Глава 8, в которой все против Гжегожа
4 ноября 2021 г., 00:14
Снейп настолько преуспел в своем намерении не нестись сломя голову решать проблемы Поттера, что в половину девятого утра все ещё спал. Где-то на другой половине жёсткой кровати, под толстым одеялом угадывался Чарльз, а в дверном проёме спальни, невозмутимый и отрешенный, торчал Поттер и очень терпеливо ждал, когда Снейп окончательно проснется. В этот момент Северус почувствовал, понял, о чем говорил Бруно.
— Гермиона пропала, — сообщил Поттер, когда Северус сел в кровати, открывая безразличному взгляду бледный жилистый торс. — Подозреваю, ты тоже не в курсе, где она. Герми не явилась на совещание этим утром, и найти ее не могут ни совы, ни Патронусы, ни известные мне поисковые заклинания.
— Который час? — Северус выпутался из простыней, опустил босые ступни на пол.
Поттер и это его движение проводил странно отстранённым взглядом.
— Восемь тридцать.
— Грейнджер взрослый человек. Она не обязательно в беде, если не выходит на связь.
— Вчера я рассказал ей про Клода, — небрежно заметил Поттер. — Думаю, она попыталась найти решение и не справилась.
Северус, закончив застёгивать брюки, поднял на него взгляд. И не успел увернуться от кулака, прицельно угодившего в челюсть. Впрочем, едва ли он смог бы, даже если бы готовился — удар был коротким, неуловимо быстрым. И в лице Поттер так и не изменился.
— Поттер! — хрипло вырвалось у Северуса, который пошатнулся, но устоял на ногах.
Он не стал интересоваться, какого хрена тот творит, и даже, кажется, не был удивлен. Только раздражение, острая боль в челюсти, металлический привкус крови — а ещё понимание, что стрессовые реакции Поттера прискорбно однообразны.
Поттер смотрел на него со сложной смесью недоумения, сожаления и чего-то ещё.
— Я… — начал он, явно собираясь просить прощения, но из-под одеяла показалась голова доктора Бруно.
Встрепанный и помолодевший, тот нащупал на тумбочке очки и водрузил их на нос. Оглядел развернувшуюся в его спальне сцену и сделал предсказуемые выводы.
— Мистер Поттер, я, — Бруно бросил быстрый взгляд на Снейпа, по груди которого стекала струйка крови, — был не в курсе.
Поттер моргнул, вздохнул с едва различимой досадой, поднял руку — Бруно чуть заметно напрягся — и обреченно махнул.
— Сейчас вылечу.
— Уверен? — с лёгкой издёвкой Снейп демонстративно стёр с губы кровь. — Если тебе будет легче, я могу постоять так ещё пару минут.
По взгляду Поттера Северус с изумлением понял, что попал в точку. Но уже в следующую секунду боль отступила, повинуясь скупому пассу волшебной палочки. Зельевар придирчиво прислушался к ощущениям, но комплекс исцеляющих чар сработал идеально.
— Я собираюсь к ней домой, — Поттер спрятал палочку во внутренний карман. — Буду держать тебя в курсе. Если ты…
— Будут новости — сообщу, — Снейп застегнул рубашку и окончательно принял деловой вид. — Как минимум у Аврората есть специалист по маггловским технологиям, едва ли Кингсли про него вспомнил.
— Увидимся, — кивнул Поттер и аппарировал под настороженным взглядом доктора Бруно.
— Мне жаль, что он видел…
— Дело не в этом, — Северус задумчиво потрогал залеченную челюсть. — Он не уследил за мисс Грейнджер, и считает себя виноватым. И я не уследил. А ещё я один из немногих людей, которым он может позволить себе дать по морде.
Заканчивая одеваться, Северус для страховки набрал номер мобильного Грейнджер. Он не сомневался, что Поттер подошёл к ее поискам основательно, но также помнил, какими причудливыми свойствами могли обладать некоторые местности и помещения, с которыми работал Отдел Тайн. Собственно, одно из таких дел и заставило их и ещё троих сотрудников завести мобильные, а потом маггловские устройства оказались отличным способом поддерживать связь рядом с чувствительным к магии 1.11.
Однако мобильник Грейнджер был выключен, о чем сообщил мягкий женский голос. Бруно наблюдал за манипуляциями Северуса и не задавал вопросов, явно сделав выводы самостоятельно. И даже не стушевался под ответным взглядом, хотя все ещё был помят и завернут в простыню. Это было приятно.
— Я могу чем-либо помочь в поисках?
Северус помедлил, доставая палочку из внутреннего кармана.
— Мистер Поттер перепробовал практически все, что могло бы сработать. Остаётся ждать новостей от него и от технического эксперта. Если, разумеется, мисс Грейнджер не объявится раньше, как скорее всего и случится.
— Думаете, она в порядке?
— Практически уверен, — Северус говорил спокойно и несколько снисходительно, и наверняка так бы себя и чувствовал, если бы не тревога, передавшаяся ему от Поттера. — Мисс Грейнджер была осторожна и предусмотрительна ещё до того, как начала работать с секретными объектами. Шанс, что один из них смог ей навредить, ничтожно мал.
— А… Другие варианты?
— К примеру?
— У неё должно быть множество врагов.
— Навещу их, — ответил, посерьёзнев, Северус после минутного раздумья. — Но не раньше, чем выпью кофе, — он посмотрел на Бруно долгим взглядом.
И что с того, что его стрессовые реакции не менее предсказуемы, чем у Поттера?
***
У двери, до которой он вчера проводил Гермиону, Гарри помедлил. Нужно было притормозить, он и так превысил лимит необдуманных поступков этим утром. Метался по городу, беспорядочно колдовал, довел до нервного тика секретаря Кингсли, ударил Снейпа… А ведь прошло чуть больше полутора часов, как патронус Шеклбота поинтересовался, не с ним ли Гермиона. Он должен соблюдать спокойствие. Он обещал. Дверь поддалась обычной Алохоморе, и Гарри со смешанными чувствами переступил порог. Он не до конца понимал, зачем пришел сюда и что рассчитывал отыскать. Квартира не находилась под заклятием Фиделиуса, а значит, будь подруга здесь, пусть даже без сознания, поисковые чары бы ее обнаружили. И даже будь она мертва… Гарри оборвал себя и преувеличенно внимательно стал осматривать безликую, светлую и полупустую квартиру, царапая ногтем указательного пальца ладонь. Не стоило просить Гермиону о помощи. Ее уверенность в том, что она контролирует пожирательницу, оказалась заразительной, и он напрасно ей поддался. Где теперь их искать? Где Гермиона могла запереть одну из самых опасных волшебниц из живущих в магическом мире, какие причудливые способы использовать, чтобы оградить от мира? К сожалению, глубокие познания подруги в чарах и специфика ее работы практически не оставляли Гарри шанса. Черт, он слишком привык решать проблемы без помощи магии. И если в самом начале это походило на головоломку — придумать эффективную замену привычным магическим действиям, то теперь стало второй натурой. Он был способен раскрыть законспирированных шпионов, отыскать затаившихся преступников или вычислить выжидающих удобного мгновения убийц, но не когда в деле была замешана магия далеко не школьного уровня. Да и проведи он эти годы в магическом мире, сравниться в мастерстве с Гермионой ему бы все равно не удалось. И он точно так же был бы готов в бессилии лупить стены кулаками. Лестрейндж наверняка использовала предосторожности Гермионы против нее. Это было единственным объяснением внезапному бесследному исчезновению. Гермиона расслабилась и была не в форме после нападения этой неведомой рептилии, и последствия не заставили себя ждать. Гарри сжал кулак так, что хрустнула травмированная пару лет назад фаланга, и заставил себя собраться. Он прошелся по комнатам, ничего не трогая и недоумевая ощущению, что это не может являться жильем Гермионы. Гермиона, которую он знал, никогда бы не выбрала квартиру вроде этой, как бы ни торопилась. Она никогда не отличалась вниманием к интерьеру и декору, но помещение было настолько «никаким», что это впору было принять за подсказку. Встав посреди комнаты, Гарри выдохнул и прикрыл глаза. Что бы там ни говорили его соотечественники, какими бы легендами не обросла его персона благодаря журналистам, хоть сколько-нибудь сведущим волшебником он не был. Мерлин, да он даже в Хогвартсе не доучился, что уж говорить о дальнейшем образовании. Предел его способностей пролегал примерно на уровне студента Академии Авроров, и то благодаря специфическому прошлому и обрывочным знаниям, которые он вынужденно усвоил во время войны. Но дело никогда не было в навыках, говоря о его отношениях с магией. Было везение, отчаяние, помощь, жертвы — но уж точно не талант или успехи в учебе. И было еще что-то, не удача, не судьба… И не Волдеморт, определенно, не их странная связь. Подонок был уничтожен вместе со всеми хоркруксами, а гадская тенденция сохранилась: частота маловероятных событий в его жизни превышала все объяснимые нормы. Невинные намерения оборачивались причудливыми происшествиями и имели совершенно непредсказуемые последствия. Например как вчерашняя, не менее чем тысячная попытка помочь Клоду. Проклятье, он сделал это снова. Иногда он думал, что ему вообще не стоило уезжать из Кювейта, а оставаться под присмотром местных ведьм. Вот у кого было четкое понимание причин происходящего — непереводимое с арабского, увы — и достаточно личного могущества, чтобы справиться с любыми неприятностями, которые может принести его беспокойное присутствие. Но нет, не остался на службе у старых мегер, и вот он — закономерный итог. Всегда один и тот же. Ничего он в этой квартире не почувствовал, естественно. Ни тайников, ни невидимых дверей, ни порт-ключей. Гермиона здесь не жила — во всем помещении нашлась всего пара волосков, никаких личных вещей, хотя Гарри в злом отчаянии перерыл комод и платяной шкаф. Эти комнаты служили перевалочным пунктом, но выяснить, куда отсюда уходила подруга, было не в его силах. И честно говоря, он сомневался, что это удастся специалисту. Когда ты держишь под замком пожирательницу смерти, о таких вещах приходится заботиться, особенно если ты Гермиона. Это ее и погубило. Уходя, Гарри бессильно коснулся согнутыми пальцами межкомнатной двери, хотя неистово желал проделать в ней дыру. Не стоило давать себе волю даже в таких мелочах.***
Гжегож был выпускником Дурмстранга, компетентным, но несколько асоциальным. После того, как Лиама Бейкера сместили с должности главы Отдела Тайн, а следом за ним еще несколько руководителей, Грейнджер выбрала его своим заместителем. Гжегож до сих пор не улавливал причин ее поступка — к своим тридцати он мог считаться состоявшимся ученым, но общаться с людьми так и не научился. А именно этим теперь приходилось заниматься большую часть времени, неизбежно зарабатывая репутацию жесткого и мрачного типа. Впрочем, до вчерашнего дня Гжегож не торопился хлопотать о своей отставке и возвращаться в привычную лабораторию. А сегодня даже о ночных сменах начал вспоминать с нежностью и щемящей тоской, потому что вся магическая Британия с утра не могла найти его начальницу. Едва Гжегож силами оперативного отряда и двоих ликвидаторов, младший из которых явился на службу в чудовищном похмелье, уладил инцидент с очередным появлением на улицах Лондона Черной Скорой Помощи, к нему явился Кингсли Шеклбот. Главный Аврор доброжелательно, но очень долго и дотошно выспрашивал подробности проектов Отдела, которые могли иметь отношение к исчезновению мисс Грейнджер; он посетил отсек, в котором обитал 12.5, напавший на нее накануне, допросил штатного колдомедика, который оказывал помощь, и даже влез в протокол исследования ящера, чем вызвал у Гжегожа нервный тик. Маг уважал порядок доступа к документации Отдела. Градации на Особую, Строжайшую, Абсолютную и Более Чем Совершенную секретность успокаивали его. Разумеется, алая печать в углу папки и комплекс чар конфиденциальности вовсе не гарантировали, что объект исследования не вырвется из отсека, чтобы крушить подземные коридоры и откусывать головы ученым и рядовым сотрудникам, однако четкая структура импонировала Гжегожу, как и любой кусочек жизни, подчиненный понятным и строгим правилам, как любая удачная попытка упорядочить царящий вокруг хаос. Так что он даже испытал некоторое злорадство, когда Главный Аврор касался вопросов, дать ответ на которые не позволяли многочисленные Обеты. Не потому, что недолюбливал мисс Грейнджер. Гжегож однозначно уважал ее ум и честность, и по-своему был привязан. И в ее исчезновении его тревожило далеко не только количество свалившейся работы, но все же… Кингсли Шеклбот был слишком шумным, слишком подвижным, стремительно менял тему, не дослушивая до конца, а еще два раза прикоснулся к Гжегожу, когда тот замешкался. Гжегож ненавидел, когда за него хватались, и недолюбливал людей, за которыми не успевал в силу особенностей темперамента. А потому вздохнул с облегчением, когда Главный Аврор оставил его в покое. Спустя двадцать минут сова доставила ему короткое, неформальное распоряжение Министра, который велел обращаться напрямую к нему с любыми трудностями, обещал посильную помощь и почти дружески выражал уверенность, что Гжегож справится со своими временными обязанностями. Записка, как ни странно, не только заставила окончательно осознать серьезность положения, но и немного подбодрила. Гжегожу приходилось иметь дело с самым молодым Миннистром Магии в истории, прямым, деятельным и лояльным Отделу. А главное — благодаря мисс Грейнджер Рональд Уизли не недооценивал ущерб, который при случае способны нанести объекты исследования невыразимцев. Мир страшнее, чем о нем думают, это Гжегож понял еще в первую неделю стажировки. И, несомненно, более захватывающий. Как Статут Секретности ограждал маггловский мир от магического, так Отдел Тайн берег магов от существ, артефактов и явлений, одни только знания о которых могли лишить сна. Отдел принимал на себя удары непрерывно меняющегося мира, фильтровал причудливые проявления магии, старался обезопасить от них человечество. Магглорожденные сотрудники называли происходящее лавинообразной эволюцией, только непредсказуемой и необъяснимой нуждами приспосабливаемости. Магия была последней из стихий, чьи свойства оставались до конца непонятыми просто в силу отсутствия в ней некоторых критических закономерностей. То, как она меняла вещи и людей, изучали сотни лет, однако вместо четких однозначных правил формулировались суеверия и предрассудки, но и они работали далеко не всегда. И чем продолжительнее было это влияние, чем более уникальным оказывался опыт конкретного магического взаимодействия для существа или предмета, тем с более причудливым результатом приходилось иметь дело невыразимцам. И временами этот результат оказывался смертельно опасен. А теперь все это — его ответственность, пусть и ненадолго. Гжегож был уверен, что скоро ситуация разрешится, но до возвращения Грейнджер все равно нужно было продержаться. Поддерживать работоспособность хранилищ артефактов, отсеки с магическими существами, удержать в подчинении ученых, ликвидаторов, оперативников и аналитиков, сохранить жизнь и здоровье недавно прибывшим стажерам, вовремя справиться со срочными выездами и плановыми исследованиями… Общаться с людьми. Хорошо бы мисс Грейнджер вернуться до конца недели. На больший период без инцидентов рассчитывать не приходилось даже в самом оптимистичном случае. В дверь его кабинета просунулась бритая голова одного из аналитиков. — Из Нуллсмора поступило сообщение о гигантском пауке, — несколько нервно проговорил маг. — Свидетели проплывали мимо побережья на корабле, и оно… было в лесу. — Насколько гигантском? — со вздохом уточнил Гжегож, оглядывая стопки пергаментов на своем рабочем столе. — Выше сосен.
