За что мы сражаемся?

      Сентябрь для учеников Хогвартса пролетел незаметно, а октябрь обрушил на замок свою ярость в виде огромнейшего количества дождей. В течение первых двух недель месяца казалось, будто за каменными стенами замка бушует ураган, но в конце концов дождь прекратился, и осень проявилась во всём своём великолепии придав деревьям золотистый и красный окрас.       Именно в одно такое утро, незадолго до Хэллоуина, Гарри отправился на свою обычную утреннюю пробежку, а рядом с ним пыхтел Невилл. За последний месяц Невилл добился значительного прогресса. Он больше не падал в обморок во время их пробежки, а иногда даже мог бежать наравне с Гарри, хоть ему всё ещё было тяжеловато.       – Итак, приближаются первые выходные в Хогсмиде, - пропыхтел Невилл. На улице было ещё совсем темно, но первые проблески рассвета уже освещали горы. – Ты взволнован?       – С чего это мне вдруг быть взволнованным? - ответил Гарри своим ровным монотонным голосом, слегка озадаченно посмотрев на своего спутника.       – Я подумал, что ты можешь побыть таким, хотя бы для разнообразия, - ответил Невилл с кривой улыбкой. – Это шанс выбраться из замка, подальше от школьных занятий и всего такого. Кроме того, приятно иметь возможность пойти с кем-то особенным. Провести время не в одиночестве, ни о чём не беспокоясь, понимаешь?       Гарри несколько мгновений тупо смотрел на Невилла, пока тот не усмехнулся. Невиллу начинало нравиться тусоваться с Гарри. Он никогда не был по-настоящему тихоней, но и не стремился быть душой вечеринки. Невилл был дружелюбен со своими соседями по факультету, но пока Гарри не пригласил его на свои утренние пробежки, Невилл осознал, что на самом деле у него не было никого, кого он мог бы назвать настоящим другом, но, как признался себе Невилл Гарри быстро становился таковым.       – Что ж, похоже нет, - рассмеялся Невилл. Шутка явно прошла мимо ушей Гарри, когда он просто продолжил бежать. – Я имею ввиду, что это действительно хороший повод пригласить девушку на свидание. Хотя полагаю, что уже несколько девушек спрашивали тебя, могут ли они побыть твоим личным гидом.       Внезапно Гарри остановился, да так резко, что Невилл чуть не врезался в него. Глаза Гарри сузились в задумчивости, будто он что-то вспоминал. Невилл некоторое время наблюдал за ним, пытаясь понять, что же заставило Гарри остановиться.       – Свидание? - спросил Гарри, взглянув на своего спутника, который согнулся пополам, хватая ртом воздух. Невилл, практически не задумываясь, согласился присоединиться к Гарри в его упражнениях уже почти месяц назад, и хоть он и добился больших успехов, достаточно серьёзно подтянув свою физическую форму, но всё же он ещё был далёк до уровня Гарри.       – Да ... свидание ... знаешь... - Невилл тяжело дышал, схватившись за бок, который нещадно кололо. – Приглашаешь девушку на свидание, и потом вы вдвоём куда-нибудь идёте.       Гарри в очередной раз тупо уставился на Невилла, заставив того немного поёжиться под этим стальным взглядом.       – Вы... вы идёте вместе. Поесть или просто прогуляться и поговорить о чём-нибудь, или идёте в… Ты ведь понятия не имеешь, о чём я говорю, не так ли? - спросил Невилл, понимая, что всё, что он сейчас сказал, пролетело мимо ушей Гарри.       – Я учился сражаться, а не… - спокойно сказал Гарри. – И это считается нормальным поведением, среди моих сверстников? Ходить на свидания?       – Ну да, но я бы не назвал это повинностью, Гарри. Если хочешь, ты можешь пойти один или с друзьями, это тоже нормально. Просто побродить с друзьями по деревне, - ответил Невилл, пожав плечами.       – Это тоже называется свиданием? - спросил Гарри, начиная выглядеть смущённым.       – Нет... или да. Я имею в виду, если ты со своей девушкой идёшь с другой парой, тогда это будет похоже на групповое свидание, но опять же это совсем не обязательно, ты вполне можешь пойти один, - Невилл выпрямился, увидел явное замешательство на лице своего нового друга и раздражённо вздохнул. – Быть может, будет яснее, если мы попросим Гермиону разъяснить тебе.       Гарри кивнул и снова побежал, слегка замедлив темп, чтобы Невилл мог поспевать за ним. Невилл подавил стон и побежал за ним, стараясь не отставать.       – Ты идёшь на свидание? - спросил Гарри. Невилл немного оживился и даже начал улыбаться.       – Да, - ответил он, выглядя при этом немного глупо. – Я всё ещё в шоке от этого, но Ханна Аббот пригласила меня. Она мне вроде как нравилась целую вечность, и я пытался набраться смелости пригласить её на свидание, но, похоже ей надоело ждать и она пригласила меня первой...       – Девчонки могут приглашать парней на свидания? - перебил Гарри.       – Да. У нас же не прошлый век. Послушай, это действительно просто. Если тебе кто-то нравится, ты просто подходишь и приглашаешь её на свидание. Если она скажет "да", ты приглашаешь её куда-нибудь перекусить или любое другое занятие, которое нравится вам обоим. Иногда приходится вводить девушку в её любимые места, даже если тебе это место абсолютно не нравится, - говорил Невилл, тяжело дыша.       – А это ещё зачем? Мне то оно не надо, - с любопытством спросил Гарри.       – Чтобы показать, что ты заботишься о ней и разделяешь её увлечения. Девчонки всё время так делают. Притворяются, что интересуются квиддичем или чем-то ещё только потому, что им нравится быть рядом с своим парнем. Вот к примеру: Лаванда и Рон. Я точно знаю, что Лаванда ненавидит квиддич, но Рон без ума от него, поэтому она поддерживает его и ходит на все игры, просто чтобы провести с ним время.       – Так... она врёт ему? - Гарри изогнул бровь.       – Нет. Это не совсем враньё, - быстро сказал Невилл. – Ты просто переступаешь через свою гордость и ставишь её интересы выше своих. Это уважительно... или что-то в этом роде. Это показывает ей, что ты заботишься о ней, даже если то, что ей нравится - тоска зелёная.       – Итак, если Ханна пригласила тебя, значит она поведёт тебя... есть? - спросил Гарри, всё ещё выглядя смущённым.       – Нет, я поведу её куда-нибудь в другое место, - ответил Невилл, чувствуя некоторое облегчение, когда Гарри повернул к замку.       – Но ведь это она пригласила тебя, - напомнил Гарри Невиллу.       – Да, но я хочу показать ей, что она мне нравится, и поэтому я буду исполнять все её прихоти, - осветил Невилл, смотря на Гарри и прыская от смеха при виде полного замешательства на его обычно невозмутимом лице.       – И что собираешься делать? - спросил Гарри, пытаясь понять, что же такое свидание.       – Я не знаю, - Невилл пожал плечами. – Ну то есть, мы, вероятно всё-таки пообедаем где-нибудь, а вот что дальше, я действительно не знаю.       – Разве у тебя не должно быть какого-то плана? - Гарри с любопытством посмотрел на своего друга.       – Да... должен быть, но нет. Можно конечно расспросить Сьюзен, может она подкинет пару идей.       – Ты собираешься расспрашивать других девушек о той, с которой собираешься встречаться? - Гарри снова остановился, выглядя совершенно сбитым с толку.       – Ммм… Это похоже на сбор разведданных, - сказал Невилл, почувствовав внезапный порыв вдохновения. Замешательство Гарри, кажется несколько уменьшилось, когда Невилл начал изъясняться понятным для Гарри языком.. – Не все девушки тебе враги. Просто узнаёшь у её друзей, что ей нравится, чтобы она хорошо провела с тобой время, и возможно она снова захочет с тобой встретиться.       – Ты хочешь пойти больше чем на одно свидание? - Гарри нахмурил брови. – Не слишком ли это однообразно?       Теперь настала очередь Невилла выглядеть смущённым. Он попытался найти способ ответить Гарри что-то внятное, но так ничего и не придумал.       – Ты кажется говорил, что это просто, но чем дольше ты объясняешь, тем больше запутанным и бессмысленным кажется мне всё это.       – Полагаю, что так оно и есть. Всё-таки надо попросить Гермиону всё тебе объяснить, - говорил Невилл между смешками. – Она действительно хороша в понимании таких вещей. Глядишь, может и я может узнаю что-то новое.       Двое парней вошли в замок и направились к лестнице, ведущую в башню Гриффиндора. Невилл всё ещё посмеивался, в то время как Гарри пытался разобраться во всем этом у себя в голове. Он ни в коей мере не был идиотом и понимал, что мальчики и девочки проводят время вместе, хоть и не был до конца уверен в том, как всё это происходит. Его крёстный отец и другие, довольно спокойно относились к теме ухаживаний. Гарри подслушал не один пьяный разговор, в которых зачем-то упоминались чуланы для мётел, хотя в то время он был слишком маленьким, чтобы что-то понять.       Однако перед отправкой в Хогвартс ему сказали, что ему нужно работать над тем, чтобы завести друзей, а так же проводить время с девушками. Последняя часть была сказана с хитрым подмигиванием. Гарри в то время не понял, зачем всё это, и уехал, прежде чем смог расспросить об этом подробнее. И всё же, когда он встретил Гермиону, он подумал, что выполнил то, что от него требовали. Он завёл друга и проводит время с девушкой.       Тем не менее, Гарри понимал, что между девушкой и парнем может быть нечто большее, чем просто совместное проведение времени за обеденным или учебным столом. Он видел, как вокруг него общались парни и девушки. И вспомнил то время, когда ему представили Нимфадору Тонкс в четырнадцать лет, и как это всё изменило.       Гарри, конечно, в то время переживал все присущие молодому организму изменения. Половое созревание, по мнению Гарри, было настоящей занозой в заднице. Сириус, как мог многое объяснил, но были вещи, о которых Гарри никогда не спрашивал, потому что абсолютно не понимал как подступиться к этой теме. И вот однажды Сириус представил свою двоюродную сестру Тонкс.       Следующие полтора года были полны действительно неловких моментов. И когда он был один, и перед Тонкс, которая, казалось, была послана из ада, чтобы мучить его. Не имея до этого особых контактов с девушками, Гарри превратился в спотыкающуюся, заикающуюся развалину, и это его очень злило. Проблема была в том, что ему становилось стыдно, когда он хотел расспросить Сириуса о тех странных чувствах или побуждениях, которые он испытывал всякий раз, когда видел её или думал о ней. Тонкс, казалось, знала эту его слабость и изо всех сил использовала её на тренировках. Что было ещё хуже, ей, кажется, нравилось выводить его из равновесия и в свободное от учёбы время. Любая мелочь могла сбить его с толку. Она бросала на него взгляд с другого конца комнаты или внезапно роняла палочку и наклонялась, чтобы поднять ее. Самое худшее было, когда однажды утром она вышла из ванной, завёрнутая лишь в полотенце, которое соскользнуло и чуть было не слетело с неё.       А потом, ударил гром среди ясного неба - его внезапно забрали из мира, который он знал, и отправили в школу к сотням различных людей совершенно разного возраста и ранга, чтобы он наконец стал частью совершенно иного мира. Мира, к которому он принадлежал с самого рождения.       – В те времена мы считали, что будет лучше тебя спрятать. Подготовить к тому, что рано или поздно произойдёт, - говорил ему Сириус в своём кабинете, за месяц до его поступления в Хогвартс. – Мы думали, что знаем всё лучше всех, держа тебя подальше от других людей и готовя тебя ко всему этому. И когда придёт время, ты будешь готов, но мы забыли об одном ключевом компоненте. Да, ты готов к бою, но ты не понимаешь, зачем ты должен это сделать.       – Затем, что Волан-де-Морт - зло, и я должен его уничтожить. В пророчестве сказано...       – Пророчество - чушь собачья, - быстро сказал Сириус. – Я уже говорил тебе раньше, что если бы не это пророчество, всё было бы совсем по-другому. Твои мать и отец были бы живы, и ты поступил бы в Хогвартс тогда же, как и остальные - когда бы тебе стукнуло одиннадцать. Всё происходящее сейчас случилось из-за пророчества, и мы дали клятву защищать тебя и помогать тебе вырасти хорошим человеком. И я думаю, что мы проделали достойную работу, но у тебя не было детства, которое было у других детей твоего возраста. Мы сделали из тебя то, что хотелось нам. И мы же лишили тебя индивидуальности, и нам необходимо это компенсировать.       – Отослав меня прочь? - спросил Гарри. В его голосе не было злобы, лишь замешательство.       – Гарри, это действительно важно. Ты должен поехать туда и быть с людьми, твоего возраста, понять, каково это - быть молодым. Тебе нужно завести настоящих друзей. Не товарищей по команде, не союзников, а друзей, настоящих друзей. Тебе нужно пройти через всё, что делают подростки, чтобы ты полностью осознал, почему мы пытаемся отправить Волан-де-Морта в ад. Когда-нибудь, Гарри, эта война закончится, и если ты не сделаешь этого сейчас… у тебя ничего этого уже не будет, и я не могу позволить себе, чтобы ты стал таким же, как Грюм. Отправляйся в Хогвартс. Заведи друзей и попади в парочку лёгких неприятностей. Учитывая, насколько хорошо я тебя знаю, к Рождеству ты поймёшь, почему мы приняли такое решение.       Сейчас у Гарри было два друга - Гермиона и Невилл. Были и другие, с кем он общался довольно регулярно. Лаванда и Парвати также общались с Гарри, и он не возражал против этих двух девушек, особенно, когда увидел, что они защищают Гермиону. Была ещё Джинни Уизли, которая постоянно крутилась вокруг него, но она раздражала Гарри. Девушка никак не могла перестать говорить. Она говорила так быстро, что у Гарри часто начинала болеть голова. Кроме того, ему показалось, что рыжая, по какой-то причине раздражает Гермиону.       Так же Гарри хорошо ладил со своими соседями по комнате, тем более что они с Роном пришли к негласному соглашению. Рон больше не говорил ничего пренебрежительного о Гермионе, когда Гарри мог его услышать, а Гарри больше не смотрел на него своим "фирменным взглядом". Симус пошутил, что Рон, вероятно, не хотел бы оказаться в ситуации, похожей на ту, что недавно произошло с Панси Паркинсон.       Насколько он мог судить, Гарри сделал так, как ему и было сказано, но он не понимал, зачем ему это было нужно. И всё же он чувствовал, что ответ висит прямо у него перед носом.       Девушки.       Может ли быть так, что девушки были ответом на этот вопрос? И если да, - то как? Он сражается, чтобы защитить их, или дело совсем в другом? Нет, эта мысль у него из-за разговора с Невиллом.       При мысли о хогвартских девчонках Гарри покачал головой. Куда бы он ни шёл, все они пялились на него, будто он был сочным стейком, а все они умирали с голоду. Гарри сражался с тёмными волшебниками, но девушки действительно заставляли его напрягаться, когда смотрели на него таким взглядом. И это весьма сильно напрягало. Иногда странные вещи, которые он чувствовал рядом с Тонкс, проявлялись снова, и Гарри ловил себя на том, что ищет ближайший выход, просто чтобы избежать взглядов, которые бросали на него девушки.       На самом деле, Гарри мог думать только о трёх девушках, с которыми он не ощущал никакой-либо неловкости, когда те были рядом. Гермиона, разумеется, всегда относилась к нему, как к обычному человеку. Он знал, что временами ей было трудно общаться с ним, учитывая его воспитание, но она доказала, что является надёжным союзником. Она была бесконечно терпелива, хоть и очень осторожна, когда он был рядом. Ему всегда казалось, что она ждёт от него чего-то ужасного, и это действовало на него, хотя он и не мог точно сказать, как именно.       Следующей была Луна Лавгуд.       Гарри встретил эту очень странную девушку на третий день своего пребывания в Хогвартсе, когда заканчивал утреннюю пробежку. Она неожиданно вышла из леса, и он чуть её не проклял. Гарри едва успел удержаться от слов, которые запросто могли убить девушку, вовремя заметив, что это всего лишь студентка.       – Доброе утро, Гарри Поттер, - сказала она странным потусторонним голосом. У неё были cпутанные светлые волосы с пепельным оттенком, которые доходили ей до пояса. Её довольно большие выпуклые серо-голубые глаза, казалось, смотрели сквозь него. Она напомнила Гарри кого-то, о ком он когда-то мечтал, когда был ещё маленьким. Сириус ещё назвал их ангелами.       – Э-э, доброе утро.       – Спасибо, что не проклял меня. Я не хотела напугать тебя, - проговорила она.       – Могу я узнать, почему ты так рано проснулась и что делала в лесу? - спросил Гарри, подходя ближе к девушке.       – Я собирала грибы велепси, - девушка мечтательно улыбнулась, открыла сумку и достала из неё большую красновато-коричневую шляпку гриба. – У нескольких моих соседей куча мозгошмыгов в мозгу, а этот гриб очень хорош для защиты от них.       – Понимаю, - сказал Гарри, убирая палочку в кобуру. – Извини, я не расслышал твоего имени.       – О, ещё раз прошу прощения за мою невежливость, - сказала девушка с мягким музыкальным смехом. – Меня зовут Луна Лавгуд. Я учусь на Когтевране.       – Лавгуд, - сказал Гарри, на мгновение задумавшись. – Ты случайно не родственница Ксенофилиуса Лавгуда, редактора "Придиры"?       – Он мой папа, - улыбка Луны стала ещё шире.       – Хорошо, тогда, пожалуйста, скажи ему, что мне действительно нравится его работа, хотя я бы хотел, чтобы он вернул рисунки вампиров Винсента. Они были моими любимыми в детстве.       – Обязательно, - снова улыбнулась Луна. – Думаю, ему будет приятно узнать, что ты читаешь наш журнал.       Гарри и Луна вместе пошли обратно в замок. – Я довольно-таки рано узнал, что "Ежедневный пророк" и несколько других газет сообщали в основном пустые истории или откровенную ложь. Я конечно продолжал читать их, потому что всегда можно найти крупицу правды, и эта самая крупица может стать важной частью истории. Однако твой отец всегда сообщал только правду, но, пожалуйста, не обижайся, некоторые из его историй немного… нелепые.       – Например? - спросила Луна. Гарри беспокоился, что, возможно, обидел девушку, но после того, как он посмотрел на неё, стало ясно, что она просто пытается понять, что Гарри имел в виду под нелепыми.       – Взять хотя бы заговор Гнилозубов, - начал Гарри. – Хоть я и уверен, что есть люди, замышляющие свергнуть Министерство, я сомневаюсь, что это будут авроры, и они явно не будут использовать болезнь дёсен. Если бы мне пришлось гадать кто может подорвать министерство изнутри, я бы сказал, что это, скорее всего, будут невыразимцы, потому что у них есть доступ к некоторым самым могущественным заклинаниям.       – Да, действительно, - кивнула Луна. – Думаю, в этом есть какой-то смысл. Мадам Боунс слишком благородна, чтобы использовать тёмную магию, учитывая, что её брат и невестка были убиты ею, а невыразимцы и в самом деле ни перед кем не отчитываются, кроме может быть самого министра магии.       Некоторое время они шли молча, пока не вошли в вестибюль. Луна повернулась к Гарри и пожала ему руку.       – Спасибо, Гарри Поттер, наш разговор вышел довольно содержательным. Возможно, нам ещё удасться поговорить о чём-нибудь, когда-нибудь.       – Это будет большой честью для меня, мисс Лавгуд, - сказал Гарри с легкой улыбкой, повернулся, чтобы направиться обратно в башню Гриффиндора. Гарри словил немного насмешек от Симуса с Дином, когда рассказал им, что встретил Луну. Очевидно, что в этой школе у хорошенькой когтевранки была репутация немного странной девушки.       – Она явно не в себе, - воскликнул Симус.       – Она спрашивала, нет ли у тебя дойбининов? - спросил Дин, с трудом скрывая смех.       – Кого? - спросил Гарри, выглядя смущённым.       – В прошлом году она спросила, нет ли их у меня и попросила, чтобы я спустил штаны, чтобы она могла их увидеть, - расхохотался Дин. – Она сказала, что слышала, как несколько девушек говорили о том, каким большим может быть мой член, и она подумала, что, возможно какое-то существо привязалось ко мне, делая меня больше или что-то в этом духе, и она хотела бы убедиться сама.       – Оставьте её в покое, ребята - угрюмо сказал Невилл. – Она не так уж плоха, и к тому же ей и так несладко от своих соседок по факультету.       Гарри с того дня не разговаривал с Луной, но заметил, что она часто ела в одиночестве во время еды, обычно что-то тихо напевая себе под нос или же читая книгу. Гарри напоминал себе, что ему следует попытаться поговорить с ней ещё раз. Она могла быть в чём-то полезной, хотя пока и не был уверен, в чём именно.       Последней девушкой, которая не становилась такой странной при виде Гарри, была Кэти Белл. Хотя тут уже Гермиона объяснила, почему.       – Не заблуждайся, - улыбнулась она. – Кэти наблюдает за тобой так же, как и любая другая девушка, но она очень хорошо это скрывает. Вероятно, она пытается лучше понять тебя, прежде чем сделать какой-либо шаг. У неё очень высокие стандарты, и она, вероятно, хочет убедиться что ты чего-то, да стоишь, а иначе не стоит тратить время на тебя своё драгоценное время.       – Думаю, лучше принять душ, - сказал Невилл, прерывая мысли Гарри. – Уверен, Гермиона нас подождёт.       Гарри принял душ, переоделся и собрал все необходимое для занятий, как всегда за очень короткий промежуток времени. Невиллу всегда требовалось немного больше времени, особенно в душе. Гарри удивлялся, но не спрашивал, почему. Невилл также начал брать пример с Гарри и перед сном или же утром собирал всё, что ему понадобится днём. Обычно Невилл собирался минут на десять дольше Гарри.       Как обычно, когда двое парней уже отправились на завтрак, Дин и Симус только просыпались, а Рон ещё храпел.       – Неудивительно, почему он так ест, - Невилл покачал головой, проходя мимо кровати Рона. – Может, если бы он начал вставать в вовремя, то смог бы хоть раз насладиться завтраком.       – Доброе утро, - поздоровалась Гермиона с двумя мальчишками, подметив весёлое выражение, гуляющее по лицу Невилла. – Всё в порядке, Невилл? Обычно ты не выглядишь таким бодрым после тренировки. Или вы двое не бегали сегодня утром?       – Нет, этого избежать не удалось, - ответил Невилл с усмешкой. – Но во время нашей пробежки мы разговорились, и, похоже, нашему другу нужно, чтобы ты кое-что ему объяснила. Я пытался, но я не очень то хорош в объяснении таких сложных концепций.       – Ну давай попробуем,- сказала Гермиона, пожимая плечами. – О чём у вас шла речь?       – О свиданиях, - ответил Невилл, изо всех сил стараясь не рассмеяться. Гермиона резко остановилась и недоверчиво уставилась на Невилла. Казалось, что её карие глаза вот-вот выскочат из орбит, что заставило Невилла ещё сильнее подавить смех. Гарри с интересом уставился на пару, Невилл хихикал, а Гермиона казалось сгорала от стыда.       – Ты хочешь, чтобы я объяснила, что такое свидание? - спросила Гермиона, когда Невилл повёл их из башни Гриффиндора, выглядев при этом так, словно в любой момент упадёт в обморок от сдерживаемого смеха.       – Невилл считает, что было бы разумнее, если бы именно ты объяснила что это, - сказал Гарри своим обычным монотонным тоном. Гермиона почувствовала, как её лицо вспыхнуло, что о чём-то, да говорило, так как она никогда не смущалась. По крайней мере, до сегодняшнего дня.       – Что тут вообще объяснять? - пробормотала Гермиона. – Тебе кто-то нравится, ты приглашаешь её на свидание. Всё.       – Да, и похоже это единственное, что я понял. Но почему? Что это вообще такое, что люди делают на свидании? В чём заключается процедура? - спрашивал Гарри.       Гермиона побледнела. – Процедура?       Похоже Гарри представлял, что свидания это какие-то своеобразные военные учения. Гермиона взглянула на Невилла, который боролся с очередной ухмылкой, и внезапно почувствовала сильное желание пнуть его. Всё это было похоже на какую-то ужасную шутку.       – Знаешь, я действительно не тот человек, которого следует спрашивать о таких вещах, - сказала Гермиона, отчаянно размахивая руками. – Я многое знаю о других вещах, но я действительно ничего не знаю о...       – Гермиона, я не знаю никого более наблюдательного и наиболее осведомлённого о человеческих взаимоотношениях, - Невилл ухмыльнулся, увидев обращённый на него тяжёлый взгляд Гермионы.       – Невилл, ты, как никто другой знаешь, что я никогда не была на свидании, - прошипела Гермиона.       – Разве? - с любопытством спросил Гарри. Гермиона резко остановилась. Она не собиралась этого признавать.       – Неправда, - заметил Невилл. – Ты была парой Крама на Святочном балу.       Гарри повернулся и выжидающе посмотрел на Гермиону, отчего лицо Гермионы снова вспыхнуло. Она попыталась отвести взгляд, но яркие изумрудные глаза Гарри держали её взгляд. Она пару раз пыталась заговорить, но выходили лишь тихие сдавленные писки.       – Это совсем другое, - возразила Гермиона. – На самом деле это было не свидание. Это всего лишь … бал.       – Какая разница? - спросил Гарри. Невиллу явно тоже хотелось узнать. Гермиона могла только стоять, разинув рот, и смотреть на обоих.       – Хорошо, - огрызнулась она. – Я сделаю всё, что в моих силах, но думаю, всё же будет лучше спросить об этом Лаванду или кого-нибудь ещё.       Гарри кивнул, и троица вошла в Большой зал. Гермиона схватила Невилла за руку и сильно сжала. – Ты поможешь мне объяснить ему, - прошипела она. У Невилла хватило здравого смысла кивнуть и не засмеяться.       Они, как обычно сидели в конце стола, хотя Невилл начал присоединяться к ним только на прошлой неделе. Гарри немедленно наполнил свою тарелку, в то время как Гермиона внезапно почувствовала отсутствие аппетита, наблюдая за Гарри. Он начал есть в своем обычном торопливом темпе, хотя и близко не был таким отвратительным, как Рон Уизли.       – Ты знаешь, иногда это нормально - притормозить, - заметила она. Гарри слегка наклонил голову и вопросительно посмотрел на нее.       – Не обращай внимания, - сказала она, наконец, взяв несколько тостов.       – Ну что, расскажешь мне о свиданиях? - сказал Гарри в перерывах между укусами.       Гермиона фыркнула, бросив косой взгляд на Невилла, который демонстративно смотрел в сторону преподавательского стола.       – Сначала ты должен выяснить, кто тебе нравится, - вздохнула Гермиона.       – Как мне это сделать? - ответил Гарри.       –Мне то откуда знать, - Гермиона чуть не закричала. – Что ты находишь привлекательным в девушке, Гарри?       Невилл повернулся, желая узнать, каких же девушек Гарри Поттер считает привлекательными. Гарри некоторое сидел молча, выглядя озадаченным, прежде чем, наконец, снова посмотрел на двух своих друзей:       – Я не знаю, - был его ответ.       – Такой ответ знаешь ли немного затрудняет приглашение девушки на свидание. Если ты пригласишь на свидание кого-то, кто тебе не нравится, тебе вообще может не понравится встречаться, - невесело сказала Гермиона.       – Что я должен найти привлекательным? - прозвучал следующий вопрос.       Гермиона уставилась на Гарри. Это был, безусловно, самый странный опыт за всю её нынешнюю жизнь. Она никогда бы не подумала, что будет сидеть в Большом зале, пытаясь понять, как объяснить парню что же такое привлекательность. Главная проблема заключалась в том, что она сама не была уверена, понимает ли она данную концепцию. Она знала, что находила привлекательного в парнях. Ум, разумеется, был важен. Честность. Кто-то, с кем бы она могла хорошо общаться, и тот, кто ценил бы её за то, кем она была.       Она бы солгала, если бы сказала, что внешность не важна. На самом деле у неё не было каких-то стандартов красоты, по крайней мере об этом она не задумывалась. Так как же объяснить это Гарри и заставить его понять?       – Это ты виноват, - Гермиона нахмурилась, поворачиваясь к Невиллу, который снова смеялся.       – Гарри, приятель. Может быть, мы с тобой сможем потусоваться сегодня днём, и я помогу тебе это выяснить, - предложил Невилл. Гарри одобрительно кивнул, в то время как Гермиона потёрла переносицу, тщетно пытаясь отогнать головную боль.       – Иногда мне хочется прибить Невилла, - сказала она себе.

***

      – Итак... - улыбнулся Невилл, когда они с Гарри сидели в Библиотеке. Невилл выбрал библиотеку для этого разговора, так как в ней всегда находилось больше всего девушек, совершенно разных типажей.       – Итак, есть две вещи, которые стоит учитывать, когда находишь кого-то привлекательным. Внешность и индивидуальность. И, поскольку индивидуальность немного проще, начнём с неё.       Гарри кивнул, и Невилл продолжил.       – Важно найти в девушке качества, которые тебе нравятся, к примеру - хорошее чувство юмора, ум, ну или та, которая не ржёт, как конь без перерыва. Я, например нахожу наиболее привлекательными девушек, которые умны, забавны и с которыми легко разговаривать. Именно поэтому мне нравится Ханна.       – Что ты имеешь в виду, говоря, с которой легко разговаривать? - с любопытством спросил Гарри.       – Ну, это… когда я разговариваю с Ханной, у меня не заплетается язык. Я могу говорить с ней, не боясь сказать какую-нибудь глупость. Не нервничаю настолько, что даже не могу говорить рядом с ней.       – А что, такое случается? - Гарри склонил голову набок.       – Чаще, чем ты думаешь, - ухмыльнулся Невилл. – Не знаю, почему это происходит. Не думаю, что вообще кто-то знает. Но если тебе действительно нравится девушка, и подходя к ней, можешь внезапно обнаружить, что не можешь вымолвить и словечка. Будто тебе на грудную клетку наступил великан, и ты не можешь дышать. Или всё, что ты собирался сказать внезапно вылетело из головы, иногда даже все мысли в голове перемешиваются. Это не какие-нибудь чары, а просто нервы. Когда Ханна пригласила меня на свидание, я дрожал как осиновый лист.       – Это случается и с девушками? - спросил Гарри. Невилл кивнул.       – У них это выражается по-разному. Возьмем, к примеру, Джинни, - Невилл улыбнулся. – Ты действительно нравишься Джинни в романтическом плане, но она нереально сильно нервничает, находясь рядом с тобой. Вот почему она так противно смеётся всякий раз, когда ты говоришь абсолютно любую ерунду, которая хоть на секунду ей показалось смешной.       – Мне это не нравится, - решительно сказал Гарри. У Джинни Уизли был очень высокий тембр голоса, а её смех, казалось, вонзал шипы ему в уши. А смеялась она так при каждом удобном случае, находясь рядом с ним, и это действительно мешало ему.       – Видишь, только что мы выяснили одну вещь, которая тебе не нравится в девушках. Похоже тебе нужна та, которая не будет постоянно нервничать рядом с тобой, - торжествующе взглянул на него Невилл. Гарри кивнул.       – Итак, едем дальше, Ромильда Вейн. Когда она видит, что ты входишь в Общую комнату, она краснеет.       – Я не знаю, кто это, - сказал Гарри.       – Понятное дело, она же никогда не разговаривала с тобой. Она учится на четвертом курсе, с … не важно. Дальше, помнишь на днях, Лиана пыталась попросить тебя помочь ей с домашним заданием по чарам. Та семикурсница...       – Я помню, - сказал Гарри, и Невилл продолжил.       – Она заикалась и путалась в словах, потому что нервничала.       – Странно, - покачал Гарри головой. – Я подумал, что её кто-то сглазил.       – Теперь поговорим о внешней красоте. Поверь некоторые парни искренне верят, что самое важное - это то, как выглядит девушка.       – Почему это должно иметь значение? -спросил Гарри.       – Хотел бы я знать. Всё, что я знаю, это то, что ты начинаешь любить кого-то, основываясь только на том, как она выглядит. По крайней мере, в большинстве случаев так и есть.       – Что ты имеешь в виду? - спросил Гарри.       – Ну, вот я… Я обнаружил, что меня больше привлекают блондинки. Я имею в виду девушки со светлыми волосами. Мне также нравятся девушки, которые не слишком высокие и не слишком низкие. Ханна лишь немного ниже меня ростом, и у неё красивые ноги.       – Красивые ноги? - спросил Гарри, выглядя немного смущенным.       – Да, - Невилл улыбнулся. – На самом деле ты не видишь их из-за школьной формы, но прошлым летом я тусовался с ней и Сьюзен Боунс. У тети Сьюзен есть бассейн, и… я очень хорошо разглядел, что скрывается под одеждой Ханны. У неё плоский живот и длинные гладкие ноги. А ещё у неё очень красивая грудь.       – Невилл сидел с отрешённым видом, а Гарри просто сидел и ждал, пока его друг вернется с небес на землю. Спустя несколько мгновений Невилл наконец встряхнулся, заметил одну девушку, и тайком, чтобы она не заметила, указал на неё своему другу.       – Это Лайза Турпин, - сказал Невилл, понизив голос. Гарри повернулся и увидел высокую стройную блондинку в одном из проходов. Она стояла с открытой книгой в руке, её длинные слегка вьющиеся светлые волосы были собраны в конский хвост. Гарри увидел, что она сняла мантию и была в обычной униформе: чёрные колготки, тёмно-серая юбка до колен, джемпер, рубашка и галстук.       – Лайза - ещё одна девушка, которую я считаю внешне привлекательной. Она высокая, но не выше меня, и она стройная, что мне нравится, - объяснял Невилл тихим голосом. Гарри же, пока Невилл говорил, наблюдал за Лизой, осознавая, почему её считают привлекательной.       Сейчас, когда на ней не было мантии, её привлекательность вырастала в несколько раз. Лайза была настоящим образцом женственности, и насколько Гарри мог видеть, весьма стройными икрами красивой формы. Её грудь была весьма объёмной, хоть ей и удавалось скрыть это руками и книгами. Её кожа была нежно-кремового цвета, а высокие скулы придавали ей несколько аристократический вид. Лайза внезапно подняла глаза, почувствовав, что кто-то наблюдает за ней, и одарила Гарри мягкой улыбкой, который кивнул в знак приветствия. Щёки Лайзы порозовели, и она скрылась в проходе.       Гарри посмотрел ей вслед и не мог не удержаться, сравнить её с Гермионой. Обе девушки были высокими и стройными. У них обоих была нежная кожа и стройные ноги. Тем не менее, Гарри обнаружил, что, хоть Лайза действительно была хорошенькой, он предпочитал Гермиону, хотя и не мог сказать почему.       – Смысл всего этого в том, что однажды ты найдешь подходящую девушку и влюбишься в неё. Потом женишься на ней и заведёшь семью.       – Семья, - задумчиво произнес Гарри. Невилл заметил в глазах Гарри что-то такое, чего он никогда раньше не видел. Он будто бы вспоминал какой-то давно забытый сон. – Значит, свидания приводят к созданию семьи?       – Да, я думаю. Не сразу, но да, именно поэтому ты встречаешься, чтобы попытаться найти девушку, которая тебе нравится больше всего и которая заставляет тебя чувствовать… я не знаю... лучше? Кто-то, в кого ты однажды влюбишься и женишься.       – Любовь, - кивнул Гарри.       – Пожалуйста, не проси меня объяснять это.       – Я уже пытался поговорить со своим крёстным отцом на эту тему, - спокойно сказал Гарри, возвращаясь к своему обычному тону. – Он рассказал мне о моих родителях и всё время упоминал, как они любили друг в друга. Когда я спросил его... Ну, это был не самый наш лучший разговор. Мы условились, что любовь - это очень глубокая и мощная магия.       – Не так уж и далеко от истины, - кивнул Невилл.       – Итак, как ты можешь понять, нравится ли тебе девушка настолько, чтобы хотеть встречаться с ней?       – Есть много способов. Как ты себя чувствуешь, когда она рядом. Как часто ты думаешь о ней. Ты много думаешь о том, как бы её поцеловать...       – Поцеловать? - Гарри поднял глаза, и Невилл пожал плечами.       – Да, - пожал он плечами. – Поцеловать. Ну ты знаешь… прижаться своими губами к её губам… может быть, даже с языком...       Невилл сразу увидел знакомое выражение лица Гарри и быстро огляделся, чтобы убедиться, что никто не подслушивает.       – Ты никогда не целовался с девушкой? - спросил он. Гарри покачал головой, его взгляд был отстранённым, как будто он пытался научиться целоваться. Невилл застонал и уткнулся в книгу. – Я даже не знаю, как это объяснять, потому что это приведёт к ещё большим странностям.       – Странностям?       – О да, - сказал Невилл, поднимая глаза. – Поцелуи могут привести к… нет, не могу, - покачал он головой. – Единственный способ по-настоящему научиться - это поцеловать кого-нибудь.       Гарри внезапно поднялся на ноги и собрал свои вещи. Невилл, не желая оставаться, тоже поднялся на ноги. Мгновение спустя он уже бежал за Гарри, который направлялся в гостиную Гриффиндора, словно человек на важное задание.       – Куда ты идешь, приятель? - спросил Невилл, догоняя Гарри.       – Чтобы узнать о поцелуях, - ответил Гарри с решительным видом.       – Это добром не кончится, - подумал Невилл, хотя и обнаружил, что ему не терпится узнать, к чему это всё приведёт, и начал задаваться вопросом, кого же Гарри может попросить помочь ему учиться, и будет ли драка в гостиной Гриффиндора.       Десять минут спустя они прошли через проход в башню Гриффиндора. Невилл чуть не налетел на Гарри, когда тот остановился, чтобы осмотреться. Заметив ту, кого искал, Гарри подошёл и посмотрел сверху вниз на девушку, свернувшуюся в кресле с книгой на коленях. Гермиона Грейнджер подняла глаза и увидела, что Гарри смотрит на неё со странным выражением на лице.       – Ты в порядке? - спросила она, внезапно забеспокоившись.       – Мне нужно, чтобы ты меня поцеловала.       В этот самый момент можно было услышать, как пёрышко упало на пол.