and in response, silence

      Если спросить у Скарамуччи, что же он больше всего ненавидит в своей жизни, то он без промедлений ответит — понедельники. И пусть бы это был даже тот самый обычный понедельник, когда надо встать, в лучшем случае в семь часов, не спеша собраться и пойти в школу, прихватив с собой какой-нибудь перекус (есть в столовой? ох, нет, не нужно). Но это не самый обычный понедельник, да даже бог с ним, с этим понедельником. Это и день-то сам по себе необычный. А больше этот день пугает, а вставать куда-то не хочется. И это не из-за лени.       Что же именно такого ужасного, устрашающего, возможно, совсем немного заставляющего желать разреветься на кровати в этом дне? Ну, всё, на самом деле, просто. Первый экзамен. Скарамуш вообще думал, что у него есть ещё месяц на подготовку, как моральную, так и физическую (хотя нужна ли она во время экзаменов Скарамучча не знал. Всё же экзамены не по физкультуре). Но министерство образования совсем-совсем не щадит их и, хоть выставив ещё год назад все экзамены на начало июня, они, чуть ли не в последний момент, всё сдвинули на месяц вперёд. У них даже апрель не подошёл к самому концу!       Ну и конечно, Скарамучча чуть ли не рвал и метал. Ему было страшно. Так подло переделать даты экзаменов и заставить выйти из состояния «я понимаю всё, всё знаю, я спокоен, я успею, я не завалю» не только учеников, но и всех педагогов. Впрочем, им обещают чуть упрощённые задания, хотя это никак не влияет на вполне грустное осознание, что их нагло обманули и заставляют теперь очень сильно напрячься. Хотя обманом это и тяжело назвать, но неприятный осадок всё равно оставался. Все ученики, родители, учителя ходили… мягко сказать даже нельзя как. Все проклинали тех, кто вообще придумал это, да и подумал, что это «хи-хи ха-ха» смешно, и что бедные подростки или студенты смогут нормально всё сдать. Все были на нервах, так что даже если окажется экзамен суперлёгким, то из-за страха большинство может и завалить. Хотя вы бы тоже, наверное, выпали из мира, если думали бы, что до экзамена ещё полтора месяца, но оказывается лишь неделя с небольшим. Конечно же, это было некрасиво! Конечно же, делать такое просто незаконно для многих людей. Но почему-то никому из той верхушки до этого дела не было. Закрыли глаза на бедных детей. Вообще, Скарамуш не любил себя жалеть, но тут он уже ничего не мог поделать. В школе даже друзья ходили, точно в воду опущенные. И только Тарталья, что сдал всё ещё в марте ходил весёлый. Хотя он даже в школу-то не ходил, а укатал в Снежную, к семье. Что там ему понадобилось даже Скарамучча не знает. Но было это не так уж и важно. Ведь больше всего грустным из их новой компании оказывался Сяо, что любил, когда всё идёт так, как он запланировал и самое главное — идеально. Но сейчас ничего не было идеальным, а планы рушились на глазах. Скарамуш даже понимает своего друга.       И от этого всего Скарамучча хочет очень сильно разрыдаться. Он не хочет пересдавать эти экзамены, оставаться на второй год и так далее. Да он правда думал, что у него есть ещё время. Но времени этого, как оказалось, совершенно не было.       Ещё и другие проблемы свалились на его тёмную (хотелось бы сказать светлую, но тогда это будет неправильно звучать?) голову. Венти. И… на самом деле может и ещё были проблемы, о которых подросток не знал, не догадывался, не видел из-за экзаменов и остального. Но всё же…       В любом случае его друга, прекрасного учителя, великолепного музыканта реально увольняют. Ему дают ничтожно мало времени, чтобы всё закончить. Всего лишь эти последние месяцы учебного года, и мужчину так грубо пинают с работы. Хотя бы тот успел написать по собственному желанию, иначе, зная директора, с той рекомендацией, что напишет ему он, бедный его друг больше никуда не сможет устроиться. Ну и, конечно, ему дали время хотя бы выпустить свой класс. Хотя тут было невозможно, его классом были пятиклашки, отчего им придётся искать нового классного руководителя. И даже то, что в школах нехватка педагогов не останавливает директора. Но никто из детей правда не хотел ухода Венти. Тот был лучшим учителем, Скарамуш, да и многие другие, тоже так думают, если честно.       Тот всегда давал возможность списать, хотя наглые способы всегда пресекал. Например, телефон прямо на парте, какие-то книги. Но из учеников никто не был таким уж наглым. Но даже расслабиться на уроке и посмотреть какой-то фильм была очень частая идея, ведь никто же не хотел весь урок читать огромный учебник по «Искусству». Венти это высмеивал. Какое искусство там? Искусство кучи никому ненужной информации? Или ещё что? Правда, только уже чуть позже он начал давать больше заданий домой и на уроке. Директор всё чаще проверяет его занятия, всё чаще делает выговора, да даже обычный исторический фильм о каком-нибудь музыканте запрещает. Мол, есть учебник, к нему задания. Веселись. Венти не нравилось. Для него нет никакого смысла знать всех композиторов наизусть, кто что написал, когда, во сколько и что при этом делал. Музыку нужно делать. Нужно играть, давать детям эту информацию и умения, учить их тому, что они захотят. Лучше потратиться на музыкальные инструменты в кабинет, чем на очередные учебники, тетради и листы для контрольных.       Венти не понимал. Детям хотелось дарить музыку, научить петь, показывать красивые мелодии, расслаблять их. Сделать этот урок просто небольшим отдыхом перед какой-нибудь физикой. Пусть дети послушают что-то, сыграют мелодию, попоют, чем будут напрягать мозг и вспоминать кто там сочинил «Дон Жуан». Серьёзно, Венти пока сам не прочёл это в учебнике и не задумался об этом! Конечно же, в университете он там что-то учил. Но это не запоминается. Да и честно, прогуливал он половину пар, так что было как-то не до всяких опер, композиций, симфоний и так далее.       В итоге он, уже не задумываясь, начинал рисовать оценки. Конечно же, не за просто так. Работа есть? На тройку? Не говори никому, у тебя всё равно пять. Хоть директор это не проверял, пусть бывало и такое. Чем так не угодил ему Венти, никто не знал. Пьяница? Ну, каждый может выпивать, тем более учитель уже немного бросил это дело. Иначе нельзя, ведь к маленькой язве добавилась вторая. С прекрасными тёмными волосами, золотистыми глазами и будто бы с какой-то раной не просто в сердце, а в голове. Но об этом чуть-чуть позже.       В любом случае, кроме как того, что Венти пьёт и бывает допускает в своей речи плохие словечки, не так уж плохо. Тем более, на уроках не пьёт, при детях не матерится. Какая разница, что тогда он делает на улице или у себя дома? Там он не учитель, он обычный человек, который вышел на прогулку, подышать свежим воздухом и просто ударился головой об тот же косяк. Возможно? Вполне. Что он должен сказать? «Ах, какой прекрасный день, я поставил себе на лоб шишку, но это всё так чудно, хотя болит, но меня это совсем не волнует». Так что ли? Полный маразм. А ведь Венти рассказывал, как и правда ужасно сильно ударился в машине головой об дверь около какого-то магазина. Проматерился, что уж тут. А рядом, будто бы поджидая такого момента, прошёл директор со своей семьёй. Взгляд его сам за себя говорил. Но тогда это было не так важно учителю. Только позже, когда директор напомнил ему о той ситуации, высмеивая его, мужчина всё прекрасно понял. Но даже зарекаться не стал.       А Скарамучча не понимал и не понимает, что делает не так его друг. Но и помочь как-то, увы, не может. Придёт и скажет, чтобы его учителя не увольняли? Он даже представляет куда его пошлют. На кухню дежурить.       Так что легче просто поддержать Венти, крепко обнять и уверить, что будет всё в порядке.       Тем более, такой поддержкой он уже обзавёлся. Почти. Эта «поддержка» пока об этом не подозревает.       Сяо… Венти правда оказался по уши влюблённым и каждый раз ругался, что вляпался в то ещё дерьмо. Сяо был нелюдим. И как бы он не показывал хоть какое-то дружелюбие к учителю, но каждый раз подросток оказывается за чьей-то спиной. То Итэра, то Скарамуччи, если первого рядом не было. Сяо сбегает, прячется от учителя, не идёт практически на контакт, и тот просто не понимает почему. Что делает не так? Любое его действие только отдаляет их. И хоть что-то общее их связывало. Игра. Но и то уже никто ничего не успевал в ней поделать, а поиграть вечером было невозможно. Венти работал не покладая рук, Сяо учился, готовился к экзаменам. Но бывали те чудесные моменты, когда подросток будто бы открывался ему. Точнее тут Венти бывало изливал душу, но этому подростку не хотелось рассказывать что-то плохое. Напрягать тоже. Но тот, что удивило учителя, всегда видел его поникшее состояние. И всегда, буквально всегда, поддерживал. Тот не умел этого делать, хотя Венти признаёт честно, что тоже. Но забота, такая прозрачная, лёгкая и быстро разрушимая, давала надежду, что всё ещё будет. Учитель знал причину. Возраст. Сяо нелюдим. Всё складывалось друг на друга, из-за чего было ещё хуже. Парень просто не знает, как общаться, не знает, что будет правильнее и что говорить при учителе. Своём преподавателе, что старше на целых десять лет (что просто колоссальная разница, хотя бы для Сяо) и такой… такой… требующий внимания? В конце концов, Сяо просто не знает, как правильно реагировать на всё это.       Скарамучче остаётся только вздыхать, молясь за их благополучие. Ну… Венти заслужил, Сяо тоже. Пара прекрасная, хотя утверждать подросток не мог. Поживём — увидим? Дожить бы.       Потому что сегодняшний день точно доведёт его до могилы.       И вот, встав чуть раньше обычного, он идёт на кухню. Желание позавтракать, наконец, спустя огромное количество времени просто кричало внутри. Ладно в школу пойти голодным и перекусить там где-то на перемене. Но на экзамене? Не хотелось отвлекаться лишний раз на еду и боль в животе от голода. Тем более тратить время на то, чтобы выйти и перекусить каким-то батончиком не хотелось. Ладно воды хлебнуть, а тут… Хотя от шоколада он не отказался бы. Вдруг умнее и правда станет? Так что быстро всё решив, он бредёт к холодильнику, открывая его и рассматривая всё, что там было. Мышь точно повесилась. Впрочем, на полке он всё же смог отыскать коробку с яйцами, сыр и маленький кусочек уже подпорченной колбаски. Ничего же не станет с ним из-за этого? Он же поджарит, в конце концов. Беря два последних яйца из коробочки и всё остальное, он укладывает на тумбочку, смотря на это, будто бы впервые. Он не умел готовить. То есть, у него были какие-то там начальные навыки, чтобы просто приготовить обычную яичницу, но в последний раз он делал это чуть ли не два года назад в доме Чайльда. Правда тот хвалил его стряпню, будто бы это и правда самая лучшая еда за всё его существование. Льстил или нет, Скарамуш не знал. Скорее да, чем нет. Но всё же, вдруг он растерял уж может все свои знания и умения в готовке? Главное не спалить квартиру, ему и так выходить через час и ехать в какую-то там школу. Он даже адреса не знает, впрочем, его обещал подвезти Венти. Так что он успеет раз сто. Главное, не потеряться в самой школе.       На самом деле он быстро справился с готовкой. Ничего не подгорело, дом в целости и сохранности, так он ещё и успел нормально одеться, перепроверить всё заранее и накраситься. В общем, на экзамен он точно придёт при параде. Красивый, ухоженный, ну и главное со знаниями. Которых не было…       Первое, что сдавал парень — тейватский, как родной язык. И, честно, это было жуть, как страшно. Он не был уверен, что точно сдаст его нормально, хотя Казуха его очень хорошо поднатаскал. С этим человеком и репетиторов не нужно было. Всё уже расскажет, покажет, да вообще всё что угодно сделает для него. Даст любую помощь.       Выйдя из дома, Скарамучча поправляет сумку на плече. Ему не так много надо было с собой брать: документы, ручки и попить чего. Он ещё взял перекусить, но это уже так. После экзамена. Опять же тратить время не хочет, а яичница оказалась очень сытной.       На парковке его уже ждала знакомая машина, и, завалившись в неё, парень замечает ещё двоих, которые вообще-то не должны быть тут. — Привет! — Итэр подскакивает поближе, улыбаясь ему ярко-ярко, будто бы не он едет сейчас сдавать экзамены. А ведь это его первые и последние в школе, он просто не должен их завалить. Но, видимо, он не так волновался. Хотя Скарамучча знает, что он и его сестра откуда-то очень издалека, где и тейватский-то почти не знают. Но те вроде ещё в детстве переехали куда-то недалеко от Мондштадта, так что они и знали его так хорошо, как не знали многие коренные жители.       Сяо на заднем сиденье рядом с Итэром только лишь махнул рукой, вновь опуская взгляд под ноги. О чём-то точно думает и, возможно, не очень хорошем. — Доброе утро, Скарамучча. Я тут по дороге забрал Сяо, а с ним ещё и Итэр оказался, так что… в тесноте, да не в обиде? — смеётся мужчина, трогаясь с места и поправляя зеркало. За Сяо наблюдал что ли, пока они ждали Скарамуша? — Привет, — немного дрожащим голосом отвечает парень. Всё же волнительно всё это, тем более учителя его так сильно напугали всяким, что он правда начал верить, что не сдаст. Ещё и дату сдачи поменяли… — Что вы все такие напряженные? Расслабьтесь. Вот Итэр совсем не волнуется, — усмехается мужчина, выезжая на главную дорогу, теперь внимательно следя за ней. Всё же у всех сегодня экзамен, все торопятся. Уже вот, кто-то в кого-то влететь успел. — На самом деле, я волнуюсь. Очень сильно. Но я решил, что если буду волноваться так сильно, то сделаю только хуже. Лучше расслабиться и вновь всё повторить в голове, чем бегать по комнате и кричать что-то вроде «Боже, Боже, я не сдам, я не сдам!», — Итэр выразительно глядит на Сяо, что, покраснев (он умеет? и выглядело мило), закрывает от чужого взора лицо. — Я не так бегал, — тихо шепчет, отрицая сказанные своим другом слова. Тот тихо усмехается, лишь кивая. — Да-да, наверное, из-за мышки проснулся сегодня в пять утра, — парирует Итэр, вновь хихикая, замечая, как темноволосый злобно пыхтит. Сравнение, конечно, парень привёл интересное. Сяо и мышка уж точно не были похожи. Только писком, если их начать трогать, обнимать или гладить. — Я не виноват, что волнуюсь перед ними, — складывает руки на груди, дуясь и ведя себя, как маленький ребёнок. Скарамучча даже думает, что это правда мило и смешно, так что хихикает. Вроде бы такой серьёзный парень, а ведёт себя как ребёнок, которому не дали конфетку. — Ой ли? Тебе ли волноваться, Сяо, — смеётся Венти, останавливаясь на светофоре. — В Мондштадте намного легче экзамены, и ты это знаешь, — быстро пытается успокоить подростка, что всё ещё пыхтит где-то сзади, скатываясь вниз по сидению. Итэр рядом с ним хихикает. — Будто бы Вы знаете, — не желает он грубить, но слова сами вылетают. Но учитель никак не обижается, лишь улыбается на них. — О-о-о, Сяо, поверь, я знаю, — загадочно улыбаясь, он вновь трогается. — Я сдавал в Ли Юэ экзамены, а ты, так как живёшь там с самого рождения, должен знать правила. Намного стрессовее и сложнее, — заворачивает в какой-то узкий двор, следя за тем, чтобы не наехать на кочки. — Вы сдавали экзамены в Ли Юэ? — удивлённо поднимает взгляд на кресло учителя, удобнее устраиваясь, чтобы увидеть его лицо. Тот кивает. — Да. Я хотел работать и учиться там, но мне сказали пересдавать школьные экзамены. Так как поздновато решил учиться, спустя два года, меня уж послать хотели. Но дали возможность сдать там всё. Ох, сколько же я натерпелся с этим. За полгода пришлось повторять материалы двенадцати классов. И хоть сдал. Повезло уж тут. Но не встать, попить, сходить в туалет на этих экзаменах, совершенно ничего нельзя. Самое ужасное время, что я помню, учиться тоже в университете было не лучшим. Так что работать я даже и не решился там, сразу же после учебы переехал обратно, — улыбается, тяжело вздыхая. У него будто бы небольшие воспоминания проявились в голове, раз он подвис. Из-за чего учитель чуть не сбил какого-то мужчину, что накричал после, уходя весь злой в какой-то подъезд. — Оу… понял, — кивает Сяо, напряжённо глядя на свои руки. Он-то и не знал даже. — Ты, кстати, после школы где учиться будешь дальше? — спрашивает мужчина, останавливаясь около какой-то старой школы. Он посмотрел быстро на время: до экзамена час, можно было и посидеть, немного расслабиться и перевести дыхание. Собраться с мыслями. Парень жмёт плечами, после поднимая на Венти взгляд. — Чж… папа сказал, что я могу оставаться, где захочу. Я… просто рассказывал ему, что хочу тут учиться. Он и отправил меня в школу сюда. Вот… дальше не знаю, хочу остаться, может, — задумчиво говорит Сяо. Мужчина кивает. Двое парней на них внимания как-то и не обращают. Итэр общается, видимо, с Альбедо, как и Скарамучча что-то делает в своём телефоне.       А тот, на самом деле, тоже общается со своим парнем, что успел ему написать кучу сообщений с поддержкой и много-много чего ещё.       Скарамучче приятно, он даже правда слегка расслабляется. Всё же такая поддержка вселяла надежду на лучшее. maple leaf: Сильно-то волнуешься?

mouche: Ну… да, на самом деле… мне очень страшно. Типа, ты, конечно, говорил ничего не бояться и не волноваться, но всё равно…

maple leaf: Не держи эмоции. Страшно, так страшно, не глуши. Это нормально всё. Но всё же знай, что тебя там не съедят, не посмеют, я должен быть первый.) И всё будет хорошо! Тебе нечего бояться, не сдашь — не сдашь, на пересдачу сходишь, там уже не валят вообще. Но ты всё сдашь, милый! Ты умный, мы сидели с тобой с этими тестами, и ты всё хорошо решал. Там резко не сделают что-то нереально сложное. Представь, что я рядом, и ты делаешь эти задания для нас.)) В любом случае, это нужно тебе, так что постарайся для себя, а не для кого-то другого. Всё будет хорошо, котёнок. Люблю тебя!!

mouche: Очень надеюсь. Ну… я верю, что смогу сдать. Сейчас скажу что-то очень…. Смущающее. Люблю тебя. Вот. :)

maple leaf: Ну до чего ты милашка. Расслабься и не беспокойся из-за этого. Поверь, страх и волнение будет. Это не плохо. Просто сильно не бойся. Немного расслабься, успокойся, обычная контрольная, просто… слегка усложнённая и в такой тяжёлой атмосфере. А так это всё то же самое, что мы с тобой и так уже делали!

mouche: Спасибо, Казуха… Мне нужно уже идти. Нужно зарегистрироваться. Или что-то вроде того… Я не понял. В общем… это… я тебе напишу позже?

maple leaf: Конечно, котёнок! Удачи тебе. Всё будет хорошо, мой милашка!

***

      Скарамучча сдаёт экзамен быстро, а Казуха даже оказался прав. Всё было… не так тяжело. Не тяжело было и писать сочинение, а ведь он боялся этого больше всего. В его группу попал Сяо, он так волновался, сидя через парту от подростка, чуть ли не трясся. Но закончили они в одно время. К концу Сяо уже успокоился, видимо, сам экзамен и для него оказался нетяжёлым совсем. Выйдя из аудитории, они, тихо переговариваясь, ушли вниз, накидывая лёгкие куртки. Внизу их уже ждал Венти, который, наверное, и не уезжал никуда, а просидел где-то тут. — Дождёмся Итэра? — спрашивает учитель, обнимая двух немного ещё подрагивающих от волнения парней, что боялись уже не самого экзамена, а результатов. Но они наконец расслабились. Первый экзамен позади, а впереди ещё два. Осталось совсем немного. — Не нужно, я его дождусь, — трое парней вздрагивают, оглядываясь на Альбедо, что смущённо помахал им рукой, присаживаясь на скамью рядом. — Приветик. — Альбедо! — счастливо улыбается Скарамуш, садясь с ним и крепко обнимая, на что светловолосый хихикает. — Как дела? А ты чего тут? — Пары закончились, точнее… я просто с них свалил. Наши преподаватели тоже заняты всем, а я уже всё что мог — сдал и закрыл. Так что, я пришёл сюда, чтобы дождаться Итэра. Экзамен уже через час заканчивается? — уточняет парень, посмотрев на время. Скарамучча удивленно кивает, понимая, что просидел за заданиями целых два часа. Надо бы написать Казухе, он уже успел соскучиться. Да и поделиться эмоциями хотелось. — Ладно, Альбедо, тогда хорошего тебе дня, — машет рукой мужчина, ведя за собой двоих парней. — Кстати… Мне всегда было интересно. Альбедо разве не младше Итэра? Что он в университете-то уже делает? — спрашивает Венти, как только они выходят из школы, идя к машине. — Эм… ну, мне Итэр рассказывал, что оставался на второй год, — почему-то немного смущённо начинает Сяо. Видимо, без друга он чувствует себя неловко. — А Альбедо в школу раньше пошёл, типа, знаешь… гений маленький, — продолжает Скарамучча, смеясь с реакции своего учителя. Тот нахмурился, что-то про себя пробубнив. — Что он не доучился-то? На высшее пошёл бы. А так… — продолжить ему мешает Скарамуш, хотя тот и сам продолжать не хотел свою мысль. — На самом деле, он учится на высшем, — вспоминает редкие рассказы о жизни Альбедо Скарамучча. Тот редко что-то говорил о себе, больше, конечно, ведя диалоги об искусстве и всему подобному. Но всё же иногда речь заходила обо всём этом, откуда Скарамуш-то всё и узнал. — Что? Прикалываешься? Итэру семнадцать, а он девятый заканчивает. И ты. Как можно в шестнадцать уже на высшем быть? — удивлённо косится на него мужчина. Сяо тоже недоверчиво смотрит, хотя видно, что тот об этом знает, просто либо это всё ещё подвергает его в шок, либо он просто не верит этому. Последнее отметается: Сяо живёт с болтливым Итэром. — Гений? — смеётся Скарамучча. — Он сдал экзамены одиннадцатого класса в девятом. В общем, ему просто дали возможность. Сдаст — пойдёт на высшее, нет — продолжит обучение в школе. Он сдал на высокие баллы, — жмёт плечами Скарамуш, садясь в машину. Мужчина закатывает глаза и что-то стонет. — Лучше бы ты не говорил мне об этом, — вздыхает, заводя машину. Скарамучча решает сесть на заднее, рядом с Сяо, чтобы тому не было так одиноко одному. — Да ладно тебе, — машет рукой темноволосый, устраиваясь удобнее, но получает в ответ бурную реакцию. — Да как ладно-то?! Этот ребёнок умнее всех нас вместе взятых…. Как я с ним общаться теперь буду, — выезжает на дорогу, направляясь, видимо, к дому Скарамуччи. — Да ты ведь не тупой, не прикалывайся, — чуть ли не ржёт вовсю парень, прикрывая лицо. Венти злобно поднимает одну бровь, фыркая, пугая даже Сяо. — Я гуманитарий! Он меня уделает со своими ньютонами-хуёнами! — вздыхает мужчина, качая тяжело головой. Он сворачивает вновь на главную дорогу, слегка расслабляясь. Машин не так уж много, никто даже и не спешит никуда. — Мне кажется, что Альбедо тоже гуманитарий, — подаёт голос Сяо, смотря в окно. Скарамучча радостно улыбается. Парень не просто их слушает, но и подаёт голос, высказывая мнение. Это радует, не хотелось, чтобы тот чувствовал себя неловко рядом с ними. — Ага, конечно, гуманитарий, прекрасно разбирающий в химии, физике и тому подобному, — закатывает глаза, но от дороги не отвлекается. Сяо смущается, будто бы мнение его сейчас засмеяли, а Скарамуш хочет треснуть по голове этого дурака. Сяо и так кое-как подал голос свой, а тут его так заткнули! — Знаешь, типа, гуманитарий и технарь в одном лице? Это вполне возможно, — следит за парнем и мужчиной Скарамуш. Сяо сразу же расслабляется, когда и его поддерживают, а Венти как-то задумчиво кивает. — Ну… редкое явление, как по мне. Но раз так, то ладно. Главное, чтобы доучился нормально. Там же Итэр после девятого уходит? — спрашивает всё же мужчина, переводя тему. Сяо кивает. — Ладненько, — видя, что диалог не идёт, он прибавляет музыку, давая парням расслабиться.       Он быстро завозит домой Скарамуччу, отпуская отдыхать и заниматься своими делами, оборачиваясь к Сяо, что уткнулся носом в телефон, зевая. — Ну что? Может ко мне? Чай попьём? — спрашивает, разворачивая машину. Сяо как бы хочет отказать или хотя бы что-то возразить, но смысла то в этом не было. Зачем спрашивает, если всё равно повёз в сторону своего дома? Парень не знает, но и поделать ничего не может.

***

      Дома Скарамучча быстро раздевается. Мама принимает так же экзамены в какой-то школе, так что он не удивится, если она просидит допоздна на работе. Но его это не так сильно взволновало, у мамы всё равно завтра выходной, так что она наконец сможет отдохнуть. А вот Скарамушу придётся идти в школу, а через несколько дней второй экзамен. Волнительно и очень напряжённо всё ещё, но после первого он уже чувствует себя чуть лучше. Он хотя бы понял, что это такое и как работает. Дальше это не должно быть так страшно.       Развалившись на постели и заказав себе обед из кафе, он открывает диалог, начиная быстро-быстро печатать своему парню все свои эмоции. Лучше было бы созвониться, но не хотелось тревожить его, если вдруг что. Тем более, тому на работу сегодня. Или он уже работает? Или заканчивает смену… Скарамучча точно не знает.

mouche: Если ты не готов к моему огромному сообщению с моими эмоциями, то мне жаль, потому что я и не спрашивал. Хаха. В общем, проходим регистрацию с друзьями или что, как называется. Я опять забыл! Впрочем, не важно. Распределили по аудиториям, я с Сяо оказался, ну, я рассказывал тебе о нём. Так вот. Ровно буквально в 11 открывают пачку с этими работами и начинают раздавать. Быстро в общем всё делали, мы заполнили бланки, ну и начали решать. Я думал, что на первом же задание попаду. Там изложение, всё такое писать. Ну… я благодарен тебе, что научил это делать. Я реально записал важные темы, разделил всё на абзацы и… у меня вышло что-то хорошее! И дальше там задания были, что мы делали с тобой. Не прям такие же, но очень похожие. Хотя и сложные где-то были… С сочинением думал просижу больше всего. Но нет! Я быстро его написал, там такая тема классная была, но… я уже не помню, что написал. Там про дружбу, любовь, жвачку. Всё такое. В общем, тема крутая. Потом меня что-то попросили выйти в туалет. Я ещё шёл и думал зачем. А это оказывается шпаргалки и ответы посмотреть, там учитель в туалете сделал. Подсказал один парень. В общем, я посмотрел, где был не уверен. Всё правильно! Я уверен, что сдал хорошо. Хотя бы тестовую часть. Так что… спасибо тебе за помощь в подготовке. И вот поддержка твоя очень крутая. Люблю тебя. Всё.

      Скарамучча решает отослать всё одним сообщением. Всё же писать несколько маленьких и спамить своему парню не хотелось. Вдруг на работе помешает? Но Казуха сразу же заходит в сеть и всё читает, набирая сообщение. maple leaf: А я говорил! Ну и чего боялся, глупенький. Какой же ты молодец, я очень рад! Осталось два ещё, да? Думаю, они так же пройдут. Так что волноваться не стоит. Котёнок, я скоро домой приду… Не знаю, смогу ли сейчас отвечать, но может чуть позже созвонимся?

mouche: Хорошо.) Буду только рад с тобой поболтать.

maple leaf: Соскучился?

mouche: А если скажу, что да?

maple leaf: То я буду только рад.) Покажешь попозже, как соскучился?

mouche: Как?

maple leaf: Ох, не бери в голову, я флиртую просто. Хаха. Это было очень плохо?..

mouche: Не знаю. Кроме тебя со мной не флиртуют. Наверное. Не знаю. Но могу фотку отправить, раз соскучился.)

maple leaf: Буду рад. Хочется тебя увидеть!       Скарамучча улыбается. Вообще… у него была кое-какая фотография. Но… В любом случае отсылать такое немного смущает. Хотя на ней нет ничего такого! Он просто сидит на ковре перед зеркалом, в своём старом костюме зайца. Или кролика. Не поймёшь. Это подарил ему Тарталья очень давно. А Скарамуш часто надевает его летом перед сном. Костюм открытый и в нём никогда не бывает жарко. Короткие шорты, больше на трусы похоже, правда, ещё и Скарамучча вырос с тех времён, так что они стали ещё короче. Это было не очень удобно и комфортно, но дома парень привык. На улицу он бы и правда так не вышел. Да никогда бы. А также в костюме был белый топ. Почему именно топик для Скарамуша была загадка. Тем более, костюм был будто бы женский, а не на парня. Что, скорее всего, так и было, ведь Чайльд говорил, что все милые вещи, которые подошли бы Скару, только там. Хотя вот Итэр тоже ходит в топах иногда. Ну, когда не так холодно.       Так что на фотографии он был в этом белом, пушистом костюме, слегка разведя ноги. Ведь так фоткаются для чего-то более сокровенного, милого и так далее? Скарамучча не знал! Но, по его мнению, фотография вышла… сносной и красивой. Ему нравилось то, как на нём выглядел этот белый костюм.       И он надеется, что и Казухе понравится. Всё же… Скарамуш учится доверять и это первые, такие осторожные и нелепые шаги.

mouche: *фотография*

      И Скарамучча ждёт. И хоть сообщение было прочитано, но ответа на него не было. Это даже грустно. Фотография вообще оказалась не очень? Или что не так? Поспешил?       Но ответ он наконец получает. maple leaf: Скарамуш! Ох, предупреждать надо, что фотография будет…. Такая…. Я кое-как успел спрятать телефон, в вагоне стою. Так бы половина увидела тебя, красивого. Ох, подожди, дай мне собраться….       И Скарамучча ждёт, совсем ничего не понимая. Он сделал что-то не так? Он не должен был? Ох, так много вопросов, но задавать их крайне неловко.

mouche: Всё в порядке?

maple leaf: Конечно! Какие же у тебя ножки… ох… ты нормально питаешься? Ладно, не об этом, я могу часами теперь говорить о том, какое прекрасное у тебя тело. И просто… вау… эти бёдра…. Твоя шея… я… Я перевозбуждён, смотри, что ты наделал! Ох, хотя не смотри. Я ещё и на улице, ты не представляешь, как теперь это неловко. Боже… Твоя поза ещё… так манит лечь между твоими ногами. Снять эти мягкие шортики, прикоснуться к твоей коже. Моя голова идёт кругом. Я вот-вот начну тебе читать стихи. Милашка, я так возбуждён теперь… (((Ну что ты делаешь со стариком! Он не был готов к такому!

mouche: Дурак, что ты такое говоришь?! Какой старик? Я думал тебе понравится! А ты такое пишешь…

maple leaf: Котёнок, если бы мне НЕ понравилось, то, по-твоему, я бы писал тебе такое? То, как же мне хочется сейчас оказаться рядом, хочется снять это с тебя, либо крепко обнять и прижать к себе. Хочется ласкать и целовать тебя. Моя голова идёт кругом, соображать я не могу, буду честен я с тобой, всё внутри сжимается, горит. Ох, котёнок, что же ты делаешь со мной…

mouche: Всё, хватит, ты смущаешь меня…

maple leaf: Прости! Просто думал, что раз такое отправил, то не против хм… таких разговоров. Как вирт через сообщения? Хаха.

mouche: Сообщения?

maple leaf: Ну да? Если ты не пробовал, то должен же хоть знать.

mouche: Знаю… Кстати об этом. Я подумал ещё тут… и вот…. Хотел попробовать?

maple leaf: Что? Котёнок, ты сегодня меня до инфаркта довести решил? Моё сердце не стальное, выпрыгнет и лови по всему свету. Так повлиял экзамен?))

mouche: Да этой фотке уже неделя. Я просто не знал точно… но. Сейчас я уверен, что хотел бы. Просто попробовать поболтать? Хотя я боюсь. Но, тяжело это, но я не против посмотреть, что это.

maple leaf: *пользователь умер, не воскрешать* А если серьёзно! Кот, ты правда хочешь меня свести в могилу? Я уже на пределе возбуждения, а ещё не дома. Милый, за что ты так со мной. Какое я зло тебе сделал. ((

mouche: Прости?

maple leaf: Мне нравится, милашка.) Так что… делай это почаще. А если честно. Давай так. Когда ты закончишь все экзамены, то можем попробовать. У тебя будет почти две недели на то, чтобы ещё раз всё обдумать, а я… проверю ещё раз свою выдержку, видимо. Ну до чего же ты прекрасен. Я не устану смотреть.

mouche: Ладно, идея неплохая. Ты в душе мазохист, чтобы проверять выдержку свою?)

maple leaf: Да.)

mouche: Что?

maple leaf: Шучу. Или нет. Ладно, я подхожу к дому, скоро я покину тебя. И, видимо, ещё на чуть подольше. Не заскучаешь?

mouche: Заскучаю. Но иди уже.)

maple leaf: Кажется, ты что-то хотел дописать. Начинается на «д», правда?

mouche: :)))

maple leaf: Ох, что же ты делаешь со мной….       А Скарамучча и не знает.