наделся на крепкий сон, такого давно не бывало. Он ведь не придурок с комплексом героя, как его раньше называл всегда Цзян Чэн, или слишком упрямый, чтобы слушать, что говорят другие, как доказывал Лань Чжань. -Не желает ли господин посетить второго молодого господина?       Вэй Ин замер на месте. Он повернулся, уставившись на Вэнь Чжулю, и спросил ровным голосом: "Что?"       Навестить второго молодого господина? Кто это? О! Вэнь Чао.       Верно, у Вэнь Жоханя было двое сыновей.Старший наследник -Вэнь Сюй и младший презренный ублюдок-Вэнь Чао.       Вэй Ин оказался в прошлом, когда Вэнь Сюй еще маленький ребенок, а значит заклинатели поколения Усяня либо малыши, либо, буквально, младенцы. Но не настолько в далёком пришлом, раз Вэнь Чао уже родился.       Он...       Он совсем забыл об этом ублюдке. Разве что мимоходом проклиная его имя.       Если честно, Вэй Ин не знал, насколько велика разница в возрасте между Вэнь Сюем и Вэнь Чао! Не похоже, чтобы Вэй Усянь беспокоился о каком-то плаксивом засранце, что не умел по-человечески общаться. Вэнь Чжулю хочет, чтобы он навестил Вэнь Чао? Серьезно?       Его спокойное выражение лица и ровный голос, кажется, дали неверный сигнал Чжулю. Мужчина, кажется, начал волноваться. Подождите, этот безэмоциональный пес может волноваться?! - Поскольку, мне казалось, что Вы, господин, в хорошем настроении, и до этого Вы непринужденно общались с первым молодым господином, этот слуга предположил...       В голове Вэй Ина крутилось: "А-гх, пусть этот наглец сейчас же заткнется!"       Вэй Ин был поражен до глубины души. Ему потребовалось некоторое время, чтобы заговорить. -Вэнь Чжулю. -Да, господин? -Иди-ка ты поужинай или найди себе дело. Я бы желал, чтобы меня оставили в покое до конца ночи. -Да, господин.       Они разошлись в разные стороны. Вэй Ин - в кабинет владыки, Вэнь Чжулю - кто знает куда?       Старейшина Илина в это случае, тоже помочь не мог, но зато мог мысленно клясть Сжигающего ядра. Он надеялся, что сможет забыть эти слова, если ворвётся в завал приказов и просьб, чтобы на подкорке перестали звучать, слова сказанные Вэнь Чжулю. Он не смог сосредоточиться на работе, в итоге, случайно сломал кисть для письма и пролил чернила на пустой свиток.       А в голове все звучало: "Может ли, Владыка посетить второго молодого господина? Зачем ему навещать Вэнь Чао?!" И дополнялось: "Поскольку, мне казалось, что Вы, господин, в хорошем настроении, и до этого Вы непринужденно общались с первым молодым господином…"       Извините его конечно! Почему Чжулю сделал такой вывод? Лишь потому что он был немного похож, на любящего отца- одиночку? Какого черта, Чжулю? Разве ты не должен позвать целителя или команду экзорцистов, чтобы проверить, не одержим ли твой явно отстранённый и безжалостный господин? Невозможно за одну ночь так измениться! Значит, что с ним что-то не так. Блядь! ЭТО ЖЕ НЕВОЗМОЖНО. Неужели Вэнь Жохань был настолько жестокосердный, что любое небольшое и должное проявление доброты приводило всех в ступор?!       Зарычав, Вэй Усянь отшвырнул испорченный свиток через всю комнату и рванул оттуда.       Он шёл автоматически, дойдя, стало понятно, что это не около его комнаты или уже знакомого садика. Ноги привели его в какой-то коридор, в другом крыле резиденции, куда он раньше не заходил. Он понял это только тогда, когда он буквально столкнулся головой о стену, сделав поворот на три шага раньше.       "Чёрт!"- ворчит он, потирая лоб. Оглядевшись по сторонам, он увидел только пустой коридор с закрытой дверью.       Дверь была как дверь, ничего особенного. Она была деревянной, без изысков, с гравировкой в виде солнца. Конечно, сделано все было добротно, здесь все было выполнено по высшему разряду. В этом плане, Цишань Вэнь был похож на Ланьлин Цзинь. Раз они могут позволить себе самое дорогое, самое лучшее, то так и будет. И не инкрустировать золотом всё, к счастью.       Было любопытно, Усянь подтолкнул и открыл дверь в комнату. В сознании перемешались его мысли и мысли Жоханя. Память прежнего владыки проскользнула как змея. Он просипел имя: "Вэнь Чао".       Дверная ручка почти превратилась в щепки. Темная энергия начала собираться вокруг бывшего Старейшины Илина, глаза вновь стали красными. Здесь на территории Цишань Вэнь никогда не бывало недостатка в темной энергий, а даже так и случилось, то собственная душа Вэй Ина несла в себе столько тьмы, что все остальное было бы не важно.       Набатом звучало: "Вэнь Чао, Вэнь Чао, Вэнь Чао, Вэнь Чао, Вэнь Чао, Вэнь Чао, Вэнь Чао. Убийца, чудовище, отродье, трус, подлец, ублюдочный вэньский пёс! Ненавижу его! Ненавижу его! Ненавижу его! Ненавижу его!"       Точно, он должен убить его. Усянь уже сделал это однажды, до этого. С удовольствием. О, он пытал его несколько дней, наслаждаясь его мучениями, его страхом перед ним. Он уже убил его однажды, значит, сможет снова.       Может быть, не так мучительно медленно, как в прошлом,чтобы не привлекать внимание. Но однозначно убить.       Если он убьет его сейчас, то Пристань Лотоса не будет сожжена. Возможно, что в последствии будет ещё сложнее, но об этом можно будет позаботиться в будущем. Пока стоит Пристань Лотоса , пока живы дядя Цзян и мадам Юй, еще одна смерть для него- пустяк.       Кивнув сам себе, Вэй Усянь вошел в комнату Было темно, в окно проникал свет только от луны и звезд. Вэй Усянь огляделся, детские испачканные одежки были разбросаны практически везде, вместо игрушек. Вэй Усянь почувствовал благовония, наверное, они должны были умиротворять. Тени на полу и стенах плясали под колыхания воздуха, создавая иллюзии. А ребенок, которого Усянь называл про себя монстром, спал как младенец. Спал без задних мыслей, так беззаботно. Усянь скривил рот в отвращении, сокращая расстояние между ними. Это отродье, которое сожгло Пристань Лотоса? Этот ничтожный человек в родстве с Вэнь Сюем, Цин-цзе, А-Нином и А-Юанем? Этот ублюдок? Отвратительно.       Тёмная энергия вырвалась наружу потоками, попадая на мебель с такой силой, что там оставались следы. Часть из них поползла к спящей фигурке, но не дотронулась. Вэй Усянь еще не решил, позволить ли темной энергий свернуть шею монстру или же сделать это самому, своими руками.       Что быстрее и, в то же время, больнее? Руками, так он почувствует, что отомстил.       Решив, Вэй Ин протянул руку, намереваясь свернуть бледную шейку, не замечая что она такая маленькая и беззащитная. Всего лишь крепко ухватиться, повернуть запястье и... "Баба*?"- слишком детский голос прошел сквозь завесу его гнева, как меч.       Вэй Усянь моргнул и посмотрел вниз. С его лица капала кровь. Свои руками он схватил ребенка. Мальчика, который ещё младше, чем Вэнь Сюй, младше чем был А-Юань. Малыша, который едва встал научился ходить.       Ребенка, о боги. И он отдернул руки, словно обжёгся. -Баба?       Вэй Усянь вздрогнул всем телом. Большие бесхитростные глаза, казалось, осуждали его. Осуждали за то, что он чуть не совершил. И Вэй Ин не выдержал этого взгляда, развернувшись, он выбежал прочь. Прочь из комнаты. Подальше от это крыла резиденции. Прочь от ребенка, слыша его всхлипы вдогонку. Прочь, прочь, прочь. Его разум был охвачен ужасом и чувством вины. О боги, трудно поверить в то, что он практически успел сделать. Это же совсем ещё ребёнок. Так сложно поверить.       О боги на небесах и все обвинители ада, он же почти убил невинного ребенка!       Это все еще был Вэнь Чао, тот самый, что еще мог вырасти и стать монстром, сжегшим Пристань Лотоса просто так! Но сейчас он был просто маленьким мальчиком. Чистым, невинным ребенком. Ребенок, который окружен всем и ничем, одновременно. Таким же, каким был А-Лин, когда Вэй Усянь убил его родителей.       В голове звучало имя племянника:"А-Лин.       А-Лин. А-Лин. А-Лин- ребёнок, потерявший родителей слишком рано из-за одного глупого и наглого разрушителя всего, по имени Вэй Ин, вежливое имя- Вэй Усянь.       Монстр. Он монстр. Повторять до бесконечности. Мерзкая тварь! Демон!       Говорят, что из Могильных курганов невозможно вернуться живым. Правда. Вэй Усянь умер в Могильных курганах. То, что вышло из Могильных курганов уже не было Вэй Усянем- это был демон с его лицом.       Он стал монстром. Монстром, что убивает легко и без жалости.       Он не хотел быть монстром. Цзе-цзе, помоги прошу маленькому Сянь-сяню, что напуган до смерти. Помогите ему, кто нибудь. Сделайте хоть что-то. Спасите его. ОН НЕ ХОЧЕТ БЫТЬ МОНСТРОМ!