Морок

Решение было таковым: для начала разобраться с самим Джисоном и узнать о нём как можно больше. Проверить все последние места, что он посещал, чтобы найти и определить людей, которые в последний раз контактировали с ним. Единственное, что давало точную гарантию того, что Хан до сих пор жив — это его облик, появляющийся во снах и наяву в любые моменты. Чанбин не мог сказать точно, но сейчас он больше не просыпался в поту посреди ночи, не кричал во сне и не думал, что сходит с ума. Но и нельзя сказать, что он перестал видеть Джисона и слышать его голос, когда он находится в более бодром состоянии. Душа парня всё так же фактически находится рядом с детективом и всегда даёт что-то о себе узнать. Джисон больше не старался запугать парня, но и не мог исчезнуть вместе с кошмарами. Как понял Чанбин — это его способ связаться с ним. Сны значительно изменились. Вместо привычной толпы он видел размытый фон сарая, где валялся сам Джисон, либо тёмный лес, либо перекрёсток, где парень блуждал и кричал в голос о том, чтобы его спасли. От таких снов Чанбин привык дрожать и покрываться мурашками. Хотелось оказаться рядом и выполнить просьбу бедного Хана, что не мог найти себе места. Но и кошмары давали свою пользу. Чанбин стал уверен, что ему снятся те места, где парень обитает или мог находиться в момент похищения. Со накидал свои догадки в маленький блокнотик, чтобы ничего не забыть. Пытался вспомнить каждую деталь из сновидений, чтобы подтвердить собственные теории. Всё, как ни странно, сходилось. Меньшее, что он смог узнать — номер шоссе и местность. Перекрёсток, где обычно обрывался сон, находился на выезде из Добонг-гу, дальше шёл лес, что окружал всю западню дороги по правой стороне. Больше ничего из снов не удалось восстановить. Да и процесс этот долгий, муторный, не факт, что местность он определил правильно. Но интуиция подсказывает ему, что он на верной дороге и останавливаться ему не стоит. Процесс с обходом мест, которые посещал Хан Джисон, шёл плавно и не торопясь. Он смог узнать, что в последний раз он был в баре «Зимняя вишня». Его смена была 9 ноября с десяти утра до одиннадцати вечера. Далее, по словам сотрудников, за ним пришёл некий парень по имени До Джихё, и они вместе покинули бар. В тот же день он пропал и на следующий день не появился ни на работе, ни в университете. Найти До Джихё не составило труда, он быстро вбил его имя в поисковик и файл с нужным ему человеком высветился третьим в списке всех жильцов. Однако эта информация была уже ни к чему, так как через пару тройку дней парня зарезали ножом в переулке между его домом и круглосуточным магазином. — Что планируешь делать дальше? — Джисон вновь оказался рядом с ним, сидя по правой стороне дивана от Чанбина. От него веяло неприятным, даже каким-то тяжёлым холодом, который вселял в нутро чистый страх. Детектив начал привыкать к чужому присутствию, старался не обращать на это внимания и не отвлекаться от рабочего процесса. Правда его мучали вопросы, что кружились в голове огромным вихрем и он старался аккуратно задавать их парню, дабы узнать о нём что-то большее, чем он знает сейчас. Так он и узнал, что Джисон почти доучился на специальность спортивного журналиста, ему осталось отучиться ещё этот год и летом он должен был выпускаться. У него нет ни братьев, ни сестёр, но присутствуют оба родителя, которые живут на данный момент в Японии. — Для начала найду Хван Хёнджина, — вздохнул он, — у меня есть информация о нём, — Со открыл папку с файлом о молодом парне и по совместительству друге Джисона.

«Хван Хёнджин, 23 года. Проживает по адресу ***. Работает официантом в ресторане «Клод-Моне», учится в университете на должность журналиста, 3 курс».

На прикреплённой фотографии изображён модельной внешности парень. Молочная кожа, выразительные светло-карие глаза, почти цветом как отборный мёд. Аккуратной формы нос и брови, чуть больше носа пухлые губы розоватого оттенка и чёрные, как смоль волосы. — Это займёт не очень много времени, поверь. Ты почти нашёл меня. — Тихо прошептал Джисон, кусая разбитые губы. Чанбин перевёл на него взгляд, смотря на него из-под ресниц. — Уверен в этом? — вопрос застыл в воздухе, а расстояние между ними сократилось, потому что Хан подвинулся ближе так, что их коленки соприкасались друг с другом. Старший не обратил на это внимания, всё ещё пристально смотря на парня. — Да. Ты нашёл правильную дорогу к перекрёстку. Осталось связаться с Джином, он подскажет тебе, как найти меня и даст ответы на твои вопросы, — его рука опустилась на чанбиново колено, нежно и аккуратно поглаживая. Джисон почувствовал, как покрылась мурашками чужая кожа в оголённом участке, ведь детектив сидел в шортах. Парню дико хотелось коснуться того, хоть как-то провзаимодействовать с телом Со, потому что оно привлекало Джисона. Джисон думал, что Чанбин не только его спасение, но и ключ к его закрытому сердцу, которое больше никого к себе не подпускает из-за болезненного опыта. Ему нравилось наблюдать за Чанбином. Детектив был привлекательным как внешне, так и характером. Стойкий, упрямый, известный упорством и трудолюбием в своей работе. Нежный и домашний в стенах своего дома и невероятно потрясающий, когда занят бумажной волокитой. Благодаря Бину, Хан мог отвлекаться от настоящего, где царствуют настоящий хаос и не прекращаемая боль. Ему хочется, чтобы его поскорее нашли, спасли из собственного кошмара, откуда он не может выбраться сам. Время тянется словно улитка по стеклянной поверхности, боль возрастает в тысячу раз, сердце готово остановиться в любой момент от напора стресса и страха. Но сознание не даёт ему отключиться и потерять полностью связь с этим миром. Он живёт благодаря Со, потому что тот до сих пор верит, что он жив. Чужая вера не даёт ему сдаться. Он честно пытался сбежать как можно дальше, но его каждый раз находили, избивали и снова издевались насмешливыми ухмылками со словами «ты никогда не уйдёшь от меня». Постепенно Джисон начинал верить в это. Однако сейчас, когда его душа сидела рядом с парнем, в который раз, пока его тело находилось в отключке от очередного избиения и голода, Джисон ощущал себя как дома. Чанбин казался его домом и уютом, его спасением и опорой. Чувство того, что не всё потеряно, давало ему надежду на лучшее. Он верил в лучшее всей душой и разумом и не давал себе в этом усомниться. Не давал себе утонуть в ещё болоте кошмарных дней. — С тобой я чувствую себя будто в безопасности, — тихо проговорил Хан, сжимая чужое тёплое колено. Детектив улыбнулся краешком рта, и парень был готов запищать от радости и смущения, потому что так тепло ему ещё никто не улыбался. — Я обязательно найду и спасу тебя. Ты поселился в моём разуме и не вылазишь из него, я не допущу твоей смерти, Хан Джисон.