Морок

Чанбин нервно вздохнул, собираясь с мыслями. В голове ничего не укладывалось, хотелось адски спать после бессонной ночи, кофе совсем не помогало, и он буквально клевал носом, пока ехал на встречу. В дороге он чувствовал себя напряжённо, потому что боялся даже моргать, ибо в голове всплывали обрывки той самой ночи, когда он попал в аварию. Липкий и тягучий страх заснуть за рулём вновь, буквально сводил его с ума, отчего он сжимал со всей силы руль, сосредоточенно следя за дорогой. Чанбин чувствовал, как потеют ладони, как быстро бьётся его сердце, когда он едет на перекрёстках и поворотах, и как появляется неприятный осадок от воспоминаний. Всё это не давало ему покоя. Сейчас, сидя на чужой кухне за столом, попивая крепко заваренный кофе, детектив понимал, что он запутался не только в своей работе, но и в себе. Если с первой он ещё мог справиться, найти нужный выход, то в себе копаться ему было слишком сложно. Он никогда не лез в свою душу, пытаясь что-то понять, никогда не разбирался в себе, потому что был полностью поглощён своей работой. Именно она стояла у него всегда на первом месте, а потом уже шёл сам он и остальные заботы. Его целью была лишь карьера, никаких отношений и семейных драм. За всю его жизнь у него было всего трое друзей, которые по непонятным причинам до сих пор терпят такого закрытого в одних рамках человека, как он. Это удивляло Чанбина, на самом-то деле. Было больно, когда Хан говорил о том, что его вновь избивали. Насилие над ним не уменьшалось, каждый раз этот похититель вытворял что-то новое, доводя Джисона до панических атак и приступов истерики, а Чанбина до злости. Чанбин злился на себя; он не мог нормально сделать хоть что-то. Не мог доказать свои предположения о месте нахождения парня начальству, не мог собрать подкрепление и наконец спасти Джисона. У него впервые не получалось выполнить свою работу. Он злился на человека, что посмел похитить Хана. Чанбин был полностью уверен, что этот похититель полный отморозок и знал, что обязательно найдёт его и упечёт за решётку. Сейчас Со начал понимать, что внутри него начало расцветать нечто новое и совсем незнакомое ему. Это чувство давало парню моральных сил, когда рядом с ним появлялась душа Джисона. Становилось нереально тепло и щекотно в груди, отчего он мог улыбаться как дурак и смотреть в одну точку часами, думая лишь о том, как легко и спокойно становится после хоть каких-то отвлечённых разговоров с Ханом. По началу это пугало его и Со даже старался отдалиться, спрашивал Джисона только о том, что с ним происходит, помнит ли он лицо человека, который похитил его. Получалось плохо, хотелось разговаривать не только на напряжённые темы, от которых неприятно скручивало живот, после мрачных ответов. Чанбину не хватало того тепла, что он излучал сам для Джисона. Он грелся изнутри не только парнем, но и собой, поэтому, спустя два дня он решил отдаться с головой в новые ощущения. Это решение определённо не было его фатальной ошибкой. Он не знал, что будет дальше, но старался контролировать и держать в узде настоящее, уделяя большую часть своего времени на поиски Джисона и Хёнджина, который вернулся в город вчера. Поэтому эта незапланированная встреча произошла именно сегодня. Хан не появлялся ни в кошмарах, к которым он привык, ни наяву, ни призрачным образом в голове. Он просто на просто исчез из его жизни слишком резко. Чанбин не сразу понял, что паника охватила всё тело буквально за пару секунд, когда пришло осознание того, что с Джисоном могло случиться кое-что страшное и тяжёлое для его сердца. Детектив боялся даже подумать о том, что такой тёплый душевно, невероятно сильный морально и такой родной для него парень мог скончаться. От одной мысли об этом предположении его выворачивало наизнанку. Он решил не тянуть с поисками и отправился с утра пораньше к Хван Хёнджину по пробитому заранее адресу. Так и оказался в двухкомнатной квартире в районе, где обычно снимают квартиры и комнаты студенты университетов. — Так чем я вам обязан? — длинноволосый парень, сидящий перед ним, медленно размешивал в кружке сахар, задевая ложкой керамическую стенку, отчего создавался раздражающий нервы звук. Чанбин поджал губы, смотря на него нечитаемым взглядом, сложив руки на столе. — Я знаю, что ты близкий друг Хан Джисона. — можно было заметить невооружённым взглядом, как вздрогнул от неожиданности Хван, резко переставая размешивать уже давно растворившийся сахар. Хёнджину резко поплохело. Он почувствовал, как паника быстро-быстро разбежалась по каждой венке, просачиваясь сквозь кожу наружу, оповещая всех о том, что она полностью охватила его. Было мучительно не видеть Джисона в университете, дома, на работе. Тревога каждый раз разрасталась в груди всё сильнее, когда тот в который раз не брал трубку и совсем не отвечал на сообщения. А сейчас перед Хваном сидит детектив, что показал своё удостоверение, когда парень только открыл входную дверь. И от этого факта внутри пробирало холодом, а предположения того, что случилось что-то ужасное начали потихоньку приобретать материальность. — Твой друг пропал четыре с половиной недели назад. Мне известно, что его похитили. Я пробил предположительное место, где он может находиться, нужно туда съездить, и для этого мне нужен ты, — Чанбин говорил коротко и по делу, не собираясь тянуть резину. — Как это пропал?.. — парня затрясло, он буквально не знал, что ему делать с этой информацией. — Неужели мои догадки подтвердились… Нахмурившись, Чанбин оглядел кухню, пытаясь заметить хоть что-то, что выдавало присутствие Хана, но его тут явно не было. Это заставляло сердце детектива сжиматься сильнее. — Ты обязан мне рассказать всё, что знаешь. Если ты хочешь помочь ему выжить, то должен это сделать. Главное не глупи, парень. Повисла тишина. Хёнджин думал над тем, что скажет детективу и взвешивал все «за» и «против», но чистый разум всё же победил больное сердце. — Я знаю не так много, как кажется, но у Джисона был парень, с которым они расстались год назад, но тот до сих пор его сталкерил, вечно угрожал мне, потому что ревновал Джи ко мне, — Хёнджин нервно зарылся дрожащими пальцами в волосы, продолжая дальше говорить. — Джисон говорил мне о том, что Сокджин, так звали его бывшего, бил его за любую оплошность и насиловал. Это и было причиной их расставания. Ему потребовался год для физического и морального восстановления, но я знаю, что ему каждый раз снятся кошмары, в которых Сокджин вновь его избивает. На самом деле это чертовски подозрительно, но в последний раз, когда я видел Кима, тот был очень довольным и подозрительно спокойным. Обычно он ходил вечно злой и раздражительный. — Я так понял, что именно он мог похитить Джисона, — сложив руки на груди, Чанбин откинулся на спинку стула, откидывая на пару секунд голову назад. Всё постепенно складывалось в голове в нужный пазл. Что-то подсказывало ему, что именно Ким Сокджин являлся похитителем, судя по всей истории, рассказанной Хваном. И это что-то не дало ему усомниться в своих догадках.