Карта пятой масти

      — … что своё табельное оружие я знаю лучше, чем свои пять пальцев. #*#*#*#*# Щёлк! Джокер открыл один глаз. Затем второй. Вокруг всё так же были бетонные стены, клещёвская лужа, а сверху огромными хлопьями медленно шёл снег. И тишина. Он всё ещё… жив? Подошедший сзади Рыжов аккуратно вытащил из его руки пистолет и передал Коробицыну. Майор повторно пощелкал в стену, а затем с трудом вытащил магазин.       — Эк его… — усмехнулся Николай Степанович, а затем показал это Камолову. — Счастливый ты человек, Джокер.       — По крайней мере, счастливее своего киношного тёзки. — добавил Дмитрий. Камолов не ответил, тупо уставившись на магазин. Вот так вот, из-за малейшего неучтённого фактора всё заранее распланированное будущее летит к чертям. Как всегда.       — Эй?.. — помахал рукой перед его лицом Рыжов, а затем потряс за плечи. — Ты чего замер? Пошли в машину, простудишься.       — Да отстань ты от человека. — бросил уже отошедший Коробицын. — Не видишь, плохо ему — он жить остаётся… Жить остаётся… А что… Чайки — летают. Снег — идёт. А с востока над Петербургом встаёт ярко-оранжевое, будто новогодняя мандаринка, солнце, разгоняя своими лучами последние сизые тени. Джокер остаётся жить. И дальше будь что будет. #*#*#*#*#       — Дефект-с. — поспешил объяснить Завьялов. — На восьмом патроне всегда клинит. Надо было б поменять давно ещё, да всё что-то некогда и некогда…