and in response, silence

      Скарамучча вздрагивает от звона будильника, тяжело вздыхая и протирая глаза. Так не хотелось вставать, но в то же время сегодня был прекрасный летний день. Впрочем, хоть и был уже практически конец августа, но тепло было так, как никогда раньше. Хотя и раньше-то он и не знал, как было.       А всё просто.       Только недавно он и Тарталья переехали в Ли Юэ.       Честно сказать, он чуть не завалил все экзамены, причём, это вышло случайно (но вина тут только его), ведь один год он ничего не делал, а только уже позже, когда до экзаменов осталось несколько месяцев, подросток, наконец, собрался с мыслями и стал нормально заниматься. И просто повезло, что он всё же взялся за голову и начал что-то учить, иначе правда ничего не сдал бы. Но Альбедо ещё сам решил в последний момент подтянуть чужие знания и заделался репетитором. Итэр долго стонал из-за того, что его парень теперь даже в выходные занимается этими уроками, а внимание ему никто не уделяет. Но кроме него никто не был недоволен. Скарамучча быстро выучил и понял весь материал, Тарталья был счастлив высоким баллам, что у него, что у друга и уже звонил в, как он назвал, «супер-пупер-лучший-и-любимый» университет. Ну, а Альбедо был доволен, что просто смог помочь справиться со всем этим.       Два года промчались быстро. Но за это время Скарамучча смог многое понять.       Неизвестно — так повлияло то, что он стал взрослее, или то, что просто из-за множеств обстоятельств в жизни он начал многое понимать. В любом случае, это уже не важно.       Казуху он не вспоминает, впрочем, бывает он, конечно, обманывает, ведь горячая и страстная любовь, что растоптали так сильно и болезненно, всё ещё горит. Впрочем, отдавать эту самую любовь ему есть кому. И нет, с Тартальей он не начал встречаться, ведь просто прекрасно понимал: ни ему, ни другу это не нужно было. Портить дружбу ненужными отношениями — глупо. Они не чувствовали романтики между ними, как хотелось бы, хотя шутки часто переходили на более интимные, а стеснения даже поцеловаться при друзьях ни у кого не было. Можно было ли назвать это нормальным? Навряд ли, но обоих это устраивало. Лишь дружба с неплохой поддержкой друг для друга. Всё же приятнее, когда в жизни происходит какой-то переломный момент, обнимать и может целовать близкого человека, чем одному всё это пытаться вытерпеть.       Вообще, привычка вести себя, как парочка, появилась у них только тогда, когда они начали жить вместе ещё в квартире Скарамуччи и его мамы. Эи не то, чтобы довольна была, но узнав правду такого состояния, она сильно забеспокоилась. И дала возможность выбирать и делать всё самим. Раз подростку спокойнее вместе с Тартальей, то она готова терпеть этих двоих вместе весь день дома. У неё и не было отторжения из-за того, что Скарамучча встречался с парнем. Наоборот, даже как-то улыбнулась и крепко обняла его. Ей совершенно было не важно кого её мальчик может любить, важнее лишь то, как он себя чувствует. А понимая, что после расставания тому не шибко хорошо было, она пообещала выцарапать бывшему сына глазки. Не то чтобы Скарамучча против был… Просто он бы сам это очень хотел сделать.       Впрочем, отношения с мамой никак не поменялись, даже наоборот. Пообсуждать мужиков и разные отношения, что родительницы, что сына, стало небольшой привычкой. Скарамуш чувствовал себя… в порядке. Честно, ему было хорошо вместе с Эи и своими друзьями.       Предложение переехать вообще в одну квартиру пришло к парням спонтанно, но отрицать и придумывать что-то новое они даже не захотели. Привыкли быть рядом, привыкли покупать в два раза больше еды, туалетной бумаги и дальше по списку. В конце концов, привыкли вечерами смотреть телевизор и засыпать на диване, удобно уложившись друг на друге. Так что ничего такого в том, что они будут продолжать жить вместе, они не видели. Как оба холостяка на такой холостяцкой квартире. Не так уж и плохо.       В магазине они вели себя, как женатая пара, правда, так себя вести было гораздо веселее, чем обычные друзья. Хотя делали они это больше случайно, чем нарочно. Могли немного поссориться при выборе хлопьев, либо ещё чего-то. Они всё время ходили, что по магазину, что по улице и ворчали на людей, детей и даже погоду. У них домашние дела были записаны на доске у холодильника, правда, всё время об этом забывалось и начинались небольшие ссоры о том, кто опять не помыл посуду. Они выглядели, как семья.       И они привыкли, им нравилось это.       Тем более, хоть Скарамучча и Тарталья и бывало вели себя, как парочка, но хоть друзья понимали, что это далеко не так. Да, они близки, но опять же. Близость же бывает разной? И тут так же, они близки, как те же братья, что вечно ссорятся или ещё что-то. Они лучшие друзья, и это хотя бы их друзья знают и понимают, а не тыкают пальцем, как ненормальные. О Боже, посмотри, это же какая-то странная парочка.       Да. Очень странная.       Но не это важно.       Скарамучча уже более-менее привык к новому месту проживания. Он, конечно, ещё не часто гулял, вещи даже не разобрал, но квартира ему нравилась. Тем более, живут они пока только несколько дней, а всё это время Скара отсыпался. Тарталья смог купить неплохую двухкомнатную квартиру для них, так что, они могли неплохо жить вместе и ни в чём не нуждаться. Тем более, снимать квартиры — тот ещё гемор. А если бы вообще снимали комнату? Это самое худшее, что можно придумать. Жить с какими-то мужиками, ходить в общую ванную и туалет, готовить на одной кухне. И ладно, если повезёт на хороших соседей. А если нет?       Они так на сутки как-то снимали, и это был тот ещё вынос мозга. Впрочем, по-другому никак в поездах. Либо на улицах, либо в отелях (что бывало ещё хуже), либо в квартирах. Ответ очевиден, но историй, конечно, с этим было немало. Ну и одна из таких — это при переезде сюда. Им пришлось заселиться в одну из комнат квартиры, это было, как самая настоящая общага. Они попали в старую квартиру, с просто ужасными туалетом и ванной: там было так грязно, что Тарталье пришлось всё быстро отмыть перед тем, как самому помыться и дать это сделать Скару. А лучшее приключение — это с соседями этого места. Реально больше алкаши, чем нормальные люди, и молодая студентка. Страшно представить, как она жила с ними тут одна, но, видимо, на что-то другое не хватало денег. Или этого «другого» просто нет. Правда, девушки этой практически и не было в квартире, парни случайно её увидели, когда она куда-то спешила.              С несколькими мужчинами Тарталья даже успел повздорить, да так, что дело чуть ли не до драки дошло. Но это было как раз уже вечером, когда все ложились спать. Чайльд утихомирил их в комнате, хотя точно Скарамуш и знать не может, так как был в ванной. Но им повезло, всё же соседи на них быстро забили, и парни нормально переночевали и утром уехали окончательно в Ли Юэ.

***

      Сегодня же у Скарамуччи было много планов. Тарталья ещё с утра куда-то ушёл, успев разбудить своего друга, но это было не важно. Скарамуш уснул обратно, а провести одному день не сложно. Бывало даже, наоборот, лучше. Всё же, иногда и ему нужно было побыть в одиночестве.       Такое, конечно, про Скарамуччу не тяжело сказать, ему правда бывало лучше одному, но всё же иногда он становился слишком тактильным и голодным до прикосновений. Тарталья по началу даже боялся такого друга. Всё же, вечный прилипала было чем-то новеньким для него. Но позже привык. Как и привык к резким перепадам чужого настроения. То он злой, как хомячок надутый, ходит и топает громко, чтобы все услышали, какой он рассерженный, то прилипает прямо всем телом, ходит хвостиком и заставляет и себя обнимать заодно. Последнее, конечно, Тарталье начало нравиться больше. Просто лежать и крепко обнимать своего друга было намного приятнее, чем получать несколько пинков под зад. Но такое, к сожалению, для парня, было крайне редким. Чаще всего Скарамучча был… обычным. Не было никаких приливов нежности, да и какой-то злости тоже, он вёл себя, как и всегда. Чайльду и такое нравилось, всё же осознание, что тебе не настучат по голове — классное. Но, конечно же, резкие перепады были и такие неожиданные, что от обиженного друга парень спастись не мог. Как и от прилипчивого. Впрочем, именно от такого бежать он и не думал.       Со временем Скарамучча меняться и не думал. Да, Казуху он отпустить отпустил, но вот поменяться после расставания и стать тем же он уже не мог. То время сильно отпечаталось в памяти, и ему стыдно признавать, что если бы была возможность, то он бы с удовольствием окунулся в эти же ощущения. Но любовь, что была отдана Казухе, не исчезла. Из-за чего начать новые отношения он не мог. Да и не видел смысла. Слишком яркие эмоции, связанные с Казухой, так отпечатались в памяти, что нормально с кем-то общаться он не мог. Если ему предлагали сходить на свидание, или он слышал признания — бежать. Единственное его желание в этот момент — бежать и бежать. Куда угодно, как быстро — не важно. Просто сбежать и стараться не контактировать с тем человеком. Да, может, он кого-то тем самым мог ранить. Но был ли смысл? Признавались ему только те, кого он знал короткое время, а прогуляться ему предлагали вообще незнакомцы. Так что, какие разбитые сердца? У него у самого дырка там.       Но кое-что ещё осталось из-за отношений с Казухой. Небольшая неприязнь, как к своему телу, так и к сексу. Честно, тот же просто накрутил себя, думая, что расставание произошло из-за него же. Не идеальный, не красивый, не такой, каким бы хотелось быть. В конце концов, отдаление стало происходить аж после их первого раза. И… Скарамуш всё думал, что это он какой-то не такой, что он что-то сделал не так. Прикасаться к себе более у него не было желания. Впрочем, нет, такое было несколько раз, но, только глянув на себя, спадало всякое возбуждение. Он лишь тяжело вздыхал, чувствуя себя таким ущербным. Видимо, он так и останется один. Кому нужен сломанный ребёнок? Правильно, даже ему не нужен оказался.       Скарамучча встаёт с кровати, потягиваясь и стараясь не упасть. На полу так много коробок с неразобранными вещами, что можно правда утонуть в этом. Пора бы уже всё разложить, как раз должен приехать заказ курьером. Что там было точно Скарамучча уже не помнит. Вроде какая-то небольшая мебель, что-то вроде дополнительного шкафа в гостиную, что-то в комнату, стулья. В общем, там всё заказал Тарталья, а что там вообще могло бы быть, Скарамучча вообще не знает.       Быстро сходив в душ и переодевшись в более удобную одежду, чтобы собрать всю мебель, он начинает разбирать потихоньку коробки в комнате. Оказалось, там так много всяких вещей, что он даже не знал куда и что девать. Тем более на новом месте всегда всё теряется. Наконец, быстро разобравшись с одной третью коробок, он слышит звон в дверь. Видимо, наконец пришёл курьер.       Подбежав к двери, он незамедлительно открывает её, смотря на прибывшего. — Здравствуйте, — мелодичный голос сразу же окутывает Скарамуша, и тот подаётся чуть ближе, чтобы разглядеть молодого человека перед собой.       Юноша со светлыми волосами, выкрашенными в голубой, и с такими же глазами смотрит на него в ответ. Смущённо и неуверенно сжимая в руках листы, он улыбается ему. — Э-э-э, здрасьте, — отвыкший говорить с незнакомцами, он открывает дверь шире, давая возможность курьеру занести внутрь все покупки Тартальи. — Вы недавно переехали? — светловолосый юноша как-то не спешит уходить, смотря позади Скарамуччи, где стояли коробки с вещами. На это парень только и может, что кивнуть, ведь такой интерес очень неожиданный. — Я мог бы помочь собрать Вам мебель, — смущённо предлагает парень, опуская взгляд. Скарамучча непонимающе глядит на того, приподнимая бровь. — Там просто сложная сборка у шкафа, а инструкций нет…       Скарамучча кивает, глянув на новые коробки и о чём-то думая. Как бы от помощи он и не отказался бы, ведь всё же собирать такое огромное количество вещей он точно устанет. А тут… сами же помощь предлагают. — Вам разве на работу не нужно? — спрашивает Скарамучча, но выгонять этого парня пока и не думает. Он закрывает за ним дверь, давая возможность раздеться. — Нет, у меня был последний заказ с Вами, а водитель уже уехал, — говорит всё ещё смущённо, аккуратно снимая обувь. — Ну… и домой не хочется, — совсем тихо говорит юноша, и Скарамуш понимающе тянет. Что же, тогда понятно. Возможно, подросток просто не хочет идти домой по какой-то причине, а на улице бродить у него нет желания. Отказать в небольшой услуге за услугу он не против. — Хорошо. Тогда, я Скарамучча. Приятно познакомиться, — он протягивает руку для рукопожатия и ожидает, когда за неё возьмутся. — Чун Юнь. Мне тоже, — юноша подаёт в ответ руку, здороваясь. Скарамучча улыбается, отстраняясь и пытаясь незаметно распробовать на языке чужое имя. Оно оказалось и правда такое новое и непривычное, что точно понятно: парень из Ли Юэ. — Тогда проходи. Хочешь что-нибудь попить? Ты, наверное, устал, — перейдя случайно на «ты», он ойкает, но заметив, что новому знакомому это не так важно, Скарамуш расслабляется. — Оу… Если есть что-то холодное, — кивает парень, потащив несколько коробок за собой, следуя за Скарамуччей. Юнь сразу же садится перед ними, начиная открывать и разбирать всё, что было внутри. — Ну… кола, — заглянув в холодильник, он берёт две баночки газировки, идя к Чун Юню. Тот не против и принимает напиток, аккуратно открывая. — Что же… — посмотрев на коробки, Скарамуш задумчиво что-то тянет, но после берёт в руки нож. — Начнём?       Парень ему лишь кивает.

***

      Собирая шкаф, они как-то сумели разболтаться. Чун Юнь рассказал о том, что учится в колледже, что с родителями не в ладах, поэтому ходит на работу и пытается откладывать на квартиру. Что у него есть парень, но он немного не хочет напрягать его из-за мелочей в виде жилья. Да и у того у самого есть какие-то проблемы с отцом и бизнесом, так что тот просто не желает сильно доставать с этим. По сути, как Скарамуш понял, от того парня Чун скрывает свои проблемы.       Конечно, на это ответить он ничего дельного не мог, с родителями он никогда не был очень близок, только в детстве, а после и отца не было. Только мама, так что он не может полностью понять ситуацию нового знакомого. Он лишь гладит его по плечу, улыбаясь и стараясь так поддержать. И вроде бы это работает. — Ну вот, последний стул готов, — говорит юноша, ставя серый, мягкий и уже собранный стул возле стола. Скарамучча мягко улыбается в ответ, собирая весь мусор, что остался в мешок. Тарталья потом вынесет, надо же и ему что-то по дому сегодня сделать. — Отлично. Спасибо тебе за помощь. Без тебя бы дольше делал, — Скарамуш откладывает свои дела и разглядывает квартиру. К сожалению, как-то хорошо отблагодарить своего нового знакомого у него нет возможности. Почти что. — Да пустяки! Я рад был пообщаться с тобой, ты интересный, — Чун Юнь садится на стул, немного прикрыв глаза. Эта сборка вымотала его. Впрочем, как и самого Скарамуччу, ведь этот шкаф оказался и правда нереальным. Как они его собрали, для парня всё ещё загадка. Он бы не справился один. Да и с Тартальей навряд ли. — Слушай, — тянет Скарамуш, загораясь от недавно появившейся идеей. — Я бы мог угостить тебя чем-то в кафе. Ты ещё свободен? — спрашивает, смотря на время. У него, конечно, был план занести до девяти вечера кое-какие документы в университет, но пока только пять часов. Он должен успеть. — В кафе? Ну… Да, конечно, я почти всегда свободен, когда не учусь или не работаю, — смущённо говорит, протирая красную щеку. — Эм… правда, я всегда учусь и работаю, — наверное, попытавшись пошутить, парень глядит на Скарамуччу. Тот мило улыбается, кивая и давая понять, что он его отлично понимает. — Тогда пойдём, прекрасная на улице погода, а мы тут чахнем, — встаёт парень, быстро беря футболку и переодеваясь. Чун Юнь тактично на него не смотрит, идя в коридор. — Да… На улице даже жарко, — смахнув капельку пота, юноша надевает на себя свои кеды, теперь стоя и ожидая Скарамуччу, собирая свою небольшую рабочую сумку. — Ничего, выпьем чего-то холодного, а там уже обещают, что скоро погода станет получше. Да и вечер уже, не такое палящее солнце, — хихикнув, Скарамучча выходит из квартиры, закрывая двери на ключ за Чунем, что теперь стоит рядом, кивая. — Да, тут такое бывает. То очень жарко, то прохладно. Но мне, конечно же, нравится больше прохлада, — улыбнувшись, парень надевает кепку, поправив под ней волосы и спускаясь вниз. — М-м-м, соглашусь, пожалуй. Очень жаркая погода — не так круто. Лучше что-то между, — кивнув, они выходят на улицу и вдыхают воздух. Он ещё очень горячий и нагретый, солнце немного подпекает, и кажется, что лучше было дома. — Ох. Но жарко, правда. Куда бы сходить? — открывает карту на телефоне Скарамучча, думая. Он пока даже по району пройтись не успел, так что что-то хорошее не знал пока тут. — Мы бы могли сходить в «Рассвет». Там вкусно и недорого. Я туда после занятий хожу… Колледж недалеко, — почесав затылок, парень смотрит на нового знакомого с небольшим интересом. Скарамучча смотрит на карту и правда замечает совсем недалеко кофейню, а ещё чуть дальше какой-то колледж, в котором, видимо, и учился Чун Юнь. — Окей, мне нравится, — выключив телефон, Скарамучча легко улыбается. — Тогда пойдём?

***

      Доходят до большой кафешки они очень быстро, она и правда оказалась близко. Скарамучча всё слушал, что рассказывал ему Чун Юнь, открывая ему дверь внутрь и пропуская вперед.       Пройдя в кафе, Скарамуш глядит на обстановку. Так уютно и красиво, что Скарамучча успевает даже расслабиться, рассматривая приятные по цвету диванчики и столики. Везде светло и просторно, что хочется тут сесть и не выходить до самого закрытия. — Нам бы к бариста подойти, тут не принимают так заказы, — говорит Чун Юнь, направляясь к барной стойке. Продолжая рассматривать кафе, он немного врезается в юношу, что понимающе кивает. — Я тоже так в первый раз рассматривал. Уютно, правда? — улыбается новый знакомый, беря в руки небольшое меню и открывая его. — Да… не то слово. Тут прям, как в каком-то родном месте, — улыбнувшись, парень заглядывает в меню, читая разные напитки. Пока совсем ничего не цепляло взгляд, ведь всё был горячий кофе. А он не любил его почти. — Есть такое. Вообще, это кафе-клуб. Такой тебе вот интересный факт. Здесь днём кафе, а в другом зале ночью начинается та ещё, эм… дискотека? — Чун Юнь смотрит всё ещё меню, видимо, выбирая, что же сегодня заказать, пока Скарамуш обрабатывает информацию. — М-м… то есть днём это кафе для детишек, а ночью для детишек постарше? — усмехнувшись, интересуется Скарамучча, больше, конечно же, шутя. Чун Юнь лишь кивает, поднимая на него взгляд. — Можно и так сказать. Но тут, что в ночное время классно, что в дневное. Правда, меня только Син Цю ночью звал… И то потому, что заиграл юношеский максимализм, — посмеявшись, он вновь глядит в меню. Скарамучча думает, что этот самый Син Цю и есть парень его нового знакомого. Просто… у того по рассказам не так много друзей, а тут провести пришлось параллель. Хотя он мог и ошибиться. Но какая разница? Но поинтересоваться, конечно, неловко. — Что же, я уверен, что ночью тут так же уютно. Хотя о ночных клубах такое говорить… тяжело. Впрочем, я побывал в таких слишком мало, чтобы судить, — увидев интересный напиток, Скарамуш наклоняется к меню, что-то про себя хмыкнув и задумываясь. — Если ты смотришь на малиновый латте, то он и правда вкусный. Хотя я мог пить его только холодным, — вздохнув, парень передаёт в руки Скарамуччи меню, кажется, сделав уже выбор и позволив Скару нормально что-то выбрать. — О, спасибо. У тебя такая сильная непереносимость горячего? — взяв в руки книжку, он смотрит всё ещё раз внимательно и думает, что малиновый латте звучит… не так плохо. Тут всё не так плохо звучит, так что хочется попробовать всё. Наверное, стоит и завтра прийти. И позвать Чайльда. — Просто температура поднимается и мне не очень хорошо. Всё острое или горячее для меня… под запретом, скажем так, — отвечает парень, смущённо смотря в сторону. Скарамучча понимающе кивает, закрывая меню и глядя на бариста. Которого почему-то не оказалось на месте. — Эм… Так должно быть? — спрашивает Скарамуш, смотря на место, на котором, в общем-то, должен был быть их бармен. Но его не было. — На самом деле нет… Не пойму почему никого нет. Может, в другое пойдём? — жмёт плечами парень, разглядывая кафе. На самом деле, кроме них никого и не было. Будто бы они пришли, а те оказались закрыты, но пройти как-то удалось. Может, они не заметили табличку со словом «закрыто»? А двери кто-то забыл закрыть? Бред ещё тот, но возможно же. — Ну… можем пойти… — Ох, прошу прощения, — из подсобки или кухни выбегает молодой парень, прерывая Скарамуччу, — нужно было взять продукты, и я… — глянув на гостей, его пробивает током. Впрочем, как и самого Скарамуш тоже. Перед ним стоит… это правда Казуха? То есть, да, это правда он и это кажется, чёрт возьми, не сон. Может, он просто сейчас сошёл с ума? По-другому это не назвать. Солнечный удар? Казуха не должен быть тут. Где угодно, но не тут. Что вообще он мог тут забыть? Он, по мнению Скары, должен был жить в Инадзуме. Почему сейчас тогда он стоит перед ним в этом дурацком фартуке или что это вообще такое и смотрит на него, мило улыбаясь. Точнее, он мило улыбался, пока сам не посмотрел на Скарамуччу и не замер в нерешительности.       Но Скарамуш замечает, что Казуха никак не изменился. Почти. Немного оказался выше, кажется, немного вырос в плечах, либо парню кажется, но а так…. За два года вроде и не произошло ничего сверхъестественного с ним. Всё тот же взгляд, всё те же красные глаза и всё та же прядь ярких волос, выбивающаяся среди белого оттенка. Всё такой же родной, но в то же время чужой. Он вроде бы знает его уже так давно и долго, вроде бы вот он, самый родной человек, но на деле… Он не знает о нём ничего. Два года могут сильно поменять человека, так что, да, может, перед ним Казуха, но точно ли это он? Может, он так поменялся, что в нём ничего не осталось от такого самого Казухи, которого знал ещё подросток. Вдруг, это уже и правда два совсем разных человека? Наверное, это нормально, и Скарамучча незаметно выдыхает. Нужно вести себя обычно. Ничего такого не случилось. Подумаешь, бывшего встретил. С кем ни бывает? А показывать этого не стоит. Тем более, рядом Чун Юнь. Вникать и ему в чьи-то проблемы уж точно не нужно. — Впрочем, не важно. Что бы вы хотели? — быстро собравшись, бариста кладёт на столик фрукты, включая компьютер, видимо, чтобы принять заказ. — О, я бы хотел обычный молочный коктейль, — говорит Чун Юнь, а его глаза горят от счастья. Может, здесь так вкусно готовят, что ему уже не терпится выпить любимый напиток? Хотя тот даже не замечает резкой перемены настроения этих двоих, да и атмосфера стала чуть тяжелее, но этого никто старается не замечать. Юноша уже хочет оплатить, как его прерывает Скарамуш. — Я оплачу, — с улыбкой говорит, доставая телефон и открывая карту. — А мне малиновый латте, — не забывает и про себя, делая вид, что всё хорошо, и он хотя бы не узнал Казуху. Тот, впрочем, делает то же самое, заполняя заказ. — Здесь или с собой? — спрашивает, глядя прямо в глаза Скарамуччи. Стало тяжело это выдержать, но даже такое он сможет вытерпеть. Всё же, раз они решили играть незнакомцев, то он не против. Его уже не сломать так просто, а уж тем более не засмущать. Нет, этот парень с ахренительно красными глазами сам у него ещё плясать будет. Теперь он точно сможет отыграться. — С… — хотел было сказать «с собой», но он вспоминает, что обещал Чун Юню посидеть и отдохнуть в кафе. Тем более на улице ещё очень жарко. Да и какая разница? Казуха не должен им помешать сейчас. — Здесь. — Хорошо, — почти не дослушав младшего, Казуха вновь что-то заполняет и опять глядит на Скара. — С Вас пять двадцать, — говорит, включая оплату картой. Скарамуш, кивнув, оплачивает заказ, сразу же пряча телефон обратно. — Можете занять любое место, — предлагает Казуха и разворачивается к машинкам, видимо, чтобы начать готовить. Он даже больше не смотрит на Скарамуша, которому это только на руку. Он сможет перевести дыхание и всё осознать. Хотя, осознает он это точно ещё не скоро. Шок просто не даёт вырваться эмоциям. — Спасибо, — ведя себя естественно и очень дружелюбно, Скарамучча идёт вместе с Чунем до столика у окна, садясь. Что же, это сложнее, чем могло бы быть на самом деле. — Тут сегодня так спокойно, — говорит Чун Юнь, неуверенно сидя на месте и смотря по сторонам. — Даже слишком. Не похоже на это место даже, — вздохнув, юноша удобнее усаживается и прикрывает глаза. — Обычно тут много людей? — уточняет Скарамучча, иногда поглядывая на Казуху. Тот внимательно готовит им напитки, быстро бегая и беря стаканчики, хватая тряпку и протирая кран у шалфея, но после резко оглядывается на парней. Скарамуш сразу же отводит взгляд, надеясь, что тот не заметил, что он следил за ним. Будет неловко, ведь уже он чуть ли не сходит из-за всего этого с ума. — Да, тут такое бывает, — улыбается Чун Юнь, ложась немного на свою руку и отвлекая Скара. — Это место популярно в этом районе, странно, что сегодня в такой день никого нет, — рассказывает парень, смотря на нового знакомого. Скарамучча кивает, вновь глянув на Казуху, который был занят своими делами, смешивая что-то и больше не смотря на гостей. — Возможно, сегодня все могут быть на пляже. Так жарко, — улыбается, отведя взгляд от бывшего и грустно посмотрев на стол. Ждать так долго заказ — удручает. Хотя и сидят они только минуту. Но пить уже очень хочется. Он может записать это, как минус баристе? Какой же он вредный. Но тогда, как он ещё может поступать? — Как идея, — кивает, хихикнув и заметив, как к ним уже направляется бариста. Он сегодня здесь совсем один работает? Обычно, вместе с ним есть ещё один бариста и два официанта. Из-за незагруженного дня оставили только его? Вообще не очень, тому, наверное, тут. Скучно, жарко, даже кондиционер не спасает. — Ваш заказ, — ставит возле Скарамуччи чашку с кофе, до ужаса пугая его тем самым. Скарамуш поднимает на парня неуверенно взгляд, а после опускает на латте, двигая к себе.       Он старается не обращать на Казуху внимания, пока тот неловко стоит рядом, крутя поднос, будто бы не решаясь что-то сказать. — Приятного. — Это фисташки? — Казуху прерывает Чун Юнь, который уже пододвинул к себе свой коктейль и отпивает, но сразу же чуть ли не выплёвывает, удивлённо глядя на него. — Фисташки? — удивлённо приподнимает бровь Скарамучча, смотря на и правда зелёного оттенка молочный коктейль. Он сразу же переводит взгляд на растерянного Казуху. — Не могли бы Вы… — Да, конечно, я переделаю, — молодой человек в извинение кланяется, сжимая поднос в руках до побеления, видимо, сам не ожидав такого. — Этот… Если кто-то любит, то я могу оставить, как дополнительный коктейль. И в плату новый не будет входить, — сбивчиво объясняет, но лишь Чун Юнь его перебивает, кивая на это всё. — Ничего. Буду рад, если вы приготовите новый, — машет рукой юноша, улыбаясь работнику. Тот быстро кивает и удаляется за стойку, чтобы быстро приготовить новый коктейль и больше не стеснять гостей. — Не люблю фисташки… — признаётся Чун Юнь, когда тот уходит, отодвигая стакан с напитком, хмурясь. — Будешь? — Да… — Скарамучча на предложение кивает, беря в руки стакан и сам немного отпивая. Приятный вкус фисташки ярко остаётся на языке, заставляя чуть ли не задохнуться от того, как это вкусно. — Странно перепутать обычный коктейль с фисташковым, — признаётся Скарамуш, смотря на Казуху, который, кажется, вновь замечает на себе взгляд, оборачиваясь и смотря своим ярким взглядом в ответ. Скарамучча вновь спешит отвести взгляд. Это было правда странно. Как можно было вместо обычного приготовить фисташковый коктейль? Это точно надо было сделать специально. Или Скарамуш уже накручивает? — Заработался? Устал? Такое бывает, — улыбнувшись, парень вновь ложится на руку, дожидаясь новый свой коктейль, который подают ему очень быстро. Юнь, кажется, вообще не расстроился этому и спокойно ждёт новый. Скарамуш даже думает, что это правда неплохо. На один напиток больше можно выпить. Причём, платить даже не пришлось. — Прошу прощения за это, — Казуха ставит перед Чун Юнем коктейль и небольшой тортик, а также примерно такой же ставит и перед Скарой. — Это за мой счёт. Приятного аппетита, — не дав нормально ответить, молодой человек покидает их, встав обратно на своё рабочее место и запрятав взгляд в бумаги, оставляя гостей в замешательстве.       Скарамучча удивлённо глядит на шоколадный кусочек тортика. Это было странно. Зачем ему было приносить его? Ведь Скарамуш получил свой заказ и правильно, и быстро. Так какой смысл приносить было ему? За компанию, чтобы он не обижался? Или почему-то ещё? Опять накручивает.       Вновь посмотрев на Казуху, Скарамучча застывает. Такие родные черты лица были так близко к нему. Но в то же время так далеко. Он мечтал увидеть его такое огромное количество времени. Больше, чем два года. Но ожидания первой встречи не подтвердились. Они не набросились с объятиями, не поцеловались сразу же и не начали нежничать друг с другом, чмокая тысячи раз чужие щёки. Скарамуш даже не ударил его ни за что. Они просто… сделали вид, что не знают друг друга. Скарамучча всегда думал, что как только они встретятся, внутри всё перевернётся. Перевернулось. Но не так, как думал парень. Взрыва не оказалось, но чувства, что он заглушил в себе вновь начали расти. Ему стоит забыть это и перестать думать.       Уже ничего не вернуть, а прошлым жить нет смысла. Его кинули. Он ещё раз это хочет почувствовать? Тем более, Казуха показал себя с очень «прекрасной» стороны. Даже банального привет не сказал. А уж что там до объяснений? Ещё раз показывает, как же ему плевать на чувства младшего. Как вообще Скара мог на него повестись? Ох, ну да, харизма и доброта сработали. Но вот куда их (или пока только его) это привело.       Казуха поднимает взгляд, замечая на себе голубо-синий, и с улыбкой подмигивает. Скарамучча прячет быстро лицо и глаза, стараясь незаметно выдохнуть.       Да он просто издевается над ним?!