Бракованный дуэт.

      — Может не пойдешь? — Фест действительно волнуется. Видно, не у одного Галфа предчувствие чего-то плохого.       — Надо, — Галф зашнуровывает кроссовок.       Фест понимает, что надо. Понимает, но что-то внутри кричит об опасности. У Галфа тоже.       Они прощаются особенно долго, не хотят отлипать друг от друга. Все естество Галфа кричит, что это плохая идея, но уже через полчаса он заходит в дом, который не считает своим. Его дом — квартира Бо-гэ и Чжань-гэ, которую они ему оставили на будущее. И на случай, если вернутся.       Родители в гостиной. Галф садится в кресло, прямо напротив недовольных родителей. Он вздрагивает, когда на журнальный столик падает блокнот. И внутренне ужасается: это его блокнот. Самый сокровенный. Он забыл его спрятать?       — Что это?       — Рисунки, — он сам удивляется своему спокойному голосу.       — Почему там только один человек? — Аом вступает в разговор, а значит, Тай больше не скажет ни слова. Это ещё хуже.       — У него красивый профиль, — Галф пожимает плечами.       — Я знаю, что он был тут, — кажется, Аом не просто зла. Она в ярости. — Когда мы уезжали. Ты провел с ним течку?       — Да.       Галф мысленно смеётся. Он так долго врал этим людям, что говорить правду больно. Он смотрит в глаза Аом уверенно, без страха. Он не боится ее. И отца. Теперь ему ничего не страшно.       — Не успел получить второй пол, а уже по альфам скачешь? — шипит Аом.       Эти слова для Галфа — хуже пощёчины. Он весь замирает, ненависть к этим людям растет в геометрической прогрессии.       Он молчит. Знает, что ничего не докажет.       — Я думала, что мне показалось, — Аом встаёт. — Но нет. Ты все же влюблен в Мью.       Галф не отрицает. Он не просто влюблен. Он любит и, кажется, любим. Надо немного потерпеть и Мью придет за ним. Заберёт из этого дома, который ломает его каждый день, час, секунду. От этих людей. И ему больше никогда не будет больно.       Никогда.       — Ты переходишь на домашнее обучение, — Галф удивленно хлопает глазами. — Я забираю у тебя телефон и любые методы связи с внешним миром. Так же, теперь к тебе будет приходить психолог. Он то тебе мозги поставит на место.       «Ты думаешь, я не пытался?!» — хочется кричать Галфу. — «Я тоже хотел избавиться от чувств, от боли, но ничего не получилось! И у тебя не получится!»       Он не спорит. Встаёт, опускает голову, вытаскивает из кармана телефон, забирает блокнот и уходит в спальню. Аом идёт за ним, забирает ноутбук. Скептически осматривает комнату. Кивает сама себе и выходит. Галф остаётся один.       Он достает из-под кровати коробку и новый телефон. Этот подарили Бо-гэ и Чжань-гэ, когда заметили трещину на его телефоне, не зная, что родители Галфа уже позаботились об этом.       Галф включает его, описывает Фесту ситуацию, отправляет точно такие же сообщения Чжань-гэ и Ибо-гэ. Последние двое хотят сорваться к нему, но Галф отказывается, просит не вмешиваться. Фест просто в тихом отчаянии. Он просит прощения за свою слабость, но Галф говорит не накручивать себя.       Он прячет телефон, ложится на кровать. Лучше бы его просто выгнали. Тогда можно было бы позвонить Чжань-гэ и Ибо-гэ, попросить забрать. Галф выдыхает, поворачивается спиной к двери и закрывает глаза.       Теперь его жизнь похожа на жизнь заключённого. Горничная приносит ему еду, периодически меняются учителя. Один день сменяется другим, точно таким же. Серым и скучным. Галф продолжает рисовать. Редко переписывается с Фёстом, ещё реже с другими друзьями.       Первый тревожный звоночек — желание есть пропадает. Сначала на подносе остаётся одна треть несъеденного. Потом половина. Потом немного больше половины. Галф пытается в себя впихнуть хоть что-то, но вкуса не чувствует, как и удовольствия. Хотя бы призрачного.       В один из серых дней в промежутке между предметами приходит девушка. Ее зовут Май, она — психолог. Задаёт вопросы, но Галф игнорирует ее. Нет смысла повторять уже пройденное, он знает — ничего не выйдет. Это нельзя просто извлечь. Он пытался. Пока она пытается добиться от него хоть слова, Галф рисует. Мью на листах в самых разных ситуациях, даже ненастоящих. Вот он смотрит в телескоп, на следующей — улыбается котенку, которого гладит. У Галфа хорошая фантазия.       Этим утром Галф смотрит на тарелку с завтраком как на врага народа. Ну и что ему делать? Он не хочет есть. Он вообще ничего не хочет. Сейчас ещё и учителя начнут приходить.       Галф заваливается на кровать, лицом к стене. Натягивает одеяло на плечи, сам поправляет его так, чтобы закрываться полностью. Холодно. Он догадывается почему. После того, как Мью ушел, спать стало тяжело, неудобно. Но сон — единственное место, где они могут встретиться.       Его не будят, когда он проваливается в тревожный сон. Только вот психолога проигнорировать невозможно. Она садится в одно из кресел и Галф сам себе задаёт вопрос: что она тут делает, если не работает? Родители вообще вкурсе, что их деньги улетают в никуда?       Галф укутывается в одеяло, недружелюбно осматривает Май.       — Знаете, почему я вам ничего не рассказываю?       Девушка молчит. Знает, она же, как сказала Аом, профессионал. Все это время она пыталась сделать так, чтобы Галф привык к ее присутствию. Он закатывает глаза.       — Я знаю, что вы все сливаете этим людям, — Галф кивает на дверь. — А я ненавижу их и не желаю давать им знать обо мне хоть что-то.       — Если бы я сливала им все, меня бы тут уже не было, — Май отвечает тихо, оглядываясь на дверь. — Я сказала, что у тебя депрессия. Это правда, я вижу, но пришлось им немного соврать, чтобы они не лезли к тебе лишний раз.       Галф хмыкает, заинтересованно наклоняет голову на бок. Он не верит, но звучит интересно.       — И что вы хотите?       — Сначала хотела выполнить поставленную задачу, — легко отвечает Май. — Теперь разобраться в ситуации.       — Не в чем разбираться, — грубо обрывает Галф. — Им неудобны мои чувства, я сам. Они хотят спокойно выдать меня за какого-нибудь богатого альфу, а я отказываюсь. У меня уже есть свой альфа.       — Как его зовут?       — Мью Суппасит Тончививат. Вы наверняка знаете его, он сейчас популярен, — гордо улыбается младший, но тут же возвращает себе спокойное выражение лица.       — Да, я слышала… — она задумывается.       Больше разговор у них не вяжется. Галф погружается в свои мысли.       В один из бесконечных дней, когда Май привычно сидит в кресле, а Галф рисует, случается из ряда вон выходящее событие. Появляется Мью.       Галф, учуяв родной запах, спускается со второго этажа быстрее ветра. Его мать злая, ругается с Мью, тот тоже в долгу не остаётся.       — Вы не можете держать его взаперти! — рычит Мью.       — Не тебе решать, как мне воспитывать сына!       Мью хотел сказать что-то ещё, но замолчал, повел носом и повернулся в сторону Галфа. Тот еле заметно улыбнулся, хотел подойти, но голос матери, голос доминантной омеги остановил его.       — В комнату, Галф!       Он мог сопротивляться некоторое время, и он сопротивлялся. Желал больше всего на свете коснуться Мью, вдохнуть его запах, ощутить себя в безопасности. Но сила матери держала крепко, с каждой секундой подчиняя себе.       Помощь пришла откуда не ждали. Май, все это время наблюдавшая подошла к Аом и что-то быстро-быстро прошептала ей. Галф понятия не имеет, что именно, но на Аом это произвело впечатление и она строго выдохнула:       — У вас десять минут.       Галф, радуясь даже такому ограниченному количеству времени схватил Мью за руку и они вместе спрятались в комнате.       За дверью ограничения слетели. Галф сразу же вжался в Мью всем телом. Тот в ответ покрывал омежье лицо лёгкими поцелуями.       — Если бы я знал, что так все будет… Если бы только знал…       — Не думай, не думай об этом, — шепчет Галф.       — Я скучал, я невозможно скучал, — он шумно выдыхает, когда Мью резко поднимает его на руки, заставляя обхватить себя ногами. — Так рад тебя видеть.       Галф, совсем не боясь обхватывает лицо Мью ладонями и целует. Он не контролирует себя, знает, что на нём останется запах Мью, что мать это разозлит, но ничего не может с собой поделать. Он так долго его не видел.       — Нельзя, детка, твои губы опухнут, — хоть Мью и говорит это, но его руки на омежьих бедрах сжимаются сильнее и Галфу нравится эта слабая боль.       — Оставь мне хоть какое-то напоминание от тебя, — говорит он между поцелуями. — Пусть коротковременное, но хоть что-то.       Мью шумно выдыхает, садится на кровать, освобождая руки и снимает с себя цепочку. На ней кольцо. Галф непонимающе смотрит на эти действия.       Альфа отдает его Галфу.       — Это подарил мне папа. И оно мне очень дорого. Держи его у себя. А когда твои чувства исчезнут верни его в мой дом. Тогда я узнаю, что все прошло.       — Не дождешься, — усмехается Галф. — Ты мне нужен, прошу, не сомневайся. Я же каждый день за тебя борюсь!       — Я тоже, Галф, — улыбается Мью и быстро касается губами его губ. — Мы будем бороться вместе. Но я так боюсь, что все затянется.       — Я дождусь. При любых обстоятельствах.       Мью облегчённо кивает и целует.