Алые цветы

От страха на лице Чуи пробежал холодный пот. "Как..? ", - лишь эта фраза крутилась в голове Рыжего. Он ведь сделал все быстро, скоординировано, Дазай бы просто физически не успел, если бы не-... Люстра. Как можно простой коробочкой со спичками так сильно расшатать люстру? В панике, Накахара быстро глянул на предмет истязаний и все стало на свои места. Он всё продумал, с самого начала... Он дал ему нелепую надежду на побег... Открученные болтики, которые даже от легкого соприкосновения могли желать люстре лучшего. Да и зачем ложить такой глупый предмет практически под ноги? Дазай знал, что Чуя воспользуется этим моментом, поэтому и держал его за волосы, поэтому посадил напротив двери, не позволяя даже осмотреть будущие комнаты. Осаму хищно усмехнулся. Видеть как его пёсик осознает в какой он "неприятности", просто радовало глаз, не давая хватке хоть на секунду ослабиться. Момент и рука Дазая с твердой хватки рук сзади Накахары, снова перешла на волосы, и грубо схватив, заставив его бывшего напарника глухо вскрикнуть, тот впечатал его об металлическую бордовую дверь. Услышав вскрик боли и увидев прелестную вмятину на двери, Осаму отдернул руку назад, вместе с уже окровавленной головой Чуи. Он рвано дышал, видя как на пол падают капли его же крови. Хотелось убить Дазая, сломать каждую его косточку, пытая несколько дней подряд, чтобы он сорвал голос и даже не надеялся на лёгкую и долгожданную смерть, но сейчас это не выйдет. Та надежда, которая обрекала его на спасение своей жизни, раскололась на тысячу мелких кусочков, не оставляя даже капли уверенности в завтрашнем дне. Хоть и Чуя был подбит, был разбит как и морально, так и физически, он не проронил ни слова, что делало работу Дазая более лёгкой. Ко рту и носу Накахары была приложена какая-то старая тряпка, вымоченная в каком-то даже сладком запахе. Голубоглазка узнавал этот запах. Хлороформ - бесцветная прозрачная жидкость своеобразного сладковатого запаха и жгучего вкуса, который служил своеобразным "наркозом". Он не сразу отключал людей и приглашал их в царство Морфея, но при правильном использовании, мог сделать это довольно быстро. Прокашлявшись, Рыжик стал медленно моргать, видя, что все предметы возле, начинают расплываться и передвигаться в хаотичном танце. -Поспи, мой милый, пёсик. ~ Нам пристоит ещё много дел, чтобы воспитать тебя и приучить к месту. ~ Всё что услышал Чуя, ведь остальные слова раздавались эхом в ушах и тот потерял сознание, падая в руки, самому страшному человеку из всех кого он знал. Пару раз пощелкав перед глазами маленького Чуи, видя, что его сну пока что ничего не угрожает, он взвалил это хрупкое тельце к себе на плечи и понёс глубоко в недры дома, заходя на его нижние этажи. Ногой открыв черную, незапертую дверь, если её можно было так назвать, ведь на вид она была похожа на решетку, он проник внутрь, вдыхая противный сырой воздух. Комнату освещал тухлый свет лампочки, что казалось бы могла в любой момент перегореть. Сама комнатка была довольно просторной, напротив двери были вставленные в стену кандалы, к которым и был пристегнут Чуя. Ноги и руки были хорошо зафиксированы, оставляя лишь голову в повисшем состоянии. Справа от Накахары теперь уже находился столик с различными садисткими приспособлениями. Плоскогубцы, ножи, шипы, различные пульты и коробочки, в которых могло находится всё что угодно - открыто лежали на столике, дожидаясь их использования. Слева от Рыжика на удивление лежала миска, в которую была налита вода, словно для авчарки. И вот Дазай стоит над столиком с предметами, медленно водя пальчиками, выбирая, что же ему использовать в первую очередь. Слишком много всего! Хочется использовать всё и понемногу, но тогда его прелесть умрёт. Мыча какую-то песенку, он выбирает вещички. Осаму временно избавил Чую от ошейника, и уже с нетерпением ждал, когда Накахара проснётся. Он итак долго спал, поэтому проснутся должен скоро, да и не так много хлороформа он вдохнул. Спустя 4 минуты Дазай услышал хриплое мычание впереди него. Он сразу буд-то ребенок, услышавший шаги родителей в его комнату, моментально повернул голову, смотря, как Чуя пытается хоть как-то сфокусироваться в этом мире. "Башка болит... Кажется меня вот-вот стошнит", - подумал Чуя, пытаясь заглушить рвотный рефлекс. Босс мафии буд-то даже оживился, ведь подскочил, пряча какую-то вещичку за спиной. Словно в припрыжку подбежал к Рыжику и осматривал его. -Как твоё самочувствие, Чу?) Голова болит?) Он даже криво улыбнулся, буд-то специально вёл себя так, словно ничего не было и Накахаре это лишь приснилось. Но сфокусировав зрение и переведя зрачки на скованные руки и ноги, Чуя уже обреченно перевел взгляд на бинтованного, хотя чуть не прижмурился от боли в голове. Дазай лишь смотрел и улыбался, специально ожидая вопроса от Чуи, что же таится у того за спиной, хотя вопрос не оставил себя долго ждать. -И.. Что ты прячешь..? Не тяни резину... Чуе хотелось побыстрее закончить этот ад...Скорее просто проснуться в своей кроватке, как раньше... Одному... Не чувствовать той боли, которую он ощущает сейчас, позорно подыгрывая своему боссу. -Я знал, что тебе будет интересно! Ты такой вялый... А чтобы пёсик учился, он должен быть активным! Из-за спины Дазай вытащил полицейский шокер. Небольшое устройство, но бьёт током, мама не горюй. Зрачки Чуи сразу метнулись на этот инородный предмет, сразу его узнавая, отчего мурашки покрыли его руки. Вот-вот огромные заряды вольт ударят по всему телу судорогами, оставляя Рыжику лишь надеятся на лучшее. "Когда же этот кошмар закончится...", - думал Чуя, ведь он не мог умолять Дазая прекратить. Нет, не в его интересах служить этой чёртовой Скумбрии и быть собачкой, которая будет безприкословно выполнять приказы. Он сможет выбраться, он верит в это, как бы он не был сломан, он выберется отсюда. Любой ценой. И вот разобравшись как же использовать эту штуковину, ведь это была прямо сцена как Дазай сидел в кабинете, с кубиком рубиком (только вот предмет был опаснее раза в 100),тот прицелился к плечу Накахары, собираясь уже нажать на заветную кнопку, как друг услышал его хриплый голос. - Осаму, чем ты этим добиваешься? Я никогда не стану твоей псиной, прекрати быть ребёнком. -, эх.. Когда же до Чуи уже дойдет, что ему придется стать таким, каким его хочет видеть Дазай. Тот лишь пожал плечами и нажал на кнопку, пробив тело этого казалось бы безобидного щеночка, разрядом тока, заставив волосы пойти дыбом и крикнуть, чуть ли не оставляя связкам лучшее. Пару секунд наслаждения криками Чуеньки и Дазай убрал шокер, наблюдая за рваными выдохами его правой руки и подрагиваний от пришедших судорог. -Вот теперь ты полностью заряжен энергией! Можно начать тренировку! -, этих слов Чуя даже не услышал, разряд током так резко ударил по костяшкам и по мозгам, что его даже оглушило и вся насмехательская речь Осаму прошла мимо ушей. Дазай посмотрел на Чую, его не радовало, что его телохранитель так быстро теряется в пространстве. Подойдя к столику, тот положил шокер и одев перчаточки, подошёл к Чуе т грубо дёрнул за волосы вверх, смотря на расширенные зрачки Накахары. В области медицины это бы значило, что от тока, его мозги плохо функционируют. Лучшим решением было бы дать тому воды и согреть, дожидаясь скорой помощи, но Дазай не врач, поэтому отсоединив его руки от стены, тот отпустил голову Рыжика, видя, как тот тщетно пытается сфокусироваться хоть на что-то, но из-за того, что руки не держаться об кандалы, то тело с грохотом упало на холодный бетон, добавляя ране на голове еще больший ущерб. Дазай лишь хи-хикнул на это, ведь Рыжий пёсик упал возле миски с водой и шатен лишь ожидал, когда же Чуечка решит отбросить гордость и попить. Но ради большего эффекта тот достал наручники и, подойдя к Накахаре,грубо заломил руки за спиной, услышав писк, стараясь делать это максимально больно для голубоглазки. Сделав эту простейшую работенку, Дазаюшка отошел от Чуеньки, даже достав телефон и фоткая этот позор. Чуя слышал щелканье камеры, ведь Дазай специально сделал звук на максимум, но ничего с этим поделать не мог, он может стать лишь на колени и выгнуть спинку, начиная пить как настоящий пёс, избавляя себя от сушняка, но... Он человек. Не собака. И выполнять "команды хозяина" не собирается. Чуя никогда не станет рабом Дазая.