Карта пятой масти

9 ноября, четверг Вернувшись в опорный пункт после посещения беспокойного хозяйства Чухоншиных Арина Ильинична засела за уже окончательное оформление документации по проишествию. На «чистовой» вариант, так сказать. Изъятое ружьё было скромненько поставленно в угол между стенкой и сейфом участковой, патроны упрятаны в этот же сейф. Для профилактики простудных заболеваний и ОРВИ у отдельно взятого и.о. помощника участкового, то бишь, Джокера, оным был в срочном порядке заварен крепкий (другого Камолов не пил) чёрный чай и произведено закукливание в дежурный плед, от которого по вполне понятным причинам исходил лёгкий аромат спиртного. Нет, зря он всё-таки вещи у Рыжова оставил. Теперь придётся домой как какой-то Бэтмен в пледе ехать. «Этому городу нужен новый герой!» — тут парень усмехнулся. Конечно нужен, только вот все почему-то в конце забывают добавить «Которого он заслуживает»… И в итоге таких героев либо раздавливает окружающая действительность, либо они сами с выбранного ими же пути сходят. Интересно, как закончит свою карьеру Гордеева?.. «Отельцовится» или повторит судьбу Рыжова?.. ------------------------------------------------------------------       — Вот нахрена ты вечно везде лезешь?.. — Джокер дзынькнул ногтем по опустошнной наполовину бутылке коньяка и поморщился — ощущения до сих пор удовольствия не вызывали. — Сидел бы себе в канализации, вертел бы трубы с гов… с унитазами и жил бы себе спокойно… Не-ет, тебя ж прямо раздирает вмешаться туда, куда не просят!.. Это они начали алкогольные марки обсуждать. И вообще, виды спиртного. Вот что лучше: шотландский виски или армянский коньяк?.. Мирная, вообщем-то, тема, даже, можно сказать, сближающая. И Дмитрий Иванович, и Камолов склонялись ко второму варианту, только вот чёрт дёрнул кого-то из них упомянуть водку. От легальной продукции как-то быстро перешли к «палёной», и вот тут-то и началось…       — Да нормальный там спирт был! — доказывал Джокер, лихорадочно тыкая в лицо Рыжова обозначением «С2Н5ОН» на коньяке. — Этиловый! Пищевой! Ну, не сорокоградусная она была, меньше чуть наливали, но кому плохо от этого было-то?! Я тоже пару раз покупал, жив, как видишь…       — Кому?! — риторически вопрошал Рыжов. — А ничего, что для нормального опьянения человеку «вороновской» водки надо больше допустимой нормы выпить? Что потом от перепоя бывает, ты, надеюсь, знаешь?       — Это не наши проблемы. — упорно стоял на своём Камолов, макая хлеб в солонку. — Никто не заставляет покупать и в хлам убухиваться!.. В конце концов, — мрачно усмехнулся он, — Чем больше алкоголиков — тем меньше алкоголиков.       — Вот тут не спорю… — Дмитрий отставил рюмку подальше. — Но ты сам виноват, что мне этот ваш завод показал.       — С чего это?!       — Ну скажи мне, как я б тебе отдал эти пять лимонов, если ты меня туда в подсобку на цепь и под замок посадил?       — А кто тебя просил в кафешке в мои дела лезть?! И пусть сейчас Джокер сам признавал, что тогда дал маху с наездом на Мишелевскую кофейню, да и вообще вёл себя… Ну, как Тельцов этим вечером. То бишь, по-скотски. За что и получил вполне заслуженно… Но всё-таки узнать мнение самого Рыжова, постоянно проявляющего заступническую инициатитву, было интересно. Зачем-то же ж он это делает…       — Да не могу я по-другому… — неопределённо пожал плечами Дмитрий. — Это ж если всем до балды будет, что вокруг творится, то долго мы не протянем.       — Повторяю вопрос. — медленно и по-трезвому чётко произнёс Камолов, указывая надкусанной картофелиной в грудь собеседнику. — Конкретно ты за бесплатно чего ко всем лезешь?! Рыжов сочуственно поглядел на сидящего перед ним парня, задумчиво катающего между пальцев шарик из хлебного мякиша. Вроде и не чудак на букву «м» перед ним, который за банку варенья с коробкой печенья всех купит, предаст, продаст и при необходимости этот цикл повторит, а такие вопросы простые задаёт. Самое паршивое, что именно из-за элементарности сложно ответить так, чтобы Джокер понял. А не ответить нельзя.       — Ну вот ты сам, — Дмитрий Иванович решил, что лучшая защита — нападение и сам начал задавать «острые» вопросы. — Конверт на свадьбу почему привёз?.. Неужели только потому, что Ворон приказал?.. Джокер понуро опустил голову. Во-первых Ворон-таки приказал. И Камолов подчинился, хоть поначалу и не понимал мотива такого поступка. Потом окольными путями — Ворон ему не докладывался — узнал, почему. Оказалось, вопрос, как ни странно, в честности: раз всё разрулилось без помощи Вениамина Сергеевича, то и отбирать бизнес было неправильно. Ну, по мнению Воронова же. Сам Джокер тогда полагал, что будь он на месте отчима, то хотя бы половину бизнеса заставил бы выкупить деньгами. А сейчас, когда до него наконец дошло, что не всё измеряется в денежных знаках…       — Ладно, другой пример… — Рыжов устало почесал переносицу и глянул на часы. Сколько-сколько? Полчетвёртого утра? Хорошо они сидят, нечего сказать. Душевно. А главное, долго. — Скажи-ка мне, Саша… Кротов же предлагал тебе деньги? Камолов изподлобья зыркнул на внимательно взирающего на него Дмитрия Ивановича. И откуда его настоящее имя стало известно ещё и этому сантехнику?!.. А, впрочем, неважно… Кротов? Деньги? О, да, разумеется, предлагал! И Джокер примерно даже представлял, какие. Нулей после цифр там было много. Очень много. Даже больше, чем у Ворона. Но Джокер отказался. Почему? Потому что он — не услуга и не вещь, которую можно купить. Он не продаётся. Его преданность ещё заслужить надо. А у наркоторговцев таких шансов нет по определению. И раз он однажды взял на себя обязанность вычищать всю дрянь из района, то выполнять это должен безукоризненно. Пусть даже за это он не получает ни единой копейки. Хотя, казалось бы, что ему дело до посторонних? Сторчатся, и хрен с ними, так ведь?.. Оказалось, не так.       — Предлагал, по глазам же вижу.       — Ну предлагал и чё с этого?! — вскинулся Камолов и от резкого маневра чуть не навернулся с табуретки. — Теперь в канаве гниёт Кротов твой… И вообще!.. Мы сейчас о тебе говорим!       — Получается, мы оба за бесплатно что-то для других сделали, верно? — подсказал направление хода мысли Рыжов. — Понимаешь, вся жизнь на том и держится, что кто-то кому-то за бесплатно помогает, заступается, а если надо — и морду бьёт. И так по кругу. Потому до сих пор и живём.       — Ну морду бить и я умею… — усмехнулся Джокер. — Но за всех подряд впрягаться — это уже перебор.       — Если тебе будет удобнее, — подытожил Дмитрий Иванович, поняв, что философ и воспитатель из него такой себе средненький, да и на пьяную голову мало чего сообразишь. — Принцип у меня такой. Если можешь хоть как-то помочь — помоги.       — Даже если в процессе этого твоего помогательства тебя прибьют?       — Особенно если прибьют. — серьёзно покивал Рыжов.       — Потому-то тебя с работы и выперли. — сделал неожиданный вывод Джокер и снова налил себе коньяку. — Герой, блин… ----------------------------------------------------------------- Петербург, по мнению Джокера, не заслуживал таких героев, как Рыжов и Гордеева. Но при этом и такие, как Тельцов, не заслуживали чести быть героями какого-то ни было города, а не только Питера. А что касается самого Камолова… Ха-ха, нашли, блин, героя… Ну, дал по шее одному алкоголику, ну, помог Тельцова на чистую воду вывести, ну, допросил свидетеля одного… Будто он при Вороне подобного не делал!.. А эта мадама так на него взирала, будто он всё их имущество из пожара вынес и вдобавок от маньяка-душителя спас. Зря!.. Только… Только вот отчего ему кажется, что попади он в подобные ситуации ещё раз, то (о, какая избитая фраза!) не раздумывая поступил бы так же?..       -- Долго лежать планируешь? Джокер плавно вышел из мира дум своих, и, не разматывая плед, в виде этакой гусеницы принял вертикальное положение тела и вопросительно взглянул на пышущую энтузиазмом Арину Ильиничну. Вот же ж поистине безграничный запас оптимизма и энергии у человека!.. Пять минут назад почти засыпала над документами, и уже опять бодрая и на ногах. Камолов был уверен, что если ей дадут приказ, скажем, взять банду особо опасных преступников, так она и возьмёт. И, что самое страшное, в одиночку. И покаяться за все грехи, начиная от воровства конфет из серванта в далёком детстве, заставит. А потом опять сядет за ноутбук и до ночи будет оформлять… Нет, таких полицейских, как Гордеева, ни один город в мире на заслуживает.       — Эй, ты чего? — пощёлкала пальцами Арина Ильинична перед лицом Джокера. — Опять завис?       — А?       — Планёрка у Завьялова. — указала на часы участковая и поддтолкнула Камолова к выходу из опорника. — Забыл? «Да не забыл. — вздохнул парень. — Заснул.» Когда там они пришли, в четыре? А сейчас уже полвосьмого. Нет, сбил он себе режим. Капитально сбил. Сначала ночами бодрствует, а потом средь бела дня вырубается. Надо бы восстанавливать, только смысл? Атжатгалиева опера допросили, сейчас станут известны подробности, а там — Джокер это, что называется, пятой точкой чуял — и до окончания поисков не далеко. А раз так, то ему сейчас надо не на всякой лабуде концентрироваться, а на, как выяснилось, главном деле жизни.       — Дим… Дмитрий Иванович твоё пальто занёс. — указала на вешалку Гордеева. — Бери сейчас, я кабинет до завтра закрываю, и пойдём.