Самый преданный поклонник

Когда Антон проснулся, то обнаружил себя спящим на разложенном диване под одеялом и в одних трусах. Как Арсению, который ниже Антона, удалось раздеть его и перетащить с пола на постель не разбудив, оставалось загадкой. Но в последнее время всё, что было связано с этим неординарным человеком, его не удивляло. Рядом с диваном он обнаружил футболку и спортивные штаны Арса, которые Антон тут же натянул на себя. Ему было неловко находиться здесь в одних трусах, да и свою одежду он не нашёл. Антон вышел из комнаты и обнаружил, что его одежда заботливо развешана на вешалках в прихожей. Он услышал, что на кухне происходила какая-то возня, и подумал, что Арс, должно быть, там. Поэтому решил для начала пойти в ванную, чтобы умыться и привести себя в порядок. Когда Антон вышел из ванной, он заметил, что шум прекратился. Медленно, словно его не должно тут быть, он прокрался к кухне и осторожно заглянул в неё. За столом сидел Арсений и копался в телефоне. На плите стояла сковородка с содержимым неприглядного вида. — Арс? — почему-то прошептал Антон, но затем откашлявшись, заговорил снова. — Доброе утро. — О, проснулся? Надеюсь, не я тебя разбудил? — Арсений усмехнулся, поскольку и сам прекрасно знал ответ на свой вопрос. Антона сложно разбудить, в этом он убедился ночью. — Нет, я сам, — Антон прошёл на кухню и сел за стол напротив Арса. Пахло чем-то сгоревшим. — Что ты делаешь? — Ну, я тут решил поэкспериментировать, — Арсений замялся. — Но всё немного пошло не по плану, поэтому я заказываю завтрак в ресторане. Ты же не против сырников и каши? — Нет, конечно, не против. А что ты пытался приготовить? — Антон перевёл взгляд на сковородку, но этот ребус самостоятельно он решить не мог. — Яичницу, — румянец проступил на щеках Арса, и он поспешил оправдаться, — но я хотел сделать самую вкусную! — То есть, ты не справился с яичницей? Антон рассмеялся. Ему было так легко, будто он сейчас сдал самый сложный экзамен в своей жизни и наконец был свободен. Всё-таки Арс не такой совершенный, каким казался Антону, и это его немного успокаивало. — Это невежливо, Антон, — Арс надул губы. — Извини, я не хотел тебя обидеть, — Антон пытался убрать улыбку с лица, но не мог. — Просто я был уверен, что нет вещей, которых ты не умеешь делать. — Да, готовка — это моя ахиллесова пята, — заметив недоумевающее выражение на лице Антона, Арс добавил, – как криптонит для Супермена. Даже у героев есть свои слабые места, а я ведь просто человек, — Арс пожал плечами. Антон потрепал Арса по плечу. — Арс, знал бы ты, сколько у меня этих пяток. Да я, блин, сороконожка! Арсений фыркнул и рассмеялся своим хрустальным смехом, похожим на переливы колокольчиков. Курьер привёз заказ и Арсений смог накормить Антона завтраком. Для Антона было абсолютно всё равно, кто готовил еду, намного важнее, что кто-то позаботился о нём. С того момента, как он уехал от мамы, о нём никто так не переживал. Мама, конечно, продолжала регулярно интересоваться о том, носит ли Антон шапку и шарф, когда холодно, но она и сама прекрасно знала ответ на свой вопрос и интересовалась уже по привычке. — А-арс, — протянул Антон, — сегодня я объявляю день без забот! — Забавно, но я был уверен, что каждый твой день — именно такой. — Это почему? — Мне всегда казалось, что ты мало чему придаешь значение и сначала делаешь, а потом думаешь. Такие люди не так часто о чём-то переживают. Антон нахмурился. Его расстроило, что Арс почему-то видит его именно таким человеком. На самом деле, Антон был полон всевозможных переживаний, иногда даже и беспочвенных. Другие люди часто воспринимают нас совсем не так, как мы воспринимаем сами себя, и тем более не так, как нам бы хотелось. Арсений заметил, что Антон болезненно отреагировал на его слова, поэтому подошёл к нему, обнял как можно крепче, а затем прошептал: — Прости меня, Антош. Просто я так поглощён своими личными переживаниями, и забываю, что другие люди тоже ведут свою собственную борьбу. Я очень хочу тебя узнать получше, чтобы не делать больше таких глупых предположений. Антон положил голову на плечо Арсения, глубоко вдохнул и выдохнул. Посещение психотерапевта давали свои плоды и его радовало, что Арсений стремился работать над своими проблемами. Он не хотел обижаться на Арсения, поэтому Антон готов приложить все силы, чтобы поставить себя на его место и попытаться понять. — Так, ладно, давай одеваться? — спросил Антон. Арс кивнул. Антон направился к своей одежде и только сейчас вспомнил, что пришёл к Арсению в костюме, в котором был на свадьбе. Заезжать домой переодеваться ему не хотелось, поэтому выбора у него не было. И в глубине души он даже был рад возможности надеть костюм ещё куда-нибудь, а не вешать его в шкаф. Арсений вышел из комнаты в обтягивающих джинсах с дырками на коленках и мешковатом худи фиолетового цвета, которое в сочетании с чёрными волосами делало его голубые глаза практически прозрачными. Антон повернулся к нему и обнаружил его стоящим посреди прихожей с открытым ртом. — Антон Андреевич, что же вы прятали такую красоту? Арсений оглядел Антона с ног до головы, проходя взглядом каждый сантиметр тела так тщательно, что Антону стало немного неуютно. Он подошёл к шкафчику, достал оттуда воск для укладки волос, слегка окунул туда пальцы и поднёс руку к волосам Антона, взглядом спрашивая, не против ли он. Шастун кивнул. Арсений лёгкими движениями стал укладывать растрёпанные волосы, стараясь не зализывать их слишком сильно. Антону было всё равно, что с ним сейчас делали, он просто смотрел на лицо Арсения, которое не так часто находилось в такой близости от него. Он смотрел на его длинные ресницы, смотрел, как Арс закусывал нижнюю губу, сосредоточенно копаясь в его волосах. Антону хотелось засунуть Арса под микроскоп и изучать до малейших деталей, чтобы каждую из них запечатлеть в своём сознании. — Вот и всё, готово! — Арс сделал два шага назад, чтобы полюбоваться результатом работы, после чего удовлетворенно выдохнул и улыбнулся. Антон взглянул на себя в зеркало. На него смотрел молодой парень в красивом темно-синем костюме с уложенными набок волосами. Он нечасто рассматривал себя в отражениях, но увидев, с каким восторгом смотрел на него Арсений, решил попробовать разобраться, что же он в нём находил. Костюм ему шёл, в нём Антон выглядел не худощавым, а изящным, и даже его слишком высокий рост не бросался в глаза. Он пришёл к выводу, что действительно выглядел неплохо. Антон надел куртку и обулся. Увидев, что шея Арса была открыта холодному уличному воздуху, он схватил с вешалки первый попавшийся шарф и намотал ему на шею. — Аккуратнее, задушишь ведь, — сквозь смех и шарф пробурчал Арсений. Его рука потянулась к шарфу, но заметив грозный взгляд Антона, снимать шарф не стал. — Так куда мы идём? — Увидишь, — ответил Антон. В его голове созрел план.

***

Как оказалось, Арс, хоть и жил последние десять лет в Питере, совершенно не знал город. Когда он переехал из Омска, то сразу начал работать в театре, и театральная жизнь его так закружила, что времени на прогулки не оставалось совсем. Поэтому Антон решил отвести его на прогулку по крышам, но не по туристическому маршруту, а по своему собственному. В городе стояла совершенно нетипичная для декабрьского Санкт-Петербурга погода: было сухо, выпавший снег быстро растаял, а новый не спешил выпадать. Поэтому гулять было приятно, несмотря на сильный ветер, от которого парни прятали носы и щёки в шарфы. Антон и Арсений шли рядом по центру города, время от времени случайно касаясь друг друга кончиками пальцев. Это было так невинно и в то же время откровенно, сердце Антона не выдерживало накатывающих волн нежности и то замирало на несколько секунд, то билось так сильно, что от ударов закладывало уши. Ему так хотелось сжать руку Арсения, но он не мог себе этого позволить сделать посреди улицы на глазах у миллионов глаз, большая часть которых не терпели однополой любви. — Мы почти пришли, — сказал Антон и потянул Арса во двор. — Здесь есть подъезд, через который можно выйти на крышу. — А как ты вообще о нём узнал? — В интернете нашёл, ещё когда в Воронеже жил. А летом переехал и проверил. Парни подошли к невысокому забору, калитка в котором оказалась заперта на замок. — А другого входа нет во двор? — с надеждой спросил Арс. — Можем, в другой раз прийти. — Нет, — Антон покачал головой, — будем перелезать. Не успел Арс ответить, как оказался в руках Антона. Арс зацепился повыше и, подтянувшись, оказался наверху. Затем перекинул обе ноги и изящно, как кошка, спрыгнул с обратной стороны. Антон попытался ухватиться, но в костюме и зимней куртке поверх него это было не так уж легко сделать. Немного подумав, он вспомнил забавные ролики на Ютубе, где какой-то паренёк перелазил через разные заборы в костюме и у него неплохо получалось. Антон решил, что позже обязательно покажет их Арсу, и может он поймёт, откуда у Антона такая страсть к перелезаниям через заборы. Антон попробовал покрепче схватиться за прутья и второй раз ему повезло. Кое-как добрался до самого верха и перекинул обе ноги через забор, но вдруг его ладони соскользнули и он свалился к ногам Арсения. Антон открыл глаза и увидел сияющие глаза и губы, которые пытались сдержать смех, рвущийся наружу. В его памяти сразу возникла их первая встреча в таком далеком октябре. — Да что ж это такое, тебе опять автограф нужен? — Арсений пытался выглядеть строгим, но не мог сдерживаться и рассмеялся вовсю. Антон улыбнулся. Он согласен быть тем, над кем смеется Арсений, лишь бы он улыбался и светил так же, как сейчас. Арсений подал руку Антону, помог встать и вместе они пошли искать нужный подъезд, не расцепляя рук. Парни нашли нужный подъезд и поднялись на крышу. Посреди крыши жильцы поставили скамейку, как раз в том месте, откуда открывался лучший вид на город по мнению Антона. И Арсений был с ним абсолютно солидарен. Если медленно повернуться вокруг себя, то можно увидеть все самые известные соборы Петербурга, оживлённые улицы и пустующие крыши домов. Антону казалось, что они находятся в самом сердце города, чувствуют его пульс и дыхание. Они сели на скамейку, прижавшись друг к другу как можно плотнее. Арс взял руки Антона в свои, чтобы согреть их дыханием. От этого по спине поползли мурашки. Арс едва касаясь поцеловал ладонь Антона как раз в том месте, где образовалась небольшая ссадина после неудачного покорения забора. Кожу немного покалывало, но это только сильнее разгоняло кровь по венам. Арс сжал руки Антона, стараясь сохранить в них тепло, от чего боль постепенно уменьшалась. — Скажи, Антош, а почему именно Питер? Антон задумался, формулируя свой ответ. Он и сам задавался этим вопросом, но если раньше он объяснял всё наитием, то сейчас он понял, в чём же дело. — Я всю жизнь прожил в Воронеже и там мне было всё понятно. Я знал, что сказать, чтобы рассмешить, знал, как мыслили местные и о чём говорят. Всё было предсказуемо. А Питер — он же совсем другой. Здесь у людей другие интересы, другой образ жизни. Говорят, что противоположности притягиваются, вот я и притянулся. Арс кивнул, но отвечать не стал. Было видно, что он сделал какие-то выводы для себя, которые пока не хотел озвучивать. Антон очень надеялся, что не разочаровал его своим ответом. — Я тоже нездешний, — начал Арс, — приехал из Омска. Но если в твоём случае притянулись противоположности, то в моём — родственные души. Я с детства чувствовал, что моё место здесь. И сколько здесь живу, ни секунды не думал иначе. Парни смотрели на город и провожали уходящий день. Антон был уверен, что если это хоть и совсем не идеальный день, но точно один из лучших в его жизни. А Арсений думал о том, что ему наконец-то стало чуть легче дышать. Впервые за многие-многие годы.