Песнь о сгоревшем Фениксе

Сайнаара обрадовалась перемене настроения Маир. Утренняя неловкость, кажется, совсем испарилась, и девушка выглядела более расслабленной, с улыбкой расхаживая по коридорам школы. — Ты выглядишь веселее обычного, — Сайнаара игриво толкнула девушку в плечо, привлекая внимание удивленных желтых глаз. — Не то, что утром. Уайт слегка замялась, сжимая руки. — Точно, — задумчиво протянула Маир, разжимая пальцы. — Наверное, я должна извиниться за свое неприветливое поведение. Сайнаара по привычке сунула руки в карманы, не отрывая взгляда от ее точеного профиля, и невольно залюбовалась поразительно прямым носом, уходящим в лоб так ровно, будто переносицы не существовало вовсе. Сглотнула, чтобы вернуться в реальность. — Тебе не нравится внимание, я помню. — Не совсем, — Маир замялась, тщательно формулируя мысли. — Мне не нравится, когда я вижу, что меня сторонятся. — Из-за фамилии? — Из-за всего: фамилии, дома, репутации, семьи. Как тот парень Шон, помнишь? Его отец работает на моего дедушку, а он… Весьма строг к своим подчиненным, — плечи Маир заметно напряглись, и девушка глубоко вздохнула. — Я сразу чувствую настроение окружающих, и мне становится от него не по себе… Поэтому я предпочитаю не выделяться и не кричать о своей фамилии налево-направо. — Уж лучше ты будешь избегать, чем тебя, — Сайнаара понимающе хмыкнула. — Я стараюсь избавиться от этой привычки, — было видно, что Уайт тяжело даются эти слова, будто ее борьба с собой началась совсем недавно. — Поэтому и спустилась в холл, когда услышала ваши голоса. — Ты стойко держалась, — поддразнила Хаан, неловко подмигивая. — Не беспокойся о Шоне. Кажется, он простой раздолбай. — Да, я заметила, как он чуть штаны не потерял, несясь по лестнице. Девушки рассмеялись, заходя в зал столовой. Он сильно отличался от помпезной архитектуры коридоров школы, больше напоминая огромную таверну. Смесь гранита, золота колонн и толстых дубовых столов с длинными потертыми скамьями вызывала некоторый диссонанс, но Хаан это понравилось. Уайт остановилась, утянув за собой брюнетку, и указала на стол с левой стороны зала, который уже ломился от еды и напирающих на него студентов. — Кажется, там ребята с нашего факультета. — Тогда вперед, — Сайнаара широко улыбнулась и уверенно зашагала к столу. — Не будем заставлять животы долго и истошно орать. В помещении стоял дикий гул. Студентки и студенты знакомились, здоровались со старыми приятелями, другие с набитыми ртами делились новостями за прошедшие каникулы, будто другого шанса не представится. — А тут охренеть как оживленно, — Хаан невоспитанно глазела по сторонам, как болванчик тряся головой. Маир тихо рассмеялась, накладывая в тарелку горстку тушеных овощей. — Как некультурно, Хаан. Приятного аппетита. Сайнаара надула губы, но навалила себе в тарелку три яичницы со львиной долей бекона. Девушка хотела поддеть подругу в ответ, но заметила приближающуюся к ним фигуру и интенсивно замахала рукой. — Шо-он! — парень вздрогнул и осклабился. — Давай сюда! — Что ты делаешь?.. — прошипела Маир, наклоняясь ближе. — Помогаю нам завести друзей, — весело прошептала Сайнаара, закатив глаза. — А вот и моя банши! — Шон замолчал, увидев, кто сидит рядом с Хаан, но быстро взял себя в руки и выпятил грудь. — А я все думал, куда же вы, дамы, испарились! — Ой, отстань, крысеныш, — Хаан решила вести себя приличнее, то есть расслабленнее, чтобы ее подруга не почувствовала чужое смущение. Маир вопрошающе изогнула бровь, переводя глаза с Шона на Сайнаару. — Банши? Что-то успело случиться? — она все еще выглядела сконфуженно, но губы изогнулись в ухмылке. — Это просто нереально возмутительная история! — обрадованный Шон тяжело плюхнулся на скамью и голыми руками утащил куриную ножку прямо из-под носа брюнетки. — Не жадничай, дорогуша! Сижу я, значит, на диване, слушаю пение утренних птиц, размышляя об искусстве, разумеется, и тут с лестницы раздается такой оглушительный визг, что аж стекла задрожали! — Ах ты! Ч-что?! — задохнулась Сайнаара, тыкая вилкой в парня. — Ну, я как рыцарь вскочил, думаю, пожар! Тревога! Я уже бегу, дорогуша, не бойся! А она как начнет рыдать… — Да что ты несешь, крысеныш?! — Меня надули как ребенка, — Шон театрально вздохнул, отправляя в рот очередной кусок бекона. — Оказалось, бедняга сломала ноготь и не знала, как справиться с этим… Сайнаара открыла рот, стараясь отдышаться. С каждой секундой смех Маир становился все громче, и возмущение Хаан ослабевало. — Шнаешь, што, — захихикала Сайнаара, набивая рот оставшейся едой. — Ша эту лошь вы накашаны, миштер Коршеш! — Что-что? — Шон подставил руку к уху, победно улыбаясь. — Неужели я выдал твою страшную тайну, что ты аж дар речи потеряла? — Да иди ты! Шон громко расхохотался, начиная икать. Его бешеные кудри забавно запрыгали. Сайнаара весело оглядела приятелей и сквозь улыбку выпила стакан сока. — Это что? — Шон брезгливо ткнул пальцем в Хаан, отчего та чуть не подавилась. — Фу, мерзость! Томатный! Сайнаара нервно поставила стакан на стол, готовясь высказать все свое недовольство. — Я тоже люблю томатный, — протянула Маир, пододвигая свой бокал ближе к Шону. — Не хочешь присоединиться? — К вашей овощной секте? Нет, спасибо! — Шон с гордым видом налил себе в кружку черный кофе. — У меня уже есть своя — брутальная! — И кто тут еще мерзкий, — прохихикала Сайнаара, поигрывая бровями. — И томат — ягода, между прочим. Приятели снова рассмеялись, заканчивая трапезу. Пришло время отправляться на занятия. Брюнетка нехотя поднялась с места, и они втроем двинулись к выходу.

***

— Тут я вас оставлю, — голос подала Маир, когда друзья дошли до развилки коридора. — Мой урок проходит этажом выше. — Удачи тебе, томатная, — заулыбался Шон и заткнулся, встретившись с опасным взглядом Уайт. Сайнаара загоготала, залюбовавшись реакцией Маир, и заметила, как у той дрогнули ресницы. Она явно не привыкла к такому общению, но раз ничего не сказала, значит… — До встречи, мисс Хаан, — Уайт коварно усмехнулась, взгляд стал хитрее, и она снова обратилась к Шону. — И тебе удачи, барашек. Уайт оставила озадаченных студентов одних и ушла вверх по лестнице. «Как же она любит эффектно появляться и исчезать… Это какой-то особый талант?!» — Она что-то знает, — прошипел Шон, когда они прошли в аудиторию. — Она совершенно точно что-то знает! — Бро-ось, — Сайнаара закатила глаза, останавливаясь посреди пустого кабинета, — мы слишком громко орали, конечно, она что-то слышала. — Ну, не думаю, что слишком уж громко… — Как думаешь, от чьего храпа я проснулась так рано? — Хаан с вызовом скрестила руки на груди. — Предательница! Маленькая лгунья! Я не храплю! — воскликнул Шон, размахивая руками, отчего Сайнаара загоготала. — Как думаешь, она обиделась? — На что? — На томатную… — Ох, Шон, — Хаан удрученно покачала головой, вспоминая утреннюю игривость Маир, и улыбнулась самой себе, пока класс заполнялся студентами. — Нет, не думаю. Кажется, все уже поняли твою странную склонность давать клички. Но ты придумай что-нибудь более… — Безобидное? — Я хотела сказать, нетривиальное, — Сайнаара закатила глаза в ответ на усмешку Шона. — В каком это смысле? По-твоему, я слишком предсказуемый? — Нет, — Хаан ушла вглубь аудитории, не желая ни с кем толпиться. — Почему здесь так пусто? — Ты о чем? — Шон непонимающе огляделся по сторонам. — Тут человек пятнадцать… — Я не об этом, — Сайнаара скрестила руки на груди и припала к стене. — Сам зал пустой. Ни столов, ни стульев. Одна большая коробка. Что мы будем делать? Парень взъерошил волосы, издав при этом странный звук вроде «э-э», и повторил позу одногруппницы. — А я не говорил? У нас урок Введения в Защиту. Сайнаара нахмурилась и похлопала себя по карманам. Черт бы побрал ее память. Листок с расписанием девушка любезно забыла на прикроватной тумбочке. «У тебя не голова, а одна сплошная опилка, Хаан!» — И… мы будем делать… — Изучать свой профиль, дорогуша, — рассмеялся Шон, хлопая знакомую по плечу. — Ну, знаешь, драки, битвы… Не смотри на меня так! Ты же Защитница, а не Ораторка! Придется поработать ручками. Сайнаара удрученно открыла рот, мысленно хлопнув себя по лбу. Об этом она как-то не подумала, заняв голову совершенно другой особой. В это время в аудиторию зашла пухлая женщина в черной военной форме и сощурила глаза, окидывая присутствующих недовольным взглядом. — Когда вы видите преподавательницу, — неожиданно громко гаркнула женщина, и гул в кабинете резко прекратился, — стоит заткнуться и поздороваться! Попробуем еще раз. Здравствуйте, класс! — Здра-Здравствуйте! — вразнобой ответили студенты. — Это еще что за балаган? — прошипела женщина, вальяжно пройдя в центр аудитории. — Меня зовут Гвендалин Коллинз. В свои двадцать я с отличием окончила высшую школу Анафемы! За моей спиной тринадцать гордых лет военной службы при бывшей верховной Владычице Сибилле Уайт! Да будут они здоровы и сильны духом... — ее взгляд потускнел, но через миг дикое пламя в серых зрачках вернулось. — Сейчас я отмечаю пятнадцать лет успешного преподавания! И я не позволю вам, салаги, портить мой послужной список! Для вас, желторотики, миссис Коллинз! Чего молчим? Еще раз. Здравствуйте, класс! — Здравствуйте, миссис Коллинз! — надрывным хором ответили студенты. — Уже лучше, — довольно фыркнула профессорка, вскинув пухлый подбородок, словно это она возвышалась над студентами, а не они над ней. — Вижу, вам еще не выдали тренировочную форму. Что ж, это печально. Сайнаара с надеждой посмотрела на Шона. Тот стоял по струнке «смирно», что было очень удивительно. Точно, парень говорил, что его оставили на второй год. Наверное, он уже хорошо был знаком с преподавательницей. Сайнаара решила повременить с расспросами, раз Шон не смеет даже отвести взгляд от Коллинз. У них еще будет время посплетничать после уроков. — Тогда сегодня затронем основные вопросы, а на следующем занятии начнем тренировки, — миссис Коллинз вышагивала по кругу, внимательно рассматривая каждого. — Без сменки не приходить! Вам лучше не знать, что я делаю с нарушителями. Без разрешения не разговаривать! Терпеть не могу пустую болтовню. Ни на кого не нападать! У нас учебные тренировки, а не место, где можно выпустить пар. И последнее, никаких заклинаний без моего личного на то одобрения! Если кто увидит, что вы используете оружие вне этого класса, то вылетите из школы прежде, чем подумаете «О, Милостивая Пандора»! В классе студенты заметно зашевелились, услышав об оружии и заклинаниях. — О да, — оскалилась Коллинз, гордо скрещивая руки на груди. — Вижу знакомый блеск в глазах! Преподавательница быстро отошла из центра аудитории к входной двери и повернулась к ней спиной. — А теперь быстро разделитесь на две колонны по обе стороны класса, — скомандовала Коллинз, доставая тренерский свисток. Она дождалась, когда все выполнят поручение, и дунула, разнося громкий свист. — Повернитесь лицом к колонне напротив! Это ваши партнеры на сегодня. Сайнаара сделала все, как велела Коллинз, и разинула рот, увидев, как Шон нагло поменялся местами с какой-то девушкой, вставая напротив. Парень задорно подмигнул, скрещивая руки на груди. «Ну и выскочка» — Сайнаара закатила глаза. — Превосходно, — гаркнула Коллинз, прохаживаясь между парами. — Теперь об оружии. У каждого из вас оно уже при себе. Некоторые прикололи его к поясу, а некоторые — к сердцу. Сайнаара изумленно уставилась на свой значок. Это… Оружие? — Не забывайте, что это очень важная деталь вашего дома, — продолжила Коллинз, тыкая пальцем в какого-то особенно перепуганного студента. — Не оставляйте герб где попало. Однажды он может спасти вам жизнь! Теперь снимите значок и сожмите его ведущей ладонью: правой или левой, как угодно. Шон замешкался в попытках отстегнуть герб от зеленой рубашки. Самодовольная ухмылка застыла на его губах, когда он с триумфом и парой дырок в пальцах справился с иглой. Сайнаара была проворнее. Она быстро сняла значок и вложила его в левую руку. — Не такая, как все, банши? — одними губами произнес Шон, когда Коллинз отвернулась. Сайнаара закатила глаза, но улыбнулась. — Теперь, — почти нараспев проговорила преподавательница, кидая на Шона колкий взгляд, — когда вы справились с самой сложной задачей, вытяните руку вперед и произнесите заклинание: «Да рассечет имя мое вечную мглу. Хаста»! Заклинание требует максимального сосредоточения! Класс загудел. Сайнаара внимательно посмотрела на свою руку и произнесла заклинание. Ничего не произошло. Еще раз. Снова ничего. — Магия отзывается только на сильные эмоции, — Коллинз небрежно махнула рукой перед глазами одной студентки, которая слишком перенапряглась. — Вы все слышали, как Перевозчики торжественно выкрикивают свое заклинание. Этого недостаточно! Вы должны не просто захотеть. Вы должны пропустить через себя настолько сильное желание, чтобы волосы дыбом встали! Сайнаара сделала глубокий вдох. Сильные эмоции. Желание. Торжественность момента. — Подумайте о чем-то, что заставляет вас трепетать от восторга. Это должны быть очень сильные эмоции. Девушка зажмурилась, вспоминая приятные моменты из жизни, и произнесла заклинание. Ничего. Она сокрушенно опустила руку и взглянула на Шона. — Да рассечет имя мое вечную мглу, — промурлыкал парень, протянув правую руку вперед. — Хаста. Меж пальцев Шона полился слабый свет, что-то тонкое медленно вытягивалось у него в руке, зеленые глаза будто сами засветились ярче. В следующее мгновение Кортес гордо держал в руке серебряное копье, украшенное изумрудами. Наконечник все еще светился зеленым. Сайнаара моргнула, не веря своим глазам. «Черт…» — Я бы поставила Вам десять баллов, мистер Кортес, — весело окликнула Коллинз, — только вот у Вас была фора. —У тебя получится, — снова шепнул Шон, ободряюще подмигивая. Почти все в классе уже вызвали копье. Практически ни у кого не возникло проблем с воспоминаниями. Кроме нее и еще пары людей. Хаан дернулась, отрываясь от созерцания оружия присутствующих, и уставилась себе в руку. Сильные. Эмоции. Девушка представила свою мать, хохочущую над ее очередной глупой шуткой, сидя вечером у камина. — Направьте эти эмоции в заклинание, — подсказывала Коллинз. — Преподнесите их своей магии. Снова ничего. Девушка вспомнила старых друзей из старшей школы, как они не сговариваясь списывали на контрольных. Как старая подруга поворачивала к ней учебник, когда Сайнаара мучилась у доски, не зная правильный ответ. — Да рассечет имя мое вечную мглу. Хаста… Ничего. Сайнаара зажмурилась так сильно, как только могла. — Подарите свой восторг копью, мисс Хаан. Найдите то, что заставило Ваше сердце трепетать. Девушка судорожно перебирала хорошие события в памяти, но этого было недостаточно… «Четыре-два…» — над ухом промурлыкал знакомый мелодичный голос. — Хаста… Сайнаара почувствовала в пальцах необъяснимую тяжесть и холод. Карие глаза распахнулись, и она увидела, как древко в ее руке медленно вытягивается и тянет руку вниз. От волнения у девушки встал ком в горле. «Оно…» — Нихрена себе, — прошептал Шон как-то слишком близко. Парень стоял в шаге от нее и в изумлении переводил взгляд с оружия на подругу. — И копье красивое тоже… Сайнаара тяжело сглотнула. Золотое копье с рубинами переливалось в свете зала. — Чт-что? — Хаан еле дышала. Казалось, заклинание высосало всю энергию. — О чем ты? — Десять баллов, мисс Хаан, — Коллинз подлетела так быстро, что девушка вздрогнула. — Мало кто в силах вызвать всплеск магии одним лишь словом. — Н-но я говорила так много раз, — заикалась Сайнаара, смущенная количеством внимания к своей персоне. — Но не последний. Заклинание считается только в последний раз его произношения, — в глазах преподавательницы вспыхнуло восхищение. Сайнаара дважды моргнула, не веря собственным ушам. Она сделала что-то удивительное? Шон смотрел на нее по-другому. В нем читалось уважение и даже гордость. — А я умею выбирать друзей, — парень ухмыльнулся. Хаан открыла рот и оскалилась. — Что я говорила о болтовне? — Коллинз уже успела отойти в другой конец колонны, проверив, все ли справились с задачей. — Чего рты разинули? Встали прямо! Учим защитные и блокирующие стойки! Урок вышел безумно выматывающим. Сайнаара чувствовала себя так, словно за полтора часа занятий ее через силу наполнили энергией, а после забрали до последней капли. Превращать копье в значок оказалось намного проще, чем вызывать. Надо было просто представить себе герб и сосредоточиться. После звонка приятели вывалились из класса с таким облегченным вдохом, будто провели это время задержав дыхание. — Ну и денек, — прошептала Сайнаара, поправляя хвост после тренировок выпадов и блокирования. — Да-а, — откликнулся Шон, лениво потягиваясь. — Профессорка та еще бешеная… Слушай, сейчас большой перерыв. После первого занятия всегда так. Не хочешь прогуляться до общежития? Лично мне надо в душ. Сайнаара согласно кивнула. — Да, я бы тоже не отказалась. Надеюсь, на сегодня больше не запланировано никакого метания ножей или вызова демонов? Шон рассмеялся и хлопнул девушку по плечу. — Не-а, только лекции. Они медленно плелись по коридорам школы, обсуждая прошедший урок. Сердце Сайнаары екнуло, когда она вспомнила, чей голос заставил ее высвободить магию. — Ты томатного сока перепила? Красная вся, как… — Нет-нет, все в порядке! «Черт. Опять.»