Шрамы нашей жизни

Гермиона спустилась вниз к Блейзу и Драко только после того, как привела себя в порядок и переоделась. Хвала её сообразительности, что она давно ещё оставила домашние вещи в Мэноре, чтобы не проводить вечера в неудобной офисной юбке и на каблуках. Однако, любимые джинсы сползали, и пришлось попросить Пинки, чтоб свистнул ремень у Драко в комоде. Гермиона заткнула в джинсы один край также болтающейся футболки и оценила вид в зеркале: и стильно и худоба не так заметна. Девушка подумала, что было бы правильно закрыть израненное запястье, чтобы лишний раз не будить в Драко чувство вины, но в Малфой Мэноре всегда было тепло и вещи с длинным рукавом здесь были не нужны. «До этого момента» — подумала Гермиона. Своим появлением в гостиной, девушка отвлекла парней от бурного спора, который вполне через пару минут мог перейти в драку. Грейнджер, заметив в кресле Гарри, рванула к нему и сжала в объятиях. — Люблю тебя. — выдохнул парень и прижался сильнее. Он так много хотел сказать: и отругать и пожалеть, но все слова как будто застряли в горле. Его боевая подруга была похожа на оживший скелет. Однако, Гарри с ужасом осознал, что её глаза горят, так же как тогда, в лесах. Он понял, война сломала их обоих, теперь обычная жизнь, без сражений не приносила удовлетворения. — Это всё очень мило, но у нас в подземельях тело его папаши. — саркастично заметил Блейз, садясь в кресло с бокалом в руке, и закидывая ноги на журнальный столик. — «Тело», как ты выразился, авроры заберут через… — Поттер, поверх плеча подруги, посмотрел на наручные часы. — Пятнадцать минут. Для него готовят камеру. — Как вообще так вышло, что он на свободе? — Гермиона наконец отпустила друга и присела на подлокотник его кресла. Поттер потупил глаза. — Отец вышел два месяца назад, но Аврорат по какой-то неведомой причине решил меня не предупреждать. — Малфой злился и продолжал нагнетать обстановку, будучи уверенным, что это святой Поттер во всём виноват. — А теперь они оперативненько подчищают свои ряды, выясняя кто же мог помочь этому ублюдку откупиться. — Малфой, последний раз повторяю! — зарычал Гарри, и на его скулах заиграли желваки. — Поттер, он прав. — вмешался Забини. — Да, возможно, выражается грубее, чем следовало, но в этом точно замешан кто-то из ваших. — Возможно?! — Не драматизируй. Гарри перестал улавливать суть спора двух друзей, уставился взглядом в камин, и выдохнул только тогда, когда рука Гермионы почти невесомо легла на его плечо. Малфой проследил за этим невинным жестом и еле сдержал рык, внутри давило что-то тяжёлое, то ли от ревности то ли… Нет, точно от ревности. Он ощущал что-то вроде предательства, когда Гермиона вот так выражала свою поддержку тому, кто виноват во всей этой неразберихе. — Давайте не будем это обсуждать? — предложила Грейнджер. — Всё кончено. Драко, все наши проекты не реализуются, если мы не возьмём себя в руки. Теперь, это уже не наша битва. — Хозяин, — Пинки материализовался из воздуха посреди гостиной. — Пришли мракоборцы. — Ты знаешь, что надо делать. Эльф, кивнув, исчез. В комнате наступила гробовая тишина. Каждый задумался о своём, но мысли о будущем, по их мнению, были слишком смехотворны, чтобы посвящать в них остальных. — Ребят. — первым подал голос Блейз спустя несколько минут. — А вам не кажется, что мы… — Хозяин, ещё мракоборцы. — перебил его, появившийся Пинки. — Облажались. — закончил Блейз.

***

Гермиона со стоном открыла глаза, насчитав в голове уже больше тысячи овец, и уставилась в потолок. Часы на стене показывали три часа ночи. Мысли разбегались, как тараканы, не давая уснуть. Глаза закрывались от усталости, но в темноте снова появлялись образы ночных кошмаров: вот Люциус открывает дверь, вот произносит страшное заклятие, а вот Драко смеётся над её мёртвым телом и говорит отцу «спасибо» за то, что избавил его от надоедливой грязнокровки. Гермиона успела в сотый раз пожалеть, что осталась в Мэноре на ночь. Возможно, в своей квартире или в номере гостиницы было бы опаснее, но здесь кошмары оживали прямо из воспоминаний. Гермиона протёрла глаза, когда в её дверь тихонько постучали. После характерного скрипа, в комнате появилась ушастая голова Пинки, но девушка всё ещё нервно держала руку под подушкой на лежащей там палочке. — Хозяйка не спит? — спросил эльф. — Хозяин попросил кофе, и Пинки решил, что, возможно, хозяйка тоже захочет. Грейнджер удивлённо уставилась на эльфа, но тот расценил её взгляд по-своему. — Пинки извиняется, что разбудил. — домовой исчез за дверью. — Нет, стой! — Да? — в проёме снова показалась голова. — Ты невероятно чуткий. — улыбнулась девушка. — Я не спала и, пожалуйста, мне тоже кофе. Только… Я зайду к Драко. — Конечно, хозяйка! — просиял домовой. Комната Малфоя находилась прямо за стеной, чтобы в случае опасности он мог оказаться рядом. Грейнджер вышла в коридор и поёжилась. Она ни разу не оставалась здесь на ночь и удивилась, как сильно всё меняется с наступлением сумерек. Или же это появление Люциуса оставило свой след, но холодные стены давили с такой силой, что хотелось прямо сейчас покинуть это место. Гермиона аккуратно постучала в деревянную дверь. — И с каких это пор ты перестал вламываться ко мне в… — Малфой распахнул дверь и застыл на месте, не успев договорить. В его глазах сразу заплескалось волнение. — Что-то случилось? Тебе нехорошо? — Нет… Просто Пинки сказал, что ты не спишь и я подумала… Не важно. — Гермиона почувствовала себя ужасно неловко, когда увидела почти раздетого парня, стоящего перед ней в одних черных, спортивных штанах. Тот же сделал вид, что не заметил, с каким интересом она его разглядывает, и отступил в сторону. — Проходи. Языки пламени из камина освещали комнату, которая ничем не отличалась от гостевых, но почему-то казалась более уютной. В ней не было роскоши, присущей всему интерьеру Мэнора, зато стояло несколько книжных шкафов. «А еще говорит, что я заучка» — усмехнулась про себя девушка, разглядывая заваленный книгами стол. — Не бардак, а творческий беспорядок. — процедил парень, заметив, как взгляд Гермионы скользит по комнате. Девушка пожала плечами. — Я знала, что у тебя есть библиотека, но понятия не имела,что ты в ней живёшь. — Очень смешно слышать это от тебя. — Драко помялся у двери, чувствуя странную скованность в движениях. — Ты тоже не смогла уснуть? Грейнджер не ответив, облокотилась на стол, делая вид, что на нём очень много интересного. — Кошмары, да? — Малфой прошел мимо неё и сел на кровать в позу лотоса. — Нет, слишком много мыслей в голове. — девушка знала, что он ей не поверит. — Надо было обдумать всё, что произошло. В этот момент в комнате появился эльф с подносом и поставил всё содержимое на письменный стол. — Пинки подумал, что хозяйка может проголодаться. — он указал пальцем на бутерброды, поклонился и исчез. Малфой закатил глаза. — Как ты это делаешь, Грейнджер? — Что именно? — Все эльфы Мэнора, а в особенности Пинки, молиться на тебя готовы. А меня попрекают, указывают на ошибки и дразнят! Девушка засмеялась. — Значит, мы все вместе сделаем из тебя человека. Эй! — Гермиона поймала летевшую в нее подушку. — Это нападение! Я сдам тебя в Аврорат! — И меня выпустят под залог. — Драко сразу понял, что не надо было этого говорить. В свете недавних событий эта фраза попросту очерняла лучшего друга Грейнджер. — Слушай. У меня есть идея. — парень, решив сгладить ситуацию, подошел к Гермионе и присел на корточки. — Давай сходим на свидание? — Мы? — Да, — он взял её руки в свои. — У нас всё так странно началось, давай хоть один день проведём, как нормальные люди? — Без сражений и преследований? — девушка слегка улыбнулась. — Это же скучно. — Постоим на пороге смерти в другой раз. Серьёзно, Гермиона, кто знает, что будет завтра? Если кому-то из нас придётся оплакивать бренное тело, я хочу знать, что мы хотя бы попытались быть счастливыми. — Ты назвал меня по имени? — Ты только это услышала? — Назови ещё раз, и я согласна. Драко улыбнулся. — Гермиона. — он провёл рукой по её щеке и поцеловал.