Терпение

      Кингсли не выспался. Темные круги залегли под его красивыми черными глазами. Он рассеяно помешивал кофе в своей маленькой чашке. Мысли роем вились в его голове, он никак не мог сосредоточиться на чем-то одном. Отчеты, Драко, Оливия просто прикончит его, когда узнает как он облажался…       — Хозяин, кто-то звонит в маггловскую дверь, сэр. Прикажете отвадить? — Домовик появился перед министром с тихим хлопком.       — Почтальон или очередной церковник?       — Ваш недавний гость, мистер Малфой.       Кингсли резко вскочил с высокого барного стула, чашечка опрокинулась и белая скатерть приобрела крупное кофейное пятно. Мужчина добежал до двери, но внезапно остановился, выдохнул и одернул рубашку. Если Люциус увидит его в растрепанном виде, то пройдется по нему своим злым языком, как бритвой.       — Люциус? — Кингсли распахнул дверь. — Что привело тебя в столь ранний час?       — С дороги отойди. — Люциус грубо пихнул министра в плечо и по-хозяйски вошел. — Это ты во всем виноват!       — В чем на этот раз? Драко? Что с ним? Говори! — Кингсли и сам потерял самообладание и нетерпеливо схватил Малфоя за плечи.       — Я разрушил наши отношения, я не знаю теперь что делать и это полностью твоя вина! — Люциус с силой сбросил чужие смуглые ладони с себя.       — Что ты сделал с мальчиком? — Кингсли схватил Люциуса за ворот рубашки. По лицу Малфоя все было ясно.       — Мы переспали, понятно? — Люциус вдруг гадко улыбнулся. — Теперь он точно не хочет выйти за тебя!       — Не льсти себе, ты не настолько хорош! — Кингсли отшвырнул от себя Люциуса. Малфой приложился затылком об стену, но противная улыбка так и не сошла с его лица.       — Ты все еще готов за него бороться? Если да, то посмотри. Что ты решишь?       — Легилеменс! — Кингсли не зря ранее занимал свою должность в Аврорате, палочка скользила в его руках как маленькая искра.

***

      Люциус был настойчив, но мягок, он нежно прижимал Драко к себе. Его губы дарили крепкий поцелуй совсем зардевшемуся юноше. Драко упирал свои кулачки в его грудь, но вовсе не пытался оттолкнуть…       На светлых кремовых простынях лежали двое, Драко прижимал ладони к лицу, его ноги были широко разведены, а между них лежал Люциус, крепко упираясь лицом в плоский живот…

***

      — Это называется «переспали»? Это обычный минет, прошу заметить, в не самом лучшем исполнении. — Кингсли презрительно поджал губы. — Я всегда подозревал, что ты извращенец, но и подумать не мог, что ты попытаешься соблазнить собственного сына. Черт, нужно было отправить тебя в Азкабан.       Кингсли пришел в гостиную и рухнул на диван. Хотелось истерически кричать, наброситься на Люциуса или даже напиться крепкого виски.       — Теперь понял, что почувствовал Драко тогда? — Люциус сменил тон. Он говорил мягко и даже спокойно. Кажется, его острый, угрожающий тон был припасен исключительно для приветствия. Кингсли подозревал Малфоя в манипуляции, но никак не мог оформить свою мысль.       «Анальгирующе.»       — К чему ты это говоришь? — Кингсли перевел взгляд на Люциуса. Ужасно хотелось сжать тонкую шею Люциуса, а еще хотелось завалить его кучей вопросов — какого черта? Как только руки поднялись на родного сына?!       — Мне кажется, что теперь он готов тебя выслушать.       — И что, я тебя поблагодарить должен за то, что ты развращаешь моего жениха или что? Я понять твоей логики не могу! — Кингсли хлопнул ладонями по бедрам. — Если мне все-таки удастся убедить Драко выйти за меня, то общаться вы больше не будете — это я тебе обещаю!       — Я не отдам тебе сына так просто, — тихо, но уверенно произнес Люциус. — Сегодня я не буду спорить об этом с тобой. Ты просил придумать выход из сложившейся ситуации — я нашел выход. Сегодня мы не будем всерьез это обсуждать. Сегодня будем мириться. Я пришел за тобой, вообще-то. Наверное, Драко догадался куда я ушел.

***

      Драко не мог найти себе места. То, что они сделали — чистое безумие. Было ужасно стыдно перед собой, отцом и мамой. Господи, что бы она сказала, если бы узнала? Как отреагирует Шеклболт? Засадит отца в Азкабан и никакой брак не спасет.       Драко в волнении метался по комнате, заламывая руки. От пережитого возбуждения сводило низ живота. Хотелось сохранить это ощущение навсегда, но в то же время хотелось содрать с себя кожу и больше никогда не испытывать подобного.       Заслышав издалека хлопки аппарации, Драко сжался в кресле, подтянув ноги к груди. Вот сейчас они с отцом разругаются и тогда случится что-то страшное и Драко совсем не сможет им помешать. От страшных картинок в голове становилось физически больно.       — Драко? — Кингсли открыл дверь и с улыбкой прошел внутрь. Отец вошел следом. Драко пытался уловить в их лицах отголоски безобразного скандала, но не сумел.       «Они не ругались? Я, что даже скандала не стою?»       — Министр?       — Зови меня по имени, пожалуйста. — Кингсли присел на соседнее кресло. — Драко, твой отец рассказал мне обо всем. Я, конечно, совсем не в восторге от произошедшего, но это куда лучше, чем, если бы ты отправился мстить нам с кем-нибудь другим. Из двух зол выбираем меньшее.       — Вы не ругались? — Драко внимательно осматривал их.       — Если только совсем немного. — Кингсли улыбнулся. — Мы поговорили и нашли нестандартный выход из этой непростой ситуации. Я все расскажу, но не сейчас, хорошо?       — Ладно, но…       — Можно поцеловать тебя? — Кингсли приблизил свое лицо к лицу Драко. — Я так давно этого хотел.       Драко прикрыл веки и наугад ткнулся губами вперед, запечатлев неловкий поцелуй в уголках губ Кингсли.       — Спасибо, — Кингсли улыбнулся, крепко обняв Драко за талию. — Будет трудно, но мы выбираем нашу любовь, да, Люциус?       — Не знаю, как смогу тебя терпеть.       — Взаимно.       — Вы о чем? — Драко попытался отстраниться и взглянул на отца и Кингсли попеременно.       — Все потом, мой хороший, — Кингсли снова привлек к себе Драко.