Какой к черту Баки?

Спина у Баки широкая, не обхватишь, колкая щетина слегка дразнит кожу шеи и плеча, тело приятной тяжестью ритмично вбивает в кровать при каждом движении. Все это – фон, самые острые ощущения – внутри, где его горячий член каждым толчком соединяет их, синхронно разгоняя по телам волны удовольствия. Чуть приподняв ресницы, Стив видит поверх его плеча, как их обоих раскачивает в унисон со скрипом старенькой кровати. – Баки… – Стив шепчет любимое имя, и ритм ускоряется. Они оба уже на грани. Хочется взглянуть в его глаза и на самом пике провалиться в их бездну. Баки чуть приподнимается на локтях. Его лицо обрамляют длинные темные волосы. Мрачный немигающий взгляд заставляет оцепенеть. Стива рывком выбросило из сна. Он закашлялся, из глаз потекли слезы удушья. Трясущимися пальцами с трудом нащупал ингалятор. Придя в себя, долго не мог подняться на ноги. Какого черта?..

---

Стив быстрым шагом направлялся вверх по улице. Поглощенный своими мыслями, на оклики Наташи обернулся не сразу. – Роджерс! Да погоди, куда мчишься как ошпаренный? – Наташа чуть приподняла бровь. В ее системе мимики и жестов это означало крайнюю степень удивления. – Пожар? Наводнение? Еще один взрыв? – В смысле – еще один? – Вчера вечером взорвали машину в нашем квартале. Народу собралось – тьма, пожарные примчались, полиция, сирены выли так, что в окнах стекла тряслись. Говорят, четыре трупа, и опознали только по зубам! Ты что, ничего не слышал? – Взрыв и сирены слышал, об остальном не в курсе. Так кто там погиб? – Да много чего плетут и в новостях, и в разговорах. В основном слухи и журналистские домыслы, полиция закрыла доступ к сведениям, мол, секретная инфа. Ты телевизор включаешь хоть иногда? Весь Бруклин на ушах. – Нат, давай не сейчас, ладно? – Нет, я лучше пройдусь с тобой. Сам-то ты куда пропал? Тебя второй день не видно. – Я немного занят. – Серьезно? – Наташа даже чуть подпрыгнула на ходу. – Ты все-таки получил тот заказ? Можно тебя поздравить? – Что? Заказ? А… нет, там пока молчат. Но я сегодня к ним зайду. Наташа поменялась в лице: – Только не говори, что эти идиоты упустили такого классного художника. – Да ладно тебе, Нат. – Не прибедняйся, Роджерс, пока я тебе не врезала за лишнюю скромность. – Я лучше промолчу. – Между прочим, ты не ответил на мой вопрос. Что случилось, куда ты пропал? Стив постарался изобразить беспечность: – Говорю же, ничего не случилось. Наташа схватила его за рукав и резко дернула, заставив остановиться: – А сейчас повтори это, глядя мне в глаза. Стив закусил губу. Наташа чуть не просверлила в нем дыру взглядом. – Ну, да… кое-что произошло. Наташа притянула его ближе: – Давай без этого. Сказал "а", говори "б". Ты меня знаешь. Еще как. Наташа была единственной, кто был в курсе насчет него и Баки. Догадалась сама и хранила эту тайну надежнее, чем Форт-Нокс золотые слитки. Нередко тусила с ними, поддерживала и помогала всем, чем могла. С момента, когда Баки ушел служить, опекала Стива, заявляя, что приглядывает за ним ради Баки. "Если с тобой что-то случится, он мне шею свернет". – Ладно, – выдохнул Стив, на всякий случай оглядевшись по сторонам. – У меня дома… пациент. – Стив, опять? Вечно ты возишься с кем-то, кому место в больнице, а чаще – в полиции. Кто на этот раз? Стив пожал плечами. – Так и знала. Дети тащат домой щенят и котят, а ты – пострадавших. Почему не отправишь его в больницу? Стив нахмурился: – Думаю, он в опасности. Хочу помочь ему встать на ноги, чтобы он мог защитить себя от… чего бы то ни было. – Тааак… дай, угадаю. – Наташа почти перешла на шепот: – Его что, зацепило тем взрывом? Стив еще раз быстро огляделся по сторонам и кивнул. – Роджерс, ты тихушник. И играешь с огнем. Сильно ему досталось? – Прилично. Но он, похоже, справится, крепкий парень. Все, отпускай меня, я за продуктами. Должен же он что-то есть. А у меня в холодильнике мышь повесилась. Наташа схватила его под руку и потащила к себе: – Стив, в тебе, может, неплохо сочетаются медик и художник, но по части готовки ты профан. Идем, накормлю и дам для больного нормальной еды. Спорить было бесполезно. Да и незачем.

---

Домой Стив возвращался, подняв ворот. Спешил – над Бруклином столпились низкие серые тучи, поднялся ветер, и дождь уже начинал накрапывать. Только бы сверток с едой не промок. Овощи, сэндвичи, кейки, хлеб, молоко в бутылке – Стив не без труда тащил этот съестной арсенал. Наташа упаковала, как для целого взвода. Возражения не принимала. Открыв дверь ключом, Стив очутился в темноте. Выключатель не сработал. Стоя в светлом прямоугольнике дверного проема на пороге, Стив немного поколебался, прислушиваясь. Полная тишина. Пакет оставил на столе в кухне, благо свет из коридора частично попадал сюда. Стив осторожно ступал по собственному дому, не зная, чего ожидать. Квартира казалась пустой, безымянный пациент нигде не обнаруживался. Ушел? Через окно, что ли, если дверь была заперта на ключ? Зря это он, очень зря, раны могут вскрыться прямо на ходу, только новой кровопотери не хватало. И темень кромешную зачем-то устро… Стив застыл на месте, как будто налетел на невидимую стену. Его пропажа сидела в кресле в самом темном углу молчаливым неподвижным силуэтом. Он снова облачился в свой просохший после стирки комбинезон и выглядел как черный призрак, только глаза пугающе отражали остаточный свет. Стив отшатнулся, нащупывая позади себя подлокотник дивана, и опустился на него, тяжело дыша и машинально оттягивая ворот рубашки. – Вы... напугали... меня. Молчаливый подопечный почти растворился во мраке, несмотря на внушительные габариты. Так сливаться с обстановкой умеют только настоящие профи. Похоже, Наташа была права насчет игр с огнем и проблем на задницу. От Баки за такого гостя Стиву влетело бы по первое число. Только бы он швы не повредил, когда натягивал свою экипировку. – Я рад, что вы не ушли. Еще совсем немного, и вам станет гораздо лучше. Я не пытаюсь помешать, не лезу в ваши дела. Но жизнь у вас, похоже, непростая. Силы понадобятся. Спешить не стоит. Тот не отвечал, но взгляд был внимательный, хоть и страшный. – Кстати, я принес поесть. Не знаю, понравится ли, но точно пойдет на пользу. Стива не покидало ощущение, что он разговаривал сам с собой. Неважно. Пока его странный гость не сжег квартиру и хотя бы прислушивался, все не так уж плохо. Уже возвращаясь с кухни с полными тарелками, на пороге комнаты Стив вдруг осознал: его подопечный расположился именно там, откуда удобно было бы стрелять – и по окнам, и по дверному проему. Если бы понадобилось. – Может, вернем электричество? – предложил Стив. Ответа не последовало. Силуэт поднялся и подошел к окну. Стив усилием воли отогнал слишком яркие воспоминания о недавнем сне и облизал пересохшие губы, не сводя глаз со своего странного пациента. Тот осторожно выглянул, почти не отклонив штору, осмотрелся, отступил от окна и чуть отдернул ткань в сторону, впуская немного тусклого света с дождливой улицы. Когда обернулся к Стиву, на его лице читалось "этого должно быть достаточно". Не многовато ли для одного человека знакомых (и не очень), которые наотрез не принимают возражения? Стив вздохнул, склонился над тарелкой и постарался сосредоточиться на еде. За ужином Стив исподтишка поглядывал на своего подопечного, пока не наткнулся на сверлящий взгляд в ответ. Да уж, лучше не увлекаться. С такими, как этот, финал гляделок может стать печальным. Да и не рассмотреть ничего, тем более, что вечер еще больше сгустил сумерки. Ел тот за троих – от Наташиного угощения почти ничего не осталось, хотя одному Стиву хватило бы на неделю. Интересно, насколько неловко будет попросить его раздеться? Для обработки ран, само собой. Стив почувствовал, как порозовели щеки, и мысленно поблагодарил темноту. Он отнес посуду на кухню и сразу вымыл, затем вернулся в комнату. Собрался с духом и, стараясь не смотреть на своего пациента, наконец рискнул: – Нужно обработать ваши раны. Дайте мне к ним доступ. Пожалуйста. Его подопечный поднялся, выпрямившись во весь свой немалый рост, и уже успел клацнуть одной из застежек комбинезона, как вдруг на слове "пожалуйста" застыл с непонимающим выражением на лице. Стив бы назвал это удивлением, если бы допускал мысль, что такой непрошибаемый тип вообще способен удивляться. – Я сейчас принесу все, что нужно, – Стив и сам растерялся, привычную фразу выдал скорее по инерции. Развернувшись, он вышел за биксом и перевязочным материалом. За его спиной шорох возобновился – похоже, пациент разблокировался. Ничего такого. Может, этот парень так привык выполнять приказы, что "пожалуйста" для него как отголосок другой жизни. Ну, наверное.