Страх перед волками

      Гермионе снился горящий пергамент и огромное чудище с серыми глазами, заглядывающими прямо в душу, затрагивающими что-то внутри. Существо яростно рычало, кровь на его морде смешалась со слюнями. Зрелище было преужасным, но девушка не боялась. Она лишь молча смотрела на чернеющий и скукоживающийся пергамент, захватываемый тёмным пламенем.       Гермиона проснулась от яркого солнца, заглядывающего в маленькое окно и слепящего даже закрытые глаза. На груди ощущался чей-то вес. Она приоткрыла веки и встретилась взглядом с жёлтыми глазами Живоглота. Когда кот заметил, что новая хозяйка — наконец-то — проснулась, потёрся влажным кончиком носа о её щёку и замурлыкал. Девушка почесала животное за ухом, наблюдая за скачущими по поверхностям и стенам солнечными зайчиками.       Голова была забита мыслями о произошедшем накануне, но день был такой солнечный и ясный, что волноваться о незнакомых волшебниках и волшебницах уже не было сил и желания.       Гермиона медленно села в кровати, Живоглот с тихим стуком спрыгнул на пол, махнув пушистым хвостом. Кот прошёл к двери, а девушка перевела взгляд на другие постели, чувствуя, как её шея и уши стремительно наливаются румянцем. На каждой кровати кто-то спал, а это значит, что она сейчас занимает чьё-то место.       Девушка перекинула ноги через край постели и на цыпочках вышла из спальни, остановившись только затем, чтобы забрать со столика палочку.       Спустившись по скрипучим ступеням, Гермиона оказалась на уже знакомой с вечера кухне.       Но только в этот раз она уже не была одна. Перед ней стояла полная женщина с волосами рыжими как заря и кожей бледной как ранний снег.       — Здравствуйте, мадам.       Гермиона присела в реверансе, когда незнакомка повернулась к ней лицом.       Похоже, женщина была очарована скромным одеянием Гермионы и легко читаемой в её глазах серьёзностью.       — Доброе утро, дорогая, — звучно поздоровалась она, чуть ли не будя отдыхающих наверху обитателей. — Рада, что ты проснулась. Рон и Гарри рассказали мне о вчерашнем. Присаживайся. Я поставлю чайник.       Голос женщины обладал невероятной силой убеждения, что просто не могло не заставить Гермиону повиноваться. Она опустилась на стул, оглядывая освещаемую утренними лучами кухню. На стене висели огромные часы с довольно странными стрелками, а под потолком раскачивались сушеные травы. Чуть позже Гермиона заметила и нож, нарезающий на дальнем столе лук. Создавалось ощущение, будто его держал невидимый человек.       Рыжеволосая подошла к столу, держа в руках палочку. Она два раза ударила по чайнику, что-то шепча себе под нос. После этого чайник громко засвистел, а перед Гермионой появилась заполненная до краёв кружка чая.       Живоглот петлял вокруг ног хозяйки, требуя ласки, когда сама хозяйка спокойно попивала чай.       — Ты, должно быть, была немало удивлена, милая, — женщина села напротив Гермионы, делая глоток из своей чашки. — Кстати, я мадам Уизли, но ты можешь называть меня Молли. Я мать Рона, — нетрудно было догадаться по множественным веснушкам и рыжим волосам.       — Очень приятно. Гермиона.       — Полагаю, у тебя невероятное количество вопросов? — поинтересовалась мадам Уизли.       Прежде чем ответить, Гермиона сделала большой глоток чая:       — Если вы не сочтёте это за дерзость, мадам Уизли…       — Молли, — перебила она.       — Молли, — исправилась Гермиона и продолжила: — У меня есть пара вопросов. Сперва я хотела бы узнать, что случается с детьми-волшебниками, родители которых не обладают магией, если некому обучать их контролю собственных способностей.       Вопрос, казалось, озадачил мадам Уизли, но уже через пару мгновений она пришла в себя.       — Что ж, в первую очередь это зависит от места их жительства. Если неподалёку обитают другие волшебные семьи, они могут обучить ребёнка заклинаниям, чарам и зельям.       — А если рядом нет никого, кто мог бы помочь? — надавила Гермиона, сердце комом билось в горле.       Мадам Уизли настороженно посмотрела на гостью.       — Возможно, тогда они просто живут без знания, как пользоваться своими способностями. Но это не значит, — поспешно продолжила она, — что они хуже тех волшебников, которым посчастливилось родиться при иных обстоятельствах, — женщина с сомнением в глазах изучала черты лица Гермионы. — Почему ты спрашиваешь, детка?       Гермиона долго не решалась, но в конце концов достала из-за пазухи палочку и прошептала: «Люмос». Хоть помещение и было освещено, неслабое мерцание на кончике палочки было прекрасно видно.       — Откуда у тебя эта палочка, дорогуша?       — Она принадлежала той женщине, которую мы встретили вчера. Той, которая проникла в коттедж мадам Гринграсс, — Гермиона тихо прошептала: «Нокс», и убрала палочку в рукав.       — Беллатрисе? — лукаво улыбнулась мадам Уизли. — Поэтому-то она и не присоединилась к схватке. О, уверена, она в бешенстве из-за этой ужаснейшей потери.       Гермиона неловко поёрзала на стуле.       — Должно быть, ты очень сообразительна, если выучила заклинание за один день. Кто научил тебя?       — Я вычитала информацию в книге, — щёки девушки заалели от похвалы.       — Ты научилась, просто прочитав об этом в книге? И никто не показывал тебе заклинание на практике? — удивилась мадам Уизли, но эта эмоция скоро сменилась на довольство. — Ты и правда очень сообразительна.       Гермиона не знала, что на это ответить и как избежать взгляда мадам Уизли, полного сомнения. Но от неловкого диалога её спас топот ног — скорее, похожий на страшный гром, — и перед ними появилась целая группа из шести человек с взъерошенными рыжими волосами.       — Доброе утро, мам, — произнёс низкий ото сна голос, а остальные повторили за ним. Мадам Уизли суетливо забегала по кухне, спеша накормить шесть голодных ртов.       Парни сели за стол, а некоторые так и остались стоять, с вопросом и любопытством в глазах глядя на Гермиону.       — Ты что, маггл? — спросил один из мальчиков.       — Джордж! — шикнула мадам Уизли откуда-то со стороны камина. — Мисс Грейнджер — волшебница.       Юноши вернули ей своё внимание, на мгновение переключенное на женщину, и уставились на Гермиону с двойным интересом.       — Извините, мисс. Прошлым вечером Ронни сказал нам, что вы маггл.       «Ронни», с безбожно красными от смущения ушами и щеками, подтолкнули на середину кухни, он что-то пробурчал своим братьям в ответ на эти действия.       Гермиона еле сдержала улыбку. А они забавные, эти ребята. Присутствующие радостно загалдели, наперебой задавая вопросы, а Гермионе доставляло великое удовольствие отвечать на них и хихикать с шуток. В такой обстановке начинаешь чувствовать себя спокойно: солнечные лучи щекочут щёки, воздух наполнен запахом бекона.       — Гарри! — крикнул Рон, ныряя под руку Билла и подбегая к другу, поправлявшему скосившиеся набок очки и сонно моргавшему. — Мама говорит, что Гермиона — волшебница!       Гарри, до сих пор не отойдя ото сна, лишь посматривал прищуренными глазами на Рона, его маму и Гермиону.       — Но её, бедняжку, не кому было обучать, — добавила мадам Уизли, ставя огромную тарелку бекона на стол. Юноши, как стая голодных собак, синхронно облизнулись и кинулись к шкафу, хватая каждый свою тарелку и кружку и усаживаясь на свои места за столом. Гермиона пересела на другой стул, призванный для неё из соседней комнаты, оказавшись между Гарри и Роном.       — Папа сойдёт с ума, когда узнает, что мы привели домой магглорждённую ведьму, — с полным ртом еды сказал Чарли. — Он одержим всякими маггловскими штучками, — пояснил он, заметив сведённые к переносице брови Гермионы.       Это заняло её мысли на несколько минут. По её мнению, дома волшебников и неволшебников не слишком отличались.       — Ты останешься с нами. Это не обсуждается, — объявила мадам Уизли. — Мы не можем просто отправить тебя назад. У тебя палочка Беллатрисы, но защитить себя ты всё равно не сможешь. Мы, конечно, обучим тебя. Нельзя упускать такую одарённую девушку.       — Тогда я помогу вам по дому, — предложила Гермиона, не любившая сидеть без дела. Она была жадна до любой возможности научиться чему-то новому. — Но сначала я хочу обсудить это со своей семьёй, — добавила она. Скорее всего, они думали, что она заблудилась. А Гермиона не хотела, чтобы родные рыскали по лесу, рискуя собой. За любым из деревьев могли скрываться существа, гораздо опаснее обычных волков.       — Да, да, — мадам Уизли старалась не смотреть на девушку. Гермиона не была столь глупа, чтобы вслух озвучивать свои предположения, но мадам Уизли, казалось, пыталась перевести тему разговора. А почему, девушка не знала.       После завтрака семь парней поднялись наверх, чтобы умыться. Мадам Уизли сообщила Гермионе, что сегодня они будут выслеживать Беллатрису. Палочки у неё нет — хозяину она без неё не нужна, поэтому найти волшебницу будет легче лёгкого.       Гермиона лишь кивнула на заявление мадам Уизли, что в Норе, так называлось это жилище, она будет в безопасности из-за какого-то защитного заклинания. Его название было так же как и звёзды чудно для Гермионы, но она всем своим сознанием старалась ухватиться за него, чтобы позже узнать побольше.       Вскоре все члены семьи Уизли исчезли в камине. Гермиона наблюдала, как они поочерёдно зачерпывали порошок и исчезали в зелёном огне, предварительно назвав место назначения: Министерство, Хогсмид или Косая Аллея. Вот только она не знала, что означают эти названия, что это за места и для чего они предназначены.       А потом Гермиона осталась в Норе наедине с самой собой.       Девушка не хотела быть невольницей в позолоченной клетке, поэтому набросила на плечи красный плащ, спрятала палочку в рукав и подозвала Живоглота. Он неспешной походкой вышел к ней из какой-то комнаты и вопросительно уставился на девушку.       — Мы идём домой, — сообщила она коту. Они же не могли оказаться за тридевять земель от родной деревеньки… не могли же? Путешествовать с одного конца страны на другой — невозможно, даже для названной ведьмы.       Гермиона раскрыла объятия, и кот прыгнул ей в руки, усаживаясь поудобнее. Она отворила дверь и ступила во внешний мир.