—Где моё небо?

***       Пока Юнги пребывал в легком шоке, Чимин спокойно прошел в квартиру, разделся и даже нашел тапочки. —Дверь закрой. И где кухня? — спрашивал Он, проходя через просторную прихожую. — Пить хочу. —Слева.. Дальняя дверь, — проморгавшись, Юн пришел в Себя и закрыл дверь. —Ты как здесь? — спрашивает Он, догоняя Чимми. —Слушай, Я же знаю уровень Твоей азартности. И поверь, Я не собираюсь уступать Тебе в этой партии. —Сидел с тузами?) — Юнги заинтересован в таком Чимине. —Лишь с двумя. —Один лежал на столе. —Именно. Рассчитывал вытащить последний, но он был у Тебя. — проговаривал Чим, уже помыв за собой стакан и проходя по квартире, рассматривая комнаты. —Хотел каре? —Было бы шикарно. Но и сет тоже неплох. —Хм. Ты бы выиграл, но у Меня стрит. —Я не одну партию играю. Да и ставка никчемна. —Раз так.. — Мин понимает, что игрок достойный и что Его план разрушился, как только омега перешел порог квартиры, поэтому Юнги, поддаваясь Своей азартности, о которой так хорошо знает Чим, делает новую ставку и отдает Чимину роль дилера. — Вторая партия. Другие ставки. Ты крупье. —Кто сказал, что Я играю) —Ты опытный, да и не менее азартен по сравнению со Мной. Ты заинтересован в этом и так быстро не сольешься.       Обмениваясь последними фразами, парни прошли за игорный стол. Юнги достал карты, Чимин раздал. Префлоп. —Так какую-же Ты ставку делаешь, Мин Юнги?) — Чимми действительно в азарте. —Хочу немного добавить от Себя. —Меняешь правила после раздачи? —Поверь, это не скажется на игре. —Так позволь же Мне услышать. —Играем при пяти черных фишках.. —Всего на пятьсот? Еще и крупными? —При возможности размена, разумеется. Просто пятьсот – раздаточная сумма. Играем или до полного ухода фишек, или до четырех побед подряд. —Пас равен проигрышу? —Нет. —Но смысл играть на фишки? Разве это то, чего Ты хотел, пока шел сюда, когда Я видел этот огонь жажды в глазах?) —О не-ет, Пак Чимин. Проигравший.. исполняет желание, наверное так¿ —? —У Меня есть желаемое, — в Его глазах снова загорелось пламя, — если Ты проигрываешь, Пак Чимин, то Я… Тебя… — Мин тянет время и замечает, как с каждой секундой внутри Чимина кто-то пытается зажечь крикет*, пламя от которого Юну предстоит наблюдать в глазах Пака за игрой, но не может, потому что интрига словно перекрыла кислород, столь необходимый для начала такого зрелищного пожара. — Прямо здесь, — Он меняет тон голоса на более глубокий и бархатистый, с нотками хрипоты, от которого у омеги уже подкашиваются ноги, и с этой фразой обходит стол, подходя к противнику. — Отымею) — прошептал прямо в губы миндальному малышу, от чего Тот слегка вздрогнул.       Интрига ожидания ушла, осталось лишь желание, мучительное предвкушение и азарт. Зажигалка все же дала огонь. Пожар начался.

Конец двадцать девятой главы