Warhammer 60K: Эра Заката

Возвышение Империума Армагеддона — одно из самых важных событий за десять тысяч лет, прошедших после Второй Эры Раздора, и это поистине вдохновляющая история. Однако она началась в самый мрачный период беспокойной истории Армагеддона. Как и всегда, загрязненный мир-улей был местом спонтанных войн во время краха Империума. Накануне М51 население планеты оказалось зажатым между тремя ужасными и безжалостными врагами. Мини-Империум Казана, цивилизация людей, доведенных до безумия своей тягой к наркотикам, заполнил систему своими наркобаржами и боевыми кораблями, безжалостно нападая на другие миры, разграбляя запасы осажденной системы, чтобы создать больше наркотиков для доставки их безумному населению. Вторым врагом был Ранд, Империум мятежных нелюдей и мутантов, которые хотели захватить мир-улей и использовать его производственные мощности для своих собственных целей. Орды диких зверолюдей и рабов-огринов были обычным явлением среди армий Ранда, которые убивали и совершали самые жестокие действия над дрожащими от ужаса людьми. Мало того, что эти Империумы безжалостно нападали на планеты, гораздо худшая сила была привлечена битвой и возможностями для садизма, которые она предоставляла: варбанда Детей Императора, которая потащила за собой дюжину порабощенных отрядов Хаоса, когда они вырвались из Варпа, чтобы принять участие в разврате и мучениях, которые такая война предлагала извращенным хаосом сверхлюдям. Стальной Легион и ополчение улья изо всех сил старались сдержать эти силы, но реальной надежды никогда не было. Она медленно исчезала, в течение почти трех лет ужасных, убийственных перестрелок и кровавых, отчаянных схваток в грязи и развалинах бесчисленных разрушенных шпилей ульев Армагеддона и разрушенных домов. На улицах громоздились груды тел. Тротуары и дорожки были тускло-красными, запах свернувшейся крови заполнял ноздри. Дети Императора сражались на полях сражений, как злобные боги. Их шумовые десантники оглушали и убивали остатки войск человечества, в то время как другие ненормальные отряды извращенных монстров преследовали людей по улицам, как животных, прежде чем усыпить их прерывистым хихиканьем, вырывая глаза, в то время как люди беспомощно пытались отбиться от них. Среди отчаявшегося населения начало складываться много мрачных легенд, некоторые из них были светлыми, некоторые — темными. Во всех мирах системы Армагеддон дрожащим, испуганным шепотом произносили одно имя. Люций. Люций Вечный к тому времени стал кошмаром, возвышающимся надо всеми гигантом, чья броня была покрыта кричащими лицами тех, кто был убит клинками Вечного или свергнут его благословениями. Он путешествовал из мира в мир, бросая вызов и убивая величайших героев и лидеров почти сломленных защитников. За двадцать тысяч лет своего мерзкого существования тело Люция вышло за пределы его естества, оно расширилось, чтобы вместить сотни и тысячи страдающих лиц, связанных с его проклятой боевой броней. Его плеть извивалась вокруг него, как гадюка, убивая мужчин и женщин каждым движением своих колючих усиков, в то время как его сверкающий клинок убивал воинов десятками, его мастерство превосходило все, на что мог надеяться простой смертный. Тем не менее, были и другие истории, распространявшиеся через страдания. Гигант с глазами, сияющими адским пламенем, тоже сражался по всей системе. Там, где решимость защищающихся людей казалась самой слабой, появлялся этот обсидиановый титан в капюшоне, отшельник из славного мифа, теперь явившийся во плоти. Там, где он появлялся, ход битвы изменялся. Его сила и могущество были немыслимы и удивительны: танки были разорваны на части, целые бригады обезумевших от наркотиков берсерков Казана были убиты его кулаками и огнеметами, даже воины Детей Императора почувствовали жестокую кару отшельника, который убивал их, как самонадеянных детей. В конце концов, последние из защитников были отброшены к пылающим руинам улья Гадес. Освещенные бесконечным фиолетовым пламенем, последние из Стального легиона образовали оборонительное кольцо, используя свои «Химеры» в качестве баррикад, в то время как их «Василиски» и «Леман Руссы» обрушили постоянный шквал артиллерии на наступающие орды безумия и отчаяния. Лорд Делорр, последний из правителей Армагеддона, облачился в древнюю броню Имперской Гвардии, принадлежавшую его предкам, его силовая сабля сияла энергией, когда он собрал своих воинов и обратился к ним с пламенной речью, в которой он призвал свой народ вступить в борьбу, чтобы их доблесть навсегда осталась в истории на фоне позора их врагов, как доблесть последнего истинного имперского форпоста. Его люди издали печальные, горькие возгласы, когда они в последний раз взялись за оружие. Когда орды прорвали блокаду Химер, Делорр был вырван из рядов своих воинов жестоким ударом Люция Вечного, который усмехнулся с садистским высокомерием, которое не испугало Делорра, но привело его в ярость. Люций бросил смертного в пыль перед собой. Стороны остановились, так как Люций потребовал, чтобы все стали свидетелями смерти надежды на Армагеддоне. Делорр, бесстрашно, несмотря на сломанную руку и множество порезов, нанесенных ему в бок жестокой плетью мучений, сплюнул кровь и медленно поднял саблю в защитную позицию. Его рука дрожала от боли, и защищающиеся мужчины, женщины и дети Армагеддона, преследуемые войной, смотрели на это с внутренними стонами боли. Люций возвышался более чем на три метра над хрупким, раненым стариком, который тщетно поднял свой клинок, чтобы противостоять врагу. Люций улыбнулся отвратительной улыбкой, его изуродованные шрамами черты лица раскалывались, как глазурь на старом куске керамики, его змеиный язык мелькал вокруг челюстей. Делорр атаковал со всем мастерством, на которое был способен, а Люций лениво блокировал и отражал каждый удар без малейших усилий. Каждый раз он наносил Делорру еще один неглубокий порез, и лидер падал на колени, прежде чем снова медленно подниматься. Наконец, Люций одним ударом клинка разрубил Делорра с головы до ног. — И вот, человечество падет от безупречного клинка Детей Императора, чтобы никогда не подняться вновь! Люций Вечный засмеялся, его демонический голос легко разнесся по всему полю. — В этом мире есть лишь одно дитя Императора, и это не ты. Я слишком долго сражался в тенях. Я не позволю этому продолжаться. Голос ответившего, был сильным и наполненным спокойной, но твердой властью, которая испарила эффект гнусной тирады Люция. Говорят, что каждый воин на поле боя в тот день замолчал на несколько мгновений, когда отшельник вышел из-за рядов Ранда, отбросив от себя нелюдей, когда он ворвался в авангард битвы, шагнув вперед, чтобы указать прямо на мечника. Люций повернулся и, прокляв самонадеянность жалкого зверя, вздумавшего бросить ему вызов, снова обнажил меч. Его слова застряли у него в горле, когда он понял, кто скинул с себя плащ с капюшоном, обнажив скрывавшегося под ним гиганта, закованного в изумрудную броню с изображением дракона и сверкающую зелеными пластинами. Примарх. Полубог войны. Вулкан. Хотя Люций все ещё был выше, чем Вулкан, примарх был могуществен и наполнен силой, с которой Вечный не мог и надеяться сравниться. Вулкан поднял свое пылающее копье, целясь в десантника Хаоса. Люций, глядя на это, лишь усмехнулся. — Наконец-то, — все, что сказал монстр, прежде чем броситься в бой. Схватка длилась почти двенадцать часов, демонические энергии и свет выливались из конфликта огромными кипящими волнами. Арена конфликта, возникшего между защитниками и нападающими, была расплавлена яростью дуэли. Копье Вулкана было похоже на живое существо в его руках, оно металось и вращалось, чтобы атаковать Люция все более сложными атаками. Вечный, впервые за тысячелетия, изо всех сил пытался защититься и контратаковать, желая спасти свою жизнь. Несмотря на это, он плакал от радости. Наконец-то, настоящий вызов. И все же, несмотря на все отвратительные способности Люция, Вулкан был сильнее. Он отрубил ноги Астартес Хаоса, прежде чем отсечь его руки от туловища. Люций только засмеялся, извергая изо рта огромным потоком черную кровь. Он насмехался над Вулканом, даже когда примарх стоял над ним. — Давай, убей меня, принц Саламандр! Точно так же, как мы убили твой Легион на Истваане! Заверши свою победу, сверши свою кровавую месть! Почувствуй гордость и радость от того, что ты отомстил за своих павших братьев, за свой павший Империум, за своего сломленного отца! Убей меня и узнай о своей глупости! — злобно вскричал Люций. Вулкан обрушил свой сабатон на голову Люция, намереваясь раздробить ему череп… Вот только он этого не сделал. Его сабатон замер в нескольких сантиметрах от головы Люция. Высокомерие исчезло с лица Вечного, когда Вулкан грустно улыбнулся и повернулся лицом к ордам врагов, которые были готовы безжалостно убить каждого защитника Армагеддона. Он поднял свое копье, раскрутил его в руке и вонзил в землю, прежде чем поднять руки по бокам. Он назвал свое имя, кем он был и что представлял. Он заявил, что восстановит старый Империум и изгонит отчаяние дрожащим и кричащим из своего нового царства. Его речь разнеслась по всему полю боя, когда его страстный голос достиг людей, которые стояли, готовые уничтожить последние остатки сопротивления. Однако Детям Императора было все равно. Они снова двинулись вперед и подняли свое оружие… а затем на них напали имперские силы Ранда, которые бросились в бой против сверхлюдей-мясников с удвоенным рвением при словах истинного дитя Императора. Дети Императора, полагая, что оба их союзника сменили сторону, напали на них, желая мести. Таким образом, Казан, Ранд и Дети Императора обратились друг против друга, и этот конфликт распространился в космос и на все планеты системы. Враги разделились, Вулкан, наконец, начал контрнаступление. Он сражался лично там, где мог. Немногие выжившие из Стального Легиона отчаянно следовали за ним, и по мере того, как он сражался с врагами по всей системе, он собирал все больше и больше сторонников из местного населения. Те солдаты и люди, которые прятались от нападения Астартес, теперь поднялись, воодушевленные прибытием их нового чемпиона. После десятилетия дальнейшего конфликта Армагеддон был восстановлен, и те, кто выступал против Вулкана, были вынуждены отступить. Демон-принц Кадиус, который управлял Детьми из своей Крепости Удовольствий на орбите, бежал от мощи Вулкана, его вопли эхом разнеслись по Варпу, когда он решил отказаться от своей физической формы, чтобы не рисковать потерпеть поражение от примарха. Его вопли, полные уязвленной гордости разнеслись по всему Варпу. Где-то в глубине демонического мира, созданного из татуированной стонущей плоти, глаза древнего змееподобного существа открылись, узнав имя «Вулкан». Медленная улыбка расплылась по его искаженному лицу, когда он вспомнил своего брата. Но эта история будет рассказана позже… Объединение Вулканом Армагеддона закончилось, когда он вернулся в тот мир и вернулся в Улей Гадес во главе армии беженцев и потрепанных солдат, некоторые казанцы, некоторые рандианцы, другие — настоящие выжившие Стальные легионеры и граждане планеты. Здесь он нашел Люция, воющего и проклинающего всех, кто окружал его. Его охраняла дюжина солдат, пока Вулкан был на войне. Каждый из них застрелился, так как влияние Люция развратило их разум. И все же Вечный был жив. Лишен конечностей, но определенно жив. Когда Вулкан вернулся, Люций проклял его имя, с дикими от злобы глазами: — Я никогда не умру, пёс Императора! Я вечен! Даже в поражении я становлюсь сильнее! Ты не можешь убить меня, или ты падешь так же, как твои братья! Люций маниакально захихикал. Лицо Вулкана, как говорилось в более поздних легендах, было каменным, когда он холодно ответил: — Нет, Люций. Ты не умрешь. Ты будешь жить вечно. Выкопайте яму, — приказал Вулкан, поднимая Люция на уровень своих глаз. — Ты будешь жить во тьме, в своей порче и бессилии! Ты будешь Вечным, я обещаю тебе это. И все же, если ты задохнешься в своей живой могиле, и твоя душа снова будет искать перевоплощения, знай: я не испытываю ни гордости, ни удовольствия от твоей кончины, ибо ты ниже меня. Я НИЧЕГО не чувствую к тебе. Таким образом, Люций был погребен в гробу с лезвиями из адамантия и брошен в огромную яму, вырытую в коре Армагеддона союзниками Вулкана. Люций Вечный был наконец побежден. Вулкан обратил свое внимание внутрь, и он переделал Армагеддон от основания до основания. Защищенный в военном отношении, примарх восстановил структуры планеты; он осуществлял массовые проекты по обновлению инфраструктуры, включая расширение сельского хозяйства, как на поверхности, так и в специальных подземных теплицах. По мере увеличения продовольствия и безопасности увеличивалась численность рабочей силы, и население медленно начало восстанавливаться. Он сформировал подразделения силовиков для поддержания мира, построил медицинские учреждения и заводы, и народ Армагеддона начал процветать на протяжении десятилетий под властью своего бессмертного повелителя, который правил вместе с советом сенаторов и знаменитых мыслителей. В конце концов, это восстановление распространилось на все планеты системы. Как только его мир стал безопасным и настолько совершенным, насколько мог вообразить его разум, он начал смотреть наружу. Его новые армии, вынужденные использовать захваченные баржи и военные корабли Казана и Ранда, продвигались медленно. Тем не менее, совершая короткие варп-прыжки к ближайшим системам, он начал сталкиваться с царствами и побеждать их с помощью полезных технологий, знаний и оборудования, которые он мог использовать, чтобы восстановить большую часть утраченной информации человечества на его пике. Он освободил множество Техножрецов и их помощников, приведя их на Армагеддон, чтобы основать первую из Технократических Академий Прометея, где Культ Механикус был возрожден. Используя восстановленные заводы и промышленное оборудование Армагеддона, Академия начала производить множество великолепных технологических чудес. После столетия кампаний и завоеваний Вулкан подчинил своей власти дюжину звездных систем, и ученые, работавшие в Башне Знаний, расположенной на Армагеддоне, спроектировали и построили три огромных боевых корабля, разобрав десятки старых судов и используя эти части в сочетании с новым оборудованием. Вскоре они были использованы для руководства флотом захваченных судов, которые Вулкан привел под свой контроль, миллион различных корпусов и видов оружия для миллиона различных целей и войн. Старые, расформированные остатки старых полков Имперской гвардии и рекрутинговые миры также начали присоединяться, повышая мастерство и эффективность армий Вулкана. В каждом мире, который захватывал Вулкан, он оставался почти на десятилетие, тщательно восстанавливая многое из того, что было разрушено, и обращая население в свою веру, используя свою риторику и навыки дипломата и оратора. Тем не менее, несмотря на свое влияние и мощь, Вулкан не мог возглавить каждый свой флот, и его армии смертных боролись за продвижение своего нового Империума, поскольку другие, старые мини-Империумы начали противостоять им со все большим упрямством. Это было недопустимо. По мере того как Империум Вулкана становился все более известным среди галактического населения, он начал сталкиваться с космическими десантниками в различных обличьях. В мирах Домхальд, Вескер и Хойнказ Вулкан обнаружил, что эти миры-крепости защищали грозные защитники, которые не уступали армиям Вулкана. В конце концов Вулкан понял, что это были Имперские Кулаки. После долгих споров, войн и дебатов Кулаки убедились, что Вулкан действительно тот, за кого себя выдает, и они неохотно согласились на союз, наконец-то успокоившись после длительных осад. Каждые несколько десятилетий Армагеддон посещали чернокожие воины, одетые в выцветшие, потрескавшиеся зеленые доспехи, по их лицам текли слезы, когда они совершали паломничество в резиденцию Вулкана, приземленную башню в огромном перестроенном Улье Гадес. Выжившие Саламандры вернулись к своему отцу. Вулкан с радостью снова принял Саламандр-беженцев в свое лоно. Время от времени до военных сил Вулкана доходили слухи о бандах космических десантников-изгоев, совершающих набеги и грабящих различные человеческие миры по всему сегментуму. Когда Вулкан на самом деле столкнулся со многими из этих групп, он обнаружил, что большинство из них на самом деле не были космодесантниками-отступниками, а на самом деле были просто бесцельными Астартес-изгоями, вызывающими проблемы и начинающими войны просто потому, что им это нравилось. Орлы Рока, Злобные Десантники, Десантники Темной Звезды, Минотавры, Белые Шрамы и сотни других орденов буйствовали в пустоте. Вулкан начал войну с этими варбандами. Те, кто не подчинился его правлению, были побеждены, а их оружие и доспехи захвачены. Те, кто понял, кем был Вулкан, в конце концов подчинились его воле. Тем не менее, несмотря на этих новобранцев и новообращенных, Империя Вулкана могла похвастаться только тремя сотнями стареющих Астартес, и этого было просто недостаточно, чтобы быть полезным для постоянно расширяющегося царства. К 006.М52 Империум Вулкана охватывала примерно тысячу миров. Каждый мир был хорошо укреплен, и его армия все еще расширялась и реорганизовывалась в более единую галактическую боевую силу. Возникли институты и бюрократия, развилось множество сложных промышленных и социальных систем, превратив Армагеддон в оживленный мегаполис нового Империума. Не только армии смертных менялись, но и силы Астартес начали перестраиваться в соответствии с новыми планами Вулкана. Он использовал генетическую информацию из своей собственной плоти в сочетании с большей частью геносемени тех Астартес, которые пришли к нему, чтобы начать проект создания новых космодесантников. Бесчисленное множество семей умоляли присоединиться к этой новой революции. Эти новые Астартес были сформированы в силы, известные как командорства, каждое численностью в две тысячи десантников. Ими руководили ветераны предыдущих орденов Астартес старого Империума, которые знали об интенсивной подготовке, необходимой для превращения этих сверхлюдей в настоящие машины для убийства. В общей сложности было сформировано двести командорств, и многие из них будут печально известны среди врагов Вулкана: Нефритовые Принцы, Просители, Призраки Дорна и бесчисленное множество других (о которых здесь не будет упомянуто). Те Саламандры, которые вернулись на Вулкан, сформировали первое командорство и сохранили свое название. Они посвятили себя защите своего примарха. Они стали стражами порядка и контр-повстанческой силой, используемой для подавления любых насильственных революций против режима Вулкана. Однако у Вулкана не было желания сокрушать всех несогласных. Тем, у кого были опасения по поводу его правления, было позволено высказать свое мнение в советах Империума Вулкана. Хотя большинство проблем игнорируется, по крайней мере, они признаются. С командорствами в авангарде завоевания, Империум Вулкана расширился почти до трех тысяч миров за половину времени, которое потребовалось, чтобы овладеть первой тысячей. По мере того как Империум расширялся, Вулкан столкнулся с более серьезными угрозами, которые заполнили галактику. К югу от его владений располагалось обширное царство теократического кошмара Талларно-Офелианской империи. Это было темное царство подозрительности и ненависти, где охотники на ведьм и проповедники довели царство до религиозной мании. Экклезиарх был там высшей властью, и он заявил из своего монолитного Соборного мира, что Вулкан не был Примархом, а был замаскированным демоном. Те, кто сталкивался со взглядом короля-воина, вряд ли могли отрицать, что он казался поистине дьявольским. К северу и западу от царства Вулкана два Империума Хаоса начали реагировать на его объединительные действия, и многие ожидали какого-то огромного сражения между этими тремя державами. На востоке Вулкан принимал эмиссаров из царства, которого он никогда раньше не знал, — Великого Сикариума. Астартес в разноцветной броне, прибывшие ко двору Вулкана, были облачены в прекрасные полированные доспехи, дорогие меха и украшения, а на груди у них висели богато украшенные болтеры. Они заявили, что король Сикарий, будучи королем всех Астартес, будет счастлив принять командорства Вулкана в свою Империю, если они примут Сикария как своего лорда и хозяина. Излишне говорить, что Вулкан был недоволен, но он продемонстрировал большую сдержанность, убив только одного из эмиссаров, отправив второго обратно к своему хозяину, чтобы сообщить Сикарию, что командорства не присоединятся к его логову позора и угнетения. Они будут сражаться с ним до последнего. Ибо среди растущего потока опасностей по всей галактике Вулкан сформировал прочное ядро здравомыслия в центре сердца бывшего Империума.