Littera scripta manet

Он всё время что-то писал в своём чуть помятом блокноте. Ацуши никогда не понимал, как можно учиться на отлично, при этом почти ничего не записывая на уроках, не делая домашнего задания. Он почти завидовал способности Акутагавы жить вот так. Ацуши был наблюдательным. Но даже его острого зрения не хватало, чтобы хотя бы отдалённо понять, что происходит на страницах того блокнота. Казалось, что он бесконечный, потому что Акутагава писал много, а страницы никак не заканчивались. Любопытство росло с каждым днём. Каждый раз, когда Акутагава обращался к написанию, его белые пряди почти закрывали глаза, в то время как его аккуратно очерченный подбородок и тонкие-тонкие губы открывались для того, чтобы ими любовались. Точнее — любовался только Ацуши. Обычно Ацуши часто останавливал на нём свой взгляд, рассматривая мрачного, задумчивого парня с последней парты. Такая клишированная ситуация, ведь он безнадёжно влюблён, а Акутагава безнадёжно потерян в том, что делает — наверняка даже не в курсе, как на него смотрят. Ацуши думает. Много и долго — о том, как однажды подойдёт к нему и спросит про все эти записи. Или позовёт гулять, как бы невзначай, чтобы не думал о нём, будто тот только об этом и мечтает. А он мечтает о долгих разговорах, о робких взглядах, о касании рук, чтобы согреть. Наверняка руки Акутагавы ужасно холодные. Он такой бледный, худой, тёмные волосы и серые глаза идеально сочетаются, создавая контраст. Ацуши влюблён в каждую деталь его внешности, но больше, конечно, в его страсть к писательству. В его тайну. Они общались в начальной школе. Как-то раз Акутагава заступился за него, когда никто не согласился с его мнением, и с тех пор Ацуши подумал, что они заодно. Вот только Акутагава по-прежнему отстранённый, с возрастом закрывается больше, ни с кем не общается. Ацуши знает, что дело в блокноте, в этих записях, он постоянно думает о них и почти что сходит с ума, строя десятки теорий. Впрочем, напрасно, ведь ни одна из них не оправдывается. Однажды Акутагава сам протягивает ему в руки свой блокнот. Помятый, потёртый, полностью исписанный. До самой последней страницы. — Прочти, — выдыхает он, не смотря в глаза, а потом уходит, оставляя Ацуши одного, и больше они не видятся, потому что начались каникулы. Ацуши не верит. Разгадка так близко? Он бежит домой со всех ног, закрывается в своей комнате и ждёт. Ждёт, пока успокоит беспорядочное биение сердца. А когда, наконец, это происходит, открывает первую страницу. В нос ударяет запах чернил, каждый иероглиф аккуратный, красивый. Ацуши сначала даже не вникает в написанное, лишь удивляясь чужой старательности и изящности. А потом начинает читать. Оказалось, что это — его дневник. Дневник Акутагавы, который начинается со слов «Мне больно...» Об одиночестве, непонимании, одном предательстве и сотне оттенков печали. Ацуши удивлён, как старательно Акутагава описывает каждое чувство. Но затем появляются проблески света — и происходит это с его появлением. Ацуши не может поверить своим глазам. Акутагава его не забыл?.. Он описывал их редкие прогулки, разговоры, два объятия за всё это время и робкое понимание друг друга. Их хрупкая связь когда-то. Потом — снова печаль, непонимание, чувство вины. Акутагава испытывал многое, когда пришёл к пониманию самого себя. Ацуши захлопывает блокнот буквально на середине и зажмуривает глаза. Потому что видит фразу «...я влюбился, отчаянно, но сладко». Потому что это — про него. Когда он успокаивается, то снова начинает читать. О мыслях, размышлениях, планах, мечтах. О том, что Акутагава думает о нём. Ацуши кажется, что всё это — огромная шутка. Вот только он видел волнение Акутагавы, потому понимал, что всё это правда. Но не мог поверить до конца. Блокнот заканчивался на том, что Акутагава каждый день чувствует на себе его взгляды. И он рад, что смог заинтересовать. Ему нравится думать, что он всё ещё может быть интересен для него, вот только он больше не может чувствовать безответность и незавершённость. Акутагава всё это написал исключительно для него. Чтобы Ацуши прочёл и понял самое главное — этот мир обрёл краски для Акутагавы только с его приходом. И этот мир снова потерял их, потому что Акутагава знает, что всё напрасно. Красок больше нет, остались чернила и белая бумага. Ацуши судорожно набирает номер телефона Акутагавы. Тот отвечает не сразу, а когда, наконец, делает это, то неохотно — сожалеет, что решился. — Ты придурок — вот кто! — кричит Ацуши. — Как ты вообще мог так подумать? Я думаю только о тебе столько времени, а ты даже не замечаешь? Акутагава молчит. — Упёрся в свой блокнот, потратил столько времени, а мог бы сразу сказать прямо и мы бы уже давно были вместе! — Да?.. — выдыхает Акутагава. — Рюноске, — предупреждающе. — Забирай свой дурацкий блокнот и зови меня гулять. Или я... — Хорошо, — отвечает тот. Ацуши отключает телефон и ложится на кровать, смотря в потолок. Он сказал какую-то глупость? Что это было? Такая нелепость. Это точно он? Уже через пятнадцать минут Ацуши слышит звонок в дверь. За ней стоит Акутагава и ждёт его, чтобы быть вместе. Без дурацких блокнотов. А руки у него на удивление тёплые. Самые тёплые для того, чтобы согревать руки Ацуши в долгие зимние каникулы.