Глава 10, о том как поиски заходят в тупик
4 ноября 2021 г., 02:51
Проснувшись, Гермиона подумала, что сдержала обещание быть в порядке даже раньше срока. На настенных часах было почти шесть вечера. Тело ломило, перед глазами стояла розоватая муть, события вчерашнего дня путались и безнадежно смешивались с горячечными видениями, но худшее, чем бы оно ни было, осталось позади.
В комнате царил бедлам. Смятый плед на полу, зачарованная сумка на журнальном столике, вокруг нее — обилие флаконов с зельями. Нужно будет узнать, что именно использовала вчера Лестрейндж. Впрочем, что бы там ни было, оно помогло. Гермиона села ровнее, развернула ногу, чтобы рассмотреть укус, и с трудом сглотнула. Рана выглядела пугающе. Не было особенной боли, признаков инфекции, которые можно было объяснить, в отличие от потемневших вен, просвечивающих под бледной до синевы кожей. Проведя пальцем по тонкой изломанной линии, Гермиона не ощутила прикосновения. Но в остальном конечность сохранила чувствительность, и когда девушка вскочила на ноги, близкая к панике, то совсем слегка покачнулась, и то от накатившего головокружения. А ведь на секунду она почти уверилась, что яд чертовой рептилии ее парализовал.
Присутствие Лестрейндж угадывалось в негромком шуме за стеной, но искать с ней встречи не хотелось. Гермиона вытащила из зачарованной сумки полотенце и смену белья и отправилась в душ.
— Грейнджер! — услышала она напряжённый голос, неразборчивый за шумом бегущей воды. — Грейнджер!
Журчание прекратилось, и тут же стало холодно. Гермиона открыла глаза и, смаргивая капли с ресниц, уставилась на светлую плитку, к которой прижималась щекой. Медленно развернулась на спину — кафель был жёстким и скользким, Лестрейндж, сидящая рядом на корточках — раздосадованной. Заметив, что девушка пришла в себя, та тихо выдохнула и села прямо на мокрый пол душевой.
— Не торопись вставать, свой вид меня не смущает, — сухо посоветовала Беллатриса. — К тому же зрелище голого, мокрого, тощего цыпленка гораздо менее душераздирающе, когда знаешь, что он жив.
Гермиона неожиданно для себя рассмеялась, повернув к ней гудящую голову, и женщина недовольно улыбнулась в ответ. Ее простое бордовое платье потемнело от воды, короткие волосы были встрепаны, щеки порозовели от влажного тепла душевой. Обычная волшебница, взрослая, уравновешенная, слегка раздраженная вторжением на ее территорию. Разумеется, если не знать предыстории, причины, почему ее волнует жизнь Гермионы. Мысль немного отрезвила, и девушка постаралась сесть. Нужно было одеться, выпить ещё одну порцию Восстанавливающего, и, пожалуй, кофе…
— Лежи, Мерлина ради. Ты разбила голову, когда потеряла сознание, а зелью нужно время, чтобы подействовать, — Беллатриса всмотрелась в ее лицо, не уверенная, что до девушки дошли ее слова.
— Ладно, — устало согласилась та, опускаясь на пол. — Призови сюда плед.
Лестрейндж фыркнула, смерив хрупкую фигуру надменным взглядом, но выполнила просьбу. Потом накрыла Гермиону пушистой тканью, снова взмахнула чужой палочкой, заставляя всю воду в душевой испариться, и наконец призвала две подушки — одну сунула под спину себе, на вторую помогла перелечь девушке. Та наблюдала за ней из-под ресниц — тошнота и слабость были такими, что даже зрелище собственной палочки в руке пожирательницы ее не тревожило.
— У меня есть теория, — задумчиво проговорила Беллатриса после минутного молчания. — Почему укус так на тебя подействовал. И продолжает действовать.
— М-м?
— Должно быть, яд безвреден для людей, — Гермиона не отвечала, и женщина бесстрастно продолжила: — Ты ведь не вполне человек.
Никакой реакции не последовало, и она было решила, что Грейнджер уснула, когда та наконец вздохнула и проговорила:
— Вполне возможно. Взаимное влияние двух аномалий — всегда очень скользкая тема.
— И чем все обычно заканчивается?
— Плачевно, — признала Гермиона, прикрывая глаза. — Случаев, когда взаимодействие имело позитивные последствия для обоих объектов, зафиксировано совсем немного. Но я в порядке.
Лестрейндж, кажется, собиралась высмеять ее оптимизм, но вместо этого спросила:
— Себя ты тоже относишь к объектам?
Гермиона слабо улыбнулась.
— Личного номера у меня нет. Только у явления в целом… — она вздохнула. — Не о чем особенно рассказывать. В детстве я подверглась нападению. Ты их знаешь, должна помнить, я уверена. Ты ведь узнала меня тогда, в у Малфоев.
Беллатриса молча кивнула. Дементоры помогли ей вспомнить кошмар из детства, который навсегда должен был остаться в ее маленькой спальне. Страшная история из той поры жизни, когда не ищешь логического объяснения увиденному, а просто знаешь, что в опасности, и цепенеешь от невозможности спастись.
— Хочешь сказать, это заразно? Но они не были похожи… — Белла замолчала и недоуменно добавила: — Я впервые в жизни говорю об этом вслух. До этого не могла даже с сестрами. Ни рассказать, ни нарисовать, ни…
— Одно из их свойств. Возможно, дело в том, что я отчасти они, — Грейнджер осторожно перевернулась на спину и остановила взгляд на потолке. — Или в Обете. Редко когда получается сказать наверняка, и точно не в случае с н-0.00.
— Совсем вы в своем Отделе Тайн поехали, — помощилась Белла и отвела глаза на стену, потому что так поддерживать тяжёлую тему было самую малость проще. — И что насчёт эн ноль ноль-ноль? Что они с тобой сделали?
— Я с ними, — с мрачной улыбкой поправила Грейнджер. — Почти уверена, что ту парочку я уничтожила. Стихийная магия, рановато, конечно, но я очень не хотела умирать и превращаться в одного из них. То происшествие не прошло даром, но по большей части я осталась человеком.
— Как это возможно? — с сомнением нахмурилась Белла. — Если они убивают детей, это должны были заметить…
— Их заметили, — с тоской согласилась Грейнджер. — Невыразимцы. Два десятилетия назад бывший глава Отдела вспомнил их. Побочное явление эксперимента с Омутом Памяти.
— И внёс в картотеку? — насмешливо предположила Белла.
— Внесла я, — без улыбки ответила Грейнджер. — А он объяснил им, что магглороженные дети могут стать лёгкой добычей. Эти твари очень осторожны по своей природе, к тому же уязвимы перед некоторыми защитными амулетами. А этот трусливый гад помог им понять, что магглороженным никто не поверит, и перед ними они беззащитны.
— Они ему угрожали? — Белла запоздало поняла, что Грейнджер не была единственным чудовищем в этом мире.
И даже если через защитные чары, окружающие ее дом, не проберется ни одна потусторонняя дрянь, это не значит, что она не будет отныне угадываться в каждой тени.
— Нет, — усмехнулась Грейнджер. — Теоретически они могут свести с ума взрослого, который их вспомнил, это правда, но я нашла единственное документальное подтверждение за последние двести с небольшим лет. Им не свойственно испытывать интерес к эмоционально зрелым персонам. Но Бейкер был так зациклен, что все же привлек их. И тут же завязал диалог. Это очень в его стиле — активно налаживать отношения с более сильным противником, принимать его сторону. Такой выверт психики, патологическая предрасположенность к Стокгольмскому синдрому.
Грейнджер говорила без эмоций, хотя Беллу ее рассказ заставил ненавидеть подонка, которого она даже ни разу не встречала.
— Единственный человек, — продолжала девушка, — изменил положение вещей. На это указывает и статистика контактов. Старшее поколение сталкивалось с н-0.00 в одном случае из двух тысяч. Я разработала короткий тест, который указывает на особым образом подавленные воспоминания без необходимости использовать легиллименцию, и отправила его в несколько десятков организаций под видом научной работы по психологии. Героиня войны, сама понимаешь, люди были рады помочь, — отрешённо проговорила она. — Примерно в восьмидесятые картина меняется, теперь это двое из пятиста, в подавляющем большинстве магглорожденные. В Америке ситуация чуть лучше, как и в Европе, где-то один на тысячу, — Грейнджер вздохнула, было видно, что разговор ее вымотал, и тем не менее она продолжала. — Соотношение случаев контакта и исчезновений по вине н-0.00 установить по понятной причине невозможно. Я постаралась взять под контроль все исчезновения магглороженных детей в Британии, но цифры очень примерные.
— А именно?
— Мы не смогли найти восемь человек за последние семь лет, в смысле тех, которые почти наверняка были магглорожденными. Я спонсирую детективное агенство Уизли, Артур отслеживает все свидетельства о происшествиях и если исчезает ребенок, анонимно помогает в поисках. Чаще всего это связано с проявлениями стихийной магии, иногда их похищают разведённые родители, кто-то может просто заблудиться… Бывают трагические, но объяснимые случаи, но иногда дети пропадают из своих спален бесследно, — Грейнджер помолчала и с досадой добавила: — Но и тут нельзя говорить наверняка. К тому же, я не могу выявить тех, кто у них на крючке в данный момент — тесты не помогают, когда ребенок подвержен активному влиянию. Тот же механизм, который не давал тебе поделиться с сестрами.
Белла молчала, поражённая масштабами деятельности, которую развернула Грейнджер. Это походило на настоящую одержимость.
— Сколько времени ты на это потратила? — осторожно поинтересовалась она.
— Я знала, чем буду заниматься, уже в Хогвартсе, — вздохнула Гермиона. — Если выживу, разумеется. Кое-какие исследования проводила уже в школе. Потом была война, Последняя битва… Мне были открыты все дороги, даже в Отдел Тайн. Там я продолжила работу в свободное время, и моими исследованиями заинтересовался Бейкер… Два года морочил мне голову, внушал не быть настолько радикальной, — она хмыкнула. — И однажды рассказал все как есть. Думал, что предостерегает.
— И что с ним теперь? — спросила Белла, догадываясь, как закончил бывший невыразимец.
— В данный момент — даже не знаю. В последний раз я навещала его около месяца назад, — Грейнджер недобро улыбнулась. — Знаешь, — она повернула голову к Белле, — я не испытываю к тебе ненависти. А к нему да. Так что можешь умножить свой опыт в пару десятков раз, получишь наше с ним общение.
***
В обед Кингсли получил от Гарри странную записку, в которой тот просил рассчитывать на него, если потребуется практическая помощь в поисках. Главный Аврор перечитал ее трижды, но так и не уловил подтекста и решил уточнить этот момент, когда закончит с визитами. Гарри сейчас очень непросто, и кто-то должен напомнить ему, что война закончилась, и смертельных опасностей в этом мире сильно поубавилась, а Гермиона за эти годы еще лучше научилась оценивать степень риска и избегать угроз. Что-то пошло не так, это факт, но девочка была невыразимцем, а в Отделе Тайн штатной ситуацией считалось вообще любое событие, не являющееся концом света, да и с тем, по их убеждению, можно было работать. Так что она несомненно выкарабкается, самостоятельно или с их помощью. Сова от Гарри застала его на пороге дома Лиама Бейкера, бывшего главы Отдела Тайн. Отпустив птицу без ответа, Кингсли постучал в тяжелую дубовую дверь. Заместитель Грейнджер в их утренней беседе предположил, что у той были какие-то дела со старым учителем, вроде бы общий проект. И она как-то оговорились, что навещала его, уже после скандальной отставки. Это было слабым, но все-таки шансом. Ждать ответа пришлось почти пять минут. Наконец за дверью послышалось шевеление, за занавеской мелькнуло лицо, и Бейкер, узнав визитера, со скрежетом отпер засов на двери. Первое, что отметил Кингсли — из несколько самодовольного зрелого мужчины Бейкер превратился в настоящего старика. В густых каштановых волосах появилась седина, взгляд стал затравленным, движения — нервными. Бейкер опасливо заглянул ему за спину и с явным усилием заставил себя говорит приветливо: — Здравствуй, Кинсгли. Что-то случилось? Кингсли помедлил. Он не вполне представлял, как изменились отношения Грейнджер с ее наставником после его скандальной отставки. — Пришел поговорить о Гермионе, — безмятежно проговорил Кингсли. — Найдётся минутка для меня? Заявление произвело неожиданный эффект. Бейкер весь сжался, попятился назад и замотал головой, выставив трясущиеся руки в защитном жесте. — Нельзя, — с третьего раза разобрал Кингсли слово, которое тот повторял. — Лиам! — изумлённый такой реакцией Главный Аврор схватил бывшего коллегу за плечи. — Ты знаешь, где она? Бейкер резко вскинул голову и мелко закивал. — В шкафу, — как-то жалобно ответил он, косясь вглубь дома. Кингсли быстрым шагом вошёл внутрь, осматриваясь и стараясь надолго не выпускать Бейкера из поля зрения. В просторном, некогда со вкусом обставленном жилище теперь царил бардак. Немытая посуда, почему-то обилие скотча в самых неожиданных местах, пыль и какие-то темные масляные пятна, множество перегоревших лампочек на столе. В затхлых комнатах пахло немытым телом, мутные окна едва пропускали свет. — Какой шкаф? — спросил Кингсли у мага, семенящего следом за ним. — Любой, — с дрожью ответил Бейкер. — И под кроватью… Под кроватью тоже может быть.***
— Я навестил Бейкера, — сообщил Патронус голосом Кингсли. — Он совершенно точно не в себе. Не думаю, что он может чем-то помочь, по крайней мере, я ничего от него не добился, только какой-то параноидальный бред о чудовищах. Надеюсь, твои успехи будут более существенными, — мрачно резюмировала белоснежная рысь и растаяла в солнечном осеннем воздухе. Снейп поморщился. Ему хвастаться тоже пока было особенно нечем. Общие знакомые и коллеги были озадачены исчезновением Грейнджер не меньше него, камеры наблюдения на детской студии напротив ее дома свидетельствовали, что она не выходила после того, как Поттер проводил ее до двери, эксперты, которые осматривали помещение, обнаружили сложный комплекс чар, но никаких следов дуэли или любого другого события с высоким магическим потенциалом. Зато специалист по маггловской технике передал данные о единственном человеке помимо Снейпа, который звонил Грейнджер в последнее время. Точнее, оставил сообщение на автоответчике, так и не прослушанное. Человек по имени Фергюс Макинтайр, один из партнеров адвокатского бюро, деловым тоном сообщил, что «нашел их и будет держать ее в курсе». Его следовало проверить, пусть даже без особой надежды на информацию. Северус опустил руки в карманы маггловского пальто, пару секунд помедлил, собираясь с мыслями, и, сжав в кармане палочку, аппарировал в деловой центр Лондона. О встрече он договорился заранее, представившись владельцем небольшого семейного бизнеса. Ему не впервые приходилось решать рабочие вопросы с магглами, и он бы ощущал себя вполне расслаблено, если бы не причина, по которой приходилось хлопотать. Грейнджер была ещё одним боевым товарищем, и мысли об очередной потере нет-нет да и мелькали, мешая сосредоточиться. Снейп старался чаще напоминать себе, что лишён дара предвидения, и предчувствие, что трагедия уже свершилась, и они всего лишь пытаются установить ее обстоятельства, а не прийти на помощь — это всего лишь нервы. Фергюс Макинтайр произвел приятное впечатление профессионала своего дела. Его без труда можно было представить не просто случайным знакомым, а доверенным лицом, и повинуясь интуиции, маг решил сперва поговорить. — Я был не вполне честен, — легко признал он, занимая предложенное кресло в очень светлом кабинете с видом на современные офисные здания. — Мне не нужна юридическая консультация. По крайней мере на данный момент. Фергюс с вежливым интересом приподнял бровь, растегнул пуговицу бежевого пиджака и, присаживаясь напротив, жестом предложил продолжать. — Дело касается вашей клиентки, — проговорил Северус, и адвокат, не дослушав, поднял руку. — Мистер Снейп, я надеюсь, вы понимаете, что разглашение личной информации противоречит этике и законам, — не допускающим возражений тоном заметил он. — Я на это и не рассчитывал, — чуть раздражённо кивнул Северус. — Ваши дела меня не касаются. Однако, этой ночью она пропала, и, вероятнее всего, нуждается в помощи. — О ком идёт речь? — немного остыл Фергюс. — Гермиона Грейнджер, — с некоторым сомнением ответил Северус. — Но она вполне могла назваться чужим именем. Примерно метр семьдесят, двадцать пять лет, русые волосы, — он задумался, — пышные, но собранные в прическу. Стройная, довольно решительная… Вы оставили для нее сообщение сегодня в 11:18. — О, эта несчастная девушка… — понимающе кивнул Фергюс, и маг, не желая упускать момент узнавания, заглянул ему в глаза. Он вовсе не собирался перетряхивать сознание адвоката, а только сориентироваться, не тратя время на споры о конфиденциальности. Очень быстро Северус понял, что копаться особо негде — Фергюс и Грейнджер были знакомы совсем недавно. Собственно, первый и последний раз адвокат видел ее вчера… И тут начинались сложности. Часть воспоминаний была недоступна — ему просто не удавалось сосредоточиться на событиях, которые предшествовали их встрече. Минут за двадцать, максимум полчаса, Северус смог бы разрушить чары — не то разновидность Обета, не то Обливиэйт. Однако сначала он сфокусировался на беседе, которая последовала дальше, и был мягко говоря озадачен. Прошлым вечером в каком-то темном переулке Грейнджер просила Фергюса о помощи. Она выглядела чересчур спокойной для жертвы насилия, к тому же Северус был уверен, что ни одному человеку в этом мире, тем более магглу, не удалось бы застать Грейнджер врасплох. Однако та описывала нападение, совершенное какими-то малолетними придурками, и Фергюс уже установил их личности. Этим утром он обратился в полицию от лица своей клиентки, начал сбор доказательной базы, к которой полицейские уже прикрепили признательные показания. Что бы ни рассчитывал узнать Северус от адвоката, такого он точно не ожидал. Уже приготовившись заняться белыми пятнами в памяти Фергюса, Северус услышал его голос и моргнул, возвращаясь к реальности. — Вам лучше уйти прямо сейчас, — твердо велел адвокат. Он стоял в паре метров от гостя, направляя компактный пистолет в его левое плечо. — Даже так? — вполне искренне изумился Северус, склоняя голову. — Мистер Макинтайр, я не знаю, за кого вы меня приняли… — Не берусь судить, — сухо отрезал Фергюс. — Но вам здесь не место. Уходите. — Вы не знаете, где она, — резюмировал Северус, все так же не двигаясь с места. — Ничем не могу помочь, — кивнул адвокат, напряжённо следя за тем, как визитер поднимается, легко склоняет голову в прощальном жесте, и выходит за дверь. Только тогда Фергюс опустил оружие, быстро вернул его в кобуру под пиджаком и набрал номер начальника охраны. — Хорн, проследи, пожалуйста, чтобы джентльмен, который только что вышел от меня, покинул здание. Только по камерам, провожать не нужно, — он дождался заверений, что все будет сделано, и набрал другой номер. — Аластор, — негромко приветствовал адвокат. — Вы просили сообщать о трудностях. Возможно, вам стоит знать…***
Северус был настолько впечатлён, что прошел несколько кварталов пешком вместо того, чтобы аппарировать. Адвокат оказался не промах — Мерлин его знает как, но заподозрил неладное. Можно было настоять, усыпить, а после сеанса легиллименции стереть память, но Северус решил, что вернётся в его офис вечером. Сейчас намного важнее казалось порыться в головах пацанов, которые сегодня признались в групповом изнасиловании одной из сильнейших волшебниц магической Британии. Этот факт настолько не укладывался в голове, что с ним следовало разобраться в первую очередь. Согласно информации, которой владел Фергюс, интересующая Снейпа троица содержалась в одном из полицейских участков. Адвокат похлопотал, чтобы никому не пришло в голову отпустить их до суда под домашний арест, и теперь они ожидали перевода в тюрьму. У Северуса как раз оставалось время с ними побеседовать. Точнее, на этот раз все же грубо влезть в голову, заморочив охрану и выведя из строя систему видеонаблюдения. Церемониться с мальчишками он не стал, и, накинув чары невидимости, посетил все три камеры меньше чем за час. Он все меньше понимал. Память троицы была изменена, очень качественно, но явно без расчёта, что кто-то еще применит к мальчишкам легиллименцию. Северусу потребовалось совсем немного усилий, чтобы под воспоминанием о жестоком изнасиловании, в котором участвовала Грейнджер, вскрылась память о ещё более невероятных событиях. Даже обратная ситуация казалась бы более реальной, но не Грейнджер, которая с исказившимся лицом карабкалась по стенам, с очевидным удовольствием грозилась сожрать мальчишек. И что поразительно, все его мастерство легиллимента не позволило обнаружить подвоха. Либо над памятью поработал гораздо более искусный специалист, каких он не знал, либо все было именно так, как подсказывала память перепуганных мальчишек. И что ему это даёт? А нихрена. Северус аппарировал прямо из камеры последнего из компании, оказался в сквере неподалеку от своей квартиры и, не сдержавшись, потёр переносицу. Он и прежде знал, что Грейнджер патологически деятельна и склонна к авантюрам. Знал, что Отдел Тайн ведёт головоломные, полубезумные исследования и проводит сомнительные эксперименты. Но увиденное сегодня было за гранью его понимания. И даже на это он был готов махнуть рукой до момента, пока Грейнджер не соблаговолит выйти на связь, но что он может для этого сделать? Северуса задел плечом какой-то молодой мужчина, и маг, поморщившись, посторонился. Есть определенные неудобства в том, что окружающие не знают тебя в лицо и не предпочитают обходить по большой дуге. — Я не знаю, где девочка, — Снейпу показалось, что он ослышался, но недавний прохожий каким-то образом оказался за его спиной. — Тшш, не поворачивайся. Фергюс сказал, ты ее искал. — Мы знакомы? — прохладно поинтересовался Северус, незаметно потянув носом. От мужчины едва различимо пахло ингредиентами Оборотного. Тот довольно крякнул в ответ на его вопрос, и у Снейпа появилась догадка, которую он не торопился озвучить. Если Аластор предпочитает общаться именно так, ничего не стоит ему подыграть, лишь бы не менял тему. — В любом случае, — вздохнул зельевар, — я ее ищу. Все ищут. У вас есть предположения, что могло произойти? Откуда взялись эти мальчишки? — Не имею понятия, о чем ты говоришь, — вполне искренне ответил мужчина, все так же маяча за спиной. — От меня ей нужна была статистика, которую я собирал, и никаких мальчишек. — Но дело, которое ведет Фергюс… — не понял Снейп. — Да, он сказал мне, что девочка воспользовалась его услугами для какой-то своей надобности, не вникал. Что-то связанное с маггловским судом, кажется, ей нужно кого-то упрятать за решетку. Я ничего не имею против, Фергюс неплохой парень, помогает мне не первый год. — Ладно, — Северус понемногу начал понимать. То есть полудурки только собирались напасть, и Грейнджер, вместо того, чтобы просто испепелить отбросы общества, решила отдать их на растерзание маггловскому правосудию. Неплохой выход, только вот это никак не приближало Снейпа к блудной гриффиндорке. — О какой статистике вы говорили? — Нет уж, так не пойдет, — хмыкнул голос. — Статистика тут не при чем. — А кто при чем? — не выдержал Снейп и обернулся. За спиной никого не было. Аластор совершенно точно сошел с ума на старости лет. — Не пугай моего Фергюса, — добавил голос и исчез окончательно, оставляя Северуса ощущать себя битой жизнью, раздраженной и разочарованной Алисой из Страны чудес.
