Везде и всегда

      Когда его блуждающий взгляд натыкается на её заплаканные глаза — что-то обязано произойти. На его бледном лице расцвела улыбка.       Музыка на мгновение затихает, но оно слишком короткое, как их контакт. Гермиона отводит взгляд, рука Волдеморта накрывает её плечо, Гарри теряется в толпе танцующих в бальном зале. Здесь нежные оттенки, белая лепнина, мраморные статуи и фреска с ангелочками на потолке.       Гарри становится дурно: опускает пальцы на затылок, зажимает корни волос и тянет с силой на себя, чтобы придти в чувство.       — Красавица, — холодный голос отражается от голове — помутнение рассудка наступает слишком быстро.       Люциус Малфой приобнимает его за плечо и выводит из зала. Подоспел вовремя, ведь спустя несколько шагов Гарри Поттера выворачивает на мраморный пол холла. Личная аристократическая нянька придерживает его на месте, не давая упасть.       Когда-нибудь всё закончится, но не для него.       Гарри слышит голос Тома у себя в голове. Тот велит ему убираться в свою комнату и не выходить.       Гарри Поттер марионетка.

***

      Когда его блуждающий взгляд натыкается на её заплаканные глаза — что-то обязано произойти. Гермиона прикасается пальцами к его щеке.       Они холодные и мелко дрожат. Гарри накрывает её ладонь своей, плотнее прижимая к своей щеке и нежно целует, плотно зажмуриваясь.       Она отдёргивает руку сразу же, как слышатся шаги Волдеморта, и становится на колени, смиренно опуская голову вниз.       Волдеморт недовольно косится на него, подзывает к себе Гермиону и даёт ей смачную пощёчину, когда та подползает к нему на четвереньках. Гарри отступает назад, слыша повелительный голос:       — А теперь смотри.       Наказание следует незамедлительно.       Гарри Поттер трус.

***

      Когда его блуждающий взгляд натыкается на её заплаканные глаза — что-то обязано произойти. Гарри плетёт верёвку из разорванной на длинные тонкие нити ткани.       Заплаканный взгляд янтарных глаз Гермионы у него в голове остался ожогом на сетчатке. Плести верёвку получается только тогда, когда мысли Волдеморта заняты другим — не Гарри. Гарри знает, что он сейчас делает, даже ощущает отдалённые отголоски в собственном теле, и это сводит с ума.       Верёвка выходит крепкой и достаточно длинной, чтобы выдержать его тело.       Он завязывает петлю, забрасывает её на большую хрустальную люстру, затягивает. Люстра качается и каждая хрустальная капелька переливается всеми цветами радуги, звенит.       Красиво, наверное.       Гарри надевает петлю на свою шею, та плотно её обхватывает.       Удобно.       Гарри спрыгивает со стула, тот падает на пол с грохотом, верёвка впивается каждым своим грубым переплетением в шею, перекрывая сонные артерии. Гарри хватается пальцами машинально, на инстинктах за петлю вокруг шеи, пытаясь оттянуть, но только сильнее затягивая. Он краснеет, его глаза наливаются кровью, зрачки расширены от предсмертной агонии. Хрусталь переливается всей многогранностью перезвона над головой. Ногами, к сожалению, он не достаёт до пола.       Ещё немного хрипов, мокрые штанины, несколько судорог и смерть уже окончательная.       Наверное.       Гарри Поттер предатель.

***

      Когда его блуждающий взгляд натыкается на её заплаканные глаза — что-то обязано произойти. Она зовёт его по имени.       — Гарри?       Он качает головой. Рубцы на шее не позволяют говорить. Ему достаточно её ладони и своего пальца. Он выводит своё имя на её коже.       Том Реддл победитель.