Морок

Настоящее время.

Чанбин закуривает сигарету с шоколадным привкусом, выпуская густой дым изо рта, тут же наклоняя голову вниз. В голове настоящая каша, забившаяся густыми слоями в каждый уголок разума. — Говоришь, тебя кошмары начали мучать? — Минхо внимательно смотрит на него, сжимая в руке толстую чёрную книжку без названия. Но Чанбин знает, как она называется, потому что тот по нескольку раз трещал о новой истории, которую выпустила его любимая писательница. Он вздыхает, опуская взгляд на руку, что покрыта разных размеров ссадинами и синяками. Все раны после аварии, произошедшей два месяца назад, как на зло очень медленно заживают и не сходят с его тела. Иногда ему становится страшно смотреть на свой торс, потому что именно там находится самая глубокая рана, которую он получил от куска стекла, что неудачно отлетело именно в живот. Единственное, что зажило быстрее всего, так это разбитый правый угол лба. На месте швов теперь остался лишь розовый шрам, который теперь украшал лицо парня. — Ага, — он смачно сплёвывает на асфальт, с интересом рассматривая лужу перед собой. Холодная скамейка морозит его задницу и Бин уверен, что задница его хёна такая же промёрзлая. — То кошмары, то бессонница… Спать нормально не могу. Тяжело вздохнув он кусает внутреннюю сторону щеки, пытаясь собраться с мыслями. В голове всплывают обрывки недавних снов, которые он чётко запомнил и теперь не может забыть. Тёмные фигуры толпы, что движутся в хаотичном порядке, серое небо и до ужаса холодный моросящий дождь. Вроде ничего необычного с первого взгляда, если не всматриваться в самую гущу толпы, где неподвижно стоит молодой человек с пустым, будто бы неживым взглядом. Он смотрит в самую душу и блеклые глаза пугают до усрачки. Его белая футболка запачкана чем-то красным, чем-то похожим на кровь, что начинает стекать словно слёзы с его глаз по щекам вниз в одно мгновение. На синеватых губах застывшая кровь, синяк в уголке губ сильно выделяется на фоне бледной, даже можно сказать серой кожи. Весь его вид говорит только о самом плохом. Смотря на этого парня хочется прикрыть рот ладонью, чтобы сдержать шокированный вздох. Этот человек ничего не делает, даже не двигается и не моргает, а просто стоит, смотря прямо в глаза, будто бы пытается прочитать как книжку, либо продырявить насквозь. В каждом сне он становится всё ближе и ближе к Чанбину и убежать от него не получается. Ноги словно налиты бетоном, сдвинуться с места невозможно. Остаётся только наблюдать за тем, как чужая фигура приближается с каждым разом и меняет свою мимику. Если в самом первом сне парень просто стоял и ничего не делал, то в остальных он мог спокойно склонить голову набок, пока кровавые слёзы текут вниз. Мог широко улыбнуться, вводя тем самым Со в панику, потому что улыбка у незнакомца очень пугающая. Хочется сбежать от пронзающего взгляда, растянутых в улыбке губ и тянущихся к нему рук, что будто подзывают подойти ближе. — Может поделишься? — Ли чешет подбородок, зарываясь пятернёй в каштановые волосы. — Мне снится странный парень… Он будто бы неживой, будто бы это его мёртвое тело или призрак. По началу он стоял вдали от меня, но с каждым сном он становился ближе ко мне и пытался всячески подозвать меня к себе. Возможно это звучит не так страшно, как ты ожидал, но его взгляд и улыбка пугают меня больше всего. Становится очень неуютно от этого. Я не знаю, как это объяснить. Но я каждый раз просыпаюсь в холодном поту и потом умираю от страха лёжа на кровати, потому что этот парень нависает надо мной на протяжении минуты в реальности. Будто бы вместе со мной он выбирается из моего сна. Минхо задумчиво потирает пальцы друг о друга, раздумывая над тем, что произнёс пару секунд назад друг. В мыслях ничего не укладывалось. Сны Чанбина были странными, но страннее всего было то, что этот неизвестный парень появлялся в настоящем мире и продолжал запугивать Чанбина. — Больше тебе ничего не снилось такого? — он переводит взгляд вдаль, бездумно рассматривая народ, что шагает в разном направлении. Кто на работу, кто по делам, кто просто гуляет, но это сейчас не так важно. — Что именно? — Может было продолжение сна, к примеру… или всё обрывалось? — Всё обрывалось, хён, — Со покачал головой, откидывая окурок в мусорку. — Знаешь, думаю тебе неплохо было бы закупиться всякими успокоительными, чаями на ночь и снотворными… Может они помогут избавиться тебе от этого. Чанбин ничего не ответил, лишь качнул головой в знак согласия и закурил новую сигарету, после заводя разговор на отвлечённую тему.

***

Вечером парень сходил в аптеку за всякими лекарствами, которые посоветовал ему старший. Удивительно, но всё это ему продали без рецепта, будто бы удача повернулась к нему лицом. Настроение было не самым лучшим. Хотелось спать, раскалывалась голова, болело всё тело и на душе висел огромный камень смятений. Сил не было ни на что. Работать совсем не хотелось даже на дому, хоть у него и был заслуженный отпуск, и делать это было не обязательно. Чанбин не мог спокойно сидеть на месте без дела, потому что его всегда начинало поглощать чувство ненужности и непригодности в этом мире. Вечный страх того, что он может быть бесполезным всегда окутывал в моменты отдыха, поэтому он вечно нагружает себя работой и обыденной волокитой, чтобы хоть чем-то себя занять. Глаза слипаются от усталости и сонливости, но идти на боковую Со не спешит. Впереди ещё целый вечер с бумагами, которые он притащил с работы заранее, дабы не оставлять всё на потом. Дела о всяких преступлениях требуют особого внимания в бумажной части. Нужно оформлять папки с показаниями, правильно рассортировать копии улик и фотографий, что занимает немало времени и сил. Терпение — вот, что требуется в его работе в первую очередь. Потом уже стоят на очереди внимательность и интуиция с логикой. Он проходит мимо выключенного телевизора, падая на горчичного цвета диван, тут же откидывая телефон в сторону. Первое, что попадается на глаза, так это папка с информацией о пропаже девятилетнего мальчика. Пропал он вечером 19 августа, когда гулял с друзьями во дворе. На самом деле ситуация сложнее, чем только можно представить. Он был не один, но в один момент просто испарился и даже другие мальчишки, что гуляли с ним, не видели его с того вечера больше ни разу. Чанбин вздыхает, потирая переносицу, вновь перечитывая всю информацию, перелистывая скрепленные страницы одну за другой. Он снова зевает, едва обращает внимание на странно мигающую лампочку, стоящую на столе и вновь возвращается к работе. Настенные часы медленно приближаются к отметке одиннадцати вечера, сон накатывает новой волной и не даёт нормально погрузиться в процесс. Парень решает посопеть пару минут, даже ставит будильник перед тем, как закрыть глаза и после погружается в сон. На этот раз ему снится незнакомое помещение, где ничего кроме маленького светильника нет. Он оглядывается по сторонам, пытаясь выйти отсюда, но ни одной двери нет. Он закрыт бетонными стенами в одной странной комнате и не может отсюда выбраться. Что-то шевелится справа от него, потом его оглушает сильнейший звук удара, и он оседает на колени, прикрывая уши руками, дабы избавиться от противного писка в ушах. Что-то подталкивает его поднять взгляд от пола, и он смотрит вверх, вновь сталкиваясь уже с привычным, но всё таким же пугающим взглядом. Этот парень смотрит на него чёрными бездонными глазами, не моргая и лишь его губы шевелятся в неразборчивом шёпоте, что становится всё громче и громче с каждой секундой. Этот шёпот сводит с ума, он не может разобрать ни единого слова, а когда парень замолкает и на его губах вырастает кривоватая улыбка, сердце подсказывает ему о том, что оно скоро остановится. Он смотрит на незнакомца нечитаемым взглядом, поджимая свои губы в тонкую полоску. Тот снова начинает шептать и на этот раз он может разобрать слова. Голова начинает кружиться от потока не прекращаемой несвязанной речи, а в глазах плещут белые блики. Чанбин видит, как кровавые слёзы сочатся с чёрных глаз, падая на него сверху и не может пошевелиться телом. Парень произносит медленно всего два слова, а огромный камень, весом в несколько тонн, тут же падает на его плечи. — Найди меня.