Станцуй для меня

Будучи за рулем машины, в которой царила полная тишина, Коннор устремил глаза на улицу перед ним. Он держал путь к себе домой — единственному месту, где можно надежно спрятать Кэру. Коннор мысленно был рад тому, что жил в относительно спокойном районе: никто из его соседей не отличался излишним любопытством. По крайней мере, не следили за ним круглые сутки. «Не то, что некоторые», — нахмурился Коннор, вспомнив соседей Хэнка. Он сам не раз проводил пьяного в стельку лейтенанта домой под взоры выглядывающих из окон соседей. Те с укором качали головой, после задергивая шторы, а Коннору оставалось лишь недовольно хмурить брови. — Ты притих, — пробормотала Кэра, прерывая его мысли. Коннор взглянул на нее, заметив, что её рана больше не кровоточит. Голубая кровь на рукаве её свитера засохла; ткань заметно огрубела. — Последние пару дней выдались очень длинными, — ответил Коннор, не отрывая глаз от дороги. Они были уже рядом. — Я искал тебя повсюду. Кэра взглядом изучала его лицо, отмечая мешки под глазами и беспорядок на голове. Она правда доставила ему столько хлопот? Чувство вины окатило её, и она тут же перевела хмурый взгляд себе на руки. — Прости меня, — слова едва не затерялись в салоне машины, и Коннор посмотрел на нее. — Прости, что наделала тебе столько проблем… — Не смей, — твердо прервал её Коннор. Кэра чуть вздрогнула, и он выехал на проезжую часть. — Не смей извиняться. Кэра лишь моргнула. Коннор взглянул на нее, сузив глаза. — Ты сделала все это, чтобы выжить. Не сделай ты это, ты бы умерла… и я… — прервался он, отворачиваясь. — И я бы сделал все в своих силах, чтобы тот человек понес наказание, — последнее было произнесено с рыком, от которого у Кэры пробежали мурашки, и он вновь поймал её взгляд своим. Его привычно теплые и мягкие глаза теперь казались холодными и мрачными. Их вид пугал Кэру: неужели это то, с чем имели дело заключенные, сидя напротив Коннора в допросной? Там, где ей виделось тепло, они видели это? Вытряхнув эту мысль, она отвернулась. И встретилась с его взглядом лишь когда он приложил руку к её плечу, легонько сжимая. Тепло вновь засияло в его глазах и он улыбнулся ей — так, как улыбался всегда. И, глядя на него, она желала вернуться в прошлое, до появления того мужчины и всего последовавшего. Ей хотелось снова оказаться в объятиях Коннора и позабыть все то, что успело произойти. Но могли ли они? Пока она задумалась об этом, Коннор успел выйти из машины, и вскоре она последовала за ним и не сводила с него глаз. Он же вел её по подъездной дорожке, помня о раненной руке. Сквозь пиджак к ней просочилось его тепло, успокаивая её. Открыв дверь, Коннор завел её во внутрь дома, после чего закрыл за нею дверь. Наблюдал за тем, как Кэра с интересом расхаживает по его гостиной. Замечая несколько фотографий на стенах, на которых были изображены они с Хэнком и собака последнего, Сумо. Кэра перевела взгляд на снимок со дня окончания полицейской академии и еще парочку других фото, после чего повернулась к нему лицом, сложив руки за спиной. — Выходит, ты здесь живешь? — пробормотала Кэра, придвигаясь к нему; на её губах играла мягкая улыбка, а взгляд был направлен на него. — Да, это место я называю домом, — ответил Коннор, закрывая за собой дверь и собравшись снять куртку, как вдруг жалобное мяуканье привлекло внимание обоих. В комнату рысью вбежал крохотный котенок черно-белого окраса, глядя на Коннора сине-зелеными глазами. — О? — Кэра присела и почесала животное за ушками, улыбаясь, когда оно заурчало в ответ. — А кто это? — спросила она, глядя на Коннора. — О, этот малыш? Найнс, мой котенок, — произнес Коннор, взяв питомца на руки и погладив его. — Он не дает мне скучать в этом одиноком доме, и… — Коннор поднял на нее глаза, убирая листок с её волос, несомненно оказавшийся там во время её схватки с Гэвином. — Он побудет с тобой, пока я на работе. При этих словах Кэра одарила его тревожным взглядом, а в мыслях поневоле всплыл образ другого детектива, по позвоночнику прошла дрожь, стоило ей вспомнить его обезумевший взгляд, когда он опустил её на колени и навел на нее пистолет. Этот взгляд будет мучить её до конца дней, и она надеялась, что ей больше не повезет с ним столкнуться. — Ты волнуешься, так? — спросил Коннор, заметив, как исчезла улыбка с её лица, и как она затихла. Черт, она имела полное право волноваться, ведь ей совсем недавно пришлось пережить едва ли не смертельную встречу с его… напарником. Нахмурившись, Коннор задумался о Гэвине. Бесспорно, другой детектив догадывался, что к чему. В конце концов, всем было известно, что тот всегда был из числа тех, кто никогда не опускает руки, кто неустанно берется за каждую зацепку и всегда добивается наказания виновных. И все же… И все же он позволил Кэре, так сказать, выскользнуть из его пальцев. Разумеется, Гэвин мог что-то заподозрить. При этой мысли Коннор начинал бояться снова идти в участок, где ему придется встретиться с ним лицом к лицу, но он понимал, что если не хочет, чтобы полиция вышибла ему дверь и увезла Кэру, а его самого упекла за решетку за укрывательство подозреваемого, то ему придется и дальше идти на хитрость. И делать вид, что все также ведет расследование. Коннор задумчиво поджал нижнюю губу, не сводя глаз с Кэры. Качнув головой, он положил руку ей на плечо, пытаясь выдавить обнадеживающую улыбку. — Знаю, ты переживаешь, и я не могу винить тебя в этом, — сказал он ей, и Кэра отвела взгляд. — Но я уверяю тебя, я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось, обещаю. Кэра посмотрела на него в поиске малейшего признака лжи на его лице, но ничего не найдя, лишь улыбнулась, он же взглянул на нее в ответ. Поднеся руку к его щеке, она провела большим пальцем по его скуле, желая поцеловать. Коннор зарылся рукой в её волосы и прильнул губами к её. Поцелуй длился всего несколько мгновений, но от него у Коннора перехватило дыхание. Он опустил взгляд на нее: лицо её было обрамлено его ладонями, а глаза прикованы на него. Вновь воцарилась тишина, Коннор придвинулся для повторного поцелуя, но Кэра уперлась рукой ему в грудь, останавливая его. Уловив смятение в его глазах, она с улыбкой указала на зияющую рану от пули на руке, которая уже давно перестала кровоточить. Коннор мысленно выругал себя за эгоизм: она все еще ранена, а они все стоят и целуются в его гостиной. Закусив нижнюю губу, он вновь оглядел её, после чего взял её за руку и повел в ванную. Закрыв за собой дверь, он направился к Кэре. Продолжая жевать нижнюю губу, осмотрел её одежду, попутно размышляя, как ему это сделать. — Мне, э-э, мне нужно привести тебя в порядок… — Коннор почувствовал, как запылали его щеки. В чем проблема? Он и раньше видел её обнаженной, ощущал её кожу под своими пальцами… «Нет!», — тряхнув головой, он отбросил эти мысли, возвращаясь к реальности, и заметил, что она не сводит с него глаз. — Я… Я помогу умыться, мне нужно, чтобы ты сняла свою одежду. Кэра улыбнулась при виде его покрасневших щек, боже, он выглядел так мило. — С моей рукой это будет непросто, ты поможешь мне? — спросила она, заметив, что его лицо покраснело сильнее. «С чего бы это?», — подумала она, и Коннор в который раз сократил расстояние между ними, взявшись за края её свитера. Он не раз видел её обнаженной, неужели это связано с её девиацией? Прогнав эту мысль из головы, Кэра позволила ему стянуть с себя свитер, затем перейти к не менее заляпанной кровью рубашке, оставив её в одном лифчике и джинсах. Справившись с последними предметами одежды, Коннор отвернулся от нее, когда она предстала перед ним в нагом виде. Включив воду, Коннор осторожно подвел её к ванне, наблюдая за тем, как она со вздохом погрузилась в воду, и её обдало теплом. Раненая рука покоилась на краю ванны — после всего перенесенного им меньше всего хотелось, чтобы от попавшей внутрь воды началось короткое замыкание. Взяв губку, Коннор бережно вытер с нее засохшую кровь, глядя ей в лицо: глаза её были прикрыты, а с губ сорвался негромкий вздох. Спустя, казалось, целую вечность Коннор не спеша помог ей выбраться из ванны, не забывая о её пострадавшей руке. Прихватив халат с крючка на двери, он накинул его на Кэру. При взгляде на нее, закутанную в его халат, со светлыми волосами, прилипшими к её лицу, Коннора посетила новая мысль. Полотенце, которым она насухо вытерлась, валялось на полу у её ног. Раз он собирался оставлять её здесь, то ей пригодятся кое-какие вещи, верно? Усаживая её в компьютерное кресло в своей комнате, а затем принялся рыться в шкафу в поисках аптечки. Он знал, что вряд ли это поможет — Кэру стоило лечить не так, как людей, — но пока он не добудет все необходимое, аптечка не помешает. Он знал, что владельцы андроидов часто закупаются голубой кровью. Наверняка есть что-то помимо этого, что ей нужно? — Ты как-то притих, — Кэра пробормотала, как только он вернулся к ней, усаживаясь на кресло напротив нее. Он осторожно взял её за пострадавшую руку, отметив, что рана была сквозной. Прикусив нижнюю губу, он обернул рану бинтом, после чего взглянул на нее. — Поскольку ты поживешь у меня какое-то время, я тут думал о том, что может тебе понадобиться. Я знаю, что тебе нужна голубая кровь, подскажешь, если нужно что-то еще? Кэра задумчиво поджала губу, обдумывая сказанное. И только потом помотала головой. — Нет, нам нужно не так много, — ответила она ему. Но оставался один вопрос, который беспокоил её: чем она будет заниматься, пока он на работе? — Точно? — уточнил Коннор, убирая бинт обратно в аптечку, затем перевел взгляд на нее. — Что-то не так? — спросил он. — В то время, пока ты будешь на работе, — Кэра озабоченно прикусила губу, глядя на него, — о чем мне стоит позаботиться? — О чем ты? — спросил Коннор, приподняв бровь. — Ты же не думаешь, что я собираюсь обращаться с тобой, как с домашним андроидом? Кэра молчала. — Ты здесь, потому что нуждаешься в защите. Ты не моя собственность. Черт, ты теперь не просто вещь, ты живая, — на этих словах глаза Коннора округлились, и он невольно встретился взглядом с Кэрой, увидев, что и её глаза были широко раскрыты. «Она живая», — подумал Коннор, как думал и всегда, задолго до её девиации. Когда она спокойно сидела и слушала его болтовню; когда они нежились вместе, её пальцы перебирали его волосы после бурного секса. Но сейчас он понимал, что она именно живая… — Ты правда думаешь, что я жива? — спросила Кэра, не веря словам, несмотря на то, как сильно ей этого хотелось. О, как она этого хотела — после стольких лет, на протяжении которых люди считали её никем, он был единственным, кто был важен ей больше всего и видел в ней личность. Сглотнув, Коннор кивнул, пока Кэра изучала его лицо на наличие вранья, но с чего бы ему это делать? После всего, что он сделал для нее? Не произнеся ни слова, она обвила его руками, прижалась лицом к его груди, прислушиваясь к биению его сердца, пока по её щекам катились слезы. Коннор не терял времени и обнял её в ответ, припав губами к её волосам. — Спасибо тебе, — прошептала она и сомкнула глаза, когда он притянул её ближе. Наконец-то она чувствовала себя в безопасности — рядом с Коннором. Пока Коннор вел её к кровати, одевая в одну из своих рубашек с длинными рукавами, она надеялась, что отныне все наладится. Что жизнь пойдет своим чередом, и с ними впредь не случится ничего плохого. Она еще не знала, что их история еще далека от развязки…