and in response, silence

      Вечеринка, если можно назвать эти по-настоящему дружеские и тёплые посиделки так, закончилась довольно быстро. Хотя уже и было поздно, что означало, что просидели они на поляне полдня, но всё это время прошло настолько быстро, из-за чего Скарамуш даже немного грустил. Всё же, с этими людьми и правда было комфортно, и ему бы не хотелось с ними расставаться.       Если честно, то Скарамуш думает, что очень комфортно было бы с кое-кем ещё. Но, увы, его тут нет.       К позднему часу уже все подустали: Итэр лежал на плече своего парня, засыпая из-за выпитого алкоголя, Альбедо же внимательно следил за его вялыми движениями, останавливая руку, что тянулась вновь к напиткам. Парень всё шикал на него и ругал, как маленького ребёнка. Тарталья пытался всё расшевелить длинноволосого, но делал это настолько уже вяло, что наблюдая за ним, невольно начинаешь улыбаться. У того не получалось никак обратить на себя внимание нового хорошего друга (как же быстро заводят друзей, просто посоревновавшись, кто больше выпьет). Тот же просто только и сидел с Альбедо, ластясь, как мартовский кот. Ну, что правда, на дворе действительно стоял март. А Венти и Сяо… На самом деле, весь день учитель просидел со Скарамуччей, но чуть позже присоединился (не по своей воле) к их небольшой беседе ещё и Сяо, что устало вздыхал на кучу вопросов, поедая кусочек торта. Ох, да, они ещё и торт сумели купить и принести со свечами. Чем не лучший день рождения?       Венти всё пытался обратить внимание Сяо на себя, а тот не шибко хотел это внимание отдавать. Всё больше из-за сильной усталости и неловкости. Отчасти Скарамуш его понимал. Всё же, тяжело быть в порядке, когда сидишь в окружении толпы, до этого редко находясь в такой же, да и вообще выходя из своего небольшого мирка не так часто. Может, в школе это было не так страшно, но такие посиделки, где только один человек тебе знаком, а на тебя обращает внимание не он, а другие, пытаясь разговорить, были очень утомительны. Так ещё этот самый человек, а по совместительству лучший друг Сяо, милуется с молодым студентом, даже несмотря на друга. Обидно ли? Да нисколько. Ну, если только чуть-чуть. Хотя Сяо правда не обижается на друга, в любом случае это нормально, что тот хочет провести время со своей второй половинкой. Недавно обретённой, вообще-то. Парень всё понимает.       Вообще, Скарамучча думает, что Сяо очень даже неплох. С самого начала он, можно сказать, хотел бы его сторониться и желательно никогда не контактировать. Парень с другого региона, совсем другой по характеру, не похожий ни на кого из знакомых Скарамуша и невероятно закрыт. Сяо не был груб, он редко вообще говорил с кем-то, но всякий раз он отвечал довольно резко, можно было бы подумать, что он тот ещё хам, который не имеет чувства такта. И тут точно дело было не в желании обидеть кого-то. Сяо не хотел бы кого-то вообще обижать. Просто по-другому тяжело. Не знает как. Но для этого и существует Венти, который может научить дружелюбно говорить со всеми (даже если они тебя бесят настолько, что у тебя есть невероятное желание убить их), правда, при этом сам очень сильно надоест своей болтовнёй. Но Скарамучча привык. Может, скоро привыкнет и Сяо.       В конечном итоге, Венти так заболтал Сяо, что тот уже спрятался за спину Скарамуша, умоляя того ответить за него. Учитель смеялся, умиляясь. Ну, а Скарамучча молил всех богов, что знал и не знал, помочь ему пережить это цунами.       Но всё же, любая вечеринка подходит к концу и нужно расходиться по домам.       Венти сдержал-таки своё слово и не пил, пока Тарталья и Итэр уже успели осушить весь запас, что принёс учитель. Альбедо же не пил, что прекрасно помнит Скарамуш, ну, а Сяо… это Сяо. Тот навряд ли вообще пробовал нормально алкоголь хоть раз. Может, он и выглядит, как хулиган, что вполне легко может выпить несколько бокалов и перепить самого учителя музыки, но на самом деле это далеко не так. Конечно, Скара утверждать на все сто процентов не может, но следя за чужим поведением, вывод напрашивается сам. Сяо может и асоциален, но не настолько, чтобы хулиганить. Просто он немного… социофоб? Антропофоб? Может это и не так страшно, Скарамуш понимает его.       Венти, потянувшись, встаёт со своих колен, поглядывая на Сяо, что уже не зная, куда себя деть, прячется за Скарамуччей, будто бы он — единственная его защита. Это могло бы быть из-за хороших отношений между подростком и мужчиной? Что-то вроде: «ты его друг, вот и спасай меня от него». Хотя кто знает. — Ну что? Поедем по домам? — спрашивает учитель, укладывая руки на бока, хитро глядя на подростков. Те что-то вяло проговорили. — Поехали-поехали, придётся вам потесниться, но это не так страшно, — махнул он рукой, начиная собирать всю оставшуюся еду, напитки и мусор. Альбедо кое-как поднимает за собой Итэра, что передвигаясь, как старичок, наваливается на своего парня, обнимая. За ними встаёт вполне взбодрившийся Тарталья. Не так удивительно, тот и дольше мог не спать и пить.       В итоге к машине они подходят через несколько минут с пакетами. И, загрузив их в багажник, начинают рассаживаться по местам. Из-за нового пассажира мест оказалось и правда невероятно мало, но опять же — Скарамуччу это не сильно волновало. Вновь потеснив Сяо, Тарталья садится в середину, рядом с ним Итэр, а Альбедо ничего не остаётся, как вместо сидения сесть на чужие колени. Длинноволосый с удовольствием мурлыкает, обнимая его покрепче, холодным носом ведя по щеке Альбедо. Тот, закатив глаза, ничего не говорит, лишь вздыхает, смотря на улицу за окном. — Отвезём сначала Тарталью? Я хоть помню, где он живет. А после вас, — предлагает Венти, заводя машину и немного прогревая её. Скарамуш, потянувшись, облокачивается на окно, прикрывая глаза. Он как-то очень устал. И было не так важно, кого первым отвозить. — Отвези меня к Альбедо, — хихикает Итэр, покачивая на своих коленях бедного Альбедо, что не мог расслабиться, чувствуя, как просто прыгает на чужих ногах, ударяясь коленом о переднее сиденье. Шикая на парня, он хлопает его по голове, хмурясь, — а Сяо домой тогда, к нам, — позевав, парень успокаивается, переставая тревожить своего парня, уже ласково гладя его бока. — Окей, мои детки, — смеётся, выруливая на дорогу, разворачиваясь. Тарталья немного хмурится от упоминания дома Итэра, но Скарамучча никак не замечает это, пребывая уже в полудрёме. — Скарамучча, просыпайся, проспишь всё, — зовёт его Венти, немного потрясывая. Скарамуш просыпается, оглядывая салон. В машине сидит лишь Сяо, крепко уснув, облокотившись на сиденье. Тарталья, видимо, уже ушёл домой, как и Альбедо с Итэром к первому. Было даже интересно, чем они там будут заниматься. Хотя, зная Альбедо, то ничем, и они просто лягут спать. Но ладно, это не так важно. — Что такое? — спрашивает парень, протирая заспанные глаза. Учитель глушит машину, хрустя спиной, немного массируя шею. — Домой приехали, давай, собирайся и иди спать, тебя так выключает, — смеётся он, выходя из машины, чтобы помочь Скарамучче достать все вещи. Они управились быстро и уже стояли около подъезда. — Ладно, пойду, а то этот проснётся и не поймёт, почему совсем один, — усмехнувшись, мужчина обнимает друга, чмокая в макушку, немного растрёпывая тёмные волосы. — Тебе всё равно его будить, — хихикает Скарамучча, убегая от прикосновений и проходя в подъезд. На слова Скарамуша Венти улыбается, тихо смеясь. — Не придётся, Итэр сказал, что можно увести его в лес, никто дома не хватится. Так что, — он подмигивает, махая рукой Скарамучче, что с неодобрением смотрит вслед своему другу, закатывая глаза.       Ох, лишь бы он не наломал дров.       Пройдя в подъезд и поднявшись в квартиру, он устало потягивается на месте, сладко зевая и укладывая пакеты на пол.       Венти идёт обратно в машину уже увереннее, как только за спиной Скарамуччи закрывается дверь. Ему понравился этот день и праздник, больше, конечно, понравилось и то, что сегодня их было так много. Они сумели неплохо повеселиться, и, честно сказать, мужчина не помнит, когда в последний раз вот так собирался с кем-то и просто расслаблялся. Без алкоголя для самого себя. Было… классно чувствовать себя трезвым. Больше его, конечно, удивило то, что Тарталья сам подошёл к нему за день до этого, предлагая что-то придумать и сделать сюрприз для Скарамуччи. И большинство вещей, что были на празднике, придумал Чайльд. Навряд ли что-то такое смог бы сделать сам Венти. Но этот день и правда запомнится ему надолго, а учитывая то, что рядом были такие прекрасные люди, то это сто процентов он запомнит надолго.       И да, он говорит не только о Скарамуше.       Сев в машину, он устало потряс головой, глянув назад. Сяо всё так же лежит на сиденьях, немного сполз, тихо посапывая, как маленький котёнок. Почему-то это сравнение пришло в голову учителя при взгляде на подростка. Он был… милым и красивым. Даже странно было что-то такое чувствовать по отношению к своему ученику. И пока к Скарамушу он чувствовал правда братские отношения и такую же любовь, то с Сяо слегка было… запутаннее. Но… он уже взрослый и, к своему несчастью, понимает всё быстро и отчетливо.       Так-то он заметил его ещё во время первых дней учёбы этого парня. То есть, он перевёлся к ним в начале девятого класса. И с этого же момента он заинтересовал своего учителя музыки. И, честно, мужчина никогда не налегал на ученика, хотя хотелось очень сильно поставить какую-нибудь плохую оценку, чтобы тот пришёл к нему, исправил. Но поступить так он не мог. А Сяо всегда делал работы на пять, что даже не придерёшься. В конце концов, Венти просто решил течь по течению и придумывать более практичный план. И как же было удачно, что Скарамуш привёл подростка к нему, давая такую хорошую возможность нормально познакомиться и, может, немного подружиться. Венти не уверен, он видит, как неловко Сяо вместе с ним. И как он прячется за всех, как не знает, что говорить ему. Учитель видит и понимает, что если он хочет как-то расшевелить парня, ему придётся очень-очень постараться. И шансы ему даёт сама судьба.       Сяо же не будет против, что он увезёт его к себе домой? Может, это очень странно и неправильно, но ему так хотелось. Хоть немного, но провести с Сяо чуть больше времени, было желание, чем то, что ему говорил здравый смысл.       Да какая разница? Он всегда делает что-то странное, чем уже понизил себе авторитет в школьном совете. Конечно, если кто-то узнает, что он крадёт учеников в свой дом, то тут не только его уволят, но и уголовку какую-нибудь заведут на него. Уж найдут что.       Хотя Сяо не такой уж и плохой, чтобы наговаривать на мужчину. А то… Сам же уснул. А куда вести тогда подростка? Только один вариант. А он пытался его будить. Честно.       До дома так он и доезжает, пытаясь побороть в себе две стороны: одна, что кричала о неправильности его поступка, и другая, которая поддерживала его всеми руками и ногами «за».       Припарковавшись, он выходит из машины, открывая заднюю дверь со стороны Сяо. Прикидывая свои силы, учитель тяжело вздыхает. Ну… поднять он должен его, не настолько он и слабак. То есть, мужчина не считает себя слабым от слова «совсем», хотя из-за немного небольшого роста и на вид слабого телосложения можно подумать, что он и бутылку с пяти литрами не поднимет. Но Венти уже не первый год живет один, таскает такое практически каждый день, а уж то, что раньше он вообще занимался с братом боевыми искусствами полностью заставляет усомниться в том, что он какой-то там слабак.       Да и, Боже, поднять от силы килограмм пятьдесят с чем-то было не такой уж и проблемой.       Немного залезая в машину, он за плечи тянет подростка на себя, опуская руку под чужие ноги, поднимая. Староват он, конечно, для такого, но что уж поделать. Захлопывая дверь, он ставит на сигнализацию машину, идя к подъезду. Сяо мило сжимается от ветра и ночного холода, прижимается к тёплому телу учителя, немного странно повиснув на его руках. Как безвольная кукла. Качнув головой, Венти открывает дверь в подъезд, осторожно проходя внутрь, следя, чтобы случайно не ударить Сяо ничем.       Но тот всё равно просыпается, как только они доходят до двери в квартиру: сонные глаза смотрят по сторонам, не узнавая место, в котором он находится, а грудь начинает вздыматься чуть быстрее и сбивчивее, будто бы это его пугает. — Спи, отдыхай, — замечая слегка обеспокоенный вид подростка, Венти старается успокоить его, открывая двери в квартиру и занося уже проснувшегося парня внутрь. Тот начинает ёрзать, как только слышит знакомый голос и видит перед собой лицо учителя. Пытается слезть, но Венти не даёт, проходя в гостиную и усаживая самостоятельно парня на диван. Тот немного подскакивает, оглядывая интерьер квартиры. — Что я делаю здесь? — спрашивает Сяо, заканчивая оглядывать гостиную. Он внимательно смотрит на учителя, что зевает, пожимая плечами. — Ну, ты уснул, а я не решился будить тебя. Итэр сказал, что я могу отвести тебя к себе, так что ты теперь тут, у меня дома, — в общих чертах объясняет парню мужчина, глядя на то, как тот ещё больше растерялся, хмурясь. Кажется, совсем не понимает, почему его так предал лучший друг, оставляя с каким-то мужчиной одного. — У Вас где ванная? — спрашивает парень, смирившись со своим положением. Всё равно сейчас мало, что сделаешь. Он даже не знает, где находится, в какой вообще части города. Автобусы уже не ходят, а на такси денег нет. Так ещё Венти навряд ли отвезёт его сейчас домой. Разницы и правда тогда не было сильной, где ночевать, хоть и хотелось всё же домой. Но там даже Итэра нет, а с Люмин у него не такие хорошие отношения, чтобы чувствовать себя комфортно. — По коридору направо, не потеряешься, — отправляет его мужчина, на что тот только кивает, идя туда, куда ему и указал учитель. Неловко.       Венти вздыхает, протирая лицо. Что же, это оказалось чуть сложнее и напряжнее, чем он думал.

***

      Скарамучча уже разобрал пару пакетов с оставшейся едой, оставляя и для мамы, а подарки он уже уносит с собой. Открывать что-то было волнительно, всё же нечасто ему вообще дарили что-то, а тут… Хотя, всё же, его день рождения, его друзья, что помнят о нём. В общем, для многих, наверное, этот день не значит настолько много, как для Скарамуша. Подарки он любил, да и дарить тоже было приятно, но, согласитесь, получать их это что-то невероятное.       Открыв первый попавшийся пакет, он сразу же понимает, что это подарок его старшего друга. Только Венти мог придумать такое. Игрушка стакана пива, что больше уже походила на небольшую подушку, куча конфет, разбросанных по пакету и, конечно же, открытка с человеком пауком. Венти умел удивлять всё же. В открытке ничего такого не оказалось, только подпись и маленькое сердечко. Мило.       Второй же подарок точно был от Тартальи, и Скарамучча чувствует даже немного, что волнуется. Чайльд всегда придумывал невероятное для него, так что Скарамучча уверен, что и этот раз не исключение.       И был прав. Внутри довольно большого пакета было много сладкого. Ну да, Скарамуш любит сладкое, он тот ещё сладкоежка, ни для кого не секрет, но даже это было слишком. Ему этого хватит на ещё всю жизнь. А то и больше. Хотя вот кто знает. Может, сегодня всё и съест.       А на дне лежал какой-то маленький пакетик, развернув который, Скарамучча чуть не умер от умиления. Это был тот костюм, что они мерили ещё во время той прогулки, когда Скарамуш лоханулся с фотографией… А может, если бы не это, то он не был бы таким счастливым сейчас. Разложив всё на свой стол, он с улыбкой глядел на подарки.       И его взгляд всё же цепляется за чёрного котика, что подарил ему Казуха. И в голове появляется мысль, что он так и не написал своему парню!       Больше не желая задерживаться, он ложится на кровать, подминая под голову подушку и включая телефон.       Так. Сейчас была только одна надежда на то, что Казуха ещё не ушёл спать. Очень уж хотелось пообщаться с ним. Скарамучче даже казалось, что у него недостаток общения с парнем. За сегодня они только поговорили немного утром, а сейчас уже поздний вечер.

mouche: Привет! Не спишь?

      Ответа, правда, не пришлось долго ждать, видимо, собеседник лежит и отдыхает с телефоном в руках. В любом случае недавние сообщения об отправленных новых видео в тик токе говорят сами за себя. maple leaf: Привет. Не сплю, конечно же.) Тебя жду. Тебя всё не было и не было, даже грустно.

mouche: Прости. Я был на празднике. Мы веселились с друзьями. Так что я не мог ответить или написать, там даже сеть не очень ловила, не говоря уже об интернете.

maple leaf: Ничего! Я всё понимаю, и я рад, что ты хорошо провёл время. Для меня это было важно. Но я всё ещё очень хочу с тобой созвониться и поздравить по звонку.))

mouche: Хочешь отправлю видео и фото? И, ох, может, да. Правда уже почти 26ое….

maple leaf: Какие фоточки?)) Жду. Ну у меня уже давно суббота хаха. Хотя, как сказать давно… В любом случае я хочу поздравить тебя.

mouche: *20 вложений* Вот. Это я и мои друзья.)

maple leaf: Ого, какие вы красивые все. Ты особенно. Такой милашка с этой улыбкой.) Ох, хочу тебя прямо сейчас увидеть. И желательно обнять. И может поцеловать. И… ладно, это потом. Ну, блин, до чего же ты милый… Я сам себе завидую.

mouche: Хаха, что ты несёшь? Ужас.

maple leaf: Я несу тортик!) Ладно, это уже не такой смешной мем. У вас, я погляжу, было весело. Даже на свежем воздухе, одобряю такое.

mouche: Да, это мой друг сообразил. Ему очень важно это место и… ну, там тяжелая история и не моя она, так что не буду говорить. Просто ему был важен этот день так же, как мне.

maple leaf: Это прекрасно. Могу позвонить? Мне не хватает дозы Скарамуччи.)

mouche: Оу, воу… Ну… позвони.)

maple leaf: Звоню.))       И звонок поступает, из-за чего бедный подросток даже вздрагивает. Такая громкость среди тишины была слишком неожиданная для него. Он быстро принимает звонок, ставя телефон на тумбочку перед собой. Казуха захочет это. И, честно сказать, Скарамучча тоже хочет. — Привет, котёнок, — сразу же слышится голос парня, что быстро настраивает камеру и звук, укладывая голову на ладонь. Во мраке комнаты у Казухи горит только ночник, не так хорошо освещая чужое лицо, но достаточно, чтобы Скарамуш его видел. — Привет, — машет он рукой, улыбаясь. Ох, как же приятно видеть и слышать его. Хочется обнять… До безумия. Это нормально? — Итак, котёнок, с днём рождения тебя, расти здоровым и счастливым, надеюсь, в твоей жизни всё будет прекрасно, — хихикает он, смотря в экран телефона и наслаждаясь видом немного смущённого подростка. Как же он любит это. — Ты всегда можешь обратиться ко мне, я люблю тебя, — шепчет, улыбаясь парню, что тоже расплывается в улыбке, придвигаясь ближе. — Я бы хотел обнять тебя, это мило, — он глядит на парня, что на это откровение только тихо смеётся, мягко улыбаясь. — Я знаю, малыш. Я тоже. Безумно… — с его лица не сходит улыбка, и у Скарамуччи из-за этого тоже. Они сидят так ещё какое-то время за тихими разговорами, пока у самого Скарамуша не наступает двенадцать ночи, и он не начинает устало зевать. — Скажи… у тебя есть кто дома? — спрашивает вдруг Казуха, весело наблюдая за растерянным лицом своего парня, что лишь жмёт плечами. — Ну, мама сказала, что вернётся сегодня к утру, хотя говорила, что придёт ещё час назад, — вздыхает, расстраиваясь. В последнее время они ещё реже видятся. Скарамучча даже чувствует себя немного одиноким. Быть всё время одному в огромной и пустой квартире напрягает, но хоть Казуха скрашивает эти дни. — Отлично. Ты когда-нибудь интересовался виртуальным ммм… сексом? — спрашивает парень, глядя сразу же на реакцию подростка. Та не заставляет себя долго ждать, и Скарамуш уже невероятно сильно краснеет, ставя телефон наверх, направляя камеру на потолок, чтобы больше было не видно его лица и вообще его. — Ч-что?! Почему ты спрашиваешь? — чуть ли не заикаясь вскрикивает тот, с ужасом глядя на экран телефона, где видно, как Казуха, тихо хихикая, вглядывается в свой телефон. — Это было резко? Прости, — вновь хихикнув, он приблизился к телефону. — Вернись ко мне, я так хочу увидеть твоё красное личико, — усмехнувшись, он продолжает следить за действиями на экране, но Скарамучча пока не выглядывает из своего укрытия, стараясь привести дыхание в норму. — Это было резко… — подтверждает, немного успокаиваясь и возвращая телефон обратно. Лицо всё ещё горит, из-за чего Казуха мягко улыбается, сладко что-то протягивая про себя — Скарамучча не слышит. — Но нет… я никогда не интересовался этим, — всё же решает ответить на вопрос своего парня. Они, наверное, должны как-то узнавать что-то о себе? И раз уж у того в голове появился такой вопрос, то, может, подростку бы и нужно ответить. Хотя видно, что парень на него не давит, а лишь спрашивает. — Не было желания совсем попробовать? Хотя да, наверное, если не было отношений… Прости, если поднимаю тему, которая тебе может не нравится. Скажи мне, если это слишком для тебя, — он старается улыбаться как можно мягче, милее и доверчивее. Скарамучча вздыхает. Казуха, бывает, делает такое, что выбивает его из колеи, но в каком-то смысле, он всё же начинает к этому даже привыкать. Хотя, этот вопрос точно окажется на первом месте из всех неожиданных и смущающих, что только были от его парня. — Слишком… Не то, чтобы слишком, просто это очень смущает… Но почему ты хочешь это всё узнать? — всё ещё пытается успокоиться, делая дыхательную гимнастику, которую показал ему Венти уже очень давно. Вздох…. И сдох. Ох, ладно, Скарамуш, это не то, расслабься, он просто интересуется. Не волнуйся. Успокоить себя не очень получается. — Ха-ха, хорошо, — смеётся Казуха, продолжая краснеть вместе со Скарамуччей, но на нём это было даже незаметно. — На самом деле я просто хотел попробовать такое с тобой. Просто… Посмотреть на твоё лицо, когда ты не просто смущаешься от моих комплиментов, но и действий, который я прошу сделать, — он тихо хихикает, вздыхая и прикрывая глаза. — Но, наверное, это слишком рано… Тем более по видео-звонку. Ох, и, эм… Если бы дело до этого дошло, то я бы навряд ли нормально что-то начал тебе говорить, — хохочет, разглядывая парня в экране своего телефона, что продолжает пытаться выровнять дыхание и успокоится. — Честно, будь ты сейчас рядом со мной, то мы бы просто лежали на кровати, пялясь в потолок и молчали… Я тоже… очень смущаюсь. Это первые отношения, и я боюсь проколоться и сделать что-то не так. Я старше, я ответственней, но я совершенно не знаю, что тебе может нравится, что ты бы хотел. Поэтому я и спрашиваю… Может этого хочу я, но не ты, и, если бы я вдруг начал что-то такое делать, то ты просто бы испугался и послал. Ты и так испугался, но хоть не послал, — устало смеётся, чувствуя себя таким дураком. Ну что он вообще такое говорит? Это хоть не напугало ещё больше Скарамуччу? Ну… он вроде сидит, смотрит на него и никак не подаёт вида, что ему мерзко. Но… может, просто скрывает? — Я и не знал, что ты… такой извращенец, — улыбается, еле выговаривая слова. Всё это, вся эта ситуация смущала его до безумия. Но он правда начинает немного успокаиваться. И даже обдумывать это. По сути, заняться сексом по телефону это… Это же просто говорить друг другу приятные и смущающие вещи, может ласкать самого себя и… Ну, в общем, это кажется не так страшно, как, например, настоящий секс. Если бы такое предложил ему Казуха, то Скарамучча отказался бы, не думая. Как бы он ни любил его, но встречаются они… не так давно. Скарамуш всё ещё чувствует себя ребёнком, хотя так не хочется такое говорить. Но… он просто не готов ни к чему такому. — О-о-о, ну спасибо, я и правда такой, — улыбается ярко, прикусывая губу. — Мог бы такое тебе говорить, что ты точно в этом не усомнился бы. Но я слишком смущающийся извращенец, — разрядить обстановку выходит, и парни расслабляются, смеясь и обдумывая всё это. — Ну так… что думаешь о таком?       Скарамучча задумывается вновь. Ну, виртуальный секс и правда не должен быть чем-то страшным, в конце концов, опять же нет никакого проникновения, можно делать всё самому, но тут сомнение даже не в этом. В другом… Скарамуш боится, что это по телефону. С камерой. Он хоть и доверяет Казухе, но… делать такое… настолько рискованное… Ох, он, конечно, не хотел бы думать такое о Казухе, но обман может быть везде и может длиться сколько угодно. Поэтому, он просто хочет довериться своему парню на все сто, а уже после… Делать что-то такое. — Твоё сомнение на лице говорит само за себя. Тебе страшно? — спрашивает парень, мягко улыбаясь ему. — Я, наверное, понимаю тебя. Но… мы могли бы даже не включать камеру, — он приподнимает руки, прикусывая губу. — Хотя да, ладно, это слишком быстро, прости, — он машет руками, будто бы пытаясь тем самым показать, чтобы тот это забыл и не вспоминал примерно никогда. По крайней мере, этот момент. — Дай мне подумать… Я скажу, наверное… Я просто не готов, понимаешь? — всё же отвечает парень, тяжело вздыхая. Честно, правда не готов к чему-то такому. Но в то же время они находятся на таком большом расстоянии, что между ними не может вообще чего-то быть, кроме как разговоров и… таких вот разговоров. Ни объятий, ни прогулок, ни поцелуев. Удручает. Но на то это и отношения на расстоянии. Зато… Как они будут счастливы, когда встретятся. Они же встретятся? — Конечно, я только рад, если ты подумаешь, — парень зевает, смотря устало на время. — Ох… уже так поздно… Не против пойти спать? — Я только за, я тоже немного… устал… — и правда, у Скарамуша сегодня был насыщенный день, так что небольшая усталость всё же присутствовала. Хотелось отдохнуть и расслабиться. — Тогда, котёнок, сладкой ночки, спи спокойно, — усмехается Казуха, чмокая воздух. — Люблю тебя, — повторяет признание, прикусывая губу. Скарамучча только улыбается на это, кивая. — Спокойной ночи, я тоже, — махнув рукой, он повторяет чмок за Казухой, будто бы это уже какой-то обряд. Они оба смеются и всё же отключаются.       Это слишком насыщенный и даже какой-то тяжёлый день…       Нужно отдохнуть.