Бракованный дуэт.

      Мью смотрит на заснувшего Галфа. В свете ночника видно не очень хорошо, но то, что Галф успокоился Мью заметит даже без одного глаза, он уверен. И запах больше не такой насыщенный. А значит, течка почти закончилась.       «Такой хрупкий,» — с нежностью думает Мью, касаясь кончиками пальцев мягких волос.       Целует обнаженное плечо, обречённо выдыхает. Мысли путаются. Он хочет. Хочет того, что нельзя. Святой Будда, как же он глупо поступил, поддавшись соблазну. И как же глупо поступает до сих пор, не оттолкнув соблазн. Желает… Всего и сразу. Тихого будущего с Галфом, желательно с их общими детьми, собакой и, возможно, котом.       «Я хочу от тебя детей,» — и почти плачет. Это неправильно! Галфу всего четырнадцать! Даже не четырнадцать. Плюс минус месяц ещё до дня рождения.       — Мью?..       Галф приоткрывает глаза, приподнимается на локте. Кажется смотрит в душу, а может и глубже. Касается губами его губ, всего-лишь на секунду, но Мью сам себя не контролируя тянется к нему, целует по-настоящему. «Нельзя!» — кричит здравый смысл, но Мью игнорирует его. Он знает, что пожалеет, что должен будет уйти. Потому что у Галфа это на время. Он переболеет, а Мью привыкнет и потом будет…       Не будет. Мью уйдет. Сделает так, как правильно. Так как делал всегда. Чтобы не разочаровать родителей и родственников. У него много ответственности. Фанаты, родители, учеба…       — Не думай… — шепчет Галф, немного оттолкнув его. — Пожалуйста, не думай о других, когда со мной. Молю тебя, Мью…       — Не буду, — обещает Мью, прижимаясь лбом к лбу.       — Я знаю, знаю, что не нужен, — Мью ошеломленно отпрянывает от омеги. — Я ведь мало кому нужен.       Мью злится. На родителей Галфа (ну конечно же они тоже сыграли свою роль в этом), на самого себя. Ему все равно придется уйти. У него ничего нет. Если он сейчас заберёт Галфа к себе… Куда к себе? На квартиру, которую он меняет постоянно, стоит фанатам прознать об его адресе? К родителям? Глупости, ей Будда, глупости.       — Ты нужен, Галф…       — Нет, нет, не ври, — омега качает головой. — Знаю ведь, что так не думаешь.       — Я обещал никогда тебе не врать, — Мью выдыхает, прижимается к Галфу, закрывая глаза. — Ты мне нужен, прошу, не сомневайся.       — Ты ведь уйдешь… Зачем так говоришь. Зачем снова даёшь мне надежду?..       Галф прав. Он уйдет. Но так надо. Сейчас он ничего ему дать не может. Вот только сколько пройдет времени, прежде чем он сможет? И нужен ли он будет Галфу тогда?       Что ему делать? С кем советоваться? Как не ошибиться?       — Спи, Галф, — предпринимает попытку отсрочить неизбежное Мью. — Мы поговорим обо всем завтра. А сейчас тебе надо отдохнуть.       — Ты только… Только не оставь меня одного завтра. Без объяснений.       — Ни за что.

▪️▪️▪️

      Мью смотрит на застывшего возле чайника Галфа.       — Чай без сахара? — неуверенно спрашивает младший, не оборачиваясь.       — Вроде бы нет.       И они снова молчат. Галф разглядывает что-то на сахарнице, Мью разглядывает его.       Течка закончилась. Галф официально омега. Мью вспоминает собственные переживания.

«Думаю, его выдадут замуж за богатого альфу»

«Его продадут? Как красивую куклу? Без его согласия?»

«Да»

      И что же теперь будет? Как противостоять родителям Галфа? Он ничего не может!       Он должен работать усерднее. Намного. Получить столько власти, сколько получится. Даже больше. Тогда он сможет защитить. Спрятать. Оборвать все касающиеся нити.       — Не молчи… — голос у Галфа ломается. — Упускаешь момент.       Мью вздрагивает, сжимает пальцы в кулаки. И что ему сделать? Пообещать? Обещания — самая бесполезная вещь в мире. Он не хочет обманывать, а обещания в пятидесяти процентах случаев — ложь.       — Не молчи! — всхлип. Галф закрывает лицо руками и уже более приглушённо: — Говори что-нибудь!       — Что ты хочешь услышать, Галф? — хрипло спрашивает Мью. — Мы не можем быть вместе. По-крайней мере сейчас.       Галф как-то обреченно садится прямо на холодный пол. Мью подскакивает, но останавливается прямо напротив не решаясь подойти ближе и помочь.       — Ну почему же ты быть со мной не хочешь? — тихо, почти не слышно. — Почему же я для тебя не личное?       Что Мью может ответить? Личное. Галф даже намного больше чем «личное». И Мью разрывается от желания быть с ним. Но на словах все легко, а тут реальная жизнь. В которой Галф ещё не был по-настоящему. А Мью пока не устроился достаточно устойчиво.       — Ну да… — Галф кивает больше сам себе. — Обычный. Не цепляю…       Глупости. Будда, какой же Галф глупый.       — Или вся суть в том, что тебе не подхожу?       Мью рычит. Громко, отчаянно. Его руки чешутся, он хочет что-нибудь сломать.       У него голова кругом. Ему хочется поступить как эгоисту, схватить Галфа и никогда от себя не отпускать. Но он все ещё помнит об ответственности. О том, что ничего в этой жизни не представляет. Будда, у него даже заработка постоянного нет! Что он может дать этому омеге?       — Я хочу подарить тебе свободу выбора. Просто свободу…       — Да не нужно мне дарить свободу! — Галф подскакивает неожиданно, пугая Мью. — Наоборот! Мне нужен… Нужен ты…       Мью целует его. Снова. Ему не хватает слов, чтобы выразить свои чувства. Простого «любовь» тут мало. Очень.       Галф отвечает. Уже увереннее, сам жмется ближе, словно пытается врасти в Мью. Тот не против. Пусть так. Лишь бы вместе.       — Я не хочу ничего обещать, — сбивчиво шепчет Мью в алые губы. — Но я прошу тебя подождать. Я постараюсь сделать все как можно быстрее. Если к этому моменту твои чувства не угаснут, я заберу тебя.       — Честно? — Галф сглатывает. — Ты не соврешь?       — Тебе я никогда не совру, Галф.

▪️▪️▪️

      — Это же замечательно, Галф! — Фест улыбается ярко-ярко, почти ослепляя Галфа. Тот кивает, вырисовывая на листе блокнота знакомые черты. — Как твои родители отреагировали на то, что ты омега?       — Плохо, — не скрывает младший. — Очень. Думаю, они уже ищут мне выгодную партию. Но я не дамся. Я дождусь Мью.       — И правильно! — Фест бьёт себя по бедру. — Ты уже звонил Сяо лаоши и Ван лаоши?       — Нет, хотел сегодня у тебя, — Галф захлопывает блокнот. — Так боюсь, что они не одобрят. Они же мне как родители. Даже роднее родных.       — Они будут счастливы если ты счастлив, — уверенно отвечает Фест. — Пойдем на литературу. Сбежим с физры, чего уж там. Раз Ван лаоши в нашей школе теперь не работает, вообще не вижу смысла ходить на этот урок.       Галф мысленно соглашается. После того как наставники уехали в свой родной Китай, уроки физкультуры и рисования стали скучными и рутинными. Физрук, пришедший на место Ван лаоши старый и медлительный. Если Ибо-гэ мог и пошутить, и с ребятами поиграть, то этот сидит в своем кабинете, не высовываясь.       — Выглядишь взволнованным, — Чжань-гэ поправляет очки в тонкой золотой оправе. — Хочешь что-то рассказать?       — Я провел течку с Мью.       И прежде чем Ван лаоши и Сяо лаоши начнут волноваться, в разговор вступает Фест и все в кратце объясняет.       — Если он сделает тебе больно, я сяду на первый рейс до Тайланда и сломаю ему челюсть, — обыденно говорит Бо-гэ.       — Галф-и, нам так жаль, что мы не рядом, — Чжань-гэ грустно выдыхает. — Пожалуйста, будь осторожен.       Галф верит Мью. Кивает так, на всякий случай. Телефон загорается, оповещая о новом уведомлении. Галф берет его в руки.

Мама [только что]

Нам нужно поговорить.

      У Галфа появляется плохое предчувствие.